Союзнический вопрос в Риме и союзническая война (91 — 88 гг.)

2 Дек 2016 | Автор: | Комментариев нет »

Смерть Ливия Друза послужила сигналом к на­чалу общеиталийского восстания или Союзнической войны (91—88 гг.). «Пусть эту войну называют Союзнической войной (bellum sociale), чтобы сделать ее менее одиозной. Но если говорить по правде, то это была настоящая гражданская война (bellum civile). Что за ужасная и несчастная война, когда весь Лаций, Пицен, вся Эт­рурия и Кампания, словом, все народы Италии под­няли оружие против своей матери и родного города. Все наши самые верные и самые храбрые союзники, собравшиеся под знаменами своих городов, имеют своими вождями людей, вышедших из неизвестнос­ти: Помпедий командует марсами и латинами — Аф- раний, умбрами — Плотий, Эгнаций — этрусками, самнитами и луканами — Телезин. Народ — победи­тель царей и других народов (regum et gentium arbiter populus) — не может управлять самим собой. У Рима, победителя Азии и Европы, верховную власть оспаривает Корфиний»'.

Учрежденные после смерти Друза чрезвычайные уголовные суды осудили массу людей за сочувствие Друзу и за участие в тайных союзах. Террор разлил­ся по всей Италии. Многие видные деятели партии Друза поспешили оставить город и рассеялись по Италии.

Создавшееся положение не позволяло медлить с выступлением. «Узнав о смерти Друза, италики ре­шили, что они не могут дольше терпеть такого рода отношения к защитникам их интересов»2.

Восстание началось в Пицене, в городе Аскуле (Ascuium) по следующему поводу. Претор Гай Сер- вилий, узнав через своих разведчиков, что жители Аскула заключили соглашение с соседними община­ми и обменялись заложниками, явился в город с не­большой свитой. В это время аскулумцы справляли праздник и в большом числе собрались на игры.

Сервилий обратился к собравшейся в театре пуб­лике с резкой, полной упреков и оскорблений ре­чью. Слушавшие не выдержали дерзкой речи рим­ского магистрата, набросились на его свиту, убили его самого и его легата Фонтея, перебили и разо-

гнали свиту. Восстание начали марсы, почему и сама война получила название марсийской войны (bellum marsicum).

К марсам присоединились и другие горные народ­ности, жившие в Абруццах, — пелигны, марруцины, френтаны, вестины и некоторые другие умбро-са- белльские племена. Вскоре к северной федерации присоединилась еще южная федерация — самниты и луканы, говорившие на оскском языке. Во главе северной федера­ции стоял «неукротимый марс»

Квинт Помпедий Силон (Quintus Pompedius Silo), вождем южной фе­дерации был Гай Папий Мутил (С. Pappius Mutilus).

Перед открытием военной кам­пании союзники еще раз по­пытались обратиться к сенату с предложением образовать комис­сию, признать за ними права граж­данства и не начинать войны. И лишь после того как предложение италиков было отвергнуто, они ста­ли готовиться к войне за независи­мость.

Силы противников — римлян и италиков — приблизительно были равны: римских граждан, рассыпан­ных по всему полуострову и про­винциям, способных служить в ополчении, насчитывалось около 500 тыс., италиков несколько боль­ше. Каждая из сторон могла выставить армию в 100 тыс. человек. Главная трудность предстоящей войны для Рима заключалась в разъединенности те­атра военных действий, так как повстанческие отря­ды открыли военные действия одновременно во всех частях Италии, осаждая и захватывая римские горо­да и крепости. Кроме того, римским армиям прихо­дилось действовать в горах, незнакомых местностях, при отсутствии дорог, пробираясь по горным тро­пинкам, пользуясь малонадежными проводниками.

Вторая особенность этой войны, одновременно выгодная и невыгодная для Рима, состояла в том, что римские крепости были разбросаны по всему полу­острову и подвергались нападению врагов одновре­менно, а некоторые из них даже отпадали. С другой стороны, оставшиеся верными Риму колонии пред­ставляли для италиков постоянную угрозу нападения с тыла.

Самая большая опасность для италийских по­встанцев заключалась в отсутствии единства интере­сов самих италийских общин. Некоторые из них все время оставались верны Риму. Таковы, например, две северные области — Этрурия и Умбрия, страны крупного пастбищного и плантационного хозяйства. Сторону Рима держала также большая часть кампан- ских городов — в их числе Нола и Нуцерия, пользо­вавшиеся особыми привилегиями, затем греческие города — Неаполь и Регий.

Наибольшую ненависть и враж­ду к Риму питали горные сабеяль- ские племена, у которых еще креп­ко держался патриархальный строй и сохранялось чувство свободы и независимости. Для них победа Рима несла потерю земель и паст­бищ, новые налоги и повинности, замену родного языка и обычаев языком и обычаями господствую­щей общины.

Восстание быстро разлилось по всему полуострову, захватывая один район за другим. Сразу нача­лась осада нескольких городов на юге, севере, западе и востоке. По­встанческие отряды, предводитель­ствуемые своими племенными вож­дями, осаждали города Фирм, Бене- вент, Нолу, Пест и др., большая часть которых переходила на сторо­ну восставших. Марсийский отряд Веттия Скатона нанес поражение римскому главнокомандующему Луцию Юлию Цезарю и склонил к отпадению боль­шой город Венафр (Venafrum), на границе Самния. Примеру Венафра последовали кампанские города Салерн (Salernum), Стабии (Stabiae), Помпеи (Pompeii) и Геркуланум (Herculaneum). Не меньше побед повстанческие отряды одержали и в средней части Италии, около Фуцинского озера (lacus Fucinus), угрожая захватом самой столицы. Марсы врасплох напали на армию консула Рутилия Лупа и нанесли ему тяжелое поражение, стоившее жизни 8 тыс. солдат и самому консулу, оставшемуся на поле сражения. В те же самые месяцы другие вожди вос­ставших — Гай Юдацилий из Аскула и Тит Лафре- ний в Пиценской области — атаковали римского кон­сула Помпея Страбона, отца знаменитого Помпея Великого, и заперли его в крепости Фирме.

Исход военной кампании первого года оказался чрезвычайно тяжелым для Рима. Разбиты были две римские армии, и вследствие этого области, вначале остававшиеся верными Риму, тоже обнаруживали склонность к отпадению. Кроме того, военные дей­ствия, передвижение войск, реквизиции, пожары и мародерство, массовое бегство и большая смерт­ность рабов совершенно расстроили экономическую жизнь Рима и подняли дух его внешних врагов.

В самом Риме в это время царили уныние и по­давленное состояние. В силу изданного сенатом де­крета об осадном положении (decretum tumultus) де­ловая жизнь замирала, конституционные гарантии отменялись, неограниченная власть консулов распро­странялась также и на город; ius pomoerii и ius provocationis — две важнейшие основы римской кон­ституции — отменялись, вводились чрезвычайные суды, «тога мирного времени заменялась военным плащом» (sagum).

Мобилизованы были все силы и все вожди, отме­ченные личными заслугами или происхождением: Гай Марий, Корнелий Сулла, Лициний Красс, Вале­рий Мессала, Гай Перперна и др. Перед лицом об­щей опасности (что вообще характерно для римской истории) сплотились все слои рабовладельческого Рима, пустив в ход не только римское оружие, но так­же и римскую дипломатию.

В конце 90 г. консул Луций Юлий Цезарь провел закон в духе группы умеренных, приверженцев Ли­вия Друза. По закону Юлия Цезаря (lex Iulia), пра­ва гражданства предоставлялись всем италикам, ос­тавшимся верными Риму. Закон имел в виду прежде всего этрусков и умбров, готовых присоединиться к восстанию. Закон Юлия достиг своей цели — внесе­ния розни в ряды восставших.

Отложившиеся от Рима италийские племена об­разовали новый Италийский союз, в который вхо­дили все отпавшие от Рима италийские общины. Цен­тром союза был избран город Корфиний (Corfinium) в гористой области пелигнов в Сампии, на берегу реки Пескары, названный Италией (Italia, или по-оск­ски Viteliu). Старая же столица Италии, Рим на реке Тибре, подлежала уничтожению.

Представители италийских общин, собравшиеся в Корфиний, образовали сенат в количестве 500 чело­век, высший политический орган новой федерации. Исполнительная власть вручалась особой коллегии, составленной из членов сената. Федерация чеканила свою собственную серебряную монету, на одной сто­роне которой было изображение быка, символа Ита­лии, поражающего рогами поверженную на землю волчицу, символ Рима. Италийская федерация не была, однако, полным повторением римских поряд­ков, в ней более отчетливо выражен федеративный принцип.

Второй год войны (89-й) в общем был уже менее благоприятен для италиков. С наибольшим рвением, как и прежде, сражались марсы и самниты. Несмот­ря на частичные поражения, нанесенные Суллой, марсы продолжали храбро сражаться и ни при каких условиях не хотели складывать оружия. «Марсы по­сле поражения, подобно диким зверям, стали сра­жаться еще свирепее, снова вооружились и делали отчаянные набеги на римский лагерь» '. Среди ита­лийских народностей марсы пользовались ре­путацией наиболее воинственного и непобедимого народа. «Над марсами и без марсов,— говорили в Риме,— еще никто не одерживал победы»2. Италий­ское восстание показало, что среди италиков сохра­нялось еще много военного героизма и племенного патриотизма. Немало примеров героизма выказали и другие, родственные марсам сабелльские народы.

Второй год Союзнической войны отмечен серьез­ными боями в Пицене и Самнии. В Пиценской обла­сти особенно жестоко было сражение под городом Аскулом. Помпей Страбон окружил город со всех сторон и начал осаду. В это время Гай Юдацилий с отрядом марсов окружил осаждавшую римскую ар­мию, прорвался в город и принял на себя защиту сво­его родного города против римлян. Началось крово­пролитное сражение, в котором приняли участие 75 тыс. человек со стороны римлян и 60 тыс. со сто­роны италиков. После того как все шансы на защи­ту города пали, Юдацилий приказал сложить в хра­ме костер, созвал друзей на пир и затем, выпив яд, взошел на костер и сжег себя живым.

Из самнитских городов наибольшее упорство ока­зала Эзерния (Aesernia), на защиту которой собра­лась 30-тысячная армия, пополненная отрядом из 20 тыс. рабов, вообще игравших очень значительную роль в союзнических ополчениях3. Сколь упорно ни защищали свою вековую вольность сабелльские и самнитские племена, все-таки победа склонялась в сторону Рима.

Из римских полководцев в Кампании и Самнии успешнее всего действовал Сулла, жестоко’ расправлившийся с отпавшими городами и заставивший ка­питулировать главный город самнитов Бовиан (Bovianum). Захваченная Суллой территория напо­минала огромное пожарище, заполненное развалина­ми, трупами, тлеющими зданиями и обгоревшими полуразрушенными крепостями.

Покорение юго-восточных италийских племен (самнитов, янигов, луканов) знаменовало конец Союзнической войны. Недешево победа обошлась и самому Риму, переживавшему в эти годы глубокий экономический и политический кризис. Вследствие расстройства экономической жизни исчезли из обра­щения деньги, кредит был подорван, должники не хотели платить долгов, а кредиторы прибегали к су­ровым мерам, чтобы заставить должников вернуть взятые суммы с причитающимися процентами.

О том, что тогда происходило в Риме, свидетель­ствует трагическая судьба претора Азелиона. Демо­кратически настроенный претор попытался смягчить долговой закон и за свою попытку был растерзан кре- диторами-всадниками. Убийство произошло среди бела дня, при исключительных условиях. Во время жертвоприношения Азелион получил удар камнем, выронил из рук жертвенную чашу и пытался спас­тись бегством в храм Весты. Бросившиеся же за ним убийцы преградили ему путь, загнали в таверну и там прикончили.

Острый экономический кризис, вызванный союз­нической войной, и начинавшаяся на Востоке война с царем Митридатом ослабили влияние всадничест­ва и повысили шансы умеренной группы.

В начале 89 г. последовал новый закон о дарова­нии прав италикам, внесенный народными трибуна­ми Марком Плавцием Сильваном и Гаем Папирием Карбоном (lex Plautia Papiria). Согласно этому зако­ну, римское право получал всякий гражданин союз­ных городов, подавший в течение 60 дней соответ­ствующее заявление претору, безразлично, принимал или не принимал он участие в восстании. Из опасе­ния, чтобы внесенные в цензовые списки новые граж­дане из италиков не оттеснили старых граждан-рим- лян, их распределили не по всем 35 трибам, а зачис­лили только в 8 триб.

В том же году прошел закон о сокращении функ­ций всаднических судов и предоставлении граждан­ских прав городам Цизальпинской Галлии.

Политикой уступок Рим достиг своей главной цели — разложения италийской федерации. Раньше других отпали наиболее неустойчивые ее члены — Этрурия и Умбрия, погубившие все дело. Благодаря

измене этрусков, умбров и латинов 25-тысячная ар­мия самнитов, шедшая на соединение с северной ар­мией, попала в засаду и почти целиком была унич­тожена Помпеем Страбоном.

После поражения в Этрурии и Кампании (при Ацеррах) у союзников оставалась последняя надеж­да на помощь царя Митридата, но и эта надежда ока­залась эфемерной. Наиболее талантливый вождь южных италиков марс Помпедий Силон пал в 89 г. в Апулии. После смерти Помпедия оставалась только одна значительная армия италиков, во главе которой стоял самнит Понтий Телезин, оказывавший Риму отчаянное сопротивление и во время войны Суллы и Мария поддерживавший Мария *.

Подавлением восстания италиков Рим был обязан дипломатии, талантам своих полководцев, в особен­ности Суллы, стоявших во главе профессиональных, дисциплинированных и технически хорошо воору­женных армий, и, самое главное, розни среди самих союзников.

В то время как рабовладельцы-италики стремились слиться с рабовладельцами-римлянами и пойти по пути расширения плантационного хозяйства и торго- во-ростовщического капитала, пастушеские горные племена бились за удержание патриархальных форм быта. Победа Рима являлась исторической необходи­мостью. Это была победа римской государственной централизации, рабовладения, торгового капитала и латинской культуры. Старая деревенская Италия с ес натуральным укладом жизни, культурой, нравами и верованиями — Италия умбров, этрусков, марсов, са- беллов, луканов и самнитов — сходила с историчес­кой сцены. Состоятельная часть италиков сливалась с римлянами в одну римско-италийскую олигархию рабовладельцев. Остальная же масса италийского на­селения, оставшаяся в живых, частью эмигрировала в провинции и на острова, превратившись из крестьян и пастухов в торговцев и ремесленников, частью со­шла на положение полусвободных арендаторов земель крупных посессоров или же, наконец, попала в разряд столичных люмпен-пролетариев. Федеративная Ита­лия перерождалась в унитарное государство под гла­венством Рима, состоявшее из городских террито­рий (civitates), подразделявшихся на муниципии (municipia), колонии (coloniae), префектуры (ргае- fecturae), местечки (cons iliabula) и крепости (castra).

Правовые различия между италийскими городами и местечками постепенно исчезали; основной социально-административной единицей Италии становил­ся самоуправляющийся город — муниципий (munici- pium).

Внутреннее устройство муниципий представляло копию Рима. В сословном отношении граждане му­ниципий делились на: 1) декурионов, 2) муниципаль­ных всадников и 3) плебеев. Высшим правительствен­ным органом являлся сенат (curia) из 100 человек, состоявший из бывших магистратов или лиц равно­го с ними социального положения. Выбор магистра­та производился народным собранием.

Во все подробности организации союзной Италии и отношения к Риму италийских городов, пользовав­шихся различными правами (coloniae, municipia, civitates и т. д.), вводят нас как отдельные замечания латинских авторов, так и эпиграфические данные.

Культурно-правовое уравнение Рима и Италии продолжалось до самого конца истории Рима, и все- таки полного слияния всех народов Апеннинского полуострова в одну народность не произошло. Рим

никогда, в течение всей своей истории, не представ­лял в полном смысле единого государства наподобие, например, современной Франции. С начала до кон­ца Римское государство, как указывает Ганс Рудольф, было союзом самоуправляющихся городских терри­торий, и каждый город, при всем сходстве с главным городом Римом, сохранял собственную физиономию, будучи в некотором смысле государством в госу­дарстве. Даже в период наибольшей централизации при династии Автонинов во II в. н. э. Римская импе­рия имела молекулярное строение, никогда не сли­вавшееся в единое химическое тело.

Процесс слияния римлян и италиков в одну граж­данскую общину, постепенно втягивавшую в себя и провинциалов, ставил на очередь новую проблему ре­организации всего аппарата управления.

Старые республиканские учреждения, рассчитан­ные на узкие рамки государства-города, оказывались уже непригодными и требовали новой социально-по­литической организации.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!