Стратегические ориентиры внешней политики США в доктрине Монро

Возникшие в последней трети XIX в. в США экономические и социальные проблемы, порожденные бурным ростом капитализма, неизбежно вели к изменению внешней политики США, подходов к международным вопросам. Крупные предприниматели активно требовали новых рынков сбыта и источников сырья. В этот период становится все более заметным несоответствие между лидер­ством США в мировом промышленном производстве и их положением на мировом рынке. Борьба за перераспределение рынков становится неизбежной.

Для осуществления экспансионистских планов имевшиеся у США армия и флот были недостаточными. Поэтому милитаристские круги ставят в качестве основной задачи быстрый рост военно-морского флота, и уже в начале XX в. он используется как весомый аргумент при решении международных конфликтов.

Формирование подсистемы международных отношений в Латинской Америке в первой половине ХХ в. происходило с заметным отставанием по сравнению с Европой, Восточной Азией и даже регионами Ближнего и Среднего Востока. Это было связано прежде всего с тремя основными причинами: во-первых, географической удаленностью от главных центров мировых военно-политических катаклизмов; во-вторых, доминированием в регионе Соединенных Штатов Америки, которые, следуя логике «доктрины Монро» («Америка для американцев»), содействовали относительной изоляции Латинской Америки от «большой» мировой политики и препятствовали вовлечению латиноамериканских стран в дела европейских держав; в-третьих, с относительно слабым развитием горизонтальных политических и иных связей между самими латиноамериканскими государствами, которые в 20-е и 30-е годы еще только выходили на уровень взаимодействия в масштабах всего материка.

«Доктрина Монро», провозглашенная в 1823 г. и делившая весь мир на две системы международных отношений — европейскую и американскую, — вначале во многом отвечала потребностям развития стран Южной Америки. В известной мере она обеспечивала им военно-политическую безопасность и благоприятные условия для материального прогресса. Но одновременно она способствовала росту экономической и политической зависимости от северного соседа. По мере того как в Латинской Америке стало формироваться понимание негативных сторон этой зависимости, в национально-патриотических слоях местных обществ закреплялось и негативное отношение к самой «доктрине Монро» и политике, проводившейся на ее основе. Вызревание антиамериканских настроений было в значительной степени связано с грубыми методами, к которым прибегали США в отстаивании своих целей.

Финансовое и экономическое проникновение в Латинскую Америку осуществлялось американскими компаниями при активной поддержке официальных властей США. Политика тесного взаимодействия государства и частного капитала в вопросах экономической экспансии еще в 10-х годах получила название «дипломатии доллара». (Впервые это выражение употребил президент США Уильям Тафт в 1912 г.) Имелось в виду, что условия займов и кредитов Соединенных Штатов латиноамериканским странам определялись в зависимости от готовности правительств этих стран создавать наиболее благоприятные условия для деятельности американских компаний на своей территории. Именно таким образом воздействуя на правительства Венесуэлы и Колумбии, госдепартамент США смог в 20-е годы оказать поддержку американским компаниям в приобретении нефтяных концессий в этих странах.

Манипулируя предоставлением займов и играя на зависимости от них латиноамериканских правительств, США могли довольно эффективно влиять на расстановку политических сил в латиноамериканских республиках, содействуя поражению одних и приходу к власти других политических партий. Это были вынуждены учитывать местные политические лидеры. Используя политику займов и одновременно оказывая финансовую поддержку его политическим противникам, американская администрация на протяжении пятнадцати лет эффективно противодействовала попыткам президента Аргентины И.Иригойена (1916-1922 гг., 1928-1930 гг.) ввести государственную монополию на добычу и сбыт нефти. Подобным же образом и в Мексике в 1925 г. США смогли заблокировать осуществление уже принятого закона об ограничении прав иностранцев на владение и пользование землей, водой и недрами.

В 1823 г., в послании к конгрессу, президент США Монро провозгласил доктрину Монро, ставшую орудием американскою закабаления стран Западного полушария.

"Американские континенты", - заявил Монро,- "в настоящее время не могут рассматриваться как объекты для будущей колонизации какой либо державы".

Монро прямо указывал на то, что любую попытку вмешательства европейских государств в дела стран американского континента "Соединенные Штаты будут отныне рассматривать как враждебный по отношению к ним политический акт".

Доктрина Монро явилась переломным моментом во внешней политики США: сразу же выяснилась агрессивная, захватническая сущность этой доктрины.
Провозглашением доктрины Монро США присвоили себе право "охранять" единолично американский континент, т.е. по существу вмешиваться в дела Латиноамериканских государств, превращая эти государства в свои протектораты.

Очень скоро под обрамленными моральной слюной словами "Америка для американцев" политические деятели, идеологи и проповедники Вашингтона стали подразумевать "Вся Америка для империалистов США". Известный американский политический деятель и профессор Гарвардского университета Наум Чомски охарактеризировал доктрину Монро как односторонне провозглашенная США "свобода грабить и эксплуатировать страны Западного полушария".

В геополитической перспективе доктрина Монро превратилась в инструмент завоевания пространства и превращение этого пространства в американскую континентальную империю. Когда советник президентов Теодора Рузвельта и Вудро Вильсона Фредерик Джаксон Тэрнер писал , что США как государство-суть геополитический процесс экспансии и вечное передвижение границ американской гегемонии на Запад, сперва до берегов Антлантического океана, а потом и по другую сторону Атлантического океана, в Евразию, он тем самым исключительно точно охарактеризовал динамику имперского экспансионизма США.

Суть доктрины Монро, подчеркивал выдающийся немецкий юрист Карл Шмитт-это процесс экспроприации и присвоения пространства. Ее субъект -политическая воля США, Jus Belli Америки, ее объект- пространство, которое должно этой воли стать подвластным.

Американский политолог Кенет Колеман замечает, что в идеологическом отношении доктрина Монро является политической мифологией и идеологией империализма , основная цель которой обосновать и узаконить реальность американского господства на Американском континенте.

"Политический миф доктрины Монро создавался параллельно с становлением Американской империи...Гегемония , также как и империя, требуют создания легитимирующей мифологии...В процессе завоевания новых имперских пространств мифология утверждаeт: "мы господствуем над тобою поскольку наше господство служит твоим интересам"...В контексте утверждения гегемониального порядка , мифология должна создать веру, что существующие отношения господства и подчинения- естественны и основаны на взаимной выгоде обоих сторон, а те которые в этом сомневаются или совершенно невежествены, или же преступники и грешники".

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!