Справедливость

9 Июн 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Содержание
Введение ………………………………………………………………….3
1. Мыслители древнего мира о справедливости.………………………4
2. Равенство –  исходный принцип справедливости…………………..6
3. Чувство справедливости и ее созидание…………………………….9
Выводы …………………………………………………………………..14
Список литературы ……………………………………………………..15

Введение
Пожалуй не меньше, чем о добре и зле, люди с давних пор размышляли о справедливости. И не только философы, но и юристы, педагоги, политики, публицисты, литераторы. В этом нетрудно убедиться, обратившись уже к культуре древнего мира. И это не случайно, ибо в справедливости фиксируется характер отношения других людей к данному человеку, мера распределения различных благ. Словом, если добро, образно говоря, одно для всех, то справедливость поворачивается к каждому конкретному человеку по-разному, задевает каждого, вызывает самые различные переживания –  от черной зависти и негодования до самой трепетной благодарности. Иначе говоря, сознание справедливости в отличие от сознания добра более конкретно, увязано с жизненно важными повседневными интересами людей и эмоционально более насыщено.
Наконец, нельзя не отметить, что вера в торжество справедливости является мощным катализатором добродетельного поведения. С утратой этой веры возможно наступление морального нигилизма, пренебрежения к нравственным устоям общества. А это чревато опасностью для существования государства. Поэтому оно стремится при помощи права поддержать хотя бы низкий уровень справедливости, формировать веру в справедливость государственных органов (вождей, царей и т.д.).
Что же такое справедливость? Какую роль она играет в жизни человека? В чем она проявляется как добродетель? Эти вопросы мы раскроем в нашей работе.

1. Мыслители древнего мира о справедливости.
Прежде всего необходимо отметить, что уже древнегреческие философы подчеркивали особую значимость справедливости в жизни человека. В сочинении Платона «Государство» встречается мысль о том, что справедливость дороже всякого золота и что «несправедливость – это величайшее зло, какое только может в себе содержать душа, а справедливость – величайшее благо». «Только те любезны богам, которым ненавистна несправедливость», – утверждал Демокрит.
Сама же справедливость, по мнению Демокрита (и не только его), есть следование природе и исполнение своего долга. Справедливость есть благо другого, – утверждает Сократ, главный персонаж платоновского «Государства». Добрый человек, у которого имеется хорошее расположение духа, не будет творить несправедливости. Более того, считал Сократ (а ранее пифагорейцы), лучше пострадать от несправедливости, чем самому поступать несправедливо. Тем самым он отметает рассуждения тех своих собеседников, которые считали, будто рассуждения о справедливости и несправедливости – это удел слабых, а не сильных и богатых. Уже в античности отмечалось, что справедливым может быть как отдельный человек, так и государство (и соответственно, несправедливым).
Много внимания уделял анализу справедливости и выдающийся мыслитель античности Аристотель. Он считал, что справедливость может быть двух родов: справедливое от природы и справедливое по закону, который устанавливает государство. Первое он считает выше справедливого по закону, но свое основное внимание уделяет гражданской справедливости.
Быть справедливым – значит выполнять все то, что требует закон. А он требует выполнять все требования добродетелей: быть мужественным, благоразумным и т.д. Таким образом, заключает Аристотель, справедливость представляет собой самую совершенную добродетель, в ней словно соединяются все другие добродетели. Но справедливость выражается, прежде всего, в отношениях к другим людям. Поэтому исходный принцип справедливости есть принцип равенства. Несправедливость же проявляется в неравенстве, когда люди наделяют себя больше, чем других, различными хорошими вещами и др. Словом, пишет античный философ, «справедливость есть некая середина между излишеством и нехваткой».
Люди сами неодинаковы и действуют в различных условиях. Поэтому чисто формальное исполнение принципа равенства не всегда может быть справедливым. Вследствие этого Аристотель вводит дополнительный принцип – принцип пропорциональности: «Если справедливое – это равное, то пропорционально равное также будет справедливым». Пропорциональное равенство состоит в том, что имеющий большое имущество делает большой взнос, а имеющий малое – малый взнос; много потрудившийся получает больше, чем поработавший мало и т.д. Словом, «общественная жизнь держится справедливостью, и справедливое – то же, что пропорциональное».
Природная же справедливость (пропорциональная) состоит в том, что левая рука по справедливости делает меньше, чем правая, ребенок – меньше, чем взрослый и т.д.
Правда, Аристотель и другие мыслители понимали, что государственные законы сами по себе могут быть несовершенными, несправедливыми. Но они считали, что лучше выполнять несовершенные законы, чем жить без законов – в противном случае в обществе наступит хаос, анархия.
Ценно замечание Аристотеля и по поводу того, что как справедливые, так и несправедливые поступки совершаются осознанно и по доброй воле, свободно. Если же индивид совершит какое-то действие по неведению (например, думая, что убивает врага, а на самом деле убил отца), то такого следует считать не несправедливым, а несчастным.

2. Равенство –  исходный принцип справедливости.
В концепции Аристотеля различается «распределительная» и «уравнительная» (направительная) справедливость. «...Распределительное право, с чем все согласны, должно учитывать известное достоинство» (с.151).
Направительное право фактически означает, что соблюдается эквивалентный обмен моральными качествами, что правила, одинаковые для всех, должны всеми обязательно выполняться. Это составляет содержание направительного права (утверждающего равное отношение к закону) и направительной справедливости, оценивающей такое состояние как позитивное, необходимое. «Ведь безразлично, кто у кого украл – добрый у дурного или дурной у доброго – и кто сотворил блуд – добрый или дурной; но если один поступает неправосудно, а другой терпит неправосудие и один причинил вред, а другому он причинен, то закон учитывает разницу только с точки зрения вреда, с людьми же он обращается как с равными» (с.153).
По существу Аристотель в своих рассуждениях о направительной справедливости улавливает одну из самых существенных характеристик права как применения равного масштаба к неравным лицам. Но он рассматривает это не только в качестве специфической черты правовой регуляции, но и в качестве неотъемлемого элемента морального понимания справедливости. В целом здесь нет никакого противоречия. Принцип равного обмена нравственными характеристиками работает в морали. Он только представлен здесь не столь формально, как в праве, и не исчерпывает всего многообразия нравственных отношений. Например, я могу быть милосердным, могу прощать человека, который обошелся со мной дурно, и тем самым не соблюдать эквивалентного обмена нравственными характеристиками. Такой тип поведения, собственно, уже выходит за рамки обычного понимания справедливости, хотя прощение тоже можно считать справедливым, если учитываются все обстоятельства, вынудившие того или иного человека совершить дурной поступок.
По мере того, как индивидуализация личности осознается в качестве все большей и большей ценности, в идеях справедливости также отражаются условия личного бытия, необходимые для индивидуального самовыражения. В этой связи уже само общество подвергается оценке с точки зрения того, насколько оно защищает индивидуальные права личности и насколько оно дает возможность для самореализации каждого человека.
Однако возможность самореализации каждого всегда соотносится в понятии справедливости и с интересами всех, с исходной идеей сохранения целостности и приумножения принадлежащего всем богатства. В силу этого категория справедливости показывает, до какой степени допустима индивидуализация. Превращение удовлетворения личного интереса в единственный критерий ориентации поведения всегда оценивается в нравственном сознании как несправедливое, как эгоизм.
Отмеченные выше, как и многие другие суждения мыслителей античности, стали отправной точкой в рассмотрении данного явления моральной жизни в последующие века. Особенно большое внимание вопросам справедливости уделяли идеологи буржуазных революций, на знамени которых было написано: «Свобода, равенство, братство». Правда, стоит отметить, что справедливость понималась порой слишком расширительно.
Так, К.А. Гельвеций писал: «Справедливость – это соответствие действий частных лиц общественному благу». Конечно, справедливый человек обязан учитывать интересы общества. Но справедливость предполагает и ответственность общества перед личностью, которая также имеет право оценить общественные порядки в определенных ситуациях как несправедливые.
Иначе говоря, справедливость есть мера соответствия между содержанием того или иного поступка и его оценкой в общественном мнении. Недаром справедливость часто сопоставляют с объективностью, т.е. такой оценкой различных действий, отношений, распределений, при которой не выпячивается, абсолютизируется чей-либо интерес (другого частного лица, социальной группы и т.д.). «Общий принцип справедливости, – писал Вл. Соловьев, – требует, чтобы мы относились к другим так, как желаем, чтобы они относились к нам самим».
Формирование современного понимания справедливости является итогом многовековых исканий, чаяний человечества. Уже в первобытном обществе проблема справедливости вставала при распределении добычи, урожая или же в случае нарушения отдельным индивидом устоявшихся правил общежития (воздаяние). Сознание справедливости включает в себя как чувство справедливости, так и определенное знание о должном, о справедливом.
Известный немецкий философ А. Шопенгауэр (1788-1860) полагал, что чувство справедливости генетически восходит к чувству сострадания. Именно это чувство, по его мнению, удерживает нас от нанесения обид другому лицу, от эгоизма, равнодушия. Данная точка зрения по-своему была дополнена Вл. Соловьевым, который писал, что чувство справедливости психологически опирается на чувство жалости. Жалость, по мнению русского философа, есть признание за другими права на существование и благополучие. В жалости человек ставит себя на место другого и признает однородность с собою. Это уравнение в чувстве жалости возводится разумом на степень ясной мысли.
Конечно, имеются и другие факторы (в том числе и социальные), которые определяют формирование сознания справедливости. Элементарное понимание того обстоятельства, что дурные, несправедливые действия весьма скоро и больно отзовутся («Как аукнется, так и откликнется»).

3. Чувство справедливости и ее созидание
Нравственное чувство справедливости заявляет о себе прежде всего как возмущение несправедливостью. Когда мы сталкиваемся, образно говоря, с наказанием невиновных и награждением непричастных, в нас возникает глубокий протест, мы чувствуем, что нарушен важнейший принцип воздаяния по заслугам, и хотим восстановить попранный порядок справедливости. Каждый должен получить то, что он заслужил, и, причем, в свой срок. Если вознаграждения и сроки путаются, то происходит то, о чем пел В. Высоцкий: «А люди все роптали и роптали, а люди справедливости хотят: мы в очереди первыми стояли, а те, что сзади нас, уже едят!»
Нас приводит в ярость нарушение равенства там, где оно должно неукоснительно соблюдаться, и доводит до исступления ситуация, когда злодей властвует и торжествует, а добрый и хороший человек унижен, подавлен и проводит свои дни в бедности.
Хотя специалисты по этике уверяют нас, что «талионное право» – око за око, зуб за зуб – осталось в далеком прошлом, я позволю себе усомниться в этом. Массовое сознание, которое и является и нашим, дорогие читатели, чаще всего жаждет равного воздаяния за проступок, особенно если этот проступок намеренно жесток и сознательно злокознен. В пределе это означает, что за оторванное ухо следует отрывать ухо, а за смерть платить смертью. И хотя современное просвещенное право стремится к полной отмене смертной казни, а за разбой и бандитизм дает тюремные сроки и назначает штрафы, множество людей по сей день продолжают видеть справедливыми только наказания, приближенные к содеянному, когда преступник должен испытать те же страдания, что и жертва, а грабитель пережить все эмоции ограбленного. Мы не будем давать здесь оценку этой тенденции массового сознания и просто зафиксируем ее как факт.
Чувство возмущения несправедливостью – очень мощное переживание, способное подвигнуть людей на бунт, революцию, создание тайных обществ и политических партий, на борьбу с несправедливыми законами, которая длится порой всю жизнь. Справедливость – ведущий лозунг всех революций, ради ее достижения жертвуют собственным благополучием, личным счастьем, развитием способностей и даже самой жизнью. Погибнуть за правое дело – всегда было почетно. Народные герои, в той или иной форме отстаивающие справедливость, надолго сохраняются в исторической памяти, им ставят монументы, их имена дают улицам и городам.
Однако чувство справедливости, как всякое, впрочем, чувство, оказывается порой весьма коварным. На определенном этапе борьбы за справедливость можно обнаружить, что лозунг «Справедливость для всех» неявно подменяется заботой о справедливости для себя, т. е. под справедливостью скрыто таится забота о собственном благополучии и наиболее защищенных позициях: справедливо то, что хорошо... для меня! К сожалению, многие боевитые политические лидеры, говорящие о справедливости от лица народа, как только приходят к власти, начинают понимать справедливость именно таким образом, да к тому же не всегда отдают себе в этом отчет. Они предпочитают «заблуждаться», сохраняя иллюзию о себе как о радетелях общего блага.
Чувство справедливости выступает не только как возмущение против несправедливости, но и как стремление установить справедливость. Человек, стремящийся установить справедливость, в явной или неявной форме берет на себя роль судьи. Он осуществляет оценку ситуации, квалифицирует по ценностной шкале поведение и качества ее участников, соизмеряет добро и зло в их поступках и выносит приговор, претендующий на правильность воздаяния. Такое судейство всегда присутствует там, где с претензией на справедливость решаются чьи-либо судьбы. Подобным судьей могут быть отец или мать в семье, учитель в школе, воспитатель в детском саду, начальник любого уровня по отношению к подчиненным, судья или присяжный в суде. Однако справедливость могут вершить и коллективы: профессиональное собрание, принимающее какое-либо решение, ученый совет, просто дружеская компания. Устанавливающие справедливость, т. е. награждающие или карающие других люди, берут на себя огромную моральную ответственность, ибо, желая установить справедливость, они способны быть глубоко несправедливыми и этой несправедливостью сломить дух человека, а возможно, сломать его жизнь.
В Библии сказано: «Не судите, да не судимы будете». Это высказывание подчеркивает, что человеческий суд – зачастую суд неправый. Во-первых, судящие люди могут просто не знать многого, не иметь достаточной информации для справедливого решения. Они не в состоянии взвесить должным образом поступок и его последствия, не могут быть уверены, действительно ли человек совершил данный поступок, не в силах выявить реальную долю участия каждого в происшествии, где участвовали несколько человек. Кроме того, каковы сами судьи? Вправе ли они, обладающие человеческими недостатками, а то и пороками, судить и осуждать других, определять им меру воздаяния? Не полезней ли им обратиться к собственным изъянам и увидеть бревно в собственном глазу вместо того, чтобы искать соринку в глазу соседа?
Религия считает, что подлинным высшим и единственным судьей может быть только Бог.
Но человечество не в силах ждать Божьего суда. Оно вынуждено судить здесь и сейчас, осуществляя хотя бы частичную справедливость. Речь идет в данном случае не столько о сообразности закону (хотя это тоже очень важно), но о суде по совести, о стремлении быть справедливым не только формально, но и реально, по существу. Что же нужно для того, чтобы быть справедливым?
Человек, желающий судить справедливо, должен прежде всего стараться быть объективным. Это значит, что он не может позволить себе одностороннего подхода к ситуации, которую судит. Справедливость требует скрупулезного всестороннего рассмотрения событий, когда ни одна сторона не заслоняет другую, и все грани происходящего становятся достоянием судящего размышления. Упущение малейшей тонкости, какого-либо, на первый взгляд, незначительного нюанса может дать неверное истолкование. Поскольку речь идет не о чисто юридическом, а о нравственном суде справедливости, объективность означает также внимание к мотивам человеческих поступков, к тому, чего индивид желал, чего хотел достигнуть, а не только к внешней поведенческой стороне. В любом случае благие намерения оцениваются иначе, чем злокозненные планы.
Быть справедливым – значит также быть бескорыстным. Бескорыстие – исключение собственного интереса, эмоционально-личной ангажированности. Если вы желаете извлечь из ситуации некую пользу для себя, бескорыстие исчезает, тает, и вы не в силах осуществить справедливый суд. Польза необязательно может быть практической – финансовой или организационной. Это может быть психологический выигрыш. Например, вам хочется утвердить себя хотя бы перед самим собой как строгого, сурового и сильного человека. В этом случае вы станете судить о другом как можно жестче, непримиримей и, возможно, сразу же нарушите справедливость. Или вы желаете создать в глазах других образ собственной гуманности, мягкости и снискать лавры «истинного христианина», тогда вы станете, напротив, закрывать глаза на характер чужого проступка и не в меру оправдывать его. Справедливость снова пострадает.
Наконец, осуществление справедливости требует беспристрастности и правдивости. Беспристрастность означает, что нужно судить объективно, даже если человек очень нравится вам и вы искренне хотите помочь ему. Смягчив свое решение из-за личной симпатии, вы поступите несправедливо по отношению ко всем остальным людям, совершившим аналогичный проступок. Разве они виноваты, что не вызывают у вас живой приязни? Почему вы предпочитаете одного, в то время как суровы с другими? Точно так же нельзя ужесточать свои суждения, если некто вам нелюб и неприятен. Тот, кому воздается за его неверное поведение, не должен дополнительно несправедливо страдать из-за неприязни судящего: уж этого он не заслужил.
Беспристрастность выражается в правдивости, когда мы учитываем и высказываем, судя о неких событиях, только правду, не допускаем малейшей лжи, подтасовки, обмана или сокрытия фактов и мнений.
Итак, мы нарисовали идеальный образ справедливого морального судьи. Именно таким следует быть, чтобы судить по совести. Однако в жизни мы часто сталкиваемся с тем, что судящие корыстны и пристрастны, субъективны и ангажированы, хотя не всегда сами это осознают. Справедливость требует высокой сознательности судящего, его честности не только с другими, но и с самим собой.
Огромным искушением для человека, желающего устанавливать справедливость, являются суровость и безжалостность. Пафос справедливости способен переходить в холодное торжество по поводу власти над другими, в сверхчеловечность, в отрешенность властителя, манипулирующего чужими судьбами, как пешками на шахматной доске. Порой под маской справедливости скрывается мстительная жестокость. Чтобы этого не происходило, справедливость всегда должна быть связана с глубоким переживанием сострадания и сочувствия. В свое время А. Шопенгауэр писал, что сострадание – основа справедливости. Это сострадание, направленное к любому человеку, уравновешивает агрессивность, неизбежно присутствующую во всяком судействе, и делает справедливость поистине справедливой, человечной.
Справедливость – великая ценность, и она, как я уже говорила, является мерным отношением, она сопоставляет, взвешивает, уравновешивает и воздает по заслугам. Жить без справедливости плохо и горько, однако есть еще одно человеческое качество, которое дополняет справедливость, выходя за ее пределы. Это великодушие. Если справедливость мерна, то великодушие безмерно, оно поднимается над равенством воздаяния и дает от щедрот, от полноты духовного и душевного богатства. На одном великодушии нельзя построить общественной жизни, но без этого качества люди просто перестали бы быть людьми и превратились в калькулирующие машины. Религия полагает, что любовь, доброта и великодушие Бога творят мир. Наличие великодушия у людей позволяет надеяться, что человечество способно нравственно и духовно расти, способно прощать и дарить уже не по-человечески, а по-божески. Справедливость и великодушие – две стороны одной медали, и вместе они выступают как условие человеческого счастья.

Выводы
Таким образом, мы можем выделить следующие критерии, в соответствии с которыми вырабатываются представления о справедливости:
– уравнивание, направленное на сохранение целого (одинаковый обмен моральными качествами);
– оценка индивидуального вклада каждого в увеличение общественного богатства (в укрепление могущества целого) – общественно санкционированное поощрение;
–   защита индивидуальности – гарантии основных прав человека;
– условия для утверждения индивидуальности – возможности для самореализации, предоставляемые обществом, включая право на образование, обеспечение стартовых условий для удовлетворения собственного интереса;
–  допустимая степень выражения собственного интереса;
– интеграция в мировое сообщество (связано с гарантией права на свободу передвижения, выбора места жительства, условиями для развития культурной жизни). Если запросы идеала намного обгоняют действительность, возникает желание построить общество, изолирующее себя от других обществ. Так возникает утопическая и несправедливая по отношению к человеку практика самоизоляции, связанная с ограничением доступа к информации, созданием препятствий для контактов с гражданами других государств, запрещением поездок за рубеж и т. д.
В заключение еще раз хочется подчеркнуть, что вера в торжество справедливости является важным моментом нравственной жизни человека.

Список литературы
1. Аристотель. Сочинения: В 4 т.- Т. 4. – М. : Политиздат, 1977.
2. Золотухина-Аболина Е. В.  Курс лекций по этике. – Ростов н/Д.: «Феникс», 1999. - 384 с.
3. Кропоткин П.А. Этика.. –  М., 1991.
4. Попов ЛА. Этика: Курс лекций. – Москва: Центр, 1998. –160 с.
5. Разин А.В. Этика: Учебник для вузов. –  2-е изд., перераб. – М.: Академический Проект, 2004. – 624 с.

(16.7 KiB, 34 downloads)

© Размещение материала на других электронных ресурсах только в сопровождении активной ссылки

Вы можете заказать оригинальную авторскую работу на эту и любую другую тему.

Контрольные работы в Магнитогорске, контрольную работу купить, курсовые работы по праву, купить курсовую работу по праву, курсовые работы в РАНХиГС, курсовые работы по праву в РАНХиГС, дипломные работы по праву в Магнитогорске, дипломы по праву в МИЭП, дипломы и курсовые работы в ВГУ, контрольные работы в СГА, магистерские диссертации по праву в Челгу.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!