Проблема жизни и смерти человека

ПЛАН

1.Понятие смысла жизни. Общественные и индивидуальные критерии смысла жизни.

2.Философия о смерти и бессмертии человека.

3.Современные глобальные проблемы и ценность жизни человека.

4.Список литературы.

1.Понятие смысла жизни. Общественные и индивидуальные критерии смысла жизни.

Проблема смысла жизни выступает своей подлинно проблемной стороной уже при определении понятия «смысл жизни». В значительной мере это связано с многозначностью термина «смысл». Он несет в себе одновременно такие значения, как «внутреннее содержание чего-либо», «значение», «разумное основание», «цель», «назначение», «идеальное содержание», «идея», «конечная цель», «ценность чего-либо». Многозначность термина обусловливает дискуссионность вопроса о содержании и границах смысла жизни как онтологической данности.

Одним из подходов к понятию «смысл жизни» является трактовка его в плане сущего. «Смысл жизни» в данном случае рассматривается как общий результат, значение, ценность жизни того или иного индивида, постигаемые в полной мере лишь ретроспективно, по истечении определенного периода времени. «Смысл жизни» понимается здесь как место человека в мире, социальная значимость его жизнедеятельности. Такое понимание смысла жизни имеет свои основания, но при этом данное понятие в значительной степени теряет, как нам представляется, свое нормативно-регулятивное значение, перестает быть своеобразным философским концептом морали. Поэтому, видимо, более оправданным является понимание смысла жизни как должного в жизни человека.

В современной научной литературе должное берется в двух аспектах. Во-первых, это «объективно» должное. Так, Н. Я. Иванова отмечает, что «анализ понятия «смысл бытия человека» необходимо приводит нас к категориям «основание бытия», «сущность бытия человека»... Обе категории традиционно связывались философской мыслью с субстанциональным, безусловным началом бытия, первоисточником всех его атрибутивных и акциденциальных качеств и самодостаточностью объекта». Предполагается, что в человеческой жизни обладает смыслом лишь то, что несет в себе субстанциальность, самодостаточность, что отвечает определенным требованиям, запросам общества. «Наша жизнь,— подчеркивает А. М. Дрюкова, - имеет смысл, если индивидуальные стремления согласуются со стремлениями всего общества».

Во-вторых, должное понимается как субъективно должное, как некий феномен сознания. Данная концепция характерна для большинства исследователей. Так, Л. М. Архангельский отмечал, что «понятие «смысл жизни» фиксирует отношение к жизни под углом зрения ее ценности». Ю. В. Согомонов определяет это понятие как представления о смысле жизни, характеризующие «конечные цели всех нравственных усилий человека». В «Словаре по этике» говорится, что «смысл жизни — регуляторное понятие, присущее любой развитой мировоззренческой системе, которое оправдывает и истолковывает свойственные этой системе моральные нормы, показывает, во имя чего необходима предписываемая ими деятельность». «Смысл жизни» трактуется и как «цель жизни», «способность целостно осмысливать жизнь» и т. п. Исследователи, определяющие смысл жизни как нечто объективное, также считают возможным говорить о нем как о феномене сознания. Так, Н. Я. Иванова соотносит «смысл жизни» с «высшими целями», В. А. Капранов — со способностью строить свою жизнь в соответствии с осмысленными целями, имеющими общественную ценность.

Итак, можно сказать, что термин «смысл жизни» имеет несколько значений: смысл жизни как результат, итог жизни; смысл жизни как нечто «объективно» должное (задачи, функции, предписанные индивиду извне); смысл жизни как феномен сознания. Большинство исследователей отмечают разнородность явлений, охватываемых одним и тем же термином. Многие из них сознательно делают на этом акцент, говоря об объективном и субъективном аспектах смысла жизни, об объективном и субъективном смыслах жизни как о двух различных явлениях.

В истории философской мысли был весьма распространен телеологический подход к человеку как роду и индивиду. Полагалось, что у человека и человечества есть назначение со стороны некой высшей инстанции, в соответствии с чем смысл жизни человека состоит в его бытии в качестве средства в осуществлении планов высшего начала. Эта идея доминировала во всех религиозных мировоззренческих системах, разделяли ее и выдающиеся философы прошлого.

Марксистско-ленинская теория отвергает подобный телеологический подход. Ни человечество, ни человеческий индивид не созданы как средство для выполнения целей какой-либо высшей силы. Поэтому постановка вопроса о смысле жизни человека как о бытии его в качестве средства (точнее, изначально должного средства) неправомерна в научном отношении и реакционна. Не существует духовных сил, ставящих перед человеком, перед человечеством какие-то цели и задачи. Отсутствует и какая-либо цель, имманентная историческому процессу. Сегодня, руководствуясь марксистско-ленинской теорией, мы можем предсказать его течение, его общую направленность, однако это еще не значит, что он запрограммирован на достижение определенного результата, и потому лишь то в жизни человека представляет смысл, что способствует достижению этого результата.

Анализируя постановку и решение проблемы смысла жизни в философских концепциях прошлого, мы вынуждены говорить о смысле жизни как о некой «объективно» должной деятельности человека (реально должное может быть лишь субъективным). Однако внесение представления о наличии «объективно» должной деятельности в марксистскую теорию было бы некритическим следованием телеологической традиции. На наш взгляд, говорить о смысле жизни как об онтологической данности можно лишь имея в виду феномен сознания. Смысл жизни есть некая «глобальная» нравственная норма (цель), характеризующая человеческую жизнь как средство реализации какой-либо функции (жить для того, чтобы...).

Сразу же встает вопрос о конкретном наполнении этой нормы — вопрос об ее истинности (в чем истинный смысл жизни?). Этот вопрос мы не можем решить прибегая к какой-либо высшей инстанции, лежащей вне общества, ибо ее нет.

Реакцией на объективистский подход к человеку явилось абстрактно-антропологическое решение проблемы «смысла жизни». В его натуралистическом варианте смысл жизни видится в следовании биологически запрограммированным влечениям, в «очищении» от «ложных» потребностей, навязанных цивилизацией. В экзистенциалистско-антропологическом варианте полагается, что смысл жизни диктуется из глубины человеческого Я (экзистенция у Сартра метафизическая совесть у Хайдеггера, голос трансцендентного бытия у Ясперса пробуждают индивида к «подлинному» бытию). В качестве жизненной задачи индивида выдвигается сохранение внутренней независимости, уникальности в борьбе против нивелирующего влияния социального.

Существовало и существует великое множество «смыслов жизни» как смысложизненных норм: «жить, чтобы познавать мир», «жить, чтобы получить максимум удовольствий», «жить, чтобы служить богу», «жить, чтобы оставить после себя добрую память», «жить, чтобы принести как можно больше пользы обществу», «жить для детей», «жить, чтобы способствовать прогрессу человечества» и т. д.

Особое положение смысложизненной нормы состоит в том, что она регулирует не отдельные акты или аспекты человеческой жизни, а берет ее в целом. Эта норма определяет способ «вхождения» индивида в общество. Смысложизненная норма, как и все нормы, имеет функцию стабилизации социального организма, обеспечения существования и развития общества. Как и всякая моральная норма, норма смысла жизни должна нести в себе приоритет общественных интересов. На различных стадиях общественного развития жесткость ее формулировки и степень требований, предъявляемых к индивиду, были различными.

Многообразие смысложизненных норм, имеющихся в обществе, по-своему преломляется в сознании индивида. Необходимо различать знание индивидом каких-либо смысложизненных норм и следование им. Лишь те смысложизненные нормы, которые разделяются индивидом, воспринимаются им как «действительный» смысл жизни. В большинстве случаев индивид скорее «ощущает», чем знает смысл жизни. Смысложизненная норма есть в разной степени адекватности вербальное выражение чего-то ощущаемого индивидом как смысл жизни.

Обычно поиски индивидом смысложизненной нормы имеют место, когда тот потерял или еще не обрел определенную ценностную ориентацию (установку). Это бывает как в начале жизненного пути человека, так и при крутых, драматичных поворотах в его жизни. В данном случае еще не приобретены или уже утеряны очевидность целесообразности человеческого существования, ощущение включенности в поток социальной жизни. В общественном сознании проблема смысла жизни становится предметом повышенного теоретического интереса в период социальных потрясений, ломки старого и возникновения нового.

Все люди сознательно или неосознанно стремятся сохранить или найти смысл жизни как общую задачу, цель жизни. Это связано с рядом обстоятельств. Во-первых, человек есть существо целеполагающее и целеосуществляющее. Если отдельные человеческие действия являются средством осуществления конкретных частных целей, то индивид склонен иметь цель, на которую ориентирована вся человеческая жизнь в, целом («жить, чтобы...»). Аналогом этой цели может быть и неосознанная преобладающая ценностная ориентация (установка), соподчиняющая все частные цели.

Во-вторых, человек осознает свою конечность, смертность, но он жаждет абсолютного, бессмертного. Он хочет приобщиться к чему-то вечному. Поэтому человек напряженно ищет свое место в делах общества, стремится запечатлеть свой подвиг, свое имя в памяти человечества, с бессмертием которого он связывает свое личное бессмертие.

В-третьих, человеку недостаточно ощутить ценность своей жизни самой по себе, ее самодостаточность и самоценность. Он стремится повысить ценность своей жизни. Чем выше инстанция, которой посвящает себя человек, чем сложнее роль, которую он воспринимает как смысл своей жизни, тем больше он ощущает свою ценность.

Потребность в смысле жизни как потребность в чувстве полноты жизни, причастности к миру является одной из кардинальных потребностей человеческого существования. Эта потребность, хотя и в разной мере, присуща всем людям.

2. Философия о смерти и бессмертии человека.

Жизнь и смерть — вечные темы духовной культуры человечества во всех ее подразделениях. О них размышляли пророки и основоположники религий, философы и моралисты, деятели искусства и литературы, педагоги и медики. Вряд ли найдется взрослый человек, который рано или поздно не задумался бы о смысле своего существования, предстоящей смерти и достижении бессмертия. Эти мысли приходят в голову детям и совсем юным людям, о чем говорят стихи и проза, драмы и трагедии, письма и дневники. Только раннее детство или старческий маразм избавляют человека от необходимости решения этих проблем. А. П. Чехов в одном из писем написал: «Зафилософствуй — ум вскружится», имея ввиду тот или иной способ решения проблем жизни и смерти. Однако подлинное философствование невозможно без обращения к этим вечным темам. Во всех философских системах так или иначе решался этот вопрос, а А. Шопенгауэр считал, что «смерть — подлинный гений, вдохновитель или Мусагет философии, отчего Сократ и определил ее как «подготовку к смерти».

По сути дела, речь идет о триаде: жизнь - смерть - бессмертие, поскольку все духовные системы человечества исходили из идеи противоречивого единства этих феноменов. Наибольшее внимание здесь уделялось смерти и обретению бессмертия в жизни иной, а сама человеческая жизнь трактовалась как миг, отпущенный человеку для того, чтобы он мог достойно подготовиться к смерти и бессмертию.

За небольшими исключениями у всех времен и народов высказывались о жизни достаточно негативно. Жизнь — страдание (Будда, Шопенгауэр» др.); жизнь - сон (Веды, Платон, Лабрюйер, Паскаль); жизнь - бездна зла (древнеегипетский текст «Разговор человека со своим духом»), «И возненавидел я жизнь, потому что противны стали мне дела, которые делаются под солнцем, ибо все - суета и томление духа» (Экклезиаст); «Человеческая жизнь жалка» (Сенека); «Жизнь — борьба и странствие по чужбине» (Марк Аврелий); «Все пепел, призрак, тень и дым» (Иоанн Дамаскии); «Жизнь однозвучна, зрелище уныло» (Петрарка); «Жизнь — это повесть глупца, рассказанная идиотом, полная шума и ярости, но лишенная смысла» (Шекспир); «Жизнь человеческая не что иное, как постоянная иллюзия» (Паскаль); «Вся жизнь — лишь цена обманчивых надежд» (Дидро); «Моя жизнь — вечная ночь... что такое жизнь, как не безумие?» (Кьеркегор); «Вся человеческая жизнь глубоко погружена в неправду» (Ницше).

Об этом же говорят пословицы и поговорки разных народов типа «Жизнь — копейка». Ортега-и-Гассет определил человека не как тело и не как дух, а как специфически человеческую драму. Действительно, в этом смысле жизнь каждого человека драматична и трагична: как бы удачно не складывалась жизнь, как бы она не была длительна — конец ее неизбежен. Автор Экклезиаста так сказал об этом: «Кто находится между живыми, тому есть еще надежда, так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву». Столетиями спустя греческий мудрец Эпикур пытался решить этот вопрос вопросов так: «Приучай себя к мысли, что смерть не имеет к нам никакого отношения. Когда мы существуем, смерть еще не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не существуем».

Смерть и потенциальное бессмертие — самая сильная приманка для философствующего ума, ибо все наши жизненные дела должны так или иначе соизмеряться с вечным. Человек обречен на размышления о смерти и в этом его отличие от животного, которое смертно, но не знает об этом. Правда, животные чуют приближение смерти, особенно домашние, и их предсмертное поведение чаще всего напоминает мучительные поиски уединения и успокоения. Смерть вообще - расплата за усложнение биологической системы. Одноклеточные практически бессмертны и амеба в этом смысле счастливое существо. Когда организм становится многоклеточным, в него как бы встраивается механизм самоуничтожения на определенном этапе развития, связанный с геномом.

Столетиями лучшие умы человечества пытаются хотя бы теоретически опровергнуть этот тезис, доказать, а затем и воплотить в жизнь реальное бессмертие. Однако идеалом такого бессмертия является не существование амебы и не ангельская жизнь в лучшем мире. С этой точки зрения человек должен жить вечно, находясь в постоянном расцвете сил, напоминая гетевского Фауста. «Остановись мгновенье»,- это девиз такого бессмертия, импульсом которого является по словам Ортега-и-Гассета «биологическая витальность», «жизненная сила», родственная той, «что колышет море, оплодотворяет зверя, покрывает дерево цветами, зажигает и гасит звезды». Человек не может смириться с тем, что именно ему придется уйти из этого великолепного мира, где кипит жизнь. Быть вечным зрителем этой грандиозной картины Вселенной, не испытывать «насыщения днями» как библейские пророки — может ли что-то быть более заманчивым?

Но, размышляя об этом, начинаешь понимать, что смерть — пожалуй, единственное, перед чем все равны: бедные и богатые, грязные и чистые, любимые и нелюбимые. Хотя и в древности, и в наши дни постоянно делались и делаются попытки убедить мир, что есть люди, побывавшие «там» и вернувшиеся назад, но здравый рассудок отказывается этому верить. Требуется вера, необходимо чудо, какое совершил евангельский Христос, «смертию смерть поправ». Замечено, что мудрость человека часто выражается в спокойном отношении к жизни и смерти. Как сказал Махатма Ганди: «Мы не знаем, что лучше — жить или умереть. Поэтому нам не следует ни чрезмерно восхищаться жизнью, не трепетать при мысли о смерти. Мы должны одинаково относиться к ним обоим. Это идеальный вариант». А еще задолго до этого в «Бхагавадгите» сказано: «Воистину, смерть предназначена для рожденного, а рождение неизбежно для умершего. О неизбежном - не скорби!»

Вместе с тем, немало великих людей осознавали эту проблему в трагических тонах. Выдающийся отечественный биолог И. И. Мечников, размышлявший о возможности «воспитания инстинкта естественной смерти», писал о Л. Н. Толстом: «Когда Толстой, терзаемый невозможностью решить эту задачу и, преследуемый страхом смерти, спросил себя, не может ли семейная любовь успокоить его душу, он тотчас увидел, что это — напрасная надежда. К чему, спрашивал он себя, воспитывать детей, которые вскоре очутятся в таком же критическом состоянии, как и их отец? Зачем же им жить? Зачем мне любить их, растить и блюсти их? Для того же отчаяния, которое во мне, или для тупоумия? Любя их, я не могу скрывать от них истины, - всякий шаг ведет их к познанию этой истины. А истина — смерть».

3. Современные глобальные проблемы и ценность жизни человека.

По ходу развития цивилизации перед человечеством неоднократно возникали сложные проблемы, порою и планетарного характера. Но все же это была далекая предыстория, своего рода “инкубационный период” современных глобальных проблем. В полной мере эти проблемы проявились уже во второй половине и, в особенности, в последней четверти XX века, то есть на рубеже двух веков и, даже, тысячелетий. Они были вызваны к жизни целым комплексом причин, отчетливо проявившихся именно в этот период.

В самом деле, никогда прежде само человечество не возрастало количественно в 2,5 раза при жизни только одного поколения, наращивая тем самым силу “демографического пресса”. Никогда прежде для его жизнеобеспечения не требовалось такого количества природных ресурсов и возвращаемые им в окружающую среду отходы тоже не были столь велики. Никогда до этого не возникало такой глобализации мировой экономики, такой единой мировой информационной системы. Наконец, никогда прежде холодная война не подводила все человечество так близко к рубежу самоуничтожения.

Таковы угрозы. Они реальны. Их нельзя не видеть. Однако не стоит опускать руки, впадать в беспросветный пессимизм, отчаиваться и драматизировать все и вся. Есть угрозы, но есть и надежды. Пусть робкие, но все же надежды. Конечно, оптимизм не должен быть блаженным и беспочвенным. Нельзя уподобляться тем «оптимистам», которые во время крупного землетрясения утешают: «Граждане, не волнуйтесь, все утрясется». Нобелевский лауреат, француз Альбер Камю стал известен как автор, писавший об абсурде и ужасе бытия, о том, что все мы подобны невольникам на галере, пропахшей селедкой, где слишком много надсмотрщиков и, возможно, мы гребем не в ту сторону.

Решение глобальных проблем современности — это общее дело всего человечества. Человечество должно выработать эффективные формы сотрудничества, которые позволяли бы всем странам действовать сообща, несмотря на различия социально - политических, религиозных, этнических и иных мировоззренческих ориентации. А для этого оно должно опираться на определенные базисные ценностные ориентации. Многие современные философы справедливо считают, что такими базисными ориентациями могут быть ценности гуманизма.

Гуманизм как определенная система ценностных ориентации и установок, доведенный до логического конца, получает значение общественного идеала. При таком подходе человек рассматривается как высшая цель общественного развития, в процессе которого обеспечивается создание необходимых условий для полной реализации всех его потенций, достижения гармонии в социально - экономической и духовной сфере жизни, наивысшего расцвета конкретной человеческой личности. Другими словами, высшая цель человечества заключается, очевидно, в достижении полного осуществления принципов гуманизма как торжества человеческого начала.

Наряду с этими подходами, в современной философской литературе чаще всего подчеркивается, что реализация принципов гуманизма означает проявление общечеловеческого начала. Гуманизм, в соответствии с таким подходом, определяется как система идей и ценностей, утверждающих универсальную значимость человеческого бытия в целом и отдельной личности в частности. Общечеловеческое в таком подходе рассматривается как нечто значимое не для какого-то ограниченного круга людей (социальной группы, класса, партии, государства или коалиции государств), а как то, что имеет значение для всего человечества.

Общечеловеческие ценности — это идеал, символ, образец, регулятивная идея и в таком качестве они имеют право занимать соответствующее место в нашем сознании, в мировоззрении. В этом смысле общечеловеческие ценности не являются просто выдумкой, пустой мечтой, за ними стоит опыт человечества, его потенции и устремления. Современная эпоха не только высветила важную роль общечеловеческих ценностей, но и показала их противоречия и динамику, причем в разных взаимосвязанных планах. Речь идет о противоречиях в самой природе общечеловеческих ценностей, о противоречиях между ними и конкретными историческими явлениями по разнородности в системе этих ценностей.

Понятию общечеловеческих ценностей как регулятивной идее, идеалу, образцу противостоят представления о том, что эти ценности как таковые, противоречивы по своей природе и не могут быть иными, поскольку одно и то же - всечеловеческое. Один и тот же масштаб применяется к различным, в том числе взаимоисключающим явлениям. Так, даже самые высокие побуждения во имя добра, блага могут обернуться злом для многих людей и всего общества, когда они равным образом, одинаковой мерой распространяются и на тех, кто просто глух к ним, а использует призыв к добру в эгоистических целях, для нанесения ущерба конкретным людям и всему обществу.

Глобализация социальных, культурных, экономических и политических процессов в современном мире, наряду с позитивными сторонами, породила ряд серьезных проблем, которые получили название «глобальных проблем современности»: экологических, демографических, политических и т. д.

Все эти проблемы очень важны для настоящего и будущего человечества. Конкретный анализ каждой из них входит в компетенцию специальных наук: социологии, демографии и т. д. Философы же, по нашему мнению, концентрируя внимание на мировоззренческих смысложизненных вопросах, рассматривают эти проблемы под углом зрения возможностей и перспектив выживания человечества. И в этом аспекте на передний план выходит проблема сохранения мира на Земле.

Интерес к проблеме смерти обусловлен еще несколькими причинами. Во-первых, это ситуация глобального цивилизованного кризиса, который в принципе может привести к самоуничтожению человечества. Во-вторых, значительно изменилось ценностное отношение к жизни и смерти человека в связи с общей ситуацией на Земле.

Почти полтора миллиарда жителей планеты живут в полной нищете и еще один миллиард приближается к отметке, полтора миллиарда землян лишены какой-либо медицинской помощи, миллиард людей не умеют читать и писать, в мире насчитывается 700 миллионов безработных; 200 миллионов детей вынуждены работать с младенческого возраста, чтобы не умереть с голода. Миллионы людей во всех уголках земного шара страдают от расизма, ксенофобии, агрессивного национализма.

Это приводит к выраженному обесцениванию человеческой жизни, к презрению жизни как своей, так и другого человека. Вакханалия терроризма, рост числа немотивированных убийств и насилия, а также самоубийств — это симптомы глобальной патологии человечества на рубеже XX -XXI вв. В то же время на рубеже 60-х гг. в странах Запада появилась биоэтика - комплексная дисциплина, находящаяся на стыке философии, этики, биологии, медицины и ряда других дисциплин. Она явилась своеобразной реакцией на новые проблемы жизни и смерти, пересадок органов и тканей, генной инженерии, экстракорпорального оплодотворения н т. д.

Это совпало с ростом интереса к правам человека, в том числе н по отношению к собственному телесному и духовному бытию и реакции общества на угрозу жизни на Земле, вследствие обострения глобальных проблем человечества. В настоящее время биоэтика охватывает такие сферы, как этические проблемы эйтаназни, декортикации, аборта, суицида, пересадок органов, включая мозг, новые технологии деторождения (включая суррогатную беременность), генной инженерии, половой самоидентификации человека, отношения к психическому здоровью и т. д. Эти проблемы решаются на основе существующих нормально-этических подходов в рамках мировых и национальных религий, гуманистической этики свободомыслия, а также различных правовых систем.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ.

1. Введение в философию. Ч. II. – М.: Политиздат, 1989.

2. Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности. – М., 1990.

3. Давидович В., Аболина Р. Кто ты человечество. – М., 1975.

4. Дробницкий О. Г. Проблемы нравственности. М.: Просвещение, 1977.

5. Иваницкий Г.Р. Новый старт или последний финиш // Вестник РАН. Том. 70. 2000. №3. – С. 203 – 214.

6. Капранов В. А. Нравственный смысл жизни и деятельность человека. (Критика религиозно-идеалистических концепций). Л.: Наука, 1975.

7. Современная философия: словарь и хрестоматия. Под ред. Кохановского В.П. Ростов-на-Дону: “Феникс”, 1996.

8. Спиркин А.Г. Основы философии: Учебное пособие для вузов. - М., 1988.

9. Тощенко Ж.Т. Социология. - М., 1994.

10. Философия: Курс лекций: Учеб. Пособие для студентов вузов / Под ред. В.Л. Калашникова. – М.: Владос, 1997.

11. Философия: курс лекций / Под ред. В. П. Кохановского. – Ростов-на-Дону, 1998.

© Размещение материала на других электронных ресурсах только в сопровождении активной ссылки

Вы можете заказать оригинальную авторскую работу на эту и любую другую тему.

(17.0 KiB, 48 downloads)

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!