Язычество древних славян - Часть 3

ГЛАВА II. ПАНТЕОН СЛАВЯНСКИХ БОЖЕСТВ.

2.1. Верховный пантеон славянских божеств.

В славянских мифах отражена сложная система культа восточных славян, отражены представления о верховных божествах. Рассмотрим наиболее важных из них.

Культ Перуна известен с очень давних времен, хотя его широкое распространение среди славян некоторые ученые относят лишь к VIII - IX векам. С именем Перуна нередко связывалась идея единого или верховного божества. (В переводах книг славяне обычно заменяли греческого Зевса и римского Юпитера Перуном.) У разных народов имя верховного божества созвучно имени Перуна: у индусов это Парджанья-Индра (как бы родня Перунов многих индоевропейских народов), у хеттов - Перуа-Пирва, у фракийцев - Перкун, у кельтов - Перкуниа, у албанцев - Перында, у литовцев - Перкунас, у скандинавов - Фьоргун, иногда сосуществовавший с Тором (19, с. 359).

Перун, почитавшийся как творец, производитель дождей, назывался еще подателем пищи, богом-оплодотворителем (у греков таким богом был Зевс, у финнов— Укко). Существует множество славянских преданий, связанных с подобной ролью Перуна. Из них до нас дошла, например, поговорка «после дождичка в четверг». Дело в том, что в четверг - день, посвященный Перуну, язычник ожидал грозы и считал этот день особенно счастливым, легким и благоприятным для начала всякого предприятия, обещающим успех и исполнение желания. Позднее, когда исчезли древние верования, а люди поняли, что не только в четверги могут быть дожди и не один перунов четверг бывает удачным (или неудачным), поговоркой стали передавать сомнение.

Возможно, прообраз Перуна связан с ведийским мифом о Пуруше, где Пуруша - первочеловек, из которого возникли элементы Космоса. Согласно преданиям белорусов, Перун разъезжает по воздушным высотам и, если видит, что на земле творится беззаконие, то разбирает скалы или малые небеса и насылает молнию на злых и нечестивых.

В одной русской былине жена богатыря Святогора вступает в связь с Ильей-Муромцем - представителем Перуна и погибает от меча-кладенца (умирает, пораженная молнией). Эта связь великанши с Перуном рассматривается как измена красавицы ее «законному» мужу, а за безнравственность следует наказание.

Божество, известное у различных ветвей славянства под именами Волос, Велес, Влас (в церковнославянской традиции - Власий), было для них столь же значимым, как и Перун. Правда, оно не вошло в пантеон богов, введенный князем Владимиром. Но идол Волоса в Киеве все же был. Стоял он не в княжеском городе, а на Подоле, близ реки Почайны, куда и был сброшен после крещения князя. Это различие имело определенный социально-политический смысл: Велес считался богом всей Руси, а Перун - лишь княжеской дружины.

В балтийской мифологии Велес (Велняс) означает демона и черта. Он - оборотень с рогами и копытами, который может воплощаться в камне, дереве и животных. Велняс связан с водой («глаз Велняса» - окно в болоте), а также с музыкой и танцами. Иногда он выступает как древнее божество подземного царства, выполняя функции Велеса - бога загробного мира и скота, которому посвящены дни мертвых - «велии».

Как противник громовержца Перуна Велес выступает в виде существа змеиной породы. Видимо, отсюда произошли и эпитеты волоса «длинный», «извивающийся». В древнеевропейской мифологии эта идея отражала борьбу небесного начала - птицы и начала земного - змеи. В древнерусских источниках, начиная с договора Олега с греками (907 г.), в «Повести временных лет» Велес выступает как «скотий бог»—покровитель домашних животных, как бог богатства и власти. В договорах с греками Велес соотносится с золотом, а упоминаемый вместе с ним Перун - с оружием.

После принятия христианства у Волоса-Велеса появился двойник - святой Власий Севастийский. В XIV веке в Новгороде, на древней Волисовой улице, очевидно, на месте идола этого древнего божества, была поставлена церковь святого Власия: в средневековье церкви, ставившиеся на месте свергнутых языческих идолов, обычно носили имя того христианского святого, который приходил на смену своего древнеславянского мифологического предшественника.

Итак, Велес ассоциировался со зверьем и скотом. Он мог выступать в образе медведя, «лесного царя». На Руси культ Велеса-Власия связывался также с почитанием медведя как хозяина животных и лося сохатого, рогатого.

Несколько более поздняя ипостась (сущность, проявление) Велеса, связанная со скотоводством, - тур, встречающийся в южнославянских областях от Украины до Далмации. После введения христианства на имя популярного славянского бога был наложен строгий запрет, а в святочных песнях появилось новообразование «тур-турицы».

Рядились в звериные маски и вывороченные тулупы дважды в год - на зимние святки и на масленицу, связанные с солнечными фазами (зимним солнцестоянием и весенним равноденствием).

Связь Велеса с сельскохозяйственными культами видна из восточнославянского обычая оставлять на поле несжатыми несколько стеблей хлебных злаков - «волостей», называвшихся «волосовой бородкой». Обозначение этой последней горсти колосьев - «Волосу на бородку» - известно только русским, у западных славян его нет. У южных славян сохранилось выражение «божья борода», но имя бога уже забыто. Сочетание мертвого поля с «велесовой бородой» и последним снопом также в какой-то мере объясняет связь Велеса с миром предков, миром умерших, о чем мы только что упоминали.

Существовало у славян древнее языческие божество, которое называли Троян (Траян), а иногда Триглав или Трояк. Корень «три» в этом имени побуждал иногда изображать божество с тремя головами на одном туловище. Так было у западных славян.

Троян был богом-воином, богом-наездником. Его популярность, распространенность и связь с воинством были столь широки, что именем бога-воина называли военные сооружения, географические пункты. Возможно, это имя имеет отношение и к имени реального исторического лица - римского императора Траяна, с которым связывают строительство валов, ограждавших границы Римской империи. Однако количество Трояновых валов выходит далеко за границы походов императора, и только на территории нашей страны общая длина таких валов достигает 400 км. Кроме того, валы нередко носят название «Змиевых валов», что прямо связано с мифологией.

У южных славян, прежде всего у сербов и болгар, а также у славян, живущих на землях Румынии и Молдавии, существуют многочисленные сказочные предания и поверья о некоем царе Трояне. Для сербов и болгар царь Троян был мифическим существом, одним из духов мрака, не терпящих солнечных лучей. Боясь солнца, он выезжал по ночам, и однажды солнце растопило Трояна. Болгарский Троян-Траян был еще и хранителем золота и серебра, имел свое чудесное царство, строил города.

Стрибог - это очень древнее божество олицетворяло стихию - прежде всего ветер. Недаром в «Слове о полку Игореве» появляются «ветры - Стрибожьи внуки».

Корень «стр» часто встречается в названиях племен, населенных пунктов, рек, озер. Поэтому вполне правомерно предположить, что именно в этих местах некогда обитали племена с главным божеством Стрибогом. Солнце Стрибог, рождавшееся в созвездии Стрельца, представлялось русичам в образе младенца, сидящего на голове богини Лады, или символического яблока. Славяне называли этого бога еще и другими именами: Погода, Похвист.

Сварог считался высшим небесным божеством среди древних индоевропейских божеств, позднее его функции отошли к Перуну. Имя «Сварог» связано с древнеиндийским словом «сварга» (небо), отсюда и значение - «божественный». Корень «сва» известен и в русском языке (сваха, сватья, сват).

Сыновей Сварога - «рождающего божества» - называли Сварожичами. Сварожичем был Даждьбог, занимавший почетное место в славянском пантеоне богов. На Руси он - бог солнечного дня - был известен еще и как «податель благ» (вероятно, по совпадению имени со словом «дать»).

Солнечные лучи представлялись славянину стрелами Даждьбога. Яркими лучами своими солнце гонит поутру ночь и рассеивает туманы, разбивает ранней весной льды и снега, карает в летний жар землю и ее обитателей. Ярославна недаром молила «пресветлое солнце» не простирать своих горячих лучей на воинов ее мужа.

Как и Перуна, Даждьбога называли дедом. А. Н. Афанасьев приводит украинское предание «о старом беловласом и сопливом деде, который бродит по свету, и, если утереть ему нос, он тотчас рассыпается серебром. Белорусы говорят, что это Белун, в образе которого олицетворялось ясное небо и который поэтому соединял в себе черты бога-солнца и бога-громовника, как первый прогоняет ночь, так и последний - темные тучи».

Имя бога Хорса читаем в летописи Нестора: «Владимир поставил идол Хорса вместе с идолами Перуна». В «Похвале князю Владимиру» тоже встречается имя Хорса. Из летописи Нестора вытекает, что Хорс и Даждьбог были единым божеством. Нестор не ставит между ними соединительного союза: «Володимир постави кумиры Перуна и Хърса, Даждьбога и Стрибога, Симаргла и Мокошь» (5, с. 33).

В «Слове о полку Игореве» Хорс назван Великим. Возможно, он был очень древним божеством, представления о котором предшествовали идее светоносного небесного бога (вроде Аполлона). Культ Солнца ярко проявился у земледельцев медно-каменного века - энеолита, а уже в бронзовом веке появилось представление о «ночном солнце», совершающем свой путь подземный по морю мрака, и таким «ночным» солнцем был Хорс.

Существует несколько гипотез происхождения имени Симаргла и его толкования. Одна из них связывает имя Симаргла с «Седмоглавом» (Семиглавом). Семь, как известно, являлось числом, часто использовавшимся в мифологии. Оно состоит из суммы 3 и 4 - основных параметров (признаков), называемых «совершенными», «божественными». По воззрениям древних, число 7 представляет соединение Творца с творением. Не случайно в Библии читаем: «Господь сотворил землю в шесть дней, в седьмой же почил от трудов своих».

Почти все древние народы считали, что существует 7 небесных сфер, и у каждой из них есть свой бог или гений-покровитель, своя планета и свойственная ей добродетель. Семи планетам соответствуют семь дней недели, семь цветов радуги, семь главных металлов, семь звуков мировой гармонии, семь нот музыкальной грамоты.

Сила и крепость числа 7 проявляется и в мифопоэтической традиции славян, в том числе русских. Вспомним наш заговор «За семью замками, семью дверями, семью ключами». Итак, семь — понятие совершенства, поэтому князь Владимир, возможно, и включил Симаргла в пантеон верховных божеств наряду с Перуном, Даждьбогом, Мокошью и другими.

Позднее старого Симаргла стали называть Переплутом. Культ Симаргла -Переплута оказался тесно связан с русалиями (празднествами в честь русалок). Русалки, или вилы, изображавшиеся в виде сирен, красивых крылатых птицедев, почитались как божества орошения полей дождями или влажными утренними туманами.

Есть и такое предположение: изображение Симаргла на браслете связано с календарем, обозначавшим порядок чередования месяцев в течение года.

Что за богиня Мокошь — единственное женское божество среди поставленных князем Владимиром на его дворе в Киеве? Упоминания об этой богине встречаются во многих источниках, но они очень неясны. Трудно определить и происхождение слова «Мокошь». Некоторые исследователи связывали его с финским племенным названием «мокша», другие считали Мокошь божеством, близким восточной богине Астарте или греческим Афродите и Гекате, третьи приравнивали к русалке.

Б. А. Рыбаков считает, что это имя содержит слово «кошь», «кощь» («жребий», «судьба») и является корнем слов, обозначающих емкости для зерна (например, «корзина», «кошница», «кошуля»). Отсюда, по его мнению, Мокошь - богиня судьбы, удачи.

Упоминается Мокошь в одних и тех же источниках, обычно вместе с Рожаницами - богинями, которых можно видеть вышитыми на русских полотенцах и рубахах. Мокошь изображена на них как центральная фигура всей композиции. Здесь она уподобляется Роду — корню. На полотенцах для весенних обрядов Мокошь изображалась с воздетыми к небу руками, как бы молящая верховное небесное божество оросить дождем вспаханные и засеянные поля.

С 23 мая по 24 июня по новому стилю славяне отмечали празднества божества Лады. В славянской мифологии это имя было распространено достаточно широко. Лада считалась покровительницей любви, браков, богиней юности, красоты, плодородия, щедрой матерью.

Лада присутствует в фольклоре всех славянских народов — поляков, чехов, словаков, сербов, хорватов, иллирийцев, болгар, русских, белорусов, украинцев. Широко распространено это имя и у балтийских славян.

2.2. Мифологические представления славян о природе (низшие божества и фантастические существа).

Древние славянские сказания, песни, заговоры, прибаутки, поговорки близки по своему складу к древней поэзии «Вед», «Авесты», песням древних германцев, а сравнительное изучение, например, этих германских и славянских песен показывает, что славянский размер более старый, первоначальный.

Где же расцвело древнее песнопение у славян? Его «прародительницей» была природа. Согласно древним поверьям, когда солнце получает новые силы от влаги и начинает светить обновленным светом, пробужденная весной душа начинает творить песню. Пению учила вода. Народное выражение «как река льется» сохранило отзвук родства между пением и течением воды. Интересно, что мелодия песни пережила века, хотя древние слова песенного сказа утрачены и заменены новыми. Русская песня протяжна: в ней отразились огромные просторы и расстояния, на которых жили и которые осваивали наши предки.

Сила народных верований сказывалась не только в складе народной песни, в манере ее исполнения и в общем строе ее мелодий. Образы, связанные с мифом, нередко определяли и содержание песенных строф, и сам напев. В сохранившихся колядках прославлялось юное солнце, в подблюдных песнях огонь и вода предвещали судьбу, веснянки закликали огонь на землю.

Широко были распространены и мифы о солнце. Южнославянские и русские сказки воспевали солнце как доброе начало, которое указывало путь, убивало чародеев, леших, всех нечистых. Словаки верили в божественность солнца, называли его святым и владыкой неба и земли, призывали его на помощь в заговорах от недугов, гадали по лучам его. Обычно в старинных поверьях солнце почиталось в двух видах: как видимое небесное светило, занимающее середину света, все освещающее, и как бог, как царь-солнце. Царство его воображали где-то за морем, в стране вечного лета и вечной жизни, откуда семена жизни залетают к нам, а чертоги его должны быть на высоких священных горах. Там царь-солнце восседает на своем пурпурно-золотом, престоле, окруженное двором и родней. Девы ему прислуживают, заплетают волосы и ноют песни. Из них главные две - Заря утренняя и Заря вечерняя.

В славянской мифологии несколько солнечных божеств, связанных, по мнению разных исследователей, узами родства: Хорс, Даждьбог, Волос, Сварожич, Радегаст, Свентовит, Яровит, Ясон. Некоторые относят к этому ряду также Ладу, Лада, Живу. Эти верования уходят своими корнями в древнюю индоевропейскую мифологию (22, с. 41).

Огонь и вода почитались как божественные силы, образующие самое естество природы. Совместные действия небесного огня со священной влагой, по мнению наших предков, порождают все живое и взращивают древо жизни. Символом этого древа была береза или верба. О мифическом древе пелись народные песни. Говорится о нем и в русском заклинании: «На море-окияне, на острове Буяне, стоит белая береза вниз ветвями, вверх кореньями». Остров Буян - чудесный остров, на нем лежит белый огненный камень Алатырь, а вокруг камня, не увядая, цветет весна. Какое-то бесконечно далекое воспоминание скрыто в этом видении, в образе огня среди водных просторов.

Трудно представить себе, как именно понимали существо воды и огня наши предки. Во всяком случае жизнетворная сила была присуща и священному «живому огню», и священной «живой воде». За пределами неба огонь и вода претворялись в мед, напиток бессмертия; их чудесные свойства могли передаваться земным огням и водам. «Мертвая вода» исцеляла раны, «живая вода» возвращала жизнь. Поскольку огонь и влага получали свою силу лишь в случае взаимодействия, то святой и целебной почиталась на земле такая вода, которой коснулся огонь: Перунов ключ или колодезь, вода с опущенной в нее «громовой стрелкой», вода, заигравшая от положенных в нее горящих угольков, на заре упавшая роса, дождь из молниеносной тучи.

Страдательное положение воды в природе послужило поводом видеть в ней женское существо. Без животворной силы света недвижная вода наполняет пространство в виде снега, льда, но когда свет и тепло пробуждает ее, она растекается и под влиянием света рождает и питает годовой мир. На этом основании славяне-светопоклонники почитали воду.

Многие мифологические существа родились в народном сознании благодаря соединению представлений о свете и воде. Одно из таких существ — Морена. На праздник Купала делалось чучело Морены, гулявшие прыгали через огонь, затем топили чучело в воде. Однако Морена заключала в себе начала не только жизни, но и смерти. Такими же существами в античной мифологии были Диана и Артемида — божества добрые, светлые, но и они отождествлялись с греческой Гекатой — мрачным смертоносным существом, покровительницей ночной нечисти, колдовства.

Славяне считали воду стихией, из которой образовался мир. Они «населяли» ее различными божествами (моренами, водяными, русалками). Боготворили они и особых женских водяных существ - берегинь, культ которых непосредственно связан с водой. По представлениям древних славян, поклонение воде и источникам должно было спасать от засухи, орошать поля. Поклоняясь водяным божествам, славяне очищались водой как священной стихией, приносили воде жертвы - цветы, пищу, кур. Они оставляли жертвоприношения на берегу, чтобы их поглотила боготворимая стихия.

Огонь и вода - носители правды - поддерживали на земле право и порядок. Некоторые судебные обычаи славян, как и других арийцев, исходят из убеждения, что огонь и влага - мудрые судьи человека.

Природа, по мнению древнего славянина, живет в согласии с жизнью божества: она угасает в осенние дни вместе с меркнущим огнем неба, застывает зимой вместе с оледенением влаги. Жар весны, растопляющий снега, возвращает земле утраченную силу, а в летние дни все живое наполняется огнем солнечных лучей и дождевой водой и достигает расцвета.

Проникновение в мистерию природы требовало прежде всего знания действующих в ней сил, и это знание давали обрядовые загадки или гадания. Для древних славян загадки были «сокровенными словами», понимание которых было знаком мудрости, постигающей правду. В них также шла речь о явлениях природы, творимых огнем и водой: «Заря, зарница ключи потеряла; месяц пошел, не нашел; солнце пошло, ключи нашло» (отгадка — роса) (22, с. 50).

Гадания должны были научить правде жизни. Это была беседа с первоисточниками мудрости. На Руси гадали у огня (у печи) или у воды (у реки); зимой — у проруби, на снегу, на мосту или там, где есть огонь и вода (в бане). Древние славяне верили, что вещая сила живет в угольке, связке дров, в кочерге, в лучине. Подобных обрядов у славян было очень много, и древность их подтверждается сходством с обрядами всех арийских племен.

Целостное видение природы и приближение к ее тайнам в загадках и гаданиях еще не достигалось, такое видение давали обрядовые «игры», т. е. религиозно-символические представления, происходившие на языческом празднике зимнего солнцестояния и на последующих праздниках года. Эти обрядовые игры восточных славян назывались русалиями.

Повседневная жизнь древних славян была наполнена обрядами (календарными, семейными и т. д.), которые лежали в основе народных представлений об устройстве мира и определяли всю систему их представлений. Общий миропорядок «требовал» поддержания необходимого равновесия между миром людей и «тем» светом (миром предков, нечистой силы). Мифологические персонажи имели свои характерные признаки: время появления (их нужно было ожидать в святки или Духов день, в полночь или в полдень); место обитания или появления на земле (дома, в хлеву, в бане, в воде, в лесу, в поле); определенный внешний вид; приносящие помощь или вред человеку, животным и т. п.

Каждый персонаж мог иметь и какие-то дополнительные признаки, в результате чего не всегда удается точно установить, имеем мы дело с одним и тем же персонажем или с разными. Так, болгарских русалок обычно представляли в виде красивых женщин с крыльями, длинноволосыми, в белом одеянии; появлялись они возле источников. Русалки-росены любили петь и танцевать, помогали в уборке урожая хлеба, винограда; к ним обращались для исцеления, но они могли и насылать болезни. Румынские же русалки описывались как нечисть исключительно вредоносная, связанная со стихией ветра, вихря, уродующая людей, сводящая их с ума. Эти крылатые девы любили танцевать и водили хороводы у воды, на полях, насылали болезни, отбирали у коров молоко.

Народная фантазия представляла вредоносные существа в виде животных, не очень любимых людьми, - змеи, волка или в образах дракона и фантастических мифологических персонажей, в действиях которых добро боролось со злом, а зло - с добром.

Злыми духами в славянской мифологии были «мары». Мара, маруха, мора, кикимора считались воплощением смерти, мора. Позднее Мара утратила связь со смертью, но сохранила, например, в польских сказках, свой вредный для человека характер, способность к оборотничеству и т. п. Белорусская Мара - название нечисти, а также чучела, которое сжигают на костре в ночь на Ивана Купалу. Поэтому Марью в купальских песнях, легендах можно считать дальнейшей переработкой образа Мары.

На Руси мифологические сюжеты черпали из разных источников, одним из которых были «Отреченные книги», принесенные с Запада. Однако к ним причислялись также те листы или тетрадки, в которые люди по собственной инициативе записывали народные заговоры, приметы и суеверные наставления.

Заговорам приписывалась магическая сила, способная вызвать желаемое состояние. Они самым тесным образом связаны с мифом. Согласно А. Н. Веселовскому, в заговорах выражалось стремление повторить на земле, в практической деятельности человека те процессы, которые, по понятиям язычника, производятся на небе неземными силами. В заговорах дана подробная классификация космических и человеческих функций.

Звери по своим инстинктам и привычкам, по движениям, крику, бегу, как и птицы по полету, искони служили для человека символическими выражениями различных явлений природы и собственной духовной жизни. В их поведении и повадках он усматривал игру свойственных ему самому страстей, пороков и добродетелей. Свои знания о земных животных древний славянин переносил в воображении на небесные атмосферные явления. Так, свист ветра, гром молнии, тучи, застилающие солнце, снег и дождь он объяснял криком, бегом и борьбой различных небесных зверей, птиц, огненных змей. Обращаясь к внутреннему миру своих чувств и мыслей, древний славянин находил повод для аллегорического сравнения себя с известными животными, обозначил их именами и переносил их имена на самого себя. Так возникли аллегорические названия некоторых народностей: фряг - лев, сарацин - вепрь, литвин -тур, турок - змей, румын - выдра и т. п.

В основе таких представлений лежали положительные или отрицательные качества. Со временем мифическая символика исчезла, а в новейшие, христианские времена в образах животных стали сатирически изображать людские страсти и пороки.

Все басни и сказки о животных восходят к самым древним временам, когда существовали чисто мифические предания, и даже древнегреческому баснописцу VI века до н. э. Эзопу принадлежит честь лишь первой литературной обработки этих древнейших сказаний. Эта обработка придала им новую форму сатирического рассказа, целью которого было моральное нравоучение.

На Руси сказания долго сохранялись в их первозданном виде - как народные мифо-сказки, тогда как на Западе в XII веке эти мотивы образовали так называемый звериный эпос.

 

Страниц: 1 2 3 4
Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Архив сайта
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

+7(908)07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!