Марксистско-ленинское учение о месте и роли вооруженных сил в политической системе общества

Формирование вооруженных сил Советского государства строилось на идеологических постулатах марксистского учения о войне и армии, которые прошли определенную эволюцию применительно к историческим условиям, сложившимся в России после Великой Октябрьской социалистической революции. В марксистской военно-философской литературе связь армии и политики анализируется с точки зрения учения о базисе и надстройке в качестве одного из аспектов взаимодействия армии и общества, Как отмечает С. А. Бабуркин, сам термин «армия» в данном контексте означает, как правило, совокупность всех видов вооруженных сил государства, которые участвуют в социально-политических процессах[1]. В работах В. И. Ленина встречается также термин «войско»[2], имеющий то же значение.

Армия рассматривалась как продукт общества, появившийся лишь на известном этапе его существования, представляющий собой социальный институт. Ф. Энгельсом она определялась как «организованное объединение вооруженных людей, содержащееся государством в целях наступательной или оборонительной войны»[3]. В работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства» он отмечал, что война становится ре­гулярной функцией общества, когда рост производства и производительности труда приводят к возникновению частной собственности и разделению общества на классы. Алчное стрем­ление к богатству порождает войны как средство грабежа и укрепления власти знати и армию как организацию угнетения народов[4].

Важнейший признак армии заключается в том, что она яв­ляется государственной организацией. Следовательно, в рамках марксистской теории образование, развитие и последующее отмирание государства соответственно порождают процессы возникновения, развития и исчезновения  армии как материального придатка государства. Ликвидация эксплуататорских классов в мировом масштабе должна была в итоге привести к ликвидации  как государства, так и армии. С позиций марксизма критиковались положения «буржуазных» концепций (государство являет­ся для общества постоянным органом управления, соответственно, постоянна и армия как одно из его важнейших орудий; армия предназначается для реше­ния военных задач в интересах всех членов общества и т. д.) за отрицание истори­ческого и классового характера армии. Заключение о классовой природе армии выводилось из тезиса о классовой природе государства. Поскольку государство является закономерным и неизбежным результатом разделения общества на классы и имеет генетически классовый характер, то и армия как производное и как инструмент государства не может быть неклассовой. В одной из первых советских работ, посвященных проблеме соотношения армии и политики утверждалось: «Государство есть орудие господства одного класса над другим... Тем самым и армия, будучи частью государственного аппарата, существует для защиты интересов господствующего класса, для осуществления его политики»[5]. В советских исследованиях более позднего периода данный тезис не подвергается сомнениям. «Поскольку государство носит исторический и классовый ха­рактер, то и армия, будучи одним из органов государства, также имеет исторический и классовый характер, она служит специ­фическим военным орудием господствующих классов»[6]. «Государство... носит классовый характер. Следовательно, классовый характер носит и армия»[7].

На основе диалектико-материалистического подхода к армии как явлению истори­ческому и классовому утверждалось что она возникла как специальный аппарат в руках экономически и политически правящего класса для охраны, укрепления и рас­ширения его господства, для борьбы с внутренними классовыми противниками и внешними врагами. Следовательно, армия в системе политической организации антагонистического общества сразу же выступила в роли специфического инструмента регу­лирования политических отношений социальных групп, госу­дарств в интересах господствующих классов. Появившись как организованная вооруженная сила, армия тотчас была противо­поставлена значительно большей части эксплуататорского обще­ства, стала использоваться меньшей его частью для угнетения и порабощения трудящихся масс и народов. Именно наличие в руках меньшинства антагонистического общества такой во­оруженной организации, как армия, позволило ему господство­вать над большинством – угнетенными классами, достигать своих целей во внутренней и внешней политике. Поэтому армия служит основной опорой, важнейшим органом государства ан­тагонистического общества. Она выступает носителем полити­ческой сущности определенных классов, правящих государством, проводником их политики. Возникнув в конкретных историче­ских условиях как политическое явление, армия остается тако­вым вплоть до своего исчезновения. Политическое содержание внутренне присуще армии на всех этапах ее функциониро­вания. В. И. Ленин неод­нократно отмечал, что рассуждение о том, будто армия стоит вне политики и нейтральна к политическим интересам различ­ных социальных слоев, рассчитано на обман масс: «Войско не может быть, никогда не было и никогда не будет нейтральным». «Не втягивать армию в по­литику – это лозунг лицемерных слуг буржуазии и царизма, которые на деле всегда втягивали армию в реакционную поли­тику...»[8]. Раз эксплуататорам армия нужна в качестве орудия их господства, орудия охраны их классовых интересов, то «пош­лая, лицемерная, лживая доктрина: «армия должна быть вне политики» особенно удобна для прикрытия истинных стремле­ний буржуазии по этой части»[9].

Классики марксизма выделяли ряд признаков, характеризующих армию как социальный институт:

1. Армия – орга­низация вооруженных людей, которая служит политическим ин­струментом организованного военного насилия. Эксплуататор­ское государство создает и содержит вооруженную организацию в виде армии как материальное орудие для навязывания всему обществу порядков, выгодных господствующему классу. «По­стоянное войско и полиция, – писал В. И. Ленин, – суть главные орудия силы государственной власти...»[10]

2. Армия – во­оруженная организация предназначенная для ведения войны. Данный признак указывает, во-первых, на по­литический характер армии, поскольку война является продол­жением политики определенных классов и государств насильст­венными средствами, и, во-вторых, на то, что армия выступает главным орудием военного насилия. Военное насилие «требует весьма реальных предпосылок для своего осуществления, в особенно­сти – известных орудий...»[11], к каковым относится ар­мия. В. И. Ленин подчеркивал, что насилие в эпоху цивилиза­ции – «это не кулак и не дубина, а войско»[12].

В рамках марксистско-ленинской теории была разработана типология армии, в соответствии с которой типам государства, выделяемым в рамках формационного подхода, соответствуют аналогичные типы армий: рабовладельческий, феодальный, буржуазный и социалистический. В литературе встречается понятие «армия переходного типа», под которым принято понимать не какой-то особый тип, а переходное состояние, переходный этап. Его социально-политическое содержание включает элементы старого и нового типов армий[13]. Тип армии нахо­дится в существенной зависимости от типа производственных отношений, образующих экономический базис общества, и соот­ветствующего ему государства. Для каждого типа экономиче­ского базиса характерен свой тип государства, а для него – конкретный исторический тип армии. Переход от одного исторического типа армии к другому совершается в результате смены общественно-экономи­ческих формаций и, соответственно, типов государства.  При этом в пределах одного исторического типа следует различать вооруженные силы по их социально-политиче­скому содержанию, отвечающему конкретному этапу развития государства. Так, при феодализме вместе с переходом общества от состояния политической раздробленности к единому государству совершался переход от феодальных дружин, феодального опол­чения к наемной армии правителя. Сокращение со­циальной основы армии трансформировало ее в защитницу интересов, в первую очередь, крупной феодальной знати. Соответствующие изменения характерны и для армии буржуазного типа. Армия периода домонополистического капитализма являлась орудием всего класса буржуазии, в то время как в условиях империализма обеспечивала интересы, главным образом, монополистической буржуазии. Представляя один исторический тип, они отли­чаются друг от друга конкретным социально-политическим со­держанием, соотношением функций, социальной базой, которая при империализме значительно сужается.

Следует отметить, что, по мнению К. Маркса и Ф. Энгельса, обязательным условием социалистической революции, утверждения и развития нового общественно­го и государственного строя являлся слом ста­рого, буржуазного и создание нового государственного аппарата, опирающегося на диктатуру пролетариата, а также слом старой армии и замена ее всеобщим вооруже­нием народа. Таким образом, не предполагалось существование такого типа армии, как «социалистический». В начальный период после Октябрьской революции большевики исходили из данного теоретического положения. В. И. Ле­нин проводит в жизнь идею создания пролетарской милиции для поддер­жания внутреннего порядка в стране[14]. На совещании представителей Петроградского гарнизона он отмечал: «Наша задача, которую мы ни на минуту не должны упускать из виду, – всеобщее вооружение народа и отмена постоянной армии»[15]. Однако основатель Советского государства подчеркивал классовое содержание этого лозун­га, рассматривая его как вооружение только трудящихся, а не всего на­селения без различия классовой принадлежности: «Нам говорят... о вооружении всего народа, повторяя азы старого буржуазно-демократического лозунга, – когда в народе кипит самая решительная классовая борьба… Лозунгом наших врагов является вооружение народа, а мы стоим на базе классового вооружения, на ней мы побеждали и на ней будем побеждать всегда»[16]. Отвечая на вопрос, какая милиция (как форма всеобщего вооружения трудящихся) нужна пролетариату, В. И. Ленин писал: «Действи­тельно народная, т. е., во-первых, состоящая из всего поголовно населения, из всех взрослых граждан обоего пола, а во-вторых, соединяющая в себе функции народной армии с функциями полиции, с функциями главного основного органа государственного порядка и государственного управле­ния»[17].

Однако в условиях угрозы иностранной военной интервенции и выступления внутренней контрреволюции большевистская партия была вынуждена пересмотреть прог­раммные положения о замене старой регулярной армии всеобщим вооружением народа. Для противодействия внешним и внутренним военным угрозам потребовалось создание кадровой армии, что нашло отражение в развитии В. И. Лениным традиционного марксистского учения по данному вопросу: «Первой заповедью всякой побе­доносной революции – Маркс и Энгельс многократно подчеркивали это – было: разбить старую армию, распу­стить ее, заменить ее новою. Новый общественный класс, поднимаясь к господству, не мог никогда и не может теперь достигнуть этого господства и укрепить его иначе, как совершенно разложив старую армию... иначе, как пройдя через труднейший, мучительнейший период без всякой армии... иначе, как постепенно вырабатывая, в тяжелой гражданской войне вырабатывая новую армию, новую дисциплину, новую военную организацию нового класса»[18]. На VIII съезде партии В. И. Ленин говорил, что «вопрос о строении Красной Армии был совершенно новый, он совершенно не ставился даже теоретически»[19]. Таким образом, большевики были вынуждены признать необходимость создания армии и в государстве диктатуры пролетариата. При этом обращалось внимание на то, что в отличие от армий эксплуататорских государств, социалистическая армия подавляет не народ, а сопротивляющиеся эксплуататорские классы. В связи с этим В. И. Ленин отмечал: «…Пускай сотни чрезвычайно громких голосов кри­чат нам: «диктаторы», «насильники» и т. п. слова. Мы знаем, что в народных массах поднимается теперь другой голос; они говорят себе: теперь не надо бояться человека с ружьем, по­тому что он защищает трудящихся и будет беспощаден в по­давлении господства эксплуататоров»[20].

Таким образом, на основе марксистско-ленинской идеологии развитие получает учение об армии социалистического типа, в рамках которого выделяется армия государства, создающего основы социализма, и армия государства развитого социализма[21].

Сущностью и типом государства определяется и содержание его функций, находящее отражение в деятельности его вооруженных сил. С. А. Бабуркиным выделяются два вида социальной активности армии:

1) выполнение внутренней и внешней функции;

2) социальная деятельность, выходящая за рамки традиционных внутренней и внешней функций.

В первом случае в качестве субъекта выступает вся армия как единый институт. Объектами являются подчиненные классы внутри страны, а также народы и нации других стран. Во втором случае объект шире, так как включает господствующие классы, представляющие их политические партии и государство. Субъект, напротив, сужается, представляя лишь  военную верхушку, использующую в своих политических целях методы вооруженного насилия и средства политического, экономического и духовного воздействия[22].

Вооруженные силы осуществляют как внешнюю, так и внутреннюю функции, представляющие собой направления, характер и содержание их деятельности, определяемые государством на длительный исторический период. Обеспечение внутренней безопасности государства реализуется через внутреннюю (внутриполитическую) функцию армии, исследованию которой в советской военно-социологической литературе уделялось особое внимание. Ее сущность раскрывалась с точки зрения классового подхода, подчеркивалось кардинальное отличие между внутренними функциями буржуазных армий и армий социалистического типа.  Согласно марксистской теории, эта функция обусловлена сущностью государства. Ф. Энгельс писал, что «античное государство бы­ло, прежде всего, государством рабовладельцев для подавле­ния рабов, феодальное государство – органом дворянства для подавления крепостных и зависимых крестьян, а современное представительное государство есть орудие эксплуатации наем­ного труда капиталом». Эксплуататорские государства решали эти внут­ренние задачи, опираясь на  «послушную, вымуштрованную дисциплиной армию, всегда готовую к завоеваниям вовне и к жестокому подавлению народных движений внутри страны»[23]. Характеризуя феодальную армию,  К. Маркс и Ф. Эн­гельс отмечали: «Иерархическая структура землевладения и связанная с ней система вооруженных дружин давали дворянству власть над крепостными»[24].

В. И. Ленин указывал на то, что постоянное войско «даже в самых демократических буржуазных республиках, например, в Швейцарии – есть вооружение буржуазии против пролетариа­та. Это – такая элементарная истина, что особенно останавли­ваться на ней едва ли есть надобность. Достаточно напомнить употребление войска против стачечников во всех капиталисти­ческих странах»[25]. Буржуазная армия является слугой капи­тала в борьбе против труда, палачом народной свободы[26]. Данные положения лежали в основе работ советских исследователей. По определению А. А. Тиморина, внутренние функции армии данного типа состоят в «вооруженной охране и развитии условий господства буржуазии над трудящимися, эксплуатируемыми массами внутри страны». Указанные функции классифицируются на:

1. Формы прямого физического действия армии в решении внутриполитических задач:

- вмешательство армии в политическую деятельность государства в сфере собственно политической, экономической, социальной и духовной;

- участие в полицейских действиях;

- прямые боевые действия против населения;

- диверсионно-подрывные действия;

- военно-судебные действия.

2. Формы потенциального физического действия, когда армия  используется буржуазным правительством для психологического воздействия на своих классовых противников посредством демонстрации силы (проведение военных маневров, стягивание воинских формирований в определенные местности и т. п.)[27].

Соответственно внутренняя функция армии эксплуататорского общества рассматривалась как обеспечение интересов господствующего класса внутри страны, подавление классовых противников. Таким образом, марксистское учение отрицало наличие в ней общесоциального содержания. Данная точка зрения видится нам не вполне правомерной, т. к. при доминировании классового начала выполнение ряда внутренних функций отвечало интересам всего общества. В современных исследованиях, посвященных роли вооруженных сил в обществе, прослеживается признание наличия не только классового, но и общесоциального характера деятельности армий различных типов[28].

Что касается внутренней функции армии социалистического типа, то в советской идеологии она рассматривалась как вооруженная защита социалисти­ческих завоеваний народа от происков свергнутых эксплуата­торских классов и их остатков в стране, которые могут ока­зывать какое-то время не только экономическое, идеологическое, политическое, но и военное сопротивление строительству социа­лизма. Отмечалось, что если буржуазная армия ис­пользуется для подавления выступлений трудящихся против экс­плуататоров, то армия социалистического государства направлена против экс­плуататорского меньшинства, подавляет его выступления и за­щищает тем самым интересы трудящихся, большинства об­щества.

Советские исследователи выделяли следующие формы ее осуществления[29]:

1. Охрана общественной безопасности.

Армия участвует в охране общественной безопасности, ко­гда в стране обостряется борьба с враждебными классами или их остатками, но дело еще не доходит до открытых вооружен­ных столкновений. В этот период основные задачи по обеспе­чению общественного порядка и безопасности государства вы­полняют органы милиции и внутренних дел, а армия оказывает им поддержку.

2. Боевая.

Прямые боевые действия социалистическая армия ведет в тех случаях, когда сопротивление врагов социализма внутри страны принимает значительные масштабы, устойчивость, про­должительность и остроту (контрреволюционные восстания, мя­тежи, бандитизм, развязывание гражданской войны). Граждан­ская война – наиболее острая форма классовой борьбы, в ко­торой может участвовать социалистическая армия.

3. Сдерживающая.

Сам факт наличия армии в руках социалистического государства воздействует на его классовых противников, удерживает их от открытых вооружен­ных выступлений.

Наличие внутренней функции армии Советского государства признавалось лишь в период подавления контрреволюции. «С победой социализма, образованием общенародного госу­дарства внутренняя функция нашей армии, связанная с необ­ходимостью подавления вооруженного сопротивления эксплуа­таторских классов (их остатков), исчерпала себя. В процессе строительства нового общества эксплуататорские классы в СССР были ликвидированы. Трудящиеся еще теснее сплотились во­круг Коммунистической партии. Общенародное государство вы­ражает интересы и волю всего народа. Здесь нет таких внут­ренних враждебных социализму общественных сил, против ко­торых надо было бы применять армию. Таким образом, внутренняя функция социалистической ар­мии под влиянием изменений в социальных, классовых отно­шениях в обществе постепенно сходит на нет, отмирает». «Попытки иска­зить внутреннюю функцию социалистической армии и рас­пространить ее на этап развитого социализма представляют со­бой фальсификацию реальной действительности. Для буржуаз­ной армии внутренняя функция постоянна, она существует на протяжении всей истории этой армии. Для социалистической же армиивнутренняя функция, будучи и по содержанию и по на­правленности совершенно иной, является временной, прехо­дящей»[30]. Данное утверждение базировалось на программном положении правящей в СССР Коммунистической партии: «С точки зрения внут­ренних условий Совет­ский Союз не нуждается в армии»2. В связи с этим в научный оборот вводился термин «внутренние задачи», призванный продемонстрировать отсутствие внутренней функции в армиях социалистических стран, завершивших процесс ликвидации сопротивления эксплуататорских классов.

Таким образом, в марксистском понимании армия (вооруженные силы) выступает не только как имеющее классовый характер материальное орудие войны, но и как органическая часть политической организации общества, как ее подсистема, обусловленная характером политической власти, методами ее осуществления и спецификой военной политики. Армия представляется как диалектическое единство ее социально-политической (играющей главную роль) и организационно-технической сторон[31]. Ее сущность определяется как диалектическое единство особым образом организованных и подготовленных вооруженных людей и классовой политической направленности их функциональной деятельности.

[1] Бабуркин С. А. Вооруженные силы в политическом процессе. – Ярославль, 1997. – С. 7.

[2] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 12. – С. 58; Т. 30. – С. 152.

[3]Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 14. – С.5.

[4] См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 21. – С. 163 – 165.

[5] Бабуркин С. А. Указ. соч. – С. 8.

[6] Война и армия. Философско-социологический очерк / под ред. Д. А. Волкогонова, А. С. Миловидова и С. А. Тюшкевича. – М., 1977. –  С. 291.

[7] Климов И. А. Армия и политика (философско-социологический анализ связи). – М.: ВПА, 1980. – С. 18.

[8] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 12. – С. 58, 113.

[9] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 13. – С. 283

[10] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 33. – С. 9.

[11] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 20. – С. 170.

[12] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 30. – С. 152.

[13] См.: Война и армия. Философско-социологический очерк / под ред. Д. А. Волкогонова, А. С. Миловидо-ва и С. А. Тюшкевича. – М., 1977. –  С. 296.

[14] См.: Гринишин Д. М. Военная деятельность В. И. Ленина. – 2-е изд. – М., 1960. – С. 358; Кляцкина С. М. На защите Ок­тября. – М., 1965. – С. 138; 50 лет Вооруженных Сил СССР. Т. V. – М., 1968. – С. 24.

[15] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 35. – С. 40.

[16] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 42. – С. 173  – 174.

[17] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 31. – С. 42.

[18] Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 37. – С. 295.

[19] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 38. – С. 137.

[20] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 35. – С. 269.

[21] См.: Война и армия. Философско-социологический очерк / под ред. Д. А. Волкогонова, А. С. Миловидо-ва и С. А. Тюшкевича. – М., 1977. - С. 297.

[22] См.: Бабуркин С. А. Указ. соч. – С. 10 – 11.

[23] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 21. – С. 354.

[24] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 3. – С. 23.

[25] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 30. – С. 135.

[26] См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 12. – С. 113.

[27] См.: Тиморин А. А. Армия и общество (социологический анализ): автореферат … докт. социолог. наук. – М., 1972. – С. 31.

[28] См., например: Правовые и организационно-тактические основы применения воинских формирований для обеспечения внутренней безопасности в некоторых зарубежных государствах: монография / В. В. Баскаков [и др.] – М., 2002.

[29] Война и армия. Философско-социологический очерк / под ред. Д. А. Волкогонова, А. С. Миловидова и С. А. Тюшкевича. – М.: Воениздат, 1977. – С. 352 – 353.

[30] Там же. – С. 353, 360.

[31] Тумаларьян В. М. К вопросу о сущности армии // Армия в современном обществе. – М.: ВПА, 1985. – С. 119.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Архив сайта
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

+7(908)07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!