Материя как субстанция

Понятие материи возникает в результате поиска того материала, из которого построен мир. Согласно современной физике вещи состоят из одних и тех же элементарных частиц. Кроме этих элементарных частиц существуют физические поля (свет, радиоволны и т. п.). Тогда можно сказать, что основу мира образуют две субстанции – вещество и поле. Два указанных выше первоначала А. Эйнштейн пытался свести в одно: он выдвинул идею единой теории поля, согласно которой вещество является сильно измененным видом физического поля. Некоторые ученые и философы вместо слова «поле» применяют термин «энергия», а вещество (и только вещество!) называют материей.

В соответствии с концепцией Эйнштейна элементарную частицу можно рассматривать как спрессованное до микроскопических размеров большое физическое поле. Разрушение такой частицы представляет собой освобождение этого поля, подобное освобождению сжатой пружины. Это явление может послужить источником неисчерпаемой энергии (энергии аннигиляции), которой человек еще не научился пользоваться.

В соответствии с этим учением вся объективная реальность представляет собой огромное множество вариантов проявления одного и того же материала физического поля, называемого рядом физиков энергией.

Приведенная точка зрения пока недостаточно обоснована и существует лишь в качестве научной гипотезы. Если будут найдены убедительные аргументы в ее пользу, то можно будет сказать, что материальный мир есть физическое поле, которое может существовать в различных состояниях – в виде света, радиоволн, газа, жидкости, твердого тела, галактики и т. д.

Описанный подход к объяснению материи не является новым. Он встречается уже во взглядах древнегреческих материалистов. Например, Фалес (VII–VI вв. до н. э.) полагал, что основу всего материального мира составляет вода. Вода существует в жидком, твердом (лед) и газообразном (пар) состояниях. Наверное, есть и другие ее состояния, полагал Фалес. Огонь есть пар, только очень горячий, а камень есть более твердый, чем обычный лед, рассуждал он, сделав, в конечном счете, философский вывод: мир есть трансформированная в разные состояния вода. Чуть позднее примерно к такому же выводу пришел другой греческий философ – Анаксимен (VI в. до н. э.). Он полагал, что мир построен из такой субстанции, как воздух. «Воздух... если он разрежен, становится огнем, а если он сгущен, становится ветром, потом облаком и затем водой, потом землей, потом камнями, и остальное возникает из этого», – писал Анаксимен[1].

Эмпедокл (V в. до н. э.) и древнекитайские философы считали, что мир состоит из четырех первоэлементов: воды, огня, воздуха и земли. Все многообразие мира объяснялось ими различными сочетаниями этих элементов.

Рассмотренные выше взгляды на материю, вслед за профессором И. Я. Лойфманом, можно назвать субстратными. Их всех объединяет одно – попытка найти тот конкретный материал (субстрат), из которого построен весь мир. Но неудачи на этом пути сведения всего к единому материалу привели к появлению качественно иного типа определения материи, который назовем атрибутивным. Так, английский философ Томас Гоббс (1588–1679) определял материю как то, что обладает свойством протяженности. «Сущность тела – протяжение», – писал он[2]. Материальность тела понимается им как его способность занимать определенное место, «ибо без протяжения или какой-нибудь формы нельзя себе представить никакого тела»[3]. Например, переживания человека, его мысли, чувства невозможно измерить в сантиметрах или других мерах длины. Следовательно, они не материальны, а духовны, идеальны. Но землю, деревья, машины можно измерять мерами длины, значит, они материальны.

Французский философ П. Гольбах (1723–1789) предложил считать материальными объекты, обладающие свойством вызывать при взаимодействии с ними ощущения. К примеру, если мы держим ручку, то у нас возникают осязательные ощущения. Наблюдение за объектом вызывает зрительные, а еда – вкусовые ощущения. Согласно Гольбаху, во всех указанных случаях мы имеем дело с материальными объектами. В то же время образ Луны, мысли о ней, возникшие в сознании у какого-то другого человека, не способны вызывать у нас ощущения. Следовательно, и образ, и мысль обладают духовной природой.

К этому классу, думается, следует отнести и распространенное в отечественной философии ленинское определение материи. В работе «Материализм и эмпириокритицизм» В. И. Ленин пишет, что материя есть «философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них»[4]. В этом определении, очень похожем на гольбаховское, утверждается, что материя есть название того, что, не будучи ощущением, способно вызывать у нас свой образ. В контексте всей ленинской работы оно выглядит, правда, еще объемней: материя есть то, что существует вне человеческого сознания. Согласно этой идее, все существующее можно разделить на два вида реальности: сознание (субъективная реальность) и не сознание (объективная реальность или материя).

Поскольку во многих отечественных учебных изданих по философии ленинское определение характеризуется как наиболее удачное из всех существующих определений, то есть необходимость в изложении его недостатков.

В рассматриваемом определении допущен ряд логических ошибок. Во-первых, оно является отрицательным. Логика не рекомендует их давать из-за того, что они являются слишком широкими. Например, отрицательное определение «Кража не есть грабеж» является слишком широким определением кражи – ведь под него подходит и мошенничество, и разбой, и убийство. Определение «Материя есть то, что не является сознанием (ощущением)» логически ничем не отличается из приведенного выше неудачного определения кражи. Ведь если вне нашего сознания существует Бог, то он должен тогда так же называться материей.

Вторая логическая ошибка, допущенная в этой дефиниции, – это определение неизвестного через неизвестное. Ленин применил в качестве определяющего слова термин «ощущение», употребленное им в смысле сознания. Но природа сознания (как и ощущения) до сих пор остается загадкой для науки. Фундаментальным признаком сознания принято считать идеальность. Но что такое идеальное? Ряд философов (Э. В. Ильенков, Д. В. Пивоваров, М. А. Лифшиц) допускают объективное существование идеального. Но такое идеальное, согласно Ленину, есть уже материальное. Можно, конечно, долго не думая, назвать сознанием, духовным все то, что не является материальным. Но тогда мы придем к третьей логической ошибке, называемой «круг в определении». И все наши рассуждения на эту тему можно будет свести к следующему высказыванию: «Материальными называются процессы, которые не являются духовными, а духовным называется то, что не является материальным».

Может быть, вопрос о субстанции или материи следует вообще убрать из науки? Именно так был поставлен вопрос основателем позитивизма О. Контом. Конт считал своей главной задачей очищение науки от проблем, не являющихся по своей сути научными. Для ее решения он формулирует закон подчинения воображения наблюдению, названный позднее принципом верификации. Согласно этому закону, наука должна заниматься лишь теми феноменами, которые могут быть представлены в виде фактов. Например, гроза есть факт, следовательно, она может быть объектом науки. Но субстанцию, понимаемую как материя, невозможно представить в виде факта: любая попытка это сделать будет по существу сведена к демонстрации отдельных явлений или предметов (грозы, воды, стола, дерева, человека и т. д.), а не материи. Поэтому проблема материи есть лженаучная проблема, которая должна быть устранена из науки, заключают позитивисты.

Самым значительным вариантом решения проблемы субстанции с материалистической точки зрения, на наш взгляд, является эйнштейновское представление объективной реальности в виде трансформированного в разные состояния физического поля. Однако диалектико-материалистическая философия не согласна с таким определением материи, считая его слишком узким. Но сама она проблему субстанции оставляет открытой. Понятие материи в таком варианте научной картины мира применяется для обозначения всей объективной реальности и вряд ли может быть использовано для решения вопроса о субстанции, т. е. сущности этой реальности.

Анализ материи в онтологии приводит к выделению ряда ее свойств, к которым, прежде всего, относят движение, пространство, время, развитие.

[1] Цит. по: Бартош Я. К вопросу о формировании категории материи в истории философии // Вопросы философии. 1972. № 8. С. 119.

[2] Гоббс Т. Избранные произведения. В 2 т. М., 1964. Т. 1. С. 148.

[3] Там же. С. 136.

[4] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 18. М., 1973. С. 131.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!