Социальный механизм действия и эффективность правовой нормы

2 Янв 2015 | Автор: | Комментариев нет »

Штурмовой" характер правотворчества, существующий правовой ниги­лизм, деформация правового мышления, неудовлетворительное исполнение законов и ряд других факторов обусловливают выдвижение на передний план в анализе социологических аспектов права механизма действия пра­вовой нормы.

Раскрытие социального механизма действия нормы права предусматривает анализ структуры права, его институтов и норм в функционировании и развитии, в единстве формальных и неформальных моментов.

В широкой трактовке социальный механизм действия права включает в себя  юридический механизм, поскольку вне социального не может быть правовой нормы. В узком смысле слова социальный механизм действия права – только взаимодействие правовых и иных социальных факторов, которые принимают участие в жизни права на всех этапах его функционирования. Вне понятия социального механизма действия права находятся социальные предпосылки и социальные последствия его действия, т.к. эти вопросы относятся к проблематике социальной обусловленности и социальной эффективности действия права.

С точки зрения юридического подхода механизм действия права представляется как совокупность операций по созданию правоотношений с целью достижения должного поведения людей, должного состояния коммуникативных связей[1].

Анализ социального механизма действия права предусматривает исследование его как сложившегося взаимодействия с социальными факторами, как экономическими, политическими, идеологическими, нравственными и т.д. В задачу социологии права входит исследование среды, структуры, механизма функционирования и составляющих его элементов.

На процесс реализации нормы права во многом определяющее воздействие оказывают мировоззренческие установки и психологические особенности индивидов. В частности, неверие крестьян в устойчивость и долговременность крестьянского, фермерского землепользования вызвало их настороженное отношение к Закону о земле и неадекватную его оценку. Как показывает практика, в огромном потоке законодательных актов немало та­ких, которые не отвечают существующему стереотипу правового мышления большинства населения страны, что вызывает крайнюю сложность в реализации правовых норм.

Своеобразие роли и места нормы права в жизни общества раскрывают данные социологического исследования, посвященного анализу уровня и особенностей правового сознания граждан нашей страны и США. Так, согласно опросу, большинство американцев выступают за либерализацию и гуманизацию правовых норм, тогда как подавляющая часть россиян – за ужесточение законов. Так, на вопрос: "Может ли быть преступник наказан строже, чем следует по закону, если это послужит уроком для остальных?" положительно ответили 11,5% американцев и 84,5% бывших советских граждан. В отличие от зарубежных респондентов у наших соотечественников имеется большая склонность к противоправным действиям и готовность содействия правонарушителю в освобождении от ответственности. На вопрос "Можно ли дать ложное показание, чтобы спасти невинного человека от тюрьмы?" ответы были соответственно – 20% и 65%. Анализируя ответы, американский исследователь В.Лефевр пришел к выводу, что для большинства бывших советских граждан характерна готовность компромисса со злом, тогда как для американцев – конфронтации с ним[2].

Происходящие изменения в социальной и духовной практике, гумани­зация и демократизация общественной жизни обуславливают изменение в структуре массового сознания. Данные социологических исследований, про­веденных в 1994–1996 гг. по изучению динамики общественного мнения о социальном назначении правосудия, свидетельствуют о тенденции увеличе­ния доли респондентов, полагающих осуждение невиновного более опасным для общества, чем безнаказанность преступника[3].

Социальная сторона механизма действия права во многом опосредуется характерными для общественной практики интересами различных соци­альных слоев, проявляющихся в самых разных направлениях и сферах жиз­недеятельности общества и человека.

Значимость обеспечения согласованности и сочетания интересов личности и государства, "центра" и периферии особенно возрастает на переходных этапах общественного развития, во время затяжных кризисных ситуаций, когда продолжают существовать старые правовые нормы, характерные для предыдущего уровня развития, действуют нормы, характерные для современного состояния и одновременно происходит зарождение новых. При этом присутствует целый клубок интересов, характерных не только для разных социальных уровней, но и для стадий социального развития.

Социальный аспект влияния на механизм действия нормы права соци­альных факторов предусматривает выявление тех сил, которые поддержива­ют или выступают против нормативного акта, либо являются нейтральными. Следует отметить, что с точки зрения проявления интересов, их влияние сохраняется и на этапе правоприменения, что предполагает включение в исполнительскую деятельность политических средств реализации нормы права.

Действенность правовой нормы во многом определяется как сложившейся системой организации исполнения нормативного акта, так и ее социальной обусловленностью, когда учитываются три основных принципа: соответствие, необходимое своеобразие и исполнимость. В первом случае правовая норма должна с достаточной полнотой отражать, оформлять и закреплять социальнозначимые отношения. Во втором, предполагается на­личие не одного, а нескольких методов исполнения закона. В последнем – исполнимость закона как принцип выводится из социальных, экономических, идеологических, политических, организационных, правовых возможностей.

Социальную среду действия правовой нормы можно анализировать с аксиологической точки зрения, с позиции социорегулятивного (и прежде всего нормативного) подхода, в плоскости форм общественного сознания или института социального контроля и т.д.

Аксиологический подход в исследовании социального механизма действия права предусматривает изучение роли и значения права в системе социальных ценностей общества, характера согласованностей (или несогласованностей) между правовыми и иными социальными ценностями, соотношения принципов законности и целесообразности, уровня социального престижа права, степени соответствия права социальным ожиданиям и т.д. Аксиологическое видение проблемы социального механизма действия права тесно связано с анализом влияния на процессы действия права различных форм общественного сознания (политического, нравственного, религиозного, эстетического и пр.). Анализ права сквозь призму социорегулятивности предполагает рассмотрение его в процессе взаимодействия с различными социальными регуляторами, которые могут иметь правовой и неправовой характер. В первом случае – это фактические социальные нормы, сложившиеся в обход закона или восполняющие пробелы правовой регуляции, нормы, присущие для общественных организаций, социальных групп и т.д. Во втором - распоряжения вышестоящих органов, позиция общественного мнения, влияние "четвертой власти" и т.п.

При исследовании механизма социального действия права предполагается осуществлять анализ соотношения законодательства с действующими фактическими социальными нормами, взаимодействия норм законодательства с ненормативными регуляторами с последующим выявлением затем как позитивных форм взаимодействия правовых норм и социальных регуляторов, требующих законодательной поддержки, так и существующих несогласованностей и противоречий между ними.

В современных условиях при социологическом исследовании социального механизма действия права особо возрастает значение анализа степени влияния происходящих социально-экономических изменений в обществе на уровень и качество правового сознания, правовой активности как населения в целом, так и отдельных граждан.

Существующее противоречие между нравственным и правовым сознанием можно рассматривать в двух плоскостях:

– нравственное сознание населения отстает от выраженных в действующем законодательстве более прогрессивных правовых норм;

– нравственное сознание населения опережает действующие нормы законодательства, когда последние предстают как устаревшие и несоответствующие прогрессивным потребностям общественного развития.

Анализ социального механизма действия права предусматривает также изучение места и роли права в системе институтов социального контроля, который предполагает комплекс мер принудительного и поощрительного характера.

Под социальным контролем понимаются меры социального воздействия в реализации социальных требований, осуществляемых системой санкций. Санкция – реакция группы на социально значимый поступок индивида, стимулирующая желательное, приемлемое поведение в рамках данной группы. Санкции могут быть формальными и неформальными. К формальным относятся правовые санкции, к неформальным – морально-этические. Правовые санкции находят отражение в правовом стимулировании и правовом ограничении участников правовых отношений.

Правовые стимулы ориентируют личность на правомерное поведение. В Древнем Риме под "стимулом" понимали длинный жест с острым концом, служивший воинам средством управления колесницей. В юридической литературе правовое стимулирование понимается как норма, стимул, один из способов реализации правовых норм, одно из средств обеспечения правомерного поведения, одно из правовых средств, входящих в метод правового регулирования. А.В.Малько предлагает правовыми стимулами считать не столько юридические нормы и институты, сколько "конкретные средства, поощрения, льготы, субъективные права, законные интересы, рекомендации"[4].

Правовое ограничение призвано сдерживать личность от противоправного действия. В юридическом ключе правовое стимулирование рассматривается в качестве самостоятельного способа правового регулирования, специфического средства юридического воздействия, границы объекта правового регулирования, специальных норм, содержащих исключения из действующих общих положений.

Социальный контроль в свое время понимался как "способ саморегуляции социальной системы, обеспечивающий упорядоченное взаимодействие составляющих её элементов посредством нормативного (в т.ч. правового) регулирования"[5]. Однако такая трактовка, по сути, приводит к отождествлению социального контроля с системой нормативной саморегуляции и не отражает его специфику как особого социального института.

Социальный контроль можно рассматривать как систему общественного воздействия на личность, обеспечивающую устойчивые социальные отношения, подчинение личности нормам группы[6]. С точки зрения ролевой теории социальный контроль предстает как "совокупность средств, с помощью которых общество или социальная груп­па гарантирует комфортное поведение его членов по отношению к ролевым требованиям и ожиданиям"[7]. В структурно-функциональном анализе под социальным контролем подразумевается процесс, посредством которого расхождения между системой нормативных ожиданий и нормативных требований, предъявляемых обществом к поведению своих членов, и фактическим их поведением сводятся к минимуму[8].

Мировой и отечественный опыт регулирования общественных отношений свидетельствует о постепенном переходе от преимущественно репрессивной уголовной политики к гибкому применению механизмов социального контроля. "Наряду с внешним, – как отмечает Я.И.Гилинский, – все большее распространение получают "внутренний контроль (интериоризация социальных норм и ценностей), "косвенный" контроль (ориентация на референтную группу)"[9]. Достаточно сказать, что в либерально-демократических государственных устройствах отработаны механизмы, регулирующие социально-правовые стороны функционирования социальной среды. Так, в Англии сложилась система норм и правил, которой обязаны придерживаться члены правительства в своей повседневной практике. В частности, членам правительства не разрешается путешествовать за счет принимающей стороны. Министрам во время исполнения государственных обязанностей не рекомендуется принимать награды от иностранных правительств. Члены британского правительства не имеют права сочетать государственную службу с выполнением обязанностей в составе советов директоров частных или акционерных компаний. Довольно красноречиво звучат слова парламентского оратора лейбористской партии, бывшего "красного" мэра Лондона Кена Ливингстона, высказанные им в начале 1991 года по поводу своего российского коллеги: "если бы московский мэр жил в Англии, то он давно бы сидел в тюрьме. А публичное заявление, что он занимается бизнесом и будет им заниматься впредь, можно расценивать как явку с повинной"[10].

Задача социально-правового контроля состоит в том, чтобы выработать надежные инструменты блокирования деструктивных воздействий на право. В качестве приоритетного начала в функционировании социально-правового контроля должно стать стимулирование позитивного правового поведения участников правоотношений.

В теории права при анализе механизма воздействия права на общественные отношения принято использовать категорию "механизм правового регулирования". Более приемлемым представляется оперирование понятием "механизм правового воздействия", поскольку употребление первого понятия сопряжено с исследованием проблемы с позиции долженствования, т.е. средства, способов и каналов осуществления регулирования воздействия права на общественные отношения.

В юридической литературе при анализе механизма правового регулирования принято выделять три основных аспекта:

1) юридический механизм действия права;

2) социальный механизм действия права;

3) психологический механизм действия права.

В рамках социологии права анализ механизма воздействия права на общественные отношения очень часто ограничивается только рассмотрением вопросов социального механизма действия права.

Анализ механизма действия права требует составления научной экспертизы проекта закона, которая должна включать, по мнению Б.И.Сазонова, политическое, организационное, правоприменительное, экономико-финансовое, правоохранительное и историческое направления[11].

Политическая экспертиза призвана определять интересы социальных групп и отношений между ними по создаваемому акту с целью определения ее целесообразности. При экономической и финансовой экспертизе происходит экономическое обоснование закона и определяются источники и средства исполнения закона. Организационная предусматривает поиск структур, способных претворять норму права в жизнь. Правоприменительная экспертиза исследует проект закона с точки зрения его исполнимости, т.е. наличия комплексности, или охватываемости предполагаемой нормой регулируемых социальных отношений, и системности, когда предусматривается последовательное и согласованное воздействие на элементы регуляции общественных отношений. Правоохранительная экспертиза нацелена на выявление правомерности введения новых видов ответственности, возможность применения существующих норм к возможным нарушениям, противоправным действиям. Следует заметить, что до настоящего времени еще не сложилась единая система правовой экспертизы принимаемого законопроекта. Каждая ветвь власти формирует для этого свои механизмы. Историческая экспертиза предусматривает обращение к опыту исторического прошлого с целью предвосхищения будущих ошибок и трудностей.

На уровне эмпирического социально-правового исследования анализ механизма действия права производится в следующих направлениях:

1) адекватности выбора правовой формы, т.е. правильное определение уровня нормативного акта – закон, подзаконный нормативный акт; вида нормативного акта – административно-правовой, гражданско-правовой и т.п.;

2) наличия или отсутствия противоречий между нормами;

3) меры правовой урегулированности общественных отношений (оптимальная урегулированность, множественность нормативных актов или пробельность в законодательстве);

4) правильности определения субъектов правового воздействия;

5) адекватности выбора способа правового воздействия;

6) обеспечения должной координации прав и обязанностей;

7) значимости предусмотренного нормой поощрения или санкции для адресатов правового воздействия;

8) наличия и действенности необходимых гарантий, в частности, обеспеченность материально-правовых норм соответствующими процессуальными формами, институциональная обеспеченность процедуры разрешения конфликтов;

9) меры стабильности конфликта;

10) качества и эффективности правоприменительной деятельности;

11) правовой культуры общества, правосознания должностных лиц и граждан.

Одним из важнейших элементов механизма действия права выступает правоприменительная деятельность. Социологический подход вычленяет в данной проблематике два основных направления:

  • выявление факторов экономического, политического, идеологического, правового, организационного и т.п. характера, влияющих на ка­чество и эффективность правоприменения;
  • исследование самой правоприменительной деятельности в качестве одного из факторов эффективности правовых норм.

Исходя из существующей классификации социальных факторов, воздействующих на качество и эффективность правоприменительной деятельности, выделяются:

1)         качество правоприменительного решения;

2)         качество процедуры принятия правоприменительного решения;

3)         качество реализации принятого правоприменительного решения.

В первом случае предусматривается адекватность конкретизации абстрактно всеобщей правовой нормы применительно к данным фактическим отношениям. Факторами, влияющими на качество правоприменительного решения, являются:

  • информационная обеспеченность субъекта правоприменительной деятельности;
  • качество применяемого нормативного материала;
  • юридические и организационные гарантии правоприменительной деятельности;
  • правосознание правоприменителей.

Ко второму случаю относятся факторы, влияющие на культуру организации и осуществления правоприменения. Здесь проявляется, прежде всего, внешняя сторона осуществления правоприменительной деятельности (вид помещения, облик правоприменителя, обеспеченность средствами и т.д.), которая сказывается на социальном престиже правоприменителя.

В третьем случае эффективность правоприменительной деятельности зависит от качества реализации принятого правоприменительного решения[12].

В задачу социологии права входит рассмотрение того, насколько эффективны ценности, претворяемые в жизнь при помощи права или охраняемые посредством права. В советской юридической науке первоначально под эффективностью права подразумевалась правильность обоснования самой нормы права. В дальнейшем под эффективностью правовой нормы стали понимать комплекс мер, обеспечивающих саму эффективность, или же характеристики условий эффективности. Довольно устоявшимся в научных кругах было видение эффективности права в виде социально-значимой, полезной деятельности. В юридической литературе присутствовала позиция понимания эффективности права как совокупности всех реальных изменений и последствий, возникающих в результате действия нормы права. Следует отметить, что в теории права многие аспекты эффективности законодательства получили достаточное отражение.

В целом понятие эффективности действия правовой нормы можно представить как соотнесение фактических результатов действия нормы права и социальных целей, для достижения которых была предназначена данная норма. Так, рассматривая эффективность действия Указа Президента России от 4 апреля 1992 года "О борьбе с коррупцией в системе государственной службы", следует признать, что данный нормативный акт преследовал максималистские цели, был недостаточно подготовлен и запрет на участие государственных служащих в предпринимательской деятель­ности легко обходился. В частности, парламентские слушания Закона "О борьбе с коррупцией" показали, что проведенная не в интересах государства и общества приватизация, многочисленные нарушения Федерального законодательства при ее осуществлении, разрушение финансово-кредитной системы страны, а также отсутствие должных правовых механизмов поста­вили на грань катастрофы экономическую безопасность страны. Примечательно, что в начале 1998 года Президент РФ отклонил принятый Государственной Думой и утвержденный Советом Федерации Закон "О борьбе с коррупцией". Это было третье по счету вето на третий вариант правового акта. Необходимо отметить следующее: с социальной точки зрения коррупция в органах власти и управления по масштабам проявления и последствий достигла та­кого уровня, что стала рассматриваться не только как фактор, препятствующий осуществляемым экономическим реформам, но и как дестабилизатор политической ситуации в обществе.

Немаловажное значение при рассмотрении социальной эффективности права приобретает понимание последней сквозь призму ее социальной полезности, значимости, поскольку в противном случае возможно признание эффективности действия правовых норм, направленных на достижение асоциальных и антисоциальных целей.

При определении эффективности нормы права следует иметь в виду, что существует известное разграничение социальных и правовых целей, хотя внутри самой нормы права, в рамках правовой нормы все социальные цели выражаются в правовой форме. Как справедливо отмечает В.В.Лапаева, "право, как и всякая форма, в известном смысле выступает в качестве ограничителя по отношению к опосредуемому им содержанию, поскольку социальные цели могут быть признаны, санкционированы правом лишь в той мере, в какой они не противоречат принципам и смыслу самого права, не наносят ущерба социальным ценностям общества"[13].

В конкретных социально-правовых исследованиях эффективность правовой нормы предстает как количественная характеристика степени соответствия поступков и действий людей, содержащая в норме права "типовой мере".

В целом же при исследовании социальной эффективности права необходимо изучать не просто степень достижения обозначенных целей, а целей социально обусловленных, социально значимых, полезных для общества.

Немаловажную роль в действенности правовой нормы играет правосознание, которое охватывает весь процесс возникновения и функционирования права, а не только отдельные его звенья. Оно характеризует сферу сознания человека, связанную с отражением правозначимых явлений и соответствующую регуляции поведения. Если мораль регулирует поведение людей категориями добра и зла, то правосознание – понятием правомерности.

Проблематика правового сознания в юридической литературе получила достаточно основательную разработку. Её сущность была раскрыта такими русскими правоведами дореволюционной школы, как И.А. Ильин, П.И.Новгородцев, Н.Н.Алексеев. В советской науке получили освещение вопросы, связанные с различными трактовками понятия правосознания, соотношения с формами общественного сознания, специфики правосознания как предмета социологического анализа и ее структуры.

Основу действия механизма правового регулирования составляет презумпция знания права, т.е. незнание правовой нормы не освобождает от ответственности. В условиях тоталитарного общества при доминировании нормативного подхода к праву отождествление его с законом, наличие правового нигилизма можно рассматривать не столько, как деформацию и разрушение правосознания, сколько его сохранение. Порочная государственно-правовая практика способствовала закладыванию в сознании людей привычки мириться с существующей несправедливостью, безответственности за свои собственные поступки, отсутствию навыков взвешенного отношения к последствиям принимаемых решений.

Основной подход при решении проблемы процесса познания права состоит не в изменении презумпции знания права, а в совершенствовании самого нормативно-правового материала, т.е. правотворчества. Презумпция знания права должна стать безусловным ориентиром для правотворчества.

В социологии права настоятельной потребностью предстает разработка специальной социологической теории познания права, предметом изучения которой стало бы исследование специфики закономерностей и механизмов правового познания. Тогда как в рамках конкретных социально-правовых исследований акцентировалось бы внимание на анализе таких проблем, как:

1) познание права как момента социализации права;

2) взаимодействие чувственных и рациональных элементов в познании права;

3) психологические механизмы восприятия и усвоения правовой информации;

4) механизмы перевода правовой информации в систему императивного знания.1

Познание права предстает одним из существенных моментов общего процесса социализации индивида, связанного с усвоением им социокультурных ценностей окружающей социальной среды. Особенностью социологического подхода в изучении проблемы правового познания является ориентированность на раскрытие взаимосвязи между знанием нормы права и реальным поведением.

Правовая социализация предусматривает включение в ценностно-нор­мативную систему личности тех ценностей, которые охраняются правом, формирование правовых представлений и потребностей в соблюдении норм права, убежденности в их необходимости и справедливости. Одни правовую социализацию рассматривают в широком смысле как совокупный (целенап­равленный и стихийный) процесс воспитания личности. Другие определяют ее как процесс формирования образцов правомерного поведения членов об­щества. В литературе присутствует также позиция видения правовой соци­ализации как освоения (интериоризация) личностью правовых знаний, норм и ценностей.

Важнейшей стороной правовой социализации является формирование правосознания, причем уровень правосознания свидетельствует о степени включенности человека в систему общественных отношений, освоения общих понятий культурных традиций. Основу правового сознания личности или социальной группы состав­ляют моральные и правовые нормы, установка на естественные права, справедливость, уважение и т.д. Правосознание предполагает наличие системы знаний, оценок и представлений о правопорядке данного общества, субъективное моделирование существующего правопорядка. В анализе правового сознания внимание исследователя должно быть обращено на изу­чение отношения индивида к праву и выявление взаимосвязи между оценкой социально-правовой реальности с точки зрения правовых категорий и со­ответствующим правовым поведением.

Одним из важнейших показателей состояния правового сознания явля­ется общественное мнение о праве, представляющее собой специфическую форму проявления массового правового сознания. Следует иметь в виду, что общественное мнение о праве среди широких слоев населения отражает существующее обыденное правосознание.

Правосознание подразделяется на общественное, групповое и индиви­дуальное. Последнее обусловлено общественным правосознанием и имеет ряд особенностей. Индивидуальному правосознанию присущи качественно разные уровни своего развития. На обыденном уровне индивидуальное пра­восознание проявляется в согласовании конкретной правозначимой дея­тельности с эмпирическими представлениями норм правомерного поведения. На более высоком уровне правосознание проявляется при осознании от­дельных конкретных правовых ситуаций, правовых институтов и правового статуса человека. У большинства населения страны, наряду с признанием необходимости продолжения правового реформирования общества, значимос­ти соблюдения нормы права, присутствует устойчивое представление о правовой привилегированности отдельных социальных групп, а следова­тельно, и непринятие складывающихся новых правовых отношений. На уровне общественного правосознания присутствует совокупность взглядов на правовую систему, осознание социальной значимости права, оценка его сущности, овладение правовой нормой.

Специфика современного состояния процесса формирования обществен­ного правосознания в российском обществе проявляется в том, что он осуществляется в условиях крайнего правового нигилизма большей части населения страны. Усиливающими факторами данного явления выступают разрушение прежних стереотипов и ориентаций, нравственно-правовых цен­ностей, распространение в массовом порядке девиантных форм поведения, сохраняющийся правовой кризис, незавершенность процесса реформирования правовой системы и т.д. Отдельные формы противоправного поведения ста­ли рассматриваться в массовом сознании как социально допустимые и даже обыденные. К тому же следует учитывать, что с учетом наследия прошлых лет, в стране каждый третий-четвертый взрослый гражданин, так или иначе, имел "крими­нальный" опыт[14]. Принадлежность к "криминальному потенциалу" стала ха­рактерной чертой для всех социальных слоев общества, от самых низов до высоко­поставленных чиновников. Правосознание характеризует наличие трех взаимосвязанных сторон: познавательной, оценочной и регулятивной, которые можно обозначить как основные функции.

Познавательный аспект правосознания связан с адекватным отражени­ем правовых ценностей в сознании индивида. В повседневной жизни люди, как правило, оперируют бытовыми представлениями, индивидуальным опы­том, обычаями и традициями, групповыми нормами, существующими нормами культурного поведения. На обыденном уровне люди придерживаются опти­мальных моделей поведения, создаваемых на основе общих представлений о должном поведении. Как подметил Имре Сабо, "стереотипы поведения мень­ше всего основываются на конкретных нормах права"[15].

Для оценочного момента правосознания характерно выделение смысло­вой значимости правовых явлений, определение мотивов поведения, что создает избирательное отношение к поведенческим актам. Мотивационное поведение предполагает соотношение поведения с реальными нормами, со­циальными условиями и личностными ценностями при анализе не только не­посредственных результатов, но и ожидаемых последствий поведенческого акта. Под влиянием требований социального окружения, действующих норм права происходит оформление ценностно-нормативной модели поведения.

Перевод внешних ценностей, форм и правил поведения во внутреннее состояние характеризует процесс интериоризации. Первоначальная опреде­ленность ценностно-нормативной модели внешнего воздействия заменяется самостоятельностью, независимостью от ситуаций, и поведение становится внешним проявлением, экстериоризацией системы внутренних позиций.

Регулятивная сторона правосознания проявляется в реализации нормы права, в правомерном поведении, когда поведение индивида, способы и результаты достижения обозначенных им целей не вступают в противоречие с существующими общественными интересами, отраженными в нормативных актах.

Рассматривая социологические аспекты правосознания, необходимо указать на неразрывное единство правовой информированности граждан, правового воспитания и правовой активности. Происходящие события пос­ледних лет, результаты различных референдумов, многочисленные выборы депутатов в законодательные органы, глав администраций и т.п. свиде­тельствуют, с одной стороны, о правовой и политической активности части населения, и в то же время усталости и пассивности большей части об­щества.

Эйфория от успехов в области декларирования политических прав и свобод, кардинальных преобразований в правовой сфере уступает место более трезвому и взвешенному отношению к ним, поскольку еще недостаточно действенны механизмы реализации правовых норм. Здесь уместно будет высказывание видного американского советолога К.Поппера, который отмечал, что "воплотить в жизнь хорошее законодательство, превратить его в высшую власть в стране еще сложнее, чем его создать. Особенно трудна эта задача для России, которая на бумаге уже имела хорошие за­коны, оставшиеся, к несчастью, бессильными и неиспользуемыми"[16]. Так, согласно статистических данных только по составам административных правонарушений за 1996 год, из введенных в КоАП правовых норм, действующими оказались только некоторые из них: ответственность за продажу по­дакцизных товаров без маркировки, самовольное подключение к сетям электросвязи и т.п., а 11 новых статей КоАП были признаны совершенно "не работающими".

Итак, механизм действия права и социальная эффективность права тесно связаны с социаль­ной обусловленностью правовых норм. На поведение людей оказывают влияние не только нормы права, но и весь комплекс существующих в обществе социальных проблем. Социальный аспект влияния социальных факторов на механизм дейс­твия нормы права предусматривает выявление тех сил, которые поддержи­вают или выступают против нормативного акта, анализ структуры права, его институтов и норм в функционировании и развитии, в единстве фор­мальных и неформальных сторон, с последующим выявлением как позитивных форм взаимодействия правовых норм и социальных регуляторов, требующих законодательной поддержки, так и существующих несогласованностей и противоречий между ними. В социологическом измерении исследование дан­ной проблематики в большей степени связано с процессом до и после принятия правовой нормы, тогда как анализ этапа непосредственного созда­ния законопроекта характерен для социологической юриспруденции. Социологический подход в правоприменительной деятельности пре­дусматривает как выявление социальных факторов, оказывающих влияние на качество и эффективность правоприменения, так и исследование самой правоприменительной деятельности, во многом определяющей эффективность правовой нормы. В исследовании социальной эффективности права необходимо изу­чать не просто степень достижения обозначенных целей, а целей социаль­но обусловленных, социально значимых, полезных для общества.  Настоятельной потребностью существующей практики предстает раз­работка специальной социологической теории познания права, предметом изучения которой стало бы исследование специфики закономерностей и ме­ханизмов правового познания.

[1] Сазонов Б.И. Социальные, организационные и правовые основы ме­ханизма действия права//Государство и право. 1993. № 1. С. 25.

[2] Ротарь В. Совесть и выбор// Знание – сила. 1991.  № 4. C. 74.

[3] Михайловская Инга. Концепция прав человека и их значение для посткоммунистической России//Российский Бюллетень по правам человека. 1997. Вып. 9. С. 17.

[4] Малько А.В. Правовое стимулирование: проблемы теории и практи­ки//Правоведение. 1994. № 3. С. 14.

[5] Рабочая книга социолога. М., 1983. С. 83; Основания уголов­но-правового запрета. М., 1982. С. 121.

[6] Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии. М., 1996. С. 228–229.

[7] Фролов С.С. Социология: Учебник. М., 1996. С. 348.

[8] Американская социология. М., 1972. С. 372.

[9] Гилинский Я.И. Четвертый семинар по социологии преступности//Государство и право. 1990. № 10.  С. 149.

[10] Независимая газета. 1992.  21 января.

[11] Сазонов Б.И. Социальные, организационные и правовые основы ме­ханизма действия права//Государство и право. 1993. № 1. С. 31–32.

[12] Лапаева В.В. Конкретно-социологические. С. 78.

[13] Лапаева В.В. Конкретно-социологические. С. 53.

1 Яковлев А.М. Теория криминологии и социальная практика. М., 1985. С. 131

[14] Пономарев П.Г. Социальные и правовые проблемы противодействия преступности в России//Духовность. Нравственность. Преступность. М., 1996. С. 32.

[15] Сабо Имре. Основы теории права. М., 1974. С. 290.

[16] Поппер К. Открытое общество и его враги. М., 1992. С. 10.

 

 

 

 

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!