Социальная структура современного российского общества - Часть 2

В результате страна формально имеет новую систему высших государственных должностей. Обновился и персональный состав занимающих эти должности лиц, часть которых пришла  из иных сфер деятельности. Тем самым ранее замкнутый верхний слой общества приоткрылся для выходцев из других групп. На первый взгляд, прежней номенклатуры не стало, она исчезла, растворившись в других слоях общества. Но в действительности она сохранилась. Продолжает существовать подавляющая часть как ранее бывших номенклатурными должностей, так и связанных с ними властно-распорядительных функций. Причем более 1/2 квази-номенклатурных должностей занимает прежняя политическая элита, реализующая модели управленческой деятельности, характерные для советской системы. Между членами бывшей номенклатуры поддерживаются устойчивые деловые связи, способствующие сохранению свойственного ей сословно-классового сознания2.
Вместе с тем дестабилизация власти и личное "временщичество" руководителей государства способствуют относительному ослаблению роли политического компонента социальной стратификации. Разумеется, объем властных и политических полномочий оказывает большое влияние на формирование социального статуса групп. Однако на первую роль выдвигается место общественных групп в управлении экономикой, в приватизации общественной собственности, распоряжении материальными и финансовыми ресурсами. Перераспределение накопленного богатства — едва ли не единственная сфера управленческой деятельности, где роль политической власти усилилась. Прямая или косвенная причастность к перераспределению государственной собственности служит в современной России важнейшим фактором, определяющим социальный статус управленческих групп.
Экономический потенциал разных социальных групп в СССР измерялся мерой их участия во владении, распределении и использовании общественного богатства. По этому критерию выделялись такие группы, как    бюрократия,    распределявшая    дефицитные    социальные    блага; руководители производств, распоряжавшиеся финансами и продукцией предприятий и обычно причастные к теневой экономике; работники материально-технического снабжения, оптовой и розничной торговли, сферы обслуживания населения и пр. Однако люди, в той или мере причастные к распределительно-обменным процессам, составляли сравнительно небольшую долю населения. Массовые слои общества подобных прав не имели, и их экономическая стратификация определялась уровнем заработков и семейных доходов, зависевших от множества факторов, начиная с характера и содержания труда, сфер и отраслей его приложения, ведомственной принадлежности предприятий, кончая численностью и составом семей. Взаимодействие экономических, социальных, региональных, демографических и иных факторов создавало довольно пеструю картину экономической стратификации населения.
В настоящее время экономический потенциал общественных групп включает три компонента:
а) владение капиталом, производящим доход,
б) причастность к процессам распределения, перемещения и обмена общественного продукта,
в) уровень личных доходов и потребления.
Особая роль принадлежит первому компоненту. Активно формируются разнообразные         формы         негосударственной                   собственности (индивидуальная,  групповая, кооперативная, акционерная, корпоративная и т.д.), возникают разные типы капитала (финансовый, торговый, промышленный). В социальном плане более или менее отчетливо выделились собственники частного капитала. Среди них есть и очень крупные, и средние, и мелкие, относящиеся соответственно к разным слоям. Особое место занимают крестьяне, владеющие личным хозяйством и постепенно становящиеся собственниками земли. Однако подавляющая часть россиян не имеет производительной собственности (5,с.6).
Второй из названных компонентов экономического потенциала, который ранее доминировал, сейчас сдает позиции первому. Это связано с тем, что экономический статус среднего собственника выше, чем квалифицированного менеджера. К тому же, по мере приватизации экономики материальные и финансовые ресурсы приобретают заинтересованных хозяев, что сокращает возможность их растаскивания.
Однако процесс оздоровления экономики пробивает себе дорогу лишь как тенденция, так как в сложившейся неразберихе близость к "общественному пирогу" (т.е. к государственным ресурсам) играет большую роль, чем когда-либо. К сожалению, операционализировать данный критерий, то есть измерить степень причастности разных экономических, профессиональных и должностных групп к распределительным механизмам непросто. Скорее всего, по этому признаку выделятся те же самые группы, что раньше: руководители государственных и смешанных предприятий, в том числе акционерных обществ, ответственные работники и специалисты торговли; служащие материально-технического снабжения; а также такие профессионалы бизнеса, как коммерсанты, маклеры, дилеры и т.п.
Доля россиян, не имеющих ни собственных капиталов, ни доступа к распределению государственных благ, за последние годы немного уменьшилась, но они по-прежнему составляют самую массовую часть общества. Экономический потенциал этих людей определяется уровнем доходов от работы по найму. Главные же сдвиги в их положении заключаются, во-первых, в гораздо более резкой, чем прежде, имущественной поляризации и, во вторых, в почти полном исчезновении зависимости между трудом и доходом. Возникновение многосекторной экономики, отказ от государственного регулирования зарплаты, отсутствие общенационального рынка труда, множественность локальных очагов безработицы, а в последние годы и многомесячные задержки зарплаты за уже выполненную работу привели сферу доходов в состояние хаоса. При этом значительная часть населения оказалась за чертой бедности, и даже за порогом нищеты.
Что касается социокультурного потенциала, то в стратификации советского общества он играл сугубо подчиненную роль. Международные исследования выявляли уникально слабую, по сравнению с другими странами,        взаимозависимость        культурного,        политического        и экономического статуса россиян. Верхушка правящего слоя в СССР была представлена недостаточно образованными людьми, к тому же враждебно настроенными к культуре. Труд специалистов гуманитарного профиля оплачивался ниже труда рабочих. Правда, культурный уровень, образованность, духовные интересы сказывались на образе жизни интеллигенции, а через его посредство - и на ее социальном престиже. И все же культурный потенциал стратифицировал общество не на всю его глубину.
Характерные для настоящего времени процессы интенсивного распада старых и формирования новых общественных институтов усиливают трудовую и социальную мобильность. В связи с этим заметно повышается роль таких личных человеческих качеств, как одаренность или талант, уровень социализации, качество образования, компетентность, способность к овладению новыми знаниями, культурный кругозор и т.д. Повышается ценность профессионализма, а значит, и роль социокультурного капитала. Но это - лишь тенденция, поскольку восходящей социальной мобильности в равной мере способствуют качества, слабо связанные с культурным потенциалом - молодость, энергия, воля, амбициозность, наличие организаторских способностей, готовность к риску, физическая сила, агрессивность, моральная неразборчивость и т.д. К тому же сегодня российское общество затребует лишь ту часть культурного потенциала, которую можно использовать "здесь и сейчас". Отсюда - сравнительно высокий спрос на квалифицированных и опытных инженеров, врачей и учителей при растущей невостребованности ученых, работников культуры и искусства, разного рода гуманитариев.
По мнению Т.И. Заславской,  в России сейчас существуют две относительно обособленные системы общественной оценки социокультурного потенциала работников. Первая действует в негосударственном секторе, испытывающем актуальную потребность в квалифицированных специалистах    и    готовом    высоко    оплачивать    их    работу (5,с.8).
Вторая, традиционно сохраняющаяся в госсекторе, по-прежнему несет отпечаток уравниловки и нигилистического отношения к умственному труду. В результате происходит расслоение российской интеллигенции на страты, существенно различающиеся своим положением: верхнюю составляют высокооплачиваемые квалифицированные специалисты управленческого и экономико-юридического профиля, занятые в частном секторе экономики; среднюю - более или менее поддерживаемые "на плаву" специалисты научно-технического профиля, занятые в ТЭК и других экспортных отраслях; нижнюю - предоставленные самим себе специалисты социального и гуманитарного профиля, занятые в бюджетных отраслях,.
В целом структура российского общества претерпела заметные изменения по сравнению с советским временем, но вместе с тем сохраняет многие прежние черты. Для ее существенной трансформации необходимо системное преобразование институтов собственности и власти, которое займет многие годы. Тем временем стратификация общества будет и далее терять жесткость и однозначность. Границы между группами и слоями станут "размываться", возникнет множество маргинальных групп с неопределенным или противоречивым статусом. На первый взгляд, эта тенденция напоминает размывание социально-классовой структуры, наблюдаемое в наиболее развитых западных обществах, но, думаю, это сходство формально. Дело в том, что возникновение относительно однородных "обществ среднего класса" характерно для постиндустриализма. Россия же не только не переросла индустриальной стадии развития, но и переживает тяжелейший кризис, отбросивший ее экономику далеко назад. В этих условиях социально-классовые различия в положении общественных групп приобретают особую значимость. Они прорисовываются даже резче, чем прежде, во многом определяя другие стороны социального статуса.

Заключение
Итак,  по сравнению с советским обществом российское общество значительно более дифференцировано по социальным группам и слоям. В нем появились такие социальные группы и слои, которых десять лет назад не было (или существовали в зародыше и не учитывались официальной статистикой), а другие приобрели новую качественную определенность.
В целом реформы дали толчок скорее к развитию, чем к деградации общества. Однако позитивные изменения пробивают себе дорогу через тернии негативных. Центральное место сейчас занимает проблема приспособления массовых групп к новой социальной реальности. Как показывают исследования, в первые годы радикальных реформ доля адаптировавшихся к новым условиям людей возрастала. Но затем она стабилизировалась, а в последнее время стала снижаться, что свидетельствует об исчерпании адаптационных   ресурсов   общества.
В целом социальная структура современного российского общества может быть представлена 4-мя слоями: верхним, средним, базовым и нижним, а также десоциализированным  "социальным дном". Под верхним слоем понимается прежде всего реально правящий слой, выступающий в роли основного субъекта реформ. К нему относятся элитные и субэлитные группы, занимающие наиболее важные позиции в системе государственного управления, в экономических и силовых структурах.
Средний слой слишком малочислен, чтобы служить гарантом социальной стабильности. Однако полноценный средний слой в России может сформироваться лишь на основе социальных групп, сегодня образующих соответствующий протослой. Это мелкие предприниматели, полупредприниматели, менеджмент средних и небольших предприятий, среднее звено бюрократии, старшие офицеры, наиболее квалифицированные и дееспособные специалисты и рабочие. В настоящее время этот слой, несмотря на свою маломощность, является и социальной опорой и главной движущей силой реформ, реализуемых преимущественно его усилиями. Если верхний слой воплощает целеполагание и волю общества, то средний слой служит носителем энергетического начала и массовой повседневной социально-преобразовательной деятельности.
Базовый социальный слой очень массивен, он охватывает более 2/3 российского общества. Его представители обладают средними профессионально-квалификационными качествами и относительно ограниченным трудовым потенциалом. Основные усилия его в современных условиях направляются не на преобразование действительности в соответствии с собственным интересом, а на адаптацию к тем изменениям, которые происходят по инициативе других, часто - на поиск путей выживания. К базовому слою относится основная часть интеллигенции (специалистов), полуинтеллигенция (помощники специалистов), служащие из технического персонала, работники массовых профессий торговли и сервиса, а также большая часть крестьянства.
Структура и функции нижнего слоя, замыкающего основную, социализированную часть общества, представляется наименее ясной. Отличительными чертами его представителей служат низкий деятельностный потенциал и неспособность адаптироваться к жестким социально-экономическим условиям переходного периода. В основном этот слой состоит либо из пожилых, малообразованных, не слишком здоровых и сильных людей, к тому же не заработавших достаточных пенсий, либо из тех, кто не имеют профессий, а нередко и постоянного занятия, безработных, беженцев и вынужденных мигрантов из районов межнациональных конфликтов.
Главной характеристикой "социального дна" служит изолированность от институтов большого общества, компенсируемая включенностью в специфические криминальные и полукриминальные институты. Представителями «социального дна» являются преступники и полупреступные элементы - воры, бандиты, торговцы наркотиками, содержатели притонов, мелкие и крупные жулики, наемные убийцы, а также опустившиеся люди - алкоголики, наркоманы, проститутки, бродяги, бомжи и т.д. Значительная часть этого слоя прошла через пенитенциарную систему, а другим это угрожает. «Социальное дно» достаточно тесно смыкается с нижним слоем большого общества.

Список литературы

1. Андреев А. Л. Социальное ядро нации (средние слои в современном российском обществе) // ОНС. – 2000. - №3. – С. 76 – 87.
2. Антонов А. И. Три модели будущего // Семья и школа. – 1998.- №1. – С. 19 – 22.
3. Галкин А. А. Тенденции изменения социальной структуры // Социс. – 1998. – №10. – С. 85 - 92.
4. Голенкова З. Т. Динамика социокультурной трансформации в России // Социс. – 1998. – №10. – С. 77 - 85.
5. Заславская Т.И. Социальная структура современного российского  общества // Общественные науки и современность.- 1997.- № 2. – С.5-23.
6. Исправников В. О. Теневая экономика и перспективы образования среднего класса // ОНС. – 1998. - №6. – С. 40 – 51.
7. Кинсбурский А. В. Социальное недовольство и потенциал протеста // Социс. – 1998. – №10. – С. 92 - 96.
8. Маркович Д. Д. Общая социология. – М.: Владос, 1998.
9. Руткевич М. Н. Трансформация социальной структуры российского общества // Социс. – 1997. – №7. – С. 3 – 20.
10. Тихонова Н. Е. Социальная структура российского общества // ОНС. – 2000. - №3. – С. 5 – 16.

(16.7 KiB, 57 downloads)

© Размещение материала на других электронных ресурсах только в сопровождении активной ссылки

Вы можете заказать оригинальную авторскую работу на эту и любую другую тему.

Контрольные работы в Магнитогорске, контрольную работу купить, курсовые работы по праву, купить курсовую работу по праву, курсовые работы в РАНХиГС, курсовые работы по праву в РАНХиГС, дипломные работы по праву в Магнитогорске, дипломы по праву в МИЭП, дипломы и курсовые работы в ВГУ, контрольные работы в СГА, магистерские диссертации по праву в Челгу.

Страниц: 1 2
Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Архив сайта
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

+7(908)07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!