Политология и социология

Содержание

Введение 3

1. Социальные статусы и социальные роли человека. 4

2. Национальные интересы и национальная безопасность. Геополитические факторы формирования внешней политики. 12

3. Практическое задание. 20

Заключение 22

Список литературы 23

Введение

Наблюдая за поведением людей в обществе, нетрудно заметить, что поступки одного человека отличаются от поступков других людей. Более того, один и тот же человек ведет себя различным образом, встречаясь, например, с близкими друзьями и с едва знакомыми людьми. Совершенно непохоже его общение с любимой девушкой и коллегами по работе, обращение к собственному ребенку и своим родителям. Следовательно, каждый индивид в обществе всякий раз занимает определенную позицию, которая связана с определенными правами и обязанностями или его социальным статусом.

В этой связи общество рассматривается не как результат хаотичного взаимодействия, а как целостность, состоящая из определенным образом расположенных упорядоченных частей. В качестве простейших элементов общества выступают отдельные личности и объединенные по определенным признакам социальные общности. Они взаимодействуют друг с другом в строго определенных границах в соответствии с их положением в обществе.

1. Социальные статусы и социальные роли человека.

Термин «структура» в переводе с латинского означает строение, расположение, порядок. В общем смысле социальная структура представляет собой совокупность устойчивых и упорядоченных связей между элементами социальной системы, придающих обществу устойчивость, стабильность и отличающих его от других явлений. Составными элементами общества как целостности являются индивиды, социальные связи и действия, социальные отношения, социальные институты и организации, социальные нормы и ценности и т.д. Каждый из названных элементов находится в определенной взаимосвязи с другими. Благодаря социальной структуре хаотичная на первый взгляд совокупность индивидов и групп приобретает качественную определенность.

Элементами социальной структуры выступают социальные статусы, социальные роли, социальные институты, социальные общности, социальные нормы и ценности, социальные взаимодействия, социальное действие, социальные отношения [4, c. 89].

Самой элементарной клеточкой, первокирпичиком социальной структуры являются социальные статусы и социальные роли. Их количество, порядок расположения и характер зависимости друг от друга определяют содержание социальной структуры конкретного общества. Совершенно очевидно, что социальные структуры традиционного и современного обществ существенно различаются.

Возникновение социальных статусов и ролей было вызвано общественным разделением труда, которое, в свою очередь, было обусловлено появлением новых потребностей, нуждавшихся в своем удовлетворении. Разделение труда закрепляло за различными группами людей определенные функции, в осуществлении которых они специализировались. Так, выделились земледельцы, ремесленники, купцы, работники умственного труда и т.д. Однако индивид наряду с выполнением функций занимает в обществе определенную позицию или имеет определенный социальный статус, обусловливающий его общественное положение. В соответствии с занимаемой социальной позицией каждый индивид состоит в социальных отношениях с другими индивидами. Такие социальные статусы, как «мужчина», «президент», «учитель», «врач», представляют собой социальные ниши, которые заполняются определенным количеством людей.

Однако если конкретные носители этих позиций постоянно меняются (некоторые из них увольняются и переквалифицируются, занимают иное положение, умирают), то сами социальные статусы сохраняются, поскольку они выполняют важные для общества функции: врач лечит детей, учитель обучает их, президент является главой государства и представляет его во взаимоотношениях с другими странами и т.д. [4, c. 90]

Понятие «статус» пришло из Древнего Рима и обозначало правовое положение физических лиц. Оно складывалось из положения индивида в семье (домовладыка и подвластные), кем он выступает - субъектом или объектом прав (свободные и зависимые), места в гражданской общине (граждане или неграждане). В XIX в. понятие «статус» стало использоваться для характеристики социального положения человека в обществе. Социальное положение - это характеристика индивида с различных сторон, которая включает в себя его профессиональную принадлежность, материальное положение, политические возможности, демографические свойства, уровень образования, национальность, место проживания.

Каждая, социальная позиция наделена совокупностью прав и обязанностей, вытекающих из конкретного статуса. На основе статусов и ролей формируются такие социальные институты, как семья, образование, экономика, суд, государство и т.д. Следовательно, социальная структура характеризует статику, стабильность, устойчивость общества как целостной системы [7, c. 133].

Однако, несмотря на то, что социальная структура фиксирует устойчивый, неподвижный момент строения общества, исторически она изменяется. Подвижность ей придают социальные роли, которые выполняются в процессе взаимодействия индивидов. Введение социальных ролей, статусов и институтов отражает стремление индивидов к упорядоченности, предсказуемости во взаимодействиях друг с другом.

Социальная структура общества состоит из функционально взаимосвязанных статусов и ролей.

Социальный статус представляет собой социальную позицию человека в обществе или группе, наделенную определенными правами и обязанностями и связанную посредством них с другими позициями. Статус «врача» имеет смысл только по отношению к статусу «больного», но не «летчика», «ученика», «президента» и т.д. Врач и больной вступают в социальные отношения как носители социальных статусов: врач обязан лечить больного, а больной обязан выполнять рекомендации врача для того, чтобы выздороветь.

Следовательно, каждой социальной позиции соответствуют определенные права и обязанности. Обязанности предписывают то, что исполнитель данной роли или носитель данного статуса непременно должен делать по отношению к другим исполнителям или носителям других статусов. Права говорят о том, что человек может свободно позволить себе или допустить в отношении других людей. Обязанности строго регламентированы, они ограничивают поведение определенными рамками, делают его предсказуемым. В то же время права и обязанности жестко взаимосвязаны, так что одно предполагает другое [7, c. 140].

Каждый человек занимает несколько позиций, поскольку участвует во множестве групп и организаций. Таким образом, он обладает несколькими статусами. Совокупность всех статусов, занимаемых данным индивидом, составляет статусный набор. Так, например, Иванова Л.П. - женщина, жена, мать, профессор, заведующая кафедрой физики, средних лет, православная, член аграрной партии, член профсоюза и т.д.

В статусном наборе не все позиции одинаковы, существует наиболее важный, или главный, статус. Главным статусом называется наиболее характерный для данного индивида статус, по которому его выделяют окружающие или с которым они отождествляют его, по которому определяют его положение в обществе.

Для женщин в традиционном обществе главным чаще всего оказывался статус домохозяйки, а для мужчин - статус, связанный с основным местом работы или занятием: «директор коммерческого банка», «научный сотрудник», «полицейский», «рабочий промышленного предприятии» и т.д. В условиях же постиндустриального общества, характеризующегося многообразием социальных связей, главным выступает тот статус, который определяет стиль жизни, круг знакомых, манеру поведения. Для научной интеллигенции главным часто оказываются не место работы или род занятий, а ученая степень, а для менеджеров - должность или иерархический ранг.

Вхождение человека в различные социальные группы - малые и большие - позволяет выделить личный и социальный статусы. Личный статус - это положение, которое человек занимает в малой, или первичной, группе, в зависимости от того, как он оценивается по своим индивидуальным качествам. Напротив, социальный статус - это положение человека в обществе, которое он занимает как представитель большой социальной группы (профессии, класса, национальности, пола, возраста, религии) [5, c. 202].

Замечено, что социальный статус играет первенствующую роль среди незнакомых людей, а личный - среди знакомых. Но ведь знакомые и составляют первичную, малую группу. Представляясь незнакомым людям, особенно официальным представителям какой-либо организации, учреждения, предприятия, мы называем обычно место работы, социальное положение и возраст. Для знакомых людей важны не эти характеристики, а наши личные качества, неформальный авторитет.

По происхождению социальный статус условно подразделяют на прирожденный, приписываемый и достигаемый. Прирожденный статус - это то положение, которое биологически унаследовано человеком от рождения. Прирожденным в строгом смысле считаются только три социальных статуса: пол, национальность, раса. Негр - прирожденный статус, характеризующий расу. Мужчина - прирожденный статус, описывающий пол. Русский - прирожденный статус, показывающий национальность.

Раса, пол и национальность заданы биологически, человек наследует их помимо своей воли и сознания. Казалось бы, никто не в силах изменить пол, расу и национальность. Однако, как показывает практика, пол и цвет кожи можно изменить в результате хирургических операций. Появились понятия биологического пола и социально приобретенного. Смешанные браки, активная миграция населения из одной страны в другую затрудняют процесс определения национальной принадлежности индивида. Биологическая национальность вытесняется социально приобретенной.

Возраст также оказывается величиной не постоянной, хотя и биологически определяемой. В течение жизни индивид переходит из одной возрастной категории в другую, из детей в юноши, затем в молодежную группу и т.д., каждой из которых соответствуют определенные права и обязанности [5, c. 204].

С прирожденным статусом тесно связан приписываемый статус, хотя бы потому, что его получение происходит помимо воли индивида. Приписываемый статус - это положение, которое человек приобретает с рождения или которое позже обязательно будет признано таковым обществом или группой. Так, статус принца является не только прирожденным, но и приписываемым, поскольку со временем он может наследовать титул монарха как кровный родственник.

Приписываемый статус очень напоминает прирожденный, однако имеет отличия, главное из которых состоит в том, что приписываемый статус является социально приобретенным. Прирожденный статус должен получить подкрепление в общественном мнении, социальном устройстве общества. Только тогда он будет прирожденным и приписываемым одновременно. Так, король - приписываемый статус. Приобрести его может только тот, кто родился в королевской семье. Если учитывать кровнородственную связь, то приписываемый статус можно назвать также прирожденным, биологическим.

Следует заметить, что система родства дает целый набор прирожденных и приписываемых статусов: сын, дочь, сестра, брат, мать, отец, кузина и т.д. Их получают кровные родственники. Некровные родственники называются родственниками в законе. Теща - это мать в законе, тесть - отец в законе. Это приписываемые, но не прирожденные статусы, ведь их приобретают благодаря браку. Таковы статусы пасынка и падчерицы, получаемые через усыновление.

В отличие от приписываемого достигаемый статус - это положение, которое человек получает благодаря собственным усилиям, свободному выбору, собственным усилиям либо благодаря удаче или везению. Достигаемый статус находится под контролем человека и не связан с фактом его рождения. Например, профессию врача, финансиста, статус чемпиона мира, лауреата Нобелевской премии, рок-звезды, президента человек приобретает в результате свободного выбора и благодаря собственным стараниям и труду [5, c. 205].

Достигаемый статус требует принятия самостоятельных решений и самостоятельных действий. Статус мужа является достигаемым: чтобы его получить, мужчина принимает решение, наносит визит родителям невесты, делает официальное предложение и совершает массу других действий.

Замечено, что чем более демократично общество, тем больше в нем достигаемых статусов, т.е. таких социальных позиций, которые люди занимают благодаря своим стараниям и собственным заслугам, а не в соответствии с социальным происхождением, полом, расой, национальностью.

Иногда вид статуса трудно определить. Например, статус безработного не является такой позицией, к которой стремится большинство людей. Напротив, его избегают. Безработным чаще всего человек оказывается помимо своей воли и желания. Причиной служат не зависящие от него факторы: экономический кризис, охватывающий отрасль или общество в целом, массовые сокращения, разорение фирмы, структурная перестройка производства.

Подобные процессы не находятся под контролем отдельного человека. В его власти предпринимать усилия в поисках работы или не делать этого, смирившись с судьбой. В таких случаях речь идет о смешанном статусе. Он обладает чертами и приписываемого и достигаемого статусов. Например, ученое звание академика первоначально является достигаемым статусом. Однако по его получении оно переходит в приписываемый, поскольку его соискатель обладает им пожизненно. Аналогичная история и со статусом чемпиона Олимпийских игр.

В статусном наборе можно выделить:

1) основные статусы, т.е. те социальные позиции, которые определяют общественное положение его носителя, главное в его жизни;

2) неосновные статусы, т.е. временные социальные позиции, права и обязанности носителей которых трудно определить (статусы участника толпы, читателя, телезрителя, пешехода и т.д.) [4, c. 122].

Любой человек обладает множеством статусов и принадлежит ко множеству социальных групп, престиж которых в обществе неодинаков: коммерсанты ценятся выше сантехников или разнорабочих; мужчины в сфере производства обладают большим социальным весом, чем женщины; принадлежать к титульной (основной) нации не одно и то же, что принадлежать к национальному меньшинству, и т.д. В общественном мнении вырабатывается иерархия статусов и социальных групп, в соответствии с которой одних ценят и уважают больше других. Место в такой незримой иерархии называется рангом. Говорят о высоком, среднем и низком рангах. Иерархия может существовать между группами в рамках одного общества, в этом случае она называется межгрупповой, и между индивидами в рамках одной группы (внутригрупповая). И здесь место человека выражают тем же термином «ранг».*

Несовпадение статусов отражает противоречие в межгрупповой и внутригрупповой иерархиях. Они представляют собой две формы несовпадения статусов, возникающего при двух обстоятельствах: когда индивид занимает в одной группе высокий ранг, а во второй - низкий; в тех случаях, когда права и обязанности одного статуса противоречат или мешают выполнению прав и обязанностей другого. Например, женщина, руководитель банка (высокий профессиональный ранг) скорее вызовет сомнение у подчиненных в своих профессиональных качествах по причине устойчивого стереотипа, что женщины являются плохими руководителями. В жизни достаточно распространенными являются ситуации, когда социальные ранги человека не совпадают, т.е. в одной группе он высокий, а в другой – низкий [4, c. 123].

Социальная роль - это ожидаемое поведение, обусловленное определенным статусом. Она представляет собой модель, стандарт поведения, ориентированный на конкретный статус. Если статус - совокупность прав, привилегий и обязанностей, то роль - действия в рамках этой совокупности прав и обязанностей.

Любой человек, занимающий высокую социальную позицию в обществе (президент, председатель банка, конгрессмен), стремится соответствовать своему статусу и вести себя должным образом. От человека, обладающего статусом банкира, окружающие ждут вполне конкретных поступков и не ждут других, которые не соответствуют их представлениям о данном статусе. Следовательно, статус и социальную роль связывают ожидания людей. Если ожидания формально выражены и зафиксированы в каких-либо актах (законах) или обычаях, традициях, ритуалах, они носят характер социальных норм.

Хотя ожидания могут и не фиксироваться, однако от этого они не перестают быть ожиданиями. Несмотря на это, от обладателя конкретного статуса люди ожидают, что он будет играть вполне определенную роль в соответствии с теми требованиями, которые к этой роли они предъявляют. Требования и нормы поведения общество предписывает статусу заранее. За правильное исполнение своей роли индивид вознаграждается, за неправильное - наказывается. Например, публичный политик (сенатор, депутат), призванный заботиться об интересах избирателей, заподозренный в коррупции, вряд ли может надеяться на повторное избрание.

Модель поведения, ориентированная на определенный статус, включает в себя совокупность статусных прав и обязанностей. Права означают возможность совершать определенные действия, обусловленные статусом. Так, вождь племени имеет право осуществлять религиозные церемонии, наказывать соплеменников, нарушающих предписанные их статусу требования, предводительствовать в военных походах, руководить общинным собранием. Статусные права неразрывно связаны с обязанностями. Чем выше статус, тем большими правами наделяется его обладатель и тем больший круг обязанностей на него возлагается. Статус нищего мало к чему обязывает. Однако статус принца крови или известного телеобозревателя предписывают вести образ жизни, оправдывающий ожидания и соответствующий социальным стандартам одного с ними круга людей.

2. Национальные интересы и национальная безопасность. Геополитические факторы формирования внешней политики.

Одной из основных характеристик современной мировой системы является взаимозависимость государств и целостность мира, его единство.

Вместе с тем стержневую основу международной политики составляет национальный государственный интерес.

Из философии вам известно, что интерес - это реальная причина социальных действий, лежащая в основе мотивов, идей и т.п. Перефразируя известное выражение, можно утверждать, что миром правит интерес.

Применительно к государству национальный интерес - это осознанные, официально выраженные объективные потребности, последовательная реализация и защита которых обеспечивают устойчивое существование и прогрессивное развитие государств.

Национальные интересы России - это совокупность сбалансированных интересов личности, общества и государства в экономической, внутриполитической, социальной, международной, информационной, военной, пограничной, экологической и других сферах.

Они носят долгосрочный характер и определяет основные цели, стратегические и текущие задачи внутренней и внешней политики государства. Национальные интересы обеспечиваются институтами государственной власти, осуществляющими свои функции, в том числе во взаимодействии с действующими на основе Конституции Российской Федерации и законодательства Российской Федерации общественными организациями.

Национальные интересы России включают:

 интересы личности;

 интересы общества;

 интересы государства.

 Интересы личности состоят в:

 реализации конституционных прав и свобод;

 обеспечении личной безопасности;

 повышении качества и уровня жизни;

 физическом, духовном и интеллектуальном развитии человека и гражданина.

Интересы общества состоят в:

 упрочении демократии:

 в создании правового, социального государства;

 достижении и поддержании общественного согласия;

 духовном обновлении России.

Интересы государства состоят в:

 незыблемости конституционного строя, суверенитета и территориальной целостности России;

 политической, экономической и социальной стабильности;

 безусловном обеспечении законности и поддержании правопорядка;

 развитии равноправного и взаимовыгодного международного сотрудничества.

Условием реализации национальных интересов России является устойчивое развитие экономики.

Национальные интересы России состоят из интересов в различных сферах: экономической, внутриполитической, социальной, духовной, международной, информационной, военной, пограничной, экологической.

Идеологические установки и концепции являются одной из основных движущих сил внешней политики любого государства. Однако если свести анализ формирования стратегических установок и действий государств на международной арене только к выявлению их идеологических истоков, то это будет означать существенное сужение предмета исследования. Более того, остается открытым вопрос о природе и происхождении самих идеологий. И поэтому, выстраивая схему взаимодействий внутренних факторов и внешней политики, исследователи часто помещают в центр своего анализа национальные интересы, процессы и механизмы их формирования и реализации. При этом идеологические концепции и представления чаще всего рассматриваются как выражение определенных интересов. Особое значение имеют те интересы, которые принято называть национальными [8, c. 144].

Категория «национальный интерес» занимает центральное место в современной теории международных отношений и, более того, в политической науке в целом [2, c. 48]. Известна, например, ставшая классической фраза У. Черчилля. Охарактеризовав в свое время Россию как «загадку, окутанную тайной и помещенную внутрь головоломки», Черчилль, однако, продолжил свою мысль, заметив: «Возможно, существует ключ к разгадке этой тайны. Этот ключ - российский национальный интерес». Такая трактовка, бесспорно, открывает путь к систематическому исследованию внешнеполитического процесса. Деятельность государства на международной арене обретает логику, если представить ее как более или менее последовательную и внутренне согласованную цепочку действий на разных направлениях и в разных географических регионах, в ходе которых реализуются национальные интересы.

Однако немедленно возникает принципиально важный вопрос: что такое национальный интерес, каково его содержание и как он соотносится с интересами тех или иных социальных слоев, политических групп, лоббистских формирований, сопряженных с теми или иными секторами экономики? При этом исследователи неоднократно отмечали, что каждая социальная группа или прослойка склонна трактовать свои собственные интересы как «общенациональные» или даже «общечеловеческие». В научной и публицистической литературе существуют две основные трактовки понятия «национальный интерес», представляющие собой полярные точки зрения, но есть и многочисленные концепции, сочетающие в той или иной мере элементы как одного, так и другого подхода [2, c. 51].

Первая, либеральная, интерпретация распространена в демократических обществах и предполагает, что национальный интерес формируется как некое обобщение интересов граждан. Внешнеполитические задачи государства и, следовательно, государственные интересы, в том числе в области внешней политики, заключаются, согласно этой концепции, в обеспечении интересов граждан, прежде всего их потребности во внешней безопасности - экономической, политической и военной. Считается, что государство должно также защищать основные базовые ценности общества, обусловленные его демократической природой и разделяемые большинством населения. Можно предположить, что такого рода механизмы определяют, хотя и не полностью, существенные особенности формирования внешней политики развитых демократических государств. Они возникают при наличии достаточно зрелого и влиятельного гражданского общества, а также при условии, что государство реализует, в том числе и в области внешней политики, мандат, получаемый от граждан [2, c. 77].

Вопрос о природе российских национальных интересов, как и целый ряд других аспектов формирования и реализации внешней политики, является объектом исключительно острой политической и научной дискуссии. Многие политические деятели и ученые прямо или косвенно разделяют иную, не либеральную концепцию, которая отождествляет национальные интересы с интересами государства. Появилось даже понятие «национально-государственные интересы», видимо, предполагающее тождественность интересов «нации», с одной стороны, и государства - с другой. При анализе этой концепции прежде всего возникает вопрос: можно ли соотносить интересы граждан государства и интересы нации, как некой специфической общности, возникающей на этнической основе? Для России, являющейся многонациональной страной, сама постановка вопроса о национально-государственных интересах может привести к межнациональным трениям, поскольку неясно, интересы какой именно из примерно ста этнических групп должна отстаивать российская внешняя политика [3, c. 71].

Но гораздо важнее другое. В общем плане указанная концепция соответствует широко распространенным в России представлениям о том, что патерналистское государство является некой несущей конструкцией российского общества, без которой оно неизбежно подвергнется дезинтеграции, институтом, который якобы формулирует, выражает и реализует интересы общества. При этом либо явно, либо косвенно предполагается, что интересы государства выше, чем интересы личности. А это, в свою очередь, предполагает, что смысл существования индивида заключается в служении государству, как высшему и законченному воплощению общества или нации.

Эта концепция, часто называемая «государственнической» или «державной», как представляется, абсолютизирует особенности социально-исторического развития как Российской империи, так и ее коммунистической ипостаси - Советского Союза. Однако она типична не только для России, но и для многих авторитарных, и особенно тоталитарных, режимов, в которых общество и индивид, по сути, поглощены государством. Подобные взгляды исходят из того, что Россия обречена на авторитарно-этатистскую модернизацию, реализованную в ряде стран «третьего мира» [3, c. 75].

Данная система взглядов и аргументов неприемлема для сторонников либеральной модернизации российского общества. Как писал, например, видный российский политический деятель и правозащитник С. Ковалев, «державность - это вовсе не синоним сильной и эффективной государственной власти, обеспечивающей защиту прав, интересов и безопасности граждан. Державность - это азиатское обожествление государства как самодовлеющей мощи, стоящей вне общества над ним. Тенденция к державности генетически заложена в бюрократических структурах российского государства. Это связано не с силой, а со слабостью этих структур: не будучи в состоянии эффективно работать в условиях демократического контроля, они вынуждены подменять конституционные цели государства мифической заботой о величии державы» [3, c. 82].

Однако независимо от разногласий и споров между «государственниками» и либералами трактовка национальных интересов как интересов государства не дает возможности представить эти интересы в конкретном, ясно определенном виде. Попытка конкретизировать их приводит к выводу о том, что под интересами государства, как правило, имелись в виду интересы режима, прежде всего правящей группировки или страты, монополизировавшей власть, а также интересы различных элит, связанных с теми или иными сегментами государственной машины или борющихся за контроль над ними. Можно предположить, что под государственными интересами Российской империи понимались прежде всего интересы самодержавия как правящего режима, а в советское время - интересы верхушки КПСС, руководствовавшейся как эгоистическими интересами, так и идеологическими установками (на определенных исторических этапах) [3, c. 254].

В практическом плане наиболее плодотворным представляется подход к анализу процесса формирования российской внешней политики как результата сложного взаимодействия различных групп интересов, так или иначе воздействующих на государственные структуры и институты, отвечающие за внешнеполитическую деятельность государства. В этом свете внимание прежде всего привлекают интересы, присущие тем или иным группам государственной бюрократии, а также армии, военной промышленности, ведущим отраслевым лобби и другим экономическим группировкам. Более или менее цельная картина формирования российской внешней политики может получиться, если удастся сопоставить внешнеполитические установки России и интересы крупных социальных групп и элитных кланов, имеющих возможность воздействовать на процесс выработки и реализации внешней политики [3, c. 100].

Подобная ситуация не является чем-то уникальным и свойственным только России. Она в той или иной степени присуща большинству государств мира. Различия между ними заключаются скорее в масштабах расхождения интересов различных группировок, представляющих общество и элиту, в наличии или отсутствии общественного консенсуса по внешнеполитическим проблемам. В западной политической науке была даже разработана «модель бюрократической политики», согласно которой линия государства на международной арене есть результат сложного взаимодействия различных группировок в государственном аппарате. Эта модель не без успеха применялась и для анализа советской внешней политики.

«В самом общем виде, - писал, например, чешский исследователь И. Валента в книге, посвященной анализу процесса принятия решения о введении советских войск в Чехословакию в 1968 г., - основной тезис политико-бюрократической парадигмы можно сформулировать следующим образом: внешнеполитические акции Советского Союза, как и других государств, не исходят от одного-единственного субъекта (правительства), который рациональным образом максимально обеспечивает интересы национальной безопасности или защищает любые другие ценности. Наоборот, такие акции являются результатом процесса политического взаимодействия («перетягивания каната») между несколькими субъектами-акторами» [3, c. 52]. Такой подход, в свою очередь, ставит вопрос о наиболее влиятельных «группах интересов» в России и их внешнеполитических установках.

Успешность геополитического развития России определяет могущество государства в целом и благополучие каждого его гражданина. Опорами геополитической мощи России являются территория, природные ресурсы, военная мощь, высокотехнологические отрасли производства, высокий образовательный и научно-культурный потенциал населения страны. Поэтому для реализации стратегии геополитического развития России привлекаются все государственные структуры и негосударственные образования, а также основная часть ресурсов общества [3]:

• государственная инфраструктура (энергетика, транспорт и связь), топливно-энергетический и сырьевой комплекс страны, промышленность решают задачи воссоздания экономического могущества России и являются основным инструментом реализации геополитической стратегии развития России в экономической сфере, в том числе и для реализации акций экономического воздействия;

• научные учреждения, организации и общества, которые должны стать основным механизмом в создании государственной идеологии и ее распространении, а также в реализации информационно-технологической политики России;

• политические партии и движения, религиозные организации, государственные и негосударственные организации и учреждения культуры, творческие организации, которые должны стать основной консолидирующей силой народа внутри России и важнейшим фактором внешнего идейно-религиозного и культурного продвижения интересов государства;

• государственные и негосударственные органы и средства массовой информации, которые являются основным средством информационно-психологического влияния на население и руководство иных стран, должны стать инструментом информационного обеспечения геополитической деятельности России;

• официальные дипломатические органы государства, которые в рамках реализации геополитической стратегии России решают свойственные им задачи политико-правового и дипломатического обеспечения;

• международные негосударственные организации, основным предназначением которых является формирование благоприятного международного психологического фона деятельности России;

• органы, обеспечивающие безопасность государства, и негосударственные военизированные организации являются основным военно-силовым инструментом защиты геополитической стратегии России.

 

Страниц: 1 2
Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!