Великая французская революция конца XVIII в. и образование буржуазного государства

5 Янв 2015 | Автор: | Комментариев нет »

Французская революция 1789 – 1794 гг. нередко в литературе называется великой, поскольку она оказала влияние на  общественные процессы в ряде государств Старого и Нового Света, способствовала политико-правовому прогрессу в этих странах, становлению и эволюции буржуазного типа государства и права. Для Франции же ее основное значение заключается в том, что ее следствием стало крушение феодально-абсолютистского государства, создание условий для дальнейшего социально-экономического и политического развития страны.

Революция была неизбежной, поскольку противоречия между существовавшей во Франции в конце XVIII в. политической системой и уровнем социально-экономического развития страны достигли максимальной остроты. Возникло острое противоречие между господствовавшими в стране феодальными производственными отношениями и возникшими капиталистическими производительными силами, которое не могло быть разрешено мирно, в рамках прежней модели государственности.

Осознавая свою растущую экономическую силу, французская буржуазия болезненно реагировала на сословную приниженность и политическое бесправие. Она не желала более мириться с феодально-абсолютистскими порядками, при которых представители третьего сословия не только отстранялись от участия в государственных делах, но и не были защищены от незаконных конфискаций имущества, не имели правовой защиты в случаях произвола королевских чиновников. В то же время феодально-абсолютистское государство всячески стремилось сохранить средневековые привилегии первого и второго сословий – дворянства и духовенства.

Готовность французской буржуазии к политическим действиям в конце XVIII в. имели под собой и определенные идеологические основания. Благодаря деятельности Вольтера, Монтескье, Руссо и других писателей в умах образованной части французского общества произошел переворот. Появилось массовое увлечение демократической философией, идеями Просвещения.

Французские революционеры XVIII в. имели возможность опереться на успешный опыт английской и американской революций – в их распоряжении имелась уже достаточно четкая программа организации конституционного порядка.

В последней трети XVIII в. антинародный и застойный характер французского абсолютизма  особенно ярко проявился в финансовой политике королевского правительства – огромные суммы из государственной казны шли на покрытие расходов королевской семьи, на подкармливание верхушки дворянства и духовенства. Несмотря на постоянный рост налогов и иных поборов, взимаемых с третьего сословия, королевская казна всегда была пуста, а государственный долг вырос до астрономических размеров.

Революционная ситуация, возникшая во Франции в конце 80-х гг. в связи с торгово-промышленным кризисом, неурожайными годами и голодными бунтами, а также финансовое банкротство государства вынуждали королевскую власть пойти на реформистские маневры. Последовали перестановки в правительстве, было объявлено также о созыве Генеральных штатов, не собиравшихся с начала XVII в.

Королевский регламент устанавливал, что избирательное право дано было всем французам, достигшим двадцатипятилетнего возраста, имевшим постоянное место жительства и занесенным в налоговые списки (последнее ограничение исключало из избирательного права значительное число бедных граждан).  Выборы были двухстепенные (иногда трехстепенные), т.е. выбирались депутаты не самим населением, а выбранными им уполномоченными.

Первый этап революции (14 июля 1789 – 10 августа 1792 гг.) характеризуется господством крупной буржуазии, которая стремилась найти компромисс с дворянством и добивалась установления конституционной монархии. В связи с этим вожди третьего сословия в Учредительном собрании получили название конституционалистов. Содержанием первого периода революции стала напряженная борьба Учредительного собрания с королевской властью за конституцию, за сокращение традиционных королевских прерогатив, за утверждение конституционной монархии.

Генеральные штаты открылись в Версале 5 мая 1789 г. Рассматривая себя в качестве представителей всей нации, депутаты 17 июня 1789 г. провозгласили себя Национальным собранием, а несколько дней спустя (9 июля) и Учредительным. Этим подчеркивалось его право на издание новых и отмену старых законов, определить основы нового, конституционного строя для Франции. Но королевский двор не думал уступать. Вокруг Парижа и Версаля стали собираться военные силы. В ответ на планы короля Людовика XVI разогнать Учредительное собрание народ Парижа 14 июля 1789 г. поднялся на восстание, в котором главную роль играли голодавшие от безработицы и дороговизны хлеба рабочие. 14 июля народные толпы разграбили арсенал и оружейные лавки, напали на государственную тюрьму Бастилию и овладели ею.

4-11 августа 1789 г. собрание приняло декреты, отменявшие сословные преимущества, феодальные права, крепостное право, церковную десятину, привилегии отдельных провинций, городов и корпораций и объявлявшие равенство всех перед законом в уплате государственных налогов и вправе занимать гражданские, военные и церковные должности.

По всей стране восставший народ смещал королевскую администрацию, заменяя ее выборными органами – муниципалитетами, в которые вошли наиболее авторитетные представители третьего сословия. Специальным декретом Учредительное собрание ликвидировало прежнее, феодальное административное деление страны – территория Франции была разделена на 83 примерно равных департамента.

При дворе по-прежнему не теряли надежды на военный переворот. В Версаль стали приходить новые полки. Это вызвало 5–6 октября второе парижское восстание и поход стотысячной толпы на Версаль. Восставшие  потребовали переезда короля в Париж. Людовик XVI вынужден был исполнить это требование. Вслед за королем и Национальное собрание также перенесло туда свои заседания.

Началась дворянская эмиграция. Угрозы эмигрантов «мятежникам», их союз с иностранцами поддерживали и усиливали тревогу в народе; подозревать в сообщничестве с эмигрантами начали и двор, и всех оставшихся во Франции дворян.

Декларация прав человека и гражданина 1789 г. Важной вехой на пути становления французского конституционализма явилось принятие 26 августа 1789 г. Декларации прав человека и гражданина. В этом документе формулировались важнейшие государственно-правовые требования революционно настроенного третьего сословия, выступавшего в это время еще единым фронтом в конфликте с королем и со всем старым режимом.

Ее текст состоит из краткого введения, в котором заявляется, что единственными причинами общественных бедствий и пороков правительств являются незнание, забвение или презрение естественных, священных и неотчуждаемых прав человека, и из 17 статей, заключающих в себе, главным образом, две основные идеи политической философии естественного права – идею индивидуальной свободы и идею народовластия. Все люди свободны и равны в правах. Закон есть выражение общей воли; участвовать в издании законов имеют право все граждане, лично или через представителей. Все граждане равны перед законом. Особые статьи (7 – 12) обеспечивали личную неприкосновенность, судебные гарантии личности, свободу совести и мысли, свободу слова и печати. Одной из основных идей Декларации 1789 г., не утративших своего прогрессивного значения и сегодня, была идея законности. Согласно ст. 5 Декларации, все, «что не воспрещено законом, то дозволено», и никого нельзя принуждать к действию, не предусмотренному в законе. Ст. 9 провозглашала презумпцию невиновности.

Декларация 1789 г. имела большое значение не только для Франции, но и для всего мира, поскольку она закрепляла основы передового для своей эпохи общественного и государственного строя. При всем своем ясно выраженном политико-юридическом содержании Декларация не имела нормативно-правовой силы. Она была лишь исходным документом революционной власти, стремившейся установить конституционный строй, поэтому многие ее положения носили программный характер.

Опираясь на положения Декларации и используя оказавшуюся в их руках государственную власть, конституционалисты под влиянием широких народных масс провели ряд важных антифеодальных и демократических преобразований.

Декретом о феодальных правах (15 марта 1790 г.) собрание расширило круг земель и поземельных обременений, которые подлежали выкупу крестьянами. Предвидя вероятную неудовлетворенность крестьянства и бедноты Франции слишком умеренным подходом к решению аграрной проблемы, ставшей в ходе революции ключевой, Учредительное собрание национализировало церковное имущество и земли духовенства (декрет от 24 декабря 1789 г.), которые были пущены в распродажу и попали в руки крупной городской и сельской буржуазии. Французская католическая церковь, получившая новое гражданское устройство, выводилась из подчинения Ватикану. Священники приносили присягу на верность французскому государству и переходили на его содержание. Церковь потеряла свое традиционное право регистрировать акты гражданского состояния.

Вопреки провозглашенной в Декларации идее равенства декрет от 22 декабря 1789 г. предусматривал деление французов на активных и пассивных граждан. Только первым предоставлялось право голоса, вторые этого права были лишены. Согласно закону активные граждане должны были удовлетворять следующим цензам: 1) быть французом; 2) достичь двадцатипятилетнего возраста; 3) проживать в определенном кантоне не менее 1 года; 4) уплачивать прямой налог в размере не меньше трехдневной заработной платы для данной местности; 5) не быть слугой «на жалованье». Подавляющая часть французов не удовлетворяла этим квалификационным требованиям и попадала в разряд пассивных граждан. Еще больший имущественный ценз устанавливался для граждан, которые могли быть избраны.

Конституция 1791 г. Важнейшим итогом первого этапа революции и деятельности Учредительного собрания явилась Конституция, окончательный текст которой был составлен на основе многочисленных законодательных актов, имевших конституционный характер и принятых в 1789-1791 гг.

В преамбуле был конкретизирован и получил развитие ряд антифеодальных положений, провозглашенных в Декларации 1789 г. Так, отменялись сословные отличия и дворянские титулы, ликвидировались цехи и ремесленные корпорации, упразднялись система продажи и наследования государственных должностей и иные феодальные установления.

Конституция существенно расширяла по сравнению с Декларацией 1789 г. перечень личных и политических прав и свобод, в частности, предусматривала свободу передвижения, свободу собраний, но без оружия и с соблюдением полицейских предписаний, свободу обращения к государственным властям с индивидуальными петициями, свободу вероисповедания и право выбора служителей культа. Предусматривались и некоторые социальные права. Так, декларировались введение общего и частично бесплатного народного образования, создание специального управления «общественного призрения для воспитания покинутых детей, для облегчения участи неимущих убогих и для приискания работы тем здоровым неимущим, которые окажутся безработными».

Конституция подчеркивала, что король царствует «лишь в силу закона», и в связи с этим предусмотрела королевскую присягу «на верность нации и закону». Более скромным стал и сам королевский титул: «король французов» вместо бывшего «король милостью божьей». Расходы короля ограничивались цивильным листом, утверждаемым законодательной властью. Вместе с тем, Конституция объявляла особу короля «неприкосновенной и священной», наделяла его значительными полномочиями.

Король рассматривался как верховный глава государства и исполнительной власти, на него возлагалось обеспечение общественного порядка и спокойствия. Он являлся также верховным главнокомандующим, назначал на высшие военные, дипломатические и иные государственные должности, поддерживал дипломатические сношения, утверждал объявление войны. Король единолично назначал и увольнял министров, руководил их действиями. В свою очередь королевские указы требовали обязательной контрасигнации (подписи-скрепы) соответствующего министра, что в известной мере освобождало короля от политической ответственности и перекладывало ее на правительство. Король мог не согласиться с постановлением законодательного корпуса, имел право отлагательного вето.

Законодательная власть осуществлялась однопалатным Национальным Законодательным собранием, которое избиралось на два года. Оно, как это вытекало из принципа разделения властей, не могло быть распущено королем. В Конституции содержался перечень полномочий и обязанностей Законодательного собрания, причем особо было выделено его право на установление государственных налогов и обязанность министров отчитываться в расходовании государственных средств. Только Законодательное собрание обладало правом законодательной инициативы, принятия законов, объявления войны.

Конституция сформулировала основные принципы организации судебной власти, было установлено, что правосудие отправляется беспошлинно судьями, избираемыми на определенный срок народом и утверждаемыми в должности королем. Судьи могли быть смещены или отстранены от должности только в случаях совершения преступления и в строго установленном порядке. С другой стороны, и суды не должны были вмешиваться в осуществление законодательной власти, приостанавливать действие законов, вторгаться в круг деятельности органов управления.

Конституция предусмотрела введение во Франции неизвестного ранее института присяжных заседателей. Участие присяжных предусматривалось как на стадии обвинения и предания суду, так и на стадии рассмотрения фактического состава деяния и вынесения по этому поводу своего суждения. Обвиняемому гарантировалось право на защитника. Лицо, оправданное законным составом присяжных, не могло быть «вновь привлечено к ответственности или подвергнуто обвинению по поводу того же деяния».

Конституция окончательно закрепила сложившееся в ходе революции новое административное деление Франции на департаменты, дистрикты (округа), кантоны. Местная администрация формировалась на выборной основе.

Конституция сохранила деление граждан на пассивных и активных, признав лишь за последними важнейшее политическое право – участвовать в выборах в Законодательное собрание.

Первичные собрания активных граждан избирали выборщиков для участия в департаментских собраниях, где и проходили выборы представителей в Законодательное собрание.

Привилегия богатства отражалась и в распределении депутатских мест. Одна треть Законодательного собрания избиралась в соответствии с размером территории, вторая – пропорционально численности активных граждан, третья – в соответствии с суммой уплачиваемых налогов, т. е. в зависимости от размеров собственности и доходов.

Непоследовательный характер Конституции проявился и в том, что она, построенная на идее равенства, не распространялась на французские колонии, где продолжало сохраняться рабство.

В Конституции 1791 г. устанавливался сложный порядок внесения в нее поправок и дополнений. Это делало Конституцию «жесткой», не способной приспосабливаться к быстро меняющейся революционной обстановке. Таким образом, скорая гибель Конституции и основанного на ней конституционного строя была фактически предопределена.

Первая республика во Франции. Созданная в соответствии с Конституцией 1791 г. новая система государственных органов Франции отражала временное равновесие противостоящих политических сил. В конечном счете она не удовлетворяла обе стороны – буржуазию, власть которой при сохранении монархического строя не была гарантированной и прочной, и Людовика XVI и дворянство, которые не могли смириться с происшедшими переменами и не оставляли планов реставрации старых порядков.

Немедленно после того, как Учредительное собрание прекратило свою деятельность, его место заняло Законодательное собрание, в которое были выбраны новые и малоопытные люди. Правую сторону в зале заседания конституционные монархисты (фельяны); люди без определенных взглядов заняли средние места; левую сторону составляли две партии – жирондисты и монтаньяры.

Людовик XVI и его семья тайно покинули Париж, направляясь к восточной границе королевства, где стояла большая армия, и откуда, при помощи императора Леопольда II, брата королевы Марии-Антуанетты, предполагалось начать восстановление старого порядка. Эта попытка бегства окончилась неудачей; король, задержанный толпой по дороге из Парижа был насильно возвращен в столицу.

После издания манифеста главнокомандующим союзной австро-прусской армией герцогом Брауншвейгским, в котором французам угрожали казнями, уничтожением домов, в столице вспыхнуло 10 августа 1792 г. новое восстание, сопровождавшееся избиением стражи, которая охраняла королевский дворец. Людовик XVI со своим семейством нашел безопасный приют в Законодательном собрании, но последнее в его же присутствии постановило отрешить его от власти и взять под стражу, а для решения вопроса о будущем устройстве Франции созвать чрезвычайное собрание под названием Национального конвента.

Революция вступила в свой второй этап (10 августа 1792 г. – 2 июня 1793 г.), характеризующийся в дальнейшем повышением политической активности масс и переходом власти в руки жирондистов.

Под давлением революционно настроенного народа Законодательное собрание, где жирондисты приобретали все больший политический вес и даже сформировали временное правительство, отменило деление граждан на активных и пассивных. Были назначены выборы в Национальный Учредительный конвент, который должен был выработать новую Конституцию Франции.

В ночь с 21 на 22 сентября 1792 г. Конвент своим декретом отменил действие Конституции 1791 г., упразднил королевскую власть, положил тем самым начало республиканскому строю во Франции. Этим же декретом подтверждалось, что Конвент берет на себя подготовку новой Конституции, что «личность и собственность находятся под охраной французского народа».

Состав Конвента отражал новую сложную расстановку политических сил, определившую развитие французской государственности на втором этапе революции. Руководящие позиции в нем заняли жирондисты (Бриссо и др.).

Отражая прежде всего интересы умеренно-радикальных слоев буржуазии, а также всех тех кругов французского общества, которые устали от революции и не желали ее дальнейшего развития, жирондисты стремились сдержать нарастающее бунтарство народных масс. Не случайно к зиме 1792 г., когда в Париже вновь усилились противоречия в революционном лагере, жирондисты были исключены из якобинского клуба. Здесь укрепилось влияние монтаньяров, «истинных» якобинцев (Дантон, Робеспьер, Марат), пользовавшихся широкой поддержкой низов Парижа.

По мере развития революционных событий, которые во многом происходили помимо желания и воли жирондистского правительства, ему в Конвенте все более энергично противостояла якобинская оппозиция.

Под напором якобинцев, за которыми шли революционно настроенные низы Парижа, жирондисты провели ряд радикальных мер. В конце сентября был принят декрет Конвента о введении во Франции нового революционного летоисчисления, берущего свое начало с установления Французской республики. В связи с опасностью иностранной интервенции и монархических мятежей, угрожавших самому существованию республики, жирондистский Конвент декретировал учреждение Комитета общественной безопасности (2 октября 1792 г.), Чрезвычайного уголовного трибунала в Париже (10 марта 1793 г.), Комитета общественного спасения (6 апреля 1793 г.).

Еще до созыва Конвента 25 августа 1792 г. жирондистское правительство провело через Законодательное собрание новый аграрный закон «Об уничтожении остатков феодального режима», отменивший выкуп крестьянами феодальных повинностей. Фактически это узаконило положение, уже сложившееся в ходе аграрной революции. Был принят также декрет о разделе конфискованных земель эмигрантов и передаче их путем бессрочной аренды или продажи крестьянам.

В декабре 1792 г. Конвент вынес смертный приговор королю Людовику XVI, а 21 января 1793 г. он был казнен.

В мае 1793 г. по требованию якобинцев он декретировал установление максимума (твердые цены) на зерно. Но основная цель жирондистов сводилась к стабилизации политического положения и укреплению сложившихся в ходе революции отношений собственности и новых экономических порядков.

Остановить рост революционных настроений в Париже, взять их под контроль жирондистскому правительству не удалось. Его авторитет и влияние на народные массы к весне 1793 г. быстро падали. Резервы демократических преобразований были жирондистами исчерпаны. С другой стороны, именно на них, располагающих властью в Конвенте, падала политическая ответственность за усилившиеся в ходе революции тяготы и лишения населения Парижа, за внешнеполитические промахи и поражения.

Падению авторитета жирондистов способствовало и то обстоятельство, что они, отменив Конституцию 1791 г., не смогли дать Франции новый республиканский конституционный документ.

Конституционный проект жирондистов дебатировался в Конвенте вплоть до 2 июня 1793 г., т. е. до падения их власти, но он так и не был утвержден. В результате непоследовательной и центристской политики жирондистского Конвента, тогдашние вожди которого к весне 1793 г. все более теряли революционную инициативу, республика оказалась на грани гибели. Внутри страны усиливались роялистские мятежи, извне грозило новое наступление армий феодально-монархической коалиции.

Народное восстание 31 мая – 2 июня 1793 г., во главе которого стоял повстанческий комитет Парижской коммуны, привело к изгнанию жирондистов из Конвента и положило начало периоду правления якобинцев. Французская революция вступила в свой третий этап (2 июня 1793 г. – 27 июля 1794 г.). Государственная власть, уже сосредоточенная к этому времени в Конвенте, перешла в руки вождей якобинцев – небольшой политической группировки, настроенной на дальнейшее решительное и бескомпромиссное развитие революции.

За якобинцами стоял широкий блок революционно-демократических сил (мелкая буржуазия, крестьянство, деревенская и особенно городская беднота). Ведущую роль в этом блоке играли так называемые монтаньяры (Робеспьер, Сен-Жюст, Кутон и др.), речи и действия которых отражали прежде всего господствовавшие бунтарские и эгалитарные настроения масс.

На якобинском этапе революции участие различных слоев населения в политической борьбе достигает своей кульминации. Благодаря этому во Франции в то время были выкорчеваны остатки феодальной системы, проведены радикальные политические преобразования, отведена угроза интервенции войск коалиции европейских держав и реставрации монархии. Революционно-демократический режим, сложившийся при якобинцах, обеспечил окончательную победу во Франции нового общественного и государственного строя.

Историческая особенность данного периода в истории французской революции и государства состояла также и в том, что якобинцы не проявляли большой щепетильности в выборе средств борьбы со своими политическими противниками и не останавливались перед использованием насильственных методов расправы со сторонниками «старого режима», а заодно и со своими «врагами».

Наиболее показательным примером революционной напористости якобинцев может служить их аграрное законодательство. Уже 3 июня 1793 г. Конвент по предложению якобинцев предусмотрел продажу мелкими участками в рассрочку земель, конфискованных у дворянской эмиграции. 10 июня 1793 г. был принят декрет, возвращавший крестьянским общинам захваченные дворянством земельные угодья и предусматривающий возможность раздела общинных земель в том случае, если за это выскажется одна треть жителей. Поделенная земля становилась собственностью крестьян.

Важное значение имел декрет от 17 июля 1793 г. «Об окончательном упразднении феодальных прав», где безоговорочно признавалось, что все бывшие сеньориальные платежи, чиншевые и феодальные права, как постоянные, так и временные, «отменяются без всякого вознаграждения». Это  имело далеко идущие социально-политические последствия, стало правовой основой для превращения крестьянства в массу мелких собственников, свободных от пут феодализма. Для закрепления принципов нового гражданского общества Конвент декретом от 7 сентября 1793 г. постановил, что «ни один француз не может пользоваться феодальными правами в какой бы то ни было области под страхом лишения всех прав гражданства».

В июле 1793 г. Конвент ввел смертную казнь за спекуляцию предметами первой необходимости, в сентябре 1793 г. декретом о максимуме устанавливались твердые цены на продовольствие.

Принятые в конце февраля – начале марта 1794 г. так называемые вантозские декреты Конвента предполагали бесплатное распределение среди неимущих патриотов собственности, конфискованной у врагов революции. В мае 1794 г. Конвент декретировал введение системы государственных пособий для нищих, инвалидов, сирот, стариков. Было отменено рабство в колониях и т. д.

Декларация и Конституция 1793 г. Политическая решительность и радикализм якобинцев проявились в новой Декларации прав человека и гражданина и в Конституции, принятой Конвентом 24 июля 1793 г. и одобренной подавляющим большинством народа на плебисците (Конституция 1 года республики). Эти документы, составленные с использованием конституционных проектов жирондистов, испытали на себе сильное влияние взглядов Ж. Ж. Руссо. Так, целью общества объявлялось «общее счастье». Основной задачей правительства (государства) являлось обеспечение пользования человеком «его естественными и неотъемлемыми правами». К числу этих прав были отнесены равенство, свобода, безопасность, собственность.

Равенству якобинцы в силу своих эгалитаристских убеждений придавали особое значение. В Декларации подчеркивалось, что все люди «равны по природе и перед законом».

В трактовке права собственности якобинцы пошли на уступку сформировавшимся за годы революции новым буржуазным кругам и отказались от выдвигавшейся ими ранее в полемике с жирондистами идеи прогрессивного налогообложения и необходимости ограничительного толкования правомочий собственника.

По ст. 122 Конституции каждому французу гарантировались всеобщее образование, государственное обеспечение, неограниченная свобода печати, право петиций, право объединения в народные общества и другие права человека. Статья 7 Декларации 1793 г. в число личных прав граждан включила право собраний с «соблюдением спокойствия», право свободного отправления религиозных обрядов.

В якобинской Декларации особое внимание уделялось гарантиям от деспотизма и произвола со стороны государственных властей. Согласно  ст. 9, «закон должен охранять общественную и индивидуальную свободу против угнетения со стороны правящих». Всякое лицо, против которого совершался незаконный, т. е. произвольный и тиранический акт, имело право оказывать сопротивление силой (ст. II).

Декларация 1793 г. делала революционный вывод о том, что в случаях нарушения правительством права народа «восстание для народа и для каждой его части есть его священное право и неотложнейшая обязанность» (ст. 35). Таким образом, в отличие от Декларации 1789 г., где говорилось о национальном суверенитете, якобинцы в своих конституционных документах проводили идею народного суверенитета, восходящую к Ж. Ж. Руссо.

Упразднив деление граждан на активных и пассивных как несовместимое с идеей равенства, Конституция практически узаконила всеобщее избирательное право для мужчин (с 21 года).

Избираемый на один год Законодательный корпус (Национальное собрание) по ряду важных вопросов (гражданское и уголовное законодательство, общее заведование текущими доходами и расходами республики, объявление войны и т. д.) мог лишь предлагать законы. Принятый Национальным собранием законопроект приобретал силу закона лишь в том случае, если 40 дней спустя после его рассылки в департаменты в большинстве из них одна десятая часть первичных собраний не отклоняла данный законопроект.

Исполнительный совет являлся высшим правительственным органом республики. Он должен был состоять из 24 членов, избираемых Национальным собранием из кандидатов, выдвинутых списками от первичных и департаментских собраний. Совет нес ответственность перед Национальным собранием «в случае неисполнения законов и декретов, а также в случае недонесения о злоупотреблениях» (ст. 72).

Но предусмотренная якобинской Конституцией система государственных органов на практике не была создана. В связи с трудными внутренними и международными условиями Конвент был вынужден отсрочить вступление Конституции в силу.

Организация революционной власти. Основы организации революционного правительства были определены Конвентом в ряде декретов, в частности в учредительном законе от 4 декабря 1793 г. «О революционном порядке управления». В этом декрете предусматривалось, что «единственным центром управления» в республике является Национальный конвент. За ним признавалось исключительное право на принятие и толкование декретов. Такое закрепление руководящей роли Конвента в системе органов революционной диктатуры было обусловлено самим ходом политической борьбы. После изгнания жирондистов преобладающим влиянием в нем пользовались якобинцы.

Конвент оперативно реагировал на быстро меняющуюся политическую ситуацию, рассматривал большое количество вопросов и за сравнительно короткий срок принял огромную массу законов (декретов).

Правительственную власть в системе революционной диктатуры якобинцев осуществлял Комитет общественного спасения. Он выдвинулся на первое место среди комитетов Конвента, стал вдохновителем политики революционного террора. Роль этого комитета особенно возросла с июля 1793 г., когда во главе его вместо Дантона, проявлявшего нерешительность и склонность к компромиссам, встал выдвинувшийся на место лидера якобинцев М. Робеспьер. В состав комитета вошли и его ближайшие соратники – Сен-Жюст, Кутон и др.

Согласно декрету Конвента от 10 октября 1793 г., Комитету общественного спасения должны были подчиняться временный исполнительный совет, министры, генералы. Ему же вменялось в обязанность сначала ежедневно, а с декабря 1793 г. ежемесячно представлять отчеты о своей работе в Национальный конвент.

Для связи Конвента и правительственных учреждений с местами в департаменты и в армию посылались комиссары из числа депутатов Конвента, которые наделялись широкими полномочиями. Они осуществляли контроль за применением декретов революционного правительства и в случае необходимости могли отстранять должностных лиц в департаментах и генералов в армии.

Еще по декрету 21 марта 1793 г. для надзора за враждебными республике иностранцами в каждой коммуне и ее секции избирались наблюдательные и иные специальные комитеты. При якобинцах функции этих комитетов значительно расширились, они получили название революционных комитетов. Эти комитеты, состоявшие из наиболее активных и фанатично преданных революции граждан, были созданы по всей стране. Они превратились в инструмент революционного террора и в главную опору Комитета общественного спасения на местах. Они не только последовательно проводили в своих округах политику центра, но в свою очередь сами оказывали давление на Конвент, вынуждая его в ряде случаев выполнять требования масс.

Одной из существенных особенностей якобинской диктатуры было создание специальных органов, предназначенных для борьбы с внешними врагами и внутренней контрреволюцией. В своей деятельности, направленной на защиту республики и завоеваний революции, они использовали методы революционного террора.

В организации разгрома войск феодально-монархической коалиции, вторгшихся в республиканскую Францию, решающую роль сыграла преобразованная якобинцами армия. В августе 1793 г. Конвент издал декрет о всеобщем ополчении, согласно которому осуществлялся переход от добровольческого принципа к обязательному набору, т. е. созданию массовой народной армии. На командные посты, в том числе и генеральские, выдвигались молодые, способные и волевые люди, многие из которых были выходцами из народа. Революционная армия не только очистила к началу 1794 г. территорию Франции от войск коалиции, но и принимала участие в подавлении контрреволюционных мятежей в Лионе, Вандее и других городах.

Важную роль в организации борьбы с контрреволюцией сыграл Комитет общественной безопасности. На него законом 4 декабря 1793 г. был возложен «особый надзор» за всем тем, что касалось «личности и полиции». Он не был подчинен Комитету общественного спасения и должен был ежемесячно представлять свои отчеты непосредственно в Конвент. Наделенный правом расследования контрреволюционной деятельности, ареста и предания суду врагов республики, этот комитет, нередко злоупотреблявший своей властью, стал одним из важнейших карательных органов в системе якобинской диктатуры. Особую роль в проведении карательной политики в дистриктах и коммунах играли упомянутые выше революционные комитеты. Их функции были существенно расширены законом 17 сентября 1973 г. о подозрительных. Круг лиц, считавшихся подозрительными и подлежащих аресту, был весьма широким и неопределенным. Это лица, которые своим поведением, связями, речами, сочинениями «проявляют себя сторонниками тирании, федерализма и врагами свободы», члены дворянских семей, которые «не проявляли постоянно своей преданности революции», лица, которым было отказано в выдаче «свидетельств о благонадежности», и т. д.

Революционные комитеты, тесно связанные с народными обществами, местными отделениями якобинского клуба, нередко проявляли политическую нетерпимость. Они развернули энергичную деятельность по выявлению и разоблачению контрреволюционеров, не очень беспокоясь о том, что во многих случаях они преследовали и «обезвреживали» ни в чем не повинных людей.

В системе органов якобинской диктатуры чрезвычайно активную роль играл также Революционный трибунал. Он был создан по требованию якобинцев еще жирондистским Конвентом, но превратился в постоянно действующее орудие революционного террора лишь после его реорганизации 5 сентября 1793 г.

Судьи, присяжные заседатели, общественные обвинители и их помощники назначались Конвентом. Вся процедура в Революционном трибунале характеризовалась упрощенностью и быстротой, что позволяло ему вести целенаправленную, но в то же время и жестокую борьбу с политическими противниками революционного правительства – роялистами, жирондистами, агентами иностранных держав. До 10 июня 1794 г. по приговору Революционного трибунала было казнено 2607 человек. Военные победы революционной армии и упрочение республики с неизбежностью вызвали репрессии в отношении противников режима и «новых богачей», однако они повлекли за собой и рост казней невинных и оклеветанных людей (за 43 дней было казнено 1350 человек).

К лету 1794 г., когда в результате побед революционной армии исчезла военная опасность и новый республиканский строй стал политической реальностью, внутренние противоречия, присущие якобинскому режиму, стали более острыми и неразрешимыми.

Новую денежную аристократию раздражали введенные якобинцами ограничения предпринимательства. Сложившееся в ходе революции многомиллионное мелкособственническое крестьянство утратило свой революционно-демократический настрой, отвернулось от якобинцев.

В условиях, когда правящий блок быстро разваливался, в Конвенте созрел заговор группы монтаньяров, выступивших в том числе с целью самосохранения против якобинского террора (Тальен, Баррас и др.). Поскольку вожди якобинцев исчерпали резервы своей революционной активности, а потому не могли вновь опереться на народные массы, их правление все более приобретало черты политического самоубийства. Планы заговорщиков, к которым примкнул ряд членов обоих правительственных комитетов, сравнительно легко осуществились 27 июля 1794 г. (9 термидора – по республиканскому календарю). Лидеры якобинцев были казнены.

Термидорианский переворот и Конституция 1795 г. Пришедшая к власти в результате переворота группа умеренных депутатов Конвента, отражавших интересы республикански настроенных кругов французской буржуазии, получила название термидорианцев. Для этой группировки, как и для других депутатов Конвента, участвовавших в суде над королем и ставших тем самым «цареубийцами», реставрация монархии была абсолютно неприемлема, но столь же нетерпимым для нее стал режим революционного террора.

Первое время термидорианцы были вынуждены сохранять систему государственных органов, созданную якобинцами. При этом сам механизм революционной диктатуры был постепенно разрушен, отменено чрезвычайное социально-экономическое законодательство якобинцев.

Комитет общественного спасения, где заседали теперь участники антиякобинского заговора, потерял значение правительственного органа. Были упразднены Парижская коммуна – оплот якобинцев, а также революционные комитеты, реорганизован Революционный трибунал.

Но и реформированная термидорианцами политическая система ассоциировалась с революционными традициями, поэтому с особой остротой вновь стал вопрос о восстановлении конституционного строя.

Формально считалось, что в силе оставалась Конституция 1793 г., принятая якобинским Конвентом и подтвержденная первичными собраниями выборщиков.

В августе 1795 г. Конвент принял новую Конституцию Франции (известную как Конституция III года республики).

Следуя установившейся в период революции традиции, термидорианцы вынесли текст Конституции на плебисцит, и она была поддержана подавляющим большинством первичных собраний выборщиков, так как народ рассчитывал с помощью новой Конституции спасти и укрепить республику, отвести угрозу реставрации, сохранить демократические завоевания революции.

Отмежевываясь от крайностей революции и политического безрассудства вождей якобинцев, авторы новой Конституции сохранили не только девиз революции «Свобода, равенство, братство», но и ее важнейшие достижения – республиканизм, народный суверенитет, представительные органы и т. д.

Текст Конституции 1795 г. отличался напыщенностью и многословием (372 статьи), но при этом она была весьма умеренной по своему политическому содержанию.

Конституция отменяла всеобщее избирательное право и восстанавливала имущественный ценз. Следуя уже испытанной в 1791–1792 гг. политической модели, новая Конституция в статье 22 заложила в основу республиканского строя принцип разделения властей. Однако новая организация государственной власти отличалась громоздкостью, доктринерством, чисто внешним подражанием образцам античной демократии.

В системе разделения властей законодательному корпусу отводилось ведущее место. Авторы конституции проявили политическую осторожность и отказались от создания «всемогущего» законодательного органа по типу Национального конвента. Впервые в истории французского конституционализма законодательный корпус был создан не на однопалатной, а на двухпалатной основе. Он состоял из Совета старейшин (250 членов, избираемых из лиц не моложе 40 лет) и Совета пятисот (из лиц не моложе 30 лет).

Политическая нестабильность и неустойчивость были присущи и исполнительной власти, которая также была изначально обречена на малую эффективность. Она вручалась Директории из 5 членов, избираемых путем тайного голосования законодательным корпусом. Для осуществления чисто управленческих функций Директория назначала министров, которые, однако, не составляли правительство.

Псевдодемократические государственные формы, введенные Конституцией 1795 г., не учитывали реального соотношения политических сил, не могли обеспечить экономической и правовой стабильности. Непоследовательность, резкие повороты в политике Директории, то обрушивавшей удары против якобинцев, то начинавшей борьбу против дворян-эмигрантов и неприсягнувших священников, то облагавшей высоким подоходным налогом финансистов и спекулянтов, делали политическую обстановку во Франции непредсказуемой.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!