Страны Востока в ХХ веке

16 Авг 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Содержание:

1. Основные пути модернизации стран Востока.
2. А) Японский вариант развития;
Б) Индийский вариант развития;
В) Вариант развития на основе марксистского социализма;
Г) Африканская модель
Список литературы.

1. Основные пути модернизации стран Востока.

.
В настоящее время в мире появилась группа стран Востока (регион Дальнего Востока), которая структурно перестает быть Востоком в классическом смысле этого слова. В таком же направлении несколько медленней и много трудней идут еще две группы стран — ряд латиноамериканских и юго-восточноазиатских. Часть стран Востока, двигаясь в сторону структурной перестройки, являет собой сложные системы из сосуществующих и имеющих шансы еще долго сосуществовать двух структур, старой и новой. И наконец, остальные достаточно твердо держатся за сохранение старой структуры либо просто не в состоянии добиться существенных результатов в попытке ее трансформации  очень трудно.
Во второй половине двадцатого столетия в странах Востока сложилась трудная социально-экономическая ситуация.
Упадок роли европейских государств после Второй мировой войны создал условия для краха колониализма. Освободившиеся страны видели свою главную задачу в преодолении отсталости, которая усугублялась начавшимся после войны быстрым ростом населения. Освободившиеся страны, учитывая особенность их развития, называют поэтому «третьим миром» в отличие от Запада и Востока. Считая виновником своей отсталости "империализм", освободившиеся страны поначалу добивались своей экономической независимости. Они пытались повысить цены на вывозимое ими сырье и заменить импорт машин с Запада собственным производством. Они, таким образом, пытались противопоставить себя мировой экономике. Это оказалось недостижимой задачей. Освободившиеся страны стали искать пути интеграции в мировую экономику. Они стали поощрять экспорт, иностранные капиталовложения. Это была уже новая экономическая политика. Для  привлечения иностранного капитала надо было проводить рыночные реформы: стабилизировать денежное обращение, приватизировать государственный сектор, вводить свободные цены и т.д. Все это означало не противопоставление себя мировой экономике, а попытку интегрироваться в нее, стать ее органической частью. На примере "новых индустриальных стран" стало очевидно, что это единственный путь преодоления отсталости.
Преодоление отсталости оказалось для стран Азии и Африки не только экономической проблемой. Оно стало, в сущности, взаимодействием цивилизаций. Ведь отсталость была связана с господством традиционных вековых укладов. ее преодоление означало модернизацию общества. Модернизация оказалась не чем иным, как попыткой внедрить элементы новой, чуждой цивилизации. Это цивилизационное взаимодействие породило невероятные сочетания, которыми так богат "третий мир", когда за фасадом парламентских институтов вдруг обнаруживались родоплеменные отношения, когда вдруг появились "исламские республики", закреплявшие в конституциях бесправие женщин и допускавшие телесные наказания, когда в ультрасовременном городе вдруг обнаруживалось, что для женщин существуют отдельные лифты и т.д. Попытка ускоренной модернизации приводила к попятному движению. Так,   в Иране произошла исламская революция, государство перестало быть светским, были восстановлены нормы исламского права.
В решении всех проблем страны "третьего мира" нащупывали каждая свой путь развития. У них были разные стартовые позиции и развивались они неодинаковыми темпами. С точки зрения экономического развития особое место, конечно же, занимают страны - экспортеры нефти, имеющие достаточно стабильный источник доходов. Среди них наиболее благополучно выглядят арабские государства Персидского залива, правда, как это ни парадоксально, богатство обернулось консервацией в этих странах патриархально-кланового строя и абсолютных монархий.
В Юго-Восточной  Азии  деколонизация шла гораздо сложнее. Ряд стран добились независимости после вооруженной борьбы. В этом регионе также пролег фронт "холодной войны". Значительное влияние имела на страны Юго-Восточной Азии Вьетнамская война. В результате поражения США Вьетнам стал своеобразной местной сверхдержавой. Но сам он оказался в тяжелом экономическом положении. В конце концов он отказался от экспансии и по примеру Китая стал проводить рыночные реформы, чтобы оживить экономику. Остальные страны сделали ставку на развитие по японскому образцу экспортных отраслей промышленности. Они добились больших успехов. Гонконг, Индонезия, Малайзия, Сингапур и Филиппины вошли в число "новых индустриальных стран". Используя иностранный капитал и технологии, обильные трудовые ресурсы на местах, этим странам удалось создать развитую обрабатывающую промышленность, работающую в основном на экспорт и успешно конкурирующую на рынках стран Запада. Наименее развитыми во всех отношениях остаются страны Тропической и Южной Африки.
Несмотря на все трудности, модернизация стран "третьего мира" шла семимильными шагами. Им удалось создать отечественную промышленность. Сделало шаг вперед и сельское хозяйство: внедрение современных технологий, "зеленая революция' сняли угрозу массового голода в большинстве развивающихся стран. Они добились признания своих проблем как проблем глобальных, их голос отчетливо звучит на всех мировых форумах. Изменилась их социальная структура. Значительная часть самодеятельного населения уже работает по найму, появился местный предпринимательский капитал, свой средний класс, ушло в прошлое всесилие помещиков и родовой знати. В целом, хоть и неравномерно, уровень жизни вырос. Постепенно формируются социально-экономические условия для укоренения демократических институтов. В 80-е годы этот процесс, совпавший с демократическими преобразованиями в Восточной Европе, впервые привел к тому, что более половины населения мира живет в условиях политической свободы. Столь динамичные изменения - еще один феномен XX столетия.
Восток в наши дни состоит из трех основных групп стран, развивающихся в рамках отличных друг от друга моделей. Первые две из них — японская модель гармоничного синтеза и индийская модель симбиоза — жизнеспособны и в постоянной помощи извне не нуждаются. Более того, часть из них сама способна оказать помощь другим и делает это (имеются в виду Япония и нефтедобывающие страны). Третья группа стран, развивающаяся по африканской модели и тяготеющая к традиции в ее наиболее отсталой, чаще всего полупервобытной модификации, явно нежизнеспособна. В лучшем из ее вариантов развитие по этой модели ведет к стагнации, в худшем —к кризису и катастрофам. Эта группа стран не может жить без чужой помощи в самом элементарном смысле слова: страны Африки, пусть даже не все, просто не в состоянии себя прокормить. Это же относится и к некоторым беднейшим странам Азии.
Не все страны современного Востока вписываются в вычлененные основные три модели. Часть их находится как бы вне их. Это относится, в первую очередь, к таким странам, как Китай и Вьетнам, энергично приступившим к переделке структуры, а также к таким, как КНДР, где все это еще впереди.
Формально руководство КНР (да и Вьетнама) все время подчеркивает, что ориентируется на строительство социализма. Однако на деле речь идет о существенной роли социальных гарантий и об ограниченности функций рынка и частной собственности, которые традиционно контролирует восточное государство.
Если подвести все разнообразие современного Востока под какие-то генеральные рамки, то перед нами окажутся четыре основные модели. Рассмотрим их более основательно, с учетом потенций и перспектив.

2. А) Японский вариант развития

К группе стран, объединяемых в рамках первой модели, относятся некоторые страны Дальнего Востока, добившиеся наиболее заметных успехов в развитии по еврокапиталистическому пути.
Эти страны зримо сближаются с еврокапиталистическим стандартом по многим основным параметрам: для них характерно полное, практически абсолютное господство свободного рынка с конкуренцией выходящих на него частных собственников.  Велика здесь и патронирующая роль государства, и контролирующая роль системы налогов, пошлин, банковских процентов и учетных ставок, и т. д. Так, В Японии государство  напоминает чуткий барометр, моментально реагирующий на экономические затруднения и принимающий почти автоматически меры, необходимые для регулирования рынка. Не будучи само втянуто в экономику через какие-либо госкапиталистические предприятия, оно тем не менее все время держит свою весомую руку на руле хозяйственного регулирования экономической политики. И за этот счет японская экономика обретает дополнительные очки в конкуренции с другими.
Успех Японии объясняется следующими факторами: высокоэффективным использованием иностранной, в первую очередь американской, экономической помощи; массовым обновлением основного капитала; расширением внутреннего рынка, в том числе за счет аграрной реформы; широким использованием иностранных научно-технических достижений, беспрецедентной закупкой патентов, лицензий, ноу-хау и т.п. С 1945 по 1969 г. заимствовано свыше 10 тыс. технологических процессов.
Кроме того, японские аналитики указывают на такие особенности, как: высококачественная рабочая сила: еще в 1947 г. в Японии было введено обязательное и бесплатное 9-класс-ное образование, создана система подготовки и переподготовки кадров; редчайшая инициативность японских предпринимателей всех уровней и сложившаяся система принятия решений; традиционно сложившаяся система наемного труда, проявляющаяся в гармоничных отношениях между администрацией фирмы и наемным персоналом; относительно высокая норма накопления капитала; стремительное развитие собственной научно-исследовательской базы, особенно в отраслях, определяющих научно-технический прогресс, и в первую очередь в области электроники. Только с 1960 по 1970 г. затраты на научно-технические изыскания возросли в 6 раз.
Эти факторы в последнее время дополняются следующими: гомогенностью японской нации, что выражается в осмыслении необходимости концентрации всех материальных и моральных сил нации на экономическом развитии страны и объединении всех на традиционных японских ценностях; отсутствием сырьевых ресурсов; Япония импортирует  99 % необходимых ей природных ресурсов, в том числе 100 % бокситов, хлопка, натурального каучука, 99,7 % сырой нефти, 99,5 % железной руды, что заставляет вести постоянную модернизацию структуры производства, внедрять материало- и энергосберегающие технологии, проводить поиск альтернативных источников сырья и топлива; действующей антивоенной Конституцией Японии, которая декларировала три неядерных принципа — не иметь, не производить, не ввозить ядерное оружие; не содержать армии, ограничившись силами самообороны, а также выделять средства на оборону в рамках 1 % от ВНП; выгодным географическим положением, которое объясняется тем, что со второй половины XX в. Азиатско-Тихоокеанский регион стал стратегическим центром развития мировой экономики. Все большую популярность приобретает утверждение о наступлении "тихоокеанской эры".
Все эти факторы предопределили успехи Японии.
Структурная перестройка японской экономики приняла особенно широкие масштабы в начале 80-х гг., когда в ходе второго этапа научно-технической революции появились новые производства и целые отрасли — производство микроэлектронной техники, больших и сверхбольших интегральных схем, новых видов учетно-измерительных приборов, биотехнологии и т.д.
Концепция "гражданского благополучия" трансформировалась в "японскую модель общества благополучия". Отличительная черта этой модели — минимальные общественные ассигнования, связанные с решением социальных проблем. Основной акцент делался на "свободу индивидов" и гарантию минимального дохода, не ослабляющего побудительные мотивы к высококачественному труду. Трудовая мотивация рассматривалась как необходимое условие достижения основной цели — "создание общества богатых, стабильных, свободных индивидов". Принцип "справедливого распределения" уступил место принципу "равных возможностей". В 80-е гг. была сформулирована долгосрочная цель, которая должна была стимулировать динамизм японской нации, — превратить Японию в великую технологическую державу.
Япония перестала быть государством традиционно-восточным и стала едва ли не более государством евро-капиталистического типа, чем государства в странах Западной Европы или США. Но  при всем том Япония не перестала быть Японией, она осталась страной Востока, причем в этом ее сила и даже ее преимущество перед Европой. В общем, Япония — убедительный пример гармоничного и во многих отношениях весьма удачного, едва ли не оптимального синтеза.
По пути Японии ныне идут сегодня и другие страны. Для всех них — это и есть критерий отнесения их к первой группе — свойственно господство рыночных связей и вовлечение подавляющего большинства населения в сферу такого рода связей. Характерно и приведение системы государственного воздействия к японскому стандарту или в состояние, близкое к нему. Наиболее заметен такого рода процесс на примере Южной Кореи, которая очень быстро превратилась в демократическую страну. Государство восточно-автократического типа здесь, как и на Тайване, немало сделало в качестве силового административного института, целенаправленно способствовавшего трансформации традиционной структуры и переориентации населения к существованию в условиях рыночной экономики. При этом Корея осталась Кореей, так же как и населенные китайцами автономно существующие территории (Тайвань, Гонконг) не утеряли своего «китайского» лица, что отражается в сохранении многих традиций, норм и принципов жизни.
Важно обратить внимание на то, что те традиции, которые могли помешать трансформации структуры, ослаблены либо видоизменены; те же, что не мешали ей, сохранились, пусть подчас тоже в несколько измененной форме. В целом же именно влияние традиции делает сегодня Японию Японией, а Корею — Кореей. Эта традиция  гармонично слилась с наиболее важными элементами евро-капиталистической структуры. Это-то и привело к синтезу, который является определяющей характеристикой стран первой модели.
Б) Индийский вариант развития

Вторая модель заметно отличается от первой внутренней неоднородностью, контрастом. Сюда относится  большая  группа стран,  успешно  развивающихся  по  евро-капиталистическому пути, но при этом далеко еще не перестроивших свою традиционную внутреннюю структуру. Практически это значит, что заметная часть страны и ее населения (речь преимущественно о городах, хотя и не только о них) уже существует в рамках новой, трансформированной по капиталистическому образцу экономики, что в масштабах государства в целом активно функционируют важные элементы евро-капиталистической структуры — многопартийная система, демократические процедуры, европейского типа судопроизводство и т. п. В то же время большая часть населения, подчас подавляющее его большинство, по-прежнему сохраняет   привычного для их предков образ жизни, лишь едва затронутого нововведениями и переменами. И хотя обе части активно контактируют друг с другом, они в то же время остаются обособленными и живут каждая по своим законам, составляя в то же время единый организм.
Наиболее типичный представитель стран второй модели — Индия с ее системой общин и каст, которая продолжает держать в плену большинство населения страны. Индийский национальный конгресс, ставший правящей партией после обретения независимости, взял курс на создание смешанной экономики. Государственному сектору и планированию отводилась важная роль в развитии страны при сохранении частного сектора. В стране осуществлялись аграрные реформы, помещичье землевладение ограничивалось, государство оказывает поддержку крестьянским хозяйствам.
К этой же модели относятся многие страны Юго-Восточной Азии, от Таиланда до Индонезии, а также ряд стран ислама (Турция, Пакистан, Египет и др.). Васильев Л.С. указывает, что в любой из них активно идет процесс экономического роста, укрепляются многие элементы структуры европейского типа, но в то же время существует определенный барьер, опирающийся как на экономическую отсталость сельского населения, так и на социопсихологические стереотипы массового сознания и связанные с ними жесткие формы социального бытия, что особенно заметно в странах ислама.
Для всех них характерно заметное поступательное движение в сторону постепенного сближения с евро-капиталистическим стандартом. Элементы европейской структуры постепенно превращаются в ведущую идейно-институциональную основу успешного развития. В результате в стране возникает новая ситуация, ослабляющая потенции старой структуры и силу ее возможного сопротивления, включая взрывы национализма и тем более экстремизма в форме прежде всего фундаментализма.
Ряд стран описываемой модели, как Турция или Таиланд, уже стоят на грани перехода к первой— японской — модели, к структуре гармоничного синтеза.
Вариантом второй модели следует считать примыкающую к странам этой группы, но по ряду важных параметров отличную от нее группу арабских нефтедобывающих монархий. Страны Персидского залива  с 70-х годов стали создавать собственные кредитно-финансовые учреждения и стали самостоятельно распоряжаться капиталами. Громадные средства были потрачены этими государствами на закупку суперсовременной военной техники и подготовку соответствующего персонала. Но одновременно в этих странах была создана современная инфраструктура – транспорт, связь, мощности нефте- и газоперерабатывающей промышленности, модернизировано  сельское хозяйство. Однако модернизируя экономику, правители этих стран делали все возможное, чтобы законсервировать общественные отношения, патриархально-клановый строй. Жизнь в этих странах регулируется  нормами средневекового исламского права: разрешено многоженство и запрещена продажа спиртных напитков, применяются   телесные наказания, а приговоренным к смертной казни отрубают голову. Здесь сохраняются абсолютные монархии. Такое сочетание современности и традиций оказывается возможным прежде всего за счет поддержания общего высокого уровня жизни местного населения, а также широкого использования в промышленности и сфере услуг не местной, а иностранной рабочей силы.
Общее для всех стран второй модели в том, что они в принципе находятся в состоянии определенного равновесия, устойчивой стабильности. Экономика их если и не процветает, то, во всяком случае, вполне может обеспечить существование страны и народа. В регулярной помощи страны, развивающиеся по этой модели, не нуждаются, и даже есть определенные перспективы экономического роста. Существенна политическая стабильность большинства стран второй модели.

В) Вариант развития на основе марксистского социализма

Подлинно марксистско-социалистическими считаются  лишь несколько восточных: Китай, Северную Корею, Вьетнам. Особый статус у Монголии. Иногда с оговорками в это число включались такие страны, как Лаос, Камбоджа, с еще большими оговорками — Ангола, Эфиопия, Никарагуа. Остальные страны с марксистско-социалистическими режимами обычно относились к разряду стран «социалистической ориентации». Остановимся на рассмотрении трех основных из названных стран, которые могут считаться олицетворением марксистско-социалистического режима в странах современного Востока.
Во всех этих странах социалистический  эксперимент был сравнительно недолог, в пределах тридцати-сорока лет, если считать до начала радикальных реформ (разве что в КНДР он затянулся несколько дольше). Ни у одной из них не было синдрома враждебного окружения, при всем том, что страны, о которых идет речь, вели реальные войны и, если иметь в виду Китай и Корею, до сих пор активно противостоят своим более удачливым некоммунистическим южным частям. Но самое главное — во всех них сохранилось крестьянское население. И стоило в Китае или во Вьетнаме начать рыночные реформы, как крестьяне первыми поняли, что от них требуется, и энергично взялись за производство и рыночный обмен, что и позволило реформам быстро побрить силу и дать результаты.
Как и СССР, все перечисленные страны (в том числе Ангола и Эфиопия, Лаос и Камбоджа) испытали ни себе, что такое структура без частной собственности и свободного рынка, которые замещаются жестким тоталитарным режимом с гипертрофированной экономической, с жесткой социальной дисциплиной и суровыми репрессиями за малейшее отклонение от строго сформулированной нормы. Как и в СССР, в них после первых связанных с верой и энтузиазмом успехов в строительстве новой жизни — к тому же при помощи СССР — возникло естественное разочарование  в  достигнутых  результатах  и  резко  упали  производительность   труда,   результативность   экономического развития. Всюду развилась бюрократическая администрация, в большей или меньшей степени теневая экономика, основанная на черном рынке и коррупции власти. Люди постепенно переставали хорошо работать и производить качественные изделия. В Китае, например, вскоре после реформ 1978 г. в печати стали раздаваться жалобы на то, что за годы экспериментов люди разучились хорошо трудиться и что молодому поколению следует учиться качественному труду заново.
Словом, все пороки, имманентные системе, которая стоит на тотальном огосударствлении экономики и самого человека, проявили себя в полной мере в каждой из стран Востока, где был установлен марксистско-социалистический режим. Разумеется, у каждой из стран были своя судьба, свои особенности. Но все они, включая Кубу, КНДР, которые пока еще из последних сил пытаются стоять на своем, прошли один и тот же сходный с советский путь. Попытки половинчатых реформ, как правило, лишь усугубляли положение, как и новые рискованные эксперименты типа маоцзэдуновских в Китае. По-прежнему подавлялись частная собственность и черный рынок, причем в отдельных случаях, как на Кубе и КНДР, весьма решительно.
Найти выход из тупика удалось  в радикальных реформах, коренным образом менявших внутреннюю структуру и де-факто кончавших с марксистской утопией. Такого рода реформы в Китае начались после смерти Мао, в 1978 г.; во Вьетнаме—позже, в 80-х. Сегодня они проводятся также и во многих других странах, жестко или не очень жестко следовавших по пути марксистского эксперимента. Реформы всюду идут достаточно успешно, причем их успеху содействует прежде всего то обстоятельство, что уставшие от экспериментов люди еще не забыли старую, до социалистических экспериментов жизнь, пусть даже в условиях по-восточному контролируемого рынка. Этот-то рынок и восстанавливается в странах, о которых идет речь, в первую очередь.
Обобщая ситуацию, можно заключить, что марксистско-социалистические режимы на Востоке в силу ряда причин не сыграли здесь той роковой роли, что аналогичный режим сыграл в России. Неизвестно, как будет обстоять дело с теми странами, которые не пошли по пути спасительных реформ. Затяжка с этим явно будет содействовать более болезненному для страны выходу из тупика. Но относительно КНДР можно прогнозировать, что скорее всего ее ждет судьба ГДР,— и это несколько обнадеживает, ибо в любом случае спасает положение.

Г) Африканская модель

Для стран, объединенных в рамках этой модели — а они численно преобладают, да и по количеству населения, особенно с учетом темпов прироста, весомы,— типичны не столько развитие и тем более стабильность, сколько отставание и кризис. Именно здесь накал драматизма наиболее заметен и ситуация наименее перспективна. К странам  этой  модели  относится  подавляющее  большинство африканских стран, некоторые страны исламского мира, в частности Афганистан и Бангладеш, а также другие бедные страны Азии, как Лаос, Камбоджа, Бирма и т. п.
Хотя в подавляющем большинстве этих стран еврокапиталистиче-ская структура имеет весомые позиции в экономике, отсталая, а то и полупервобытная периферия здесь много более значима и практически задает тон. В строгом смысле слова применительно к странам этой модели тоже можно говорить о симбиозе, ибо сосуществование современного и традиционного секторов очевидно. Но если в странах второй модели симбиоз как феномен сопровождается внутренней устойчивостью и явной позитивной динамикой в сторону укрепления экономической базы и даже развития по направлению к будущему синтезу, то в странах этой модели положение иное. Отсталость этих стран усугубляется рядом обстоятельств, среди которых – очень высокий прирост населения, ошибки молодых лидеров независимых государств, этнические конфликты и политическая нестабильность.
Лишь немногие из них со временем и при благоприятном стечении обстоятельств имеют шансы передвинуться в ряды стран второй модели, т. е. добиться некоей внутренней устойчивости и самообеспечения. Для большинства же видится удел незавидный, во всяком случае в обозримой перспективе. Страны африканской  модели в большинстве своем обречены на отставание, причем разрыв между ними и развитыми странами долго еще, видимо, будет только возрастать.
Причины этого очевидны: здесь и низкий исходный уровень развития, отсутствие либо слабость имеющегося религиозно-цивилизационного фундамента, и скудость природных ресурсов, во всяком случае таких, которые, как нефть, могли бы легко приносить доход. Здесь наблюдается феномен некомпенсируемого существования, неспособности к самообеспечению или, в ряде случаев, феномен полупервобытного комплекса, способного гарантировать существование на полупервобытном уровне.
Важно учесть и еще одно обстоятельство. Там, где такой уровень привычен и где феномен потребительства не слишком известен, как в Афганистане, экономические проблемы не очень остры — несмотря даже на внутренние междоусобицы. Хуже обстоит дело там, где демонстрационный эффект, т. е. связанное с законами капиталистического рынка энергичное стимулирование потребления, достиг внушительных размеров при невозможности обеспечить население теми товарами, которые в обилии на рынке и которые оно желало бы иметь. Драматический разрыв между желаемым и возможным рождает эффект иждивенчества, естественное стремление потреблять, не производя эквивалента. Частично такой разрыв покрывается за счет кредитов, но задолженность при этом растет угрожающими темпами, что рано или поздно приводит к прекращению кредитов и к еще более драматическому несоответствию между предложением свободного рынка и возможностями населения.
Единственный    выход — массированная    целенаправленная политика, преследующая своей целью искусственное форсирование развития с прицелом на постепенное втягивание в экономику рыночного сектора все большего количества пока еще мало пригодного для этого местного населения. Нужно создавать рабочие места, вести работу по социопсихологической перестройке массового сознания. Тому и другому способствуют большие города, число и размеры которых, в частности в Африке, быстро увеличиваются. Но не слишком: нужны долгие десятилетия целенаправленных и дорогостоящих усилий для достижения хоть сколько-нибудь заметных позитивных результатов. Очевидно, рано или поздно, необходимость таких усилий для всеобщего блага будет осознана в мире.

Список использованной литературы

1. Васильев Л.С. История Востока. В 2 т. Т.2.- М.: Высшая школа,1993.
2. Экономическая история зарубежных стран/ Н.И. Полетаева, В.И. Голубович и др.-  Мн.: ИП «Экоперспектива»,1997.
3. Кредер А.А. Новейшая история ХХ век. В 2-х Ч. Ч.2.- М.:ЦГО,1995.
4. Гаврилов Ю.Н. Развитие современной  цивилизации и японские грани «человеческого фактора»// Кентавр.-1992.- №6.

(24.1 KiB, 27 downloads)

© Размещение материала на других электронных ресурсах только в сопровождении активной ссылки

Вы можете заказать оригинальную авторскую работу на эту и любую другую тему.

Контрольные работы в Магнитогорске, контрольную работу купить, курсовые работы по праву, купить курсовую работу по праву, курсовые работы в РАНХиГС, курсовые работы по праву в РАНХиГС, дипломные работы по праву в Магнитогорске, дипломы по праву в МИЭП, дипломы и курсовые работы в ВГУ, контрольные работы в СГА, магистерские диссертации по праву в Челгу.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!