Мусульманская философия. Суфизм

Ислам также разнообразен, как христианство и буддизм. Это отразилось и во взглядах мусульманских философов. Здесь можно встретить и взгляды, близкие к рационализму (калам, мутакаллимы, фаласифа), и течения мистического толка (суфизм). В основе самого ислама лежит откровение. Согласно исламу, Мухаммад доводил до своих учеников стихи (аяты) Корана после нахождения в состоянии транса, в котором, по его утверждению, эти слова, произнесенные какой-то неведомой силой, запоминались им на всю жизнь.

Идея познания мира через божественное откровение особенно сильно развивается суфизмом. Это мистико-аскетическое течение в исламе сыграло большую роль в его эволюции и распространении среди неарабских народов. В частности, следы деятельности суфийского братства Накшбандия явно прослеживаются в духовной жизни татар и народов Дагестана. Известно, что золотоордынский хан Берке принял ислам через суфиев ордена Кубрави.

Бог рассматривается в суфизме и как конечная цель познания и творчества, и как конечный пункт развития человека. При этом Бог и мир нередко отождествляются, что сближает онтологию суфизма с пантеизмом. «Смысл единобытия – это единство и единственность того, в чем всякое существующее существует, а это Аллах всевышний», – писал Мухаммад аш-Шунунбабили[1]. Так же считал и известный суфий Ибн Араби: «Всевышний предстает перед людьми в постоянно меняющихся образах, как этого требует Его Сущность»[2].

Учителями суфизма разработана целостная система самосовершенствования человека, заключающаяся в его восхождении от одной «стоянки» (макама) к другой на пути к Богу. На первой ступени духовного становления, называемой шариатом, от ученика требуются знание и неукоснительное соблюдение всех норм ислама. «Держись крепко шариата, друг мой, ибо ты можешь достичь Пути познания только через посредство шариата, точно так же ты приблизишься к истине (хакика) только через посредство тариката (второй ступени на пути к Богу). Шариат – это корень, тарикат – ветвь, а хакика – плод. Не следует думать, что ты найдешь плод иначе, как через посредство существования корней», – так в характерной для суфизма образной форме обосновывает необходимость этой ступени для развития человека суфий ар-Рутби[3].Прохождение этой базовой стоянки обязательно во всех суфийских орденах, ибо здесь приобретаются необходимые для дальнейшего совершенствования навыки: умение подчиняться строгой дисциплине, нравственное очищение, элементы аскетической практики, обретение устойчивых ценностных ориентаций и невосприимчивость к имиджам массовой культуры. Только после этого учитель определяет способность ученика двигаться дальше – к тарикату(стоянке мудрости), где допускается критический взгляд на догмы ислама. Ислам здесь рассматривается уже как один из возможных вариантов движения к Богу. Аль-Халладж (857–922), например, учил, что различные религии – это «ветви одного ствола дерева, имеющего одни корни», за что был казнен ортодоксальными исламскими правителями своего государства. Ибн Араби говорил, что все верующие правы в своей вере, но все ошибаются в одном: они считают, что поклоняются Богу в его полноте, принимая одно из проявлений Бога за его сущность. Полное же восприятие Бога дается лишь в мистическом опыте, доступном для тех, кто достиг хакиката – последней ступени человеческого совершенства.

Путь к этой ступени самый сложный и трудный – немногие его могут одолеть. Он насыщен специальной и жесткой аскетической практикой, целями которой являются уничтожение в себе прежней личности, духовное и психическое перерождение. «Человек, не умерев в одном, в другом не родится» – метко заметил основную задачу этого этапа Пути тюркский шейх Азизаддин, живший в XIII веке[4].

В результате многовековой практики суфиями разработаны эффективные методы саморегуляции, с помощью которых достигается вмешательство в процессы, происходящие на самых глубоких уровнях существования организма. Этим, думается, можно объяснить «чудеса», творимые суфиями при коллективных радениях (зикрах): глотание горящих углей, живых ядовитых змей, протыкание своих жизненно важных органов острыми предметами, исцеление больных прикосновением руки и т. п.

Онтология суфизма признает существование отличающихся от зримых вещей духовных сущностей, восприятие которых начинается, по утверждению суфиев, в конце второй стоянки – тариката. Этот мир идей или чистых, нематериальных форм является промежуточной реальностью, расположенной между материальным миром и Истинной реальностью (Богом). Последнюю нельзя выразить формально-логическими средствами, здесь более эффективны средства искусства, но и они недостаточны. Более того в суфизме существует запрет на точное изложение испытанного в трансе состояния. Видимо, это вытекает из суфийской методики индивидуального обучения, основанной на принципе «каждый идет к Богу своим путем и Бог является каждому по-разному».

Теория познания суфизма строится на идее, что источником подлинного знания является душа человека, тождественная по своей сути с Богом. Настоящее познание есть самопознание, настоящая жизнь есть самосовершенствование. Истину надо искать в себе. «Знай, что ключ к мистическому познанию Всевышнего кроется в мистическом познании своей души. Поэтому было сказано, «кто познал себя, тот уже познал своего Господа», – пишет Газали – один из самых авторитетных суфийских ученых[5]. А вот как наставлял дервиша (человека ставшего на суфийский путь) Азизаддин Насафи: «дервиш, знание начальное и конечное сокрыты в тебе, все, что ищешь, ищи в себе, зачем ищешь вовне? Знание, которое через уши достигает твоего сердца, то же, что и вода, взятая тобой из чужого колодца и вылитая в свой, высохший, но вода та не задержится. Кроме того, что она не задержится, она скоро загниет, и родятся на свет из нее тяжелые и невыносимые недуги. Дервиш, эта болезнь превратится в гордыню и умножит любовь к чину... Дервиш, каким бы человек не был, все равно внутри его есть колодец воды, но он не явен. Следует очищать колодец и воду делать явной»[6].

Видно, что теория познания суфизма слита не только с этикой, но и с главной проблемой антропологии – вопросом о смысле человеческого существования. И ответ на этот вопрос суфии дают чисто теософский: настоящая жизнь, скрытая от многих, возможна только на пути к Богу с целью слияния с ним. Здесь суфизм очень близок к философской традиции буддизма и йоги. Не зря некоторые исследователи суфизма называют его мусульманской йогой.

[1] Цит. по: Суфизм в контексте мусульманской культуры. М., 1989. С. 23.

[2] Ибн аль-Араби. Мекканские откровения.СПб., 1995. С. 177.

[3] Цит. по: Тримингэм Дж. С. Суфийские ордены в исламе. М., 1989. С. 134.

[4] Азизаддин Насафи. Зубдат аль-Хакаик // Суфизм в контексте мусульманской культуры. С. 74.

[5] Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Эликсир счастья. СПб., 2002. С. 7.

[6] Азизаддин Насафи. Указ. соч. С. 75.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!