Рональд Рейган - Часть 2

ГЛАВА I. РОНАЛЬД РЕЙГАН: ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ, ПУТЬ К ПРЕЗИДЕНТСТВУ

В политической истории США Рональд Рейган навсегда останется живой легендой – актер, ставший президентом. Конечно, для актера заняться политикой - вещь в США не совсем обычная, но и не столь уникальная. Однако головокружительное восхождение Рональда Рейгана к вершине политической пирамиды США действительно беспрецедентно. Ниже мы рассмотрим причины этого «вхождения во власть», а также подробно рассмотрим процесс становления политических убеждений Рональда Рейгана.
Рейганов нельзя отнести к элите американского общества, но и неимущими они тоже не были. В своих вышедших в 1990 году мемуарах «Жизнь американца» Рейган вспоминает, что родился 6 февраля 1911 в квартире, которая помещалась над конторой местного банка в Тампико, штат Иллинойс. Семейное предание гласит, что, когда отец поднялся наверх взглянуть на новорожденного, он заметил: «Похож на маленького голландского толстячка. Впрочем, кто знает, может быть, когда-нибудь станет президентом» (2, с. 24).
Личные притязания отца, католика, прибывшего из Ирландии, были скромнее: он мечтал стать владельцем обувного магазина, но выше должности продавца обувной лавки так и не поднялся. В 10 лет Рональд узнал от матери, что отец страдает от алкоголизма. «Хотя он и не принадлежал к числу тех пьяниц, которые издеваются над женами и детьми, временами он был довольно груб, и мы с братом Нилом часто слышали родительскую ругань», - рассказывал Рейган (2, с. 26).
Мать Рональда - протестантка англо-шотландского происхождения - была большой любительницей театра и участницей театрализованных представлений. Ее сын школьником тоже участвовал во всех утренниках и любительских постановках. Кроме того, он увлекался американским футболом и баскетболом. В 14 лет устроился на лето подрабатывать на стройку. А потом пять лет работал спасателем на речном пляже и весьма успешно: не дал утонуть 77 пляжникам. Благодарный город увековечил это в памятной доске на деревянной пристани. Ее уже давно нет, но доска выставлена в местном музее.
В 1928 году Рейган поступил в колледж в Юрике (штат Иллинойс). Изучал экономику, социологию и одновременно блистал на беговой и плавательных дорожках, на футбольном поле, в студенческих спектаклях. Был избран президентом студенческого совета и как-то даже организовал успешную забастовку против мер экономии, к которым попыталась прибегнуть администрация. Сам он получал стипендию как нуждающийся студент и подрабатывал сначала мытьем посуды, а потом как тренер по плаванию.
Получив степень бакалавра, Рейган устроился диктором на радио, писал на спортивные темы в местной газете города Де-Мойна. Весной 1937 года его отправили освещать тренировочные сборы чикагской бейсбольной команды на остров Каталина в Калифорнии, близ Лос-Анджелеса. Побывав на одной из голливудских студий, он загорелся желанием стать актером. Там же он встретился со своей землячкой Джой Ходжес, которая успела сыграть несколько небольших ролей в фильмах. Когда Рейган рассказал ей о своей мечте, она посоветовала: «Сними очки». Студии, по ее словам, не обращают внимания на очкариков. Рональд Рейган страдал сильной близорукостью и до сих пор носит линзы (43, с. 67).
Джой же устроила Рейгану встречу с голливудским агентом. «Я глядел на бесформенное пятно по другую сторону стола, стараясь выглядеть кинозвездой, - вспоминает Рейган. - Не надел очки и в результате во время одного из самых важных разговоров моей жизни почти ничего не видел». Тем не менее, агенту приглянулась спортивная фигура Рейгана, его мягкий, вкрадчивый голос, голубые глаза, и он порекомендовал его киностудии «Уорнер бразерс». Рейгану пообещали пробу, заверив, что перезвонят через несколько дней в отель. На что тот ответил, что, к сожалению, не может ждать, надо возвращаться: начинается спортивный сезон, и он должен вести передачи. На следующий день Рейган был уже в Де-Мойне, а еще через сутки пришла телеграмма от агента: «Уорнеры предлагают контракт на семь лет. Начальный оклад 200 долларов в неделю. Как поступить?» (1, с. 48)
Спустя месяц 26-летний Рейган начал карьеру в Голливуде. В первой ленте «Любовь в эфире» (1937 год) он играл самого себя - изображал радиокомментатора. Потом были еще 54 фильма - мелодрамы, комедии, детективы, вестерны, в основном второразрядные. Роли тоже чаще всего были вторые, правда, сплошь положительные, - «хорошего парня, которому не повезло с девушкой». Критики в целом относились к нему благосклонно, нравился он и зрителям - «типичный американец». В 1941 году в картине «Королевский ряд» Рейган сыграл роль плейбоя из провинциального городка, которому садист-хирург отрезает здоровые ноги. Фраза, которую произносит несчастный, придя в сознание после операции: «Где остальная часть меня?», была использована Рейганом в названии автобиографии (64, с. 44).
В Европе разгоралась война, в которую втягивались США. В 42-м Рейган поступил на воинскую службу, но медики признали его негодным для участия в боевых действиях из-за плохого зрения. Пришлось довольствоваться озвучиванием военно-учебных фильмов для ВВС. За военные годы он снялся только в одной ленте - мюзикле «Это - армия» (1943 год). В декабре 1945 года Рональд увольняется в звании капитана.
Вернувшись в Голливуд, он вступает сразу в ряд либерально-демократических организаций. «Я был готов идти за любым, кто гарантирует мир на земле», - пишет он в автобиографии (1, с. 37). Любопытно, что будущий республиканский президент, следуя примеру отца, голосовал за демократов.
После войны его успехи на кинематографическом поприще стали менее блестящими: снимался он все реже, да и роли ему предлагали не самые лучшие. В 1947 году его избрали президентом профсоюза Гильдии киноактеров, и примерно тогда же он разочаровался в левом движении. Рейган с готовностью давал показания в качестве свидетеля на специальных слушаниях в одном из комитетов палаты представителей, взявшемся расследовать случаи «проникновения коммунизма в киноиндустрию». Между прочим, он причастен к тому, что Чарли Чаплину пришлось хлопотать о получении вида на жительство в Швейцарии. Подпись Рейгана в качестве главы Гильдии киноактеров стояла под документом, который закрывал перед великим мастером двери голливудских студий. Более того, имеются документальные свидетельства того, что и сам Рейган, и его жена были добровольными осведомителями Федерального бюро расследований, и в досье ФБР будущий президент значился под кодовым номером Т-10 в числе 18 других «информаторов» из Голливуда.
Общности политических взглядов Рейгана и Джейн Уайман оказалось, однако, недостаточно для сохранения супружеского счастья. В 1948 г. жена подала на развод, мотивируя свой шаг излишней увлеченностью Рейгана «скучными» профсоюзными делами, которые не давали ему возможности посвящать себя семье. В 1952 г. он женился на Нэнси Дейвис, которую спас от обвинения в «симпатиях к коммунистам» и включения ее имени в «черные списки». В отличие от Джейн Уайман, ставшей кинозвездой первой величины после получения в 1948 г. «Оскара» за фильм «Джонни Белинда», Нэнси не считалась великой актрисой. Происходившая из артистической семьи, она с ранних лет выступала на бродвейских подмостках, после войны появлялась на телеэкранах в Нью-Йорке и с 1949 по 1957 г. снялась в 11 голливудских фильмах.
Второй брак Рейгана оказался прочным и счастливым. Все хорошо знающие их семью, неизменно упоминают об удивительно трогательном и бережном отношении супругов друг к другу. В 1953 г. родилась их дочь Патриция Энн, в 1958 г. - сын Рональд Прескот. Женитьба на Нэнси сыграла большую роль в жизни Рейгана. Он не был создан для роли хозяина дома и главы семьи и охотно уступил ее супруге, которая очень помогла ему и в его будущей политической карьере. «Я никогда не встречал человека, столь неспособного справляться с сугубо личными конфликтами, - писал о Рейгане его многолетний помощник Майкл Дивер. - Когда возникали проблемы с его семьей или с персоналом, находившимся под его началом, Нэнси вынуждена была нести эту ношу» (64, с. 59). Определенную роль в становлении Рейгана-политика сыграл отчим жены, состоятельный чикагский нейрохирург Лойал Дейвис, влиятельная фигура в консервативных политических кругах республиканской партии.
В начале 50-х годов происходит заметное изменение политических предпочтений Рейгана. В молодости он, как и его отец, причислял себя к либеральным демократам, восхищался Франклином Д. Рузвельтом. Впрочем, это восхищение он сохранил до настоящего времени и ни в одной из своих речей не позволил себе неодобрительно отозваться об этом президенте, хотя политика правительства Рейгана означала фактическое отрицание наследия либерального «нового курса». В Рузвельте, по свидетельству Дж. Буша, он видел человека «спасшего свободные институты страны в чрезвычайные 30 - 40-е годы». После войны, включившись в антикоммунистическую деятельность, Рейган тем не менее оставался в рядах либеральной организации «Американцы за демократическое действие». В 1950 г. он активно поддерживал в борьбе за пост губернатора Калифорнии кандидата демократов актрису Хелен Дуглас, которая уступила тогда Ричарду Никсону. Но уже выборы 1952 г. застают его в рядах организации «Демократы за Эйзенхауэра», и до 1962 г. его симпатии были противоположны партийной принадлежности.
Настоящей «политической академией» стала для Рейгана служба в «Дженерал электрик», где с 1954 года он работал в качестве ведущего еженедельной телепрограммы, которую финансировала эта компания. Одновременно он разъезжал по 135 заводам корпорации, выступая перед рабочими с лекциями, которые прославляли ценности свободного предпринимательства. Именно в ходе этих выступлений он оттачивал те приемы ораторского искусства, которые позднее успешно использовал во время предвыборных кампаний. Помимо годового оклада в 125 тыс. долл., эта должность позволила ему обрести славу проповедника идей частного предпринимательства и установить обширные связи в кругах власть имущих. Все это ускорило его отход от демократической партии.
Официальный же «переход» Рейгана в республиканскую веру состоялась в период его участия в провалившейся кампании Никсона за губернаторское кресло в Калифорнии в 1962 году. К этому времени его уже достаточно хорошо знали в кругах местной организации республиканцев, которой руководил Каспар Уайнбергер. «Он в течение многих лет был неутомимым оратором, призывавшим к взносам в партийную кассу... На меня всегда производило большое впечатление его умение общаться с аудиторией. Это фантастично!», - вспоминал о начале 60-х годов Уайнбергер (64, с. 92). Красноречие Рейгана обратило на себя внимание политиков национального масштаба. В 1964 г. он возглавил комитет «Граждане за Голдуотера» в Калифорнии, а в октябре того же года произнес транслировавшуюся на всю страну речь в защиту предводителя республиканских ультра. Он уверял, что США остались «единственным островком свободы во всем мире», призывал «восстановить для наших детей идеи американской мечты», оскверненные правительством демократов. Впоследствии эта речь, не привлекшая тогда к себе особого внимания, была объявлена образцом политической риторики.
Рейган стал привлекать к себе все большее внимание крупнейших калифорнийских бизнесменов, тяжело переживавших поражение Голдуотера. Вскоре после выборов 1964 г. был создан комитет «Друзья Рональда Рейгана» во главе с миллионерами автомобильным торговцем Холмсом Таттлом, нефтепромышленником Генри Салватори, президентом компании «Юнион ойл» А. Рубелом.
Политическая поддержка бизнеса делала свое дело: уже в сентябре 1965 г. опросы общественного мнения показали, что Рейган далеко опережал в Калифорнии всех возможных претендентов на губернаторский пост от республиканской партии.
Главным конкурентом Рейгана в борьбе за губернаторский пост являлся многоопытный мэр Сан-Франциско Дж. Кристофер, на стороне которого были республиканская партийная машина штата и многие видные политики, в том числе и Уайнбергер. Но Кристоферу оказалось не под силу состязаться в красноречии с Рейганом. «Я вспоминаю один митинг на юге штата, где присутствовали тысячи людей, а мы с Рейганом выступали, - объяснял причины своего поражения Кристофер. - Рейган первым взял слово и заявил, что когда он станет губернатором, то автоматически сократит бюджет на 10%... Это звучало прекрасно, толпа зааплодировала и ответила ему потрясающей овацией. Когда настала моя очередь, мне задали тот же вопрос. Я сказал: «Мой опыт руководства говорит мне, что автоматически это сделать нельзя... Надо работать над устранением дублирующих программ и сокращать бюджет постепенно» (64, с. 107). Что ж, меня освистали. И я понял, что мое дело проиграно». Этот эпизод хорошо иллюстрирует одну особенность политического стиля Рейгана: стремление свести сложные проблемы к доступным каждому обывателю простым и популярным лозунгам.
Свою кампанию против кандидата демократов губернатора Э. Брауна Рейган провел под флагом критики уже изрядно дискредитированных программ «великого общества» президента Джонсона, проповеди жесткой линии в отношении антивоенных выступлений студентов Калифорнийского университета, которые вызывали недовольство многих добропорядочных граждан. И эта тактика принесла ему победу с огромным перевесом в 1 млн. голосов.
Вступая на пост губернатора в 1967 г., он сразу дал понять, что главной его целью станет сокращение социально-экономических программ. Рейган был одним из немногих губернаторов, которые прославились как безоговорочные противники социальных мероприятий. Можно задаться вопросом: свидетельствовало ли неприятие Рейганом программ социальной помощи о его бессердечии и полном пренебрежении к нуждам рядовых граждан? Думается, что нет. По рассказам многих близких к нему людей, Рейган - человек сентиментальный, принимающий близко к сердцу страдания отдельных людей. В годы губернаторства Рейган нередко добровольно или вынужденно отходил от крайностей провозглашенного им самим жесткого политического курса. Общий объем бюджетных расходов штата за 8 лет его пребывания в роли губернатора Калифорнии увеличился с 4,6 млрд. долл. до 10,2 млрд. и размер подоходных налогов с 6,64 долл. до 7,62 на каждые 100 долл. индивидуальных доходов. Число получателей социальной помощи не только не упало, но по некоторым программам даже возросло (так, число реципиентов помощи семьям с детьми на иждивении с 1967 по 1970 г. удвоилось) (43, с. 73).
Такое расхождение между риторикой и практикой объяснялось сложившимся в Калифорнии положением, расстановкой политических сил (в легислатуре и верховном суде штата доминировали демократы), а также объективной потребностью в социальном маневрировании. Свою роль сыграл и стиль политического руководства Рейгана. «Прагматизм, оппортунизм и нелюбовь к длительным конфликтам - все эти факторы содействовали его готовности отказываться от некоторых из своих позиций и подписывать законы, которые он на словах не одобрял», - писал придерживавшийся либеральных взглядов биограф Рейгана Р. Даггер.
В преддверии президентских выборов 1968 г. Рейган был уже одним из ведущих лидеров республиканской партии, уступая в популярности, по опросам, только Никсону. И Рейган впервые попробовал попытать счастья в национальной избирательной кампании. Положения программы, которую губернатор готовился преподнести избирателям страны на президентских выборах, не отличались новизной: как и на выборах в Калифорнии, доминировали темы оппозиции «великому обществу» и жесткого подавления массовых демократических движений. Рост антивоенных, негритянских движений Рейган объяснял «попустительством национальных лидеров и институтов тирании толпы». По ключевой в кампании 1968 г. вьетнамской проблеме его платформа предлагала прямое вторжение американских сухопутных войск на территорию ДРВ и отказ от мирных переговоров (64, с. 116).
Рейгану с его откровенно индивидуалистской программой трудно было рассчитывать на успех в 1968 г., когда недовольство конкретными мероприятиями правительства Джонсона не означало еще отказа избирателей от поддержки его политики социального лавирования, а «вьетнамский синдром» менее всего мог благоприятствовать популярности интервенционистской внешнеполитической риторики. Республиканцы сделали ставку на умеренного консерватора Никсона, который и стал президентом.
Кроме того, кандидатура Рейгана, который, по словам либерального публициста Д. Мюррея, «не обладал опытом управления, не имел осязаемой программы решения первоочередных внутренних и внешних проблем», не находила массовой поддержки. В этих условиях Рейгану не оставалось ничего иного, как отказаться от попытки официально выступить в первичных выборах, где его ожидало неминуемое поражение.
Хотя между Никсоном и Рейганом существовал большой идеологический разрыв и многие программы администрации вызывали раздражение калифорнийского губернатора в 1972 г. Рейган возглавил в Калифорнии кампанию по переизбранию Никсона на второй срок. В разгар «уотергейта», когда в отставку вынужден был уйти вице-президент С. Агню, Никсон рассматривал возможность назначения на этот пост Рейгана, но его кандидатура оказалась неприемлемой для умеренных республиканцев и была отвергнута. Никсон впервые приобщил Рейгана к большой дипломатии. В 1971 г. президент отправил его на Тайвань с ответственной и малоприятной миссией - объяснить Чан Кайши причины поворота в китайской политике США.
Таким образом, за время президентства Никсона Рейган оставался ведущим политиком, на которого делали ставку консервативные круги в США. Журнал «National Review» в 1975 г. так оценил его деятельность: «Рональд Рейган не был совершенным губернатором... Но его принципы и достижения ставят его выше любого из его современников, и мы задаем вопрос: кто еще обладает свойственной ему комбинацией преданности консервативным принципам, целеустремленности в отстаивании этих принципов перед лицом серьезных вызовов, готовности выполнить то, что он обещает, и великолепной личности, способной ясно объяснить свою мысль слушателям» (10). Именно консервативное движение, начавшее набирать силу после «уотергейта» в годы президентства Дж. Форда, сделало Рейгана политической фигурой национального масштаба.
Спад волны демократических движений, наглядно проявившееся в период экономического кризиса 1973 - 1975 гг. «пробуксовывание» традиционных, рузвельтовско-кейнсианских методов государственного регулирования усматривала выход из внутренних трудностей в экономии государственного бюджета. Индивидуалистические настроения в стране усиливались и как реакция на реальный провал столь широко разрекламированных демократами методов либерального реформаторства, которые не помогли решению острейших социально-экономических проблем. В значительной части многочисленного «среднего класса» Америки крепло убеждение, что именно расширение программ помощи неимущим ведет к увеличению налогов, что именно государственные расходы и «чрезмерные» требования профсоюзов влекут за собой инфляцию.
Рейган был в первых рядах критиков Форда. Его недовольство вызывали решения последнего даровать амнистию дезертирам вьетнамской войны, назначить на пост вице-президента либерала Рокфеллера. Рейган протестовал против роста дефицита государственного бюджета, участия Форда в хельсинкском Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе. В ноябре 1975 года он объявил о начале своей избирательной кампании за президентский пост. Его не смущали ни скептицизм прессы в отношении его шансов, ни отсутствие опоры в официальной структуре республиканской партии. Он надеялся на собственную организацию, поддержку крупного бизнеса, активное использование средств массовой информации и помощь всего консервативного движения в стране.
Краеугольным камнем своей программы Рейган сделал тезис о решительном уменьшении роли федерального правительства во всех сферах общественной жизни. Он предлагал сократить на 90 млрд. долл. федеральные расходы на социальное вспомоществование, жилищное строительство, образование, медицинское страхование, развитие общин. Власти штатов, согласно плану Рейгана, могли получать эти средства (конечно, в значительно меньшем объеме) за счет увеличения налогов на уровне штатов и местных органов управления. Свою внешнеполитическую программу Рейган выдержал в соответствии с классической риторикой «холодной войны».
Марафон республиканских праймериз, который длился в течение шести месяцев, проходил с переменным успехом, ни Форду, ни Рейгану не удалось вырваться вперед, и лишь на съезде партии президент сумел склонить чашу весов в свою сторону. Предпочтение многих республиканцев определялось интересами последующего соперничества с кандидатом демократов, а не идеологическими симпатиями. Опросы показывали, что Форд уступал кандидату оппозиционной партии Дж. Картеру в соотношении 4:5, в то время как Рейган - 2:7 (43, с. 75).
5 августа Рейган прислал в комитет по подготовке программы обширный список своих предложений, из которых было ясно, что он готов пойти на уступки Форду. Осенью 1976 г. Рейган вел активную кампанию в поддержку Форда и кандидатов партии в конгресс по всей стране, заодно укрепляя свои позиции в партийном аппарате на местах. Когда Форд все же уступил пост президента демократу Картеру, Рейган полностью посвятил себя пропаганде консервативных принципов, рассчитывая возглавить партию в следующей избирательной кампании. Он организовал комитет политического действия «Граждане за республику», который собирал денежные суммы для нужд предвыборной борьбы.
Годы президентства Картера стали важным этапом в создании обновленной идейно-политической платформы Рейгана. В ее основе по-прежнему лежала критика «большого правительства» и федеральной бюрократии, призывы «к беспрецедентным сокращениям налогов и увеличению военных расходов».
На наш взгляд, Рейган чутко уловил и отразил в своей программе ряд новых реалий американской политической атмосферы конца 70-х годов. В это время широчайшее распространение получает «бунт налогоплательщиков», отражавший недовольство значительной части «среднего класса» налоговым бременем. Эти настроения способствовали росту популярности идей теоретиков «экономики предложения», которые обосновывали в первую очередь необходимость резкого снижения налогообложения для стимулирования производственных инвестиций корпораций и увеличения накоплений. Во внешнеполитической области Рейган поставил во главу угла возрождение «морального превосходства» США в мире, подорванного в результате «вьетнамской травмы». Его призывы вновь превратить США в «сияющий град на холме», обеспечить идеалы «Pax Americana» путем усиления военной мощи страны находили широкий отклик в массах.
В 1980 г. на пост президента от республиканской партии претендовало несколько политиков: либеральный конгрессмен Дж. Андерсон, центристы Р. Доул, Г. Бейкер и Дж. Буш, ультраправые Дж. Коннэлли и Ф. Крейн (64, с. 132). Но явным лидером в кампании задолго до ее начала считался Рейган. На протяжении всего 1979 г. опросы общественного мнения неизменно показывали, что он многократно превосходил по популярности любого из своих республиканских соперников. Но в избирательную кампанию он вступил последним - 13 ноября 1979 года. Его штаб спокойно собирал денежные средства, планировал кампанию, вырабатывал программу, взвешивал, как лучше оттенить сильные стороны кандидата и замаскировать его слабости (самой главной из которых был его возраст - он был самым пожилым из всех президентов. В 69 лет еще никто в истории США не избирался в Белый дом).
Начало его избирательной кампании было стремительным, и оно должно было, по мысли его консультантов, сразу отмести все сомнения избирателей в отношении его способности осуществлять динамичное руководство страной. За первые пять дней Рейган выступил в девяти штатах, продемонстрировав энергию и напор, которым могли бы позавидовать и более молодые политики. Содержание его выступлений претерпело разительные перемены по сравнению с кампанией 1976 года. И сам Рейган, и его сторонники отдавали себе отчет в том, что даже в условиях определенного роста консервативных настроений в стране твердолобый консерватор не имел шансов на успех. Общий настрой кампании Рейгана его штаб определил следующим образом: «Представить Рейгана, исходя из его деятельности в Калифорнии, как новатора в подходе к различным проблемам. Рейган смягчит свой имидж борца против федерального правительства, не только подчеркивая свои заслуги в Калифорнии, но и путем выдвижения серии детальных предложений по проблемам энергетики и экономики» (43, с. 78). Большое внимание Рейган уделил рассуждениям о восстановлении «моральных ценностей» США, которые якобы были попраны поколениями либералов, проповедовавших вседозволенность.
Энергичная кампания, обновленная программа, которой был придан налет умеренности, - все это позволило Рейгану с первых же дней завладеть вниманием общественности. Имидж сильного лидера и «справедливого арбитра», поборника партийного единства, созданный Рейганом, имел очень большое значение для его будущих успехов. «Важнее не быть, а казаться», - эту аксиому американской политики Рейган усвоил крепче и использовал в своих интересах чаще, чем, пожалуй, любой из современных политиков США (1, с. 9).
Таким образом, Рейган добился важной психологической победы, сумев подать себя вполне респектабельным политиком, отнюдь не склонным впадать в экстремистские крайности. В итоге Рейган выиграл не только дебаты, но и победил в кампании имиджей.
В 1980 году Рональд Рейган стал 40-м президентом США, одержав победу над демократом Джимми Картером. Еще через четыре года американцы переизбрали его на второй срок. По мнению политологов, главной силой президента Рейгана были его великая простота и непоколебимая уверенность в том, что, когда дело касается главного, он всегда прав.

Страниц: 1 2 3 4 5
Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Архив сайта
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

+7(908)07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!