Социальные процессы в древних цивилизациях

15 Авг 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Содержание
1.Особенности социальной структуры в восточном и античном обществе.
а). Социальная структура восточных обществ.
б). Социальная структура Греции и Рима.
2.Сословия, классы, касты.
а). Проблема определения классов на Востоке и в античном обществе.
б). Касты и варны в Индии.
3.Особенности труда, образа жизни, обычаев людей в восточном и античном обществах.
а). Индия и Китай.
б). Египет.
в). Античный мир.
Список литературы.

1. Особенности социальной структуры в восточном и античном обществе.

Цивилизации древнего мира имеют целый ряд общих черт. Этот этап развития человечества существенно отличается от последующих эпох. Однако уже тогда выделяются два больших региона - Восток и Запад, в которых начинают складываться цивилизационные особенности, определившие их различную судьбу и в древности, и в эпоху средневековья, и в новое время (10, С. 23).
На Востоке переход от первобытности к цивилизации сопровождался развитием ирригационного земледелия. Создание, ирригационных систем требовало организации коллективного труда большого числа людей, усилий всей страны в целом. Сложно было и поддерживать в порядке систему каналов. Все эти работы невозможно было осуществить без жесткой организации, без сильной централизованной власти. В результате во всех древних восточных цивилизациях сложилась особая форма государства — деспотия (2, С. 211).
В разных цивилизациях она могла иметь некоторые различия, но суть ее была единой: во главе государства стоял правитель, обладавший всей полнотой власти и считавшийся собственником всей земли. Такой тип власти реализовался за счет разветвленной административной системы, т. е. аппарата чиновников, который охватывал всю страну. Чиновники не только взимали налоги с населения, но и организовывали совместные сельскохозяйственные работы, строительство, следили за состоянием каналов, набирали рекрутов для военных походов, осуществляли суд.
Такое государственное устройство было очень долговечным и устойчивым: даже когда большие империи распадались на части, каждая из них воспроизводила деспотию в миниатюре.
Общество в древних цивилизациях в отличие от первобытности было неоднородным, в нем появились разные социальные прослойки. Это было связано, с одной стороны, с тем, что образовалось государство, которое требовало специального аппарата для управления. С другой стороны, в цивилизованном обществе усиливались профессиональные, функциональные различия (ремесло отделялось от земледелия, возникла торговля и т. д.), росло имущественное расслоение. Уже в древности стала складываться сложная структура общества, которая впоследствии становилась все более дифференцированной и разветвленной.
Общество в древних цивилизациях в отличие от первобытности было неоднородным, в нем появились разные социальные прослойки. Это было связано, с одной стороны, с тем, что образовалось государство, которое требовало специального аппарата для управления. С другой стороны, в цивилизованном обществе усиливались профессиональные, функциональные различия (ремесло отделялось от земледелия, возникла торговля и т. д.), росло имущественное расслоение. Уже в древности стала складываться сложная структура общества, которая впоследствии становилась все более дифференцированной и разветвленной.
Особенностью восточных обществ была их строгая иерархичность: Каждый социальный слой занимал свое четко определенное место и отличался от других своей социальной значимостью, а также обязанностями, правами и привилегиями. Одежда зависит от ранга, а потребление богатств - от размеров вознаграждения, соответствующего рангу знатности. Как бы мудр и благороден ни был человек, он не осмеливается носить одежду, не соответствующую его рангу; как бы ни был он богат, он не решается воспользоваться благами, не предусмотренными его вознаграждением (6, I, С. 307).
Поэтому общество в древних цивилизациях часто изображают в виде пирамиды. На вершине ее стоит царь, далее идет высший слой знати, состоящий из жрецов, родовой и военной аристократии. Это были самые привилегированные слои в обществе. Представители знати занимали высокие государственные посты, в их распоряжении были огромные земли. Эти земли могли быть отняты у общин, а чаще всего они дарились царем или завоевывались во время войн.
Во всех древних восточных цивилизациях сложилась особая форма государства - деспотия. Такое государственное устройство было очень долговечным и устойчивым: даже когда большие империи распадались на части, каждая из них воспроизводила деспотию в миниатюре. Цари занимали совершенно исключительное положение в деспотическом государстве. Царь считался, по крайней мере, формально, единственным собственником всех земель, во время войн стоял во главе армии, был высшей инстанцией в суде, к нему стекались налоги, он организовывал ирригационные работы, являлся верховным жрецом, посвященным во все таинства. Стабильность деспотий поддерживалась и за счет веры в божественность царя. В Египте, например, фараон именовался не только Владыкой Обеих Земель, то есть Южного и Северного Египта, но и живым воплощением бога Хора, владыки небес (6, I, С. 309). Впоследствии фараон был наделен «солнечным именем» — он стал богом Ра. Дворец его считался храмом. Его имя запрещалось произносить, ибо оно, как считали, обладало особой магической силой, которую нельзя расходовать впустую.
В Китае императора называли Сыном Неба, верховного божества. В древнейшей индийской религиозной книге Веды было написано, что царь создан из частиц тела разных богов, «и поэтому он блеском превосходит все созданные существа... Подобно солнцу, он жжет глаза и сердце, и никто на земле не может смотреть на него. По своему могуществу он есть огонь и ветер, он — солнце и луна, он — владыка правосудия...» (1, С. 133).
Все эти пышные титулы были не просто цветистыми метафорами, с помощью которых царь возвеличивался над своими подданными. Не в переносном, а в прямом смысле для древних людей царь был богом в человеческом образе. Высокое положение в обществе занимал и многочисленный аппарат чиновников, поэтому ученость приносила большие практические выгоды.
Особую прослойку составляли купцы, которых поддерживало государство, заинтересованное в поставке иноземных и редких товаров. Благодаря купцам осуществлялась экономическая связь, пока еще очень слабая, между отдельными районами.
Особую категорию населения составляли воины. Находясь на службе в постоянной армии, они получали снабжение от государства. После удачных походов устраивалась раздача земель, рабов, кроме того, воины жили за счет разграбления захваченных земель. В мирное время их часто привлекали к тяжелым работам: например, в Египте воины трудились на каменоломнях.
Довольно многочисленны были ремесленники, большей частью они жили в городах, но были и ремесленники (очевидно, зависимые), которые работали в мастерских, принадлежащих храмам, царю или знати, под плетью надсмотрщиков. Основную часть общества составляли свободные общинники-крестьяне. Сельская община и в древних цивилизациях, и в эпоху средневековья, вплоть до индустриальной; революции, была основной производственной ячейкой. Она уходит корнями в далекое прошлое, в эпоху первобытности, когда люди группировались сначала в родовые, а потом в соседские общины. На основе первобытной соседской общины и сформировалась община сельская. Впрочем, в ней могли сохраняться и семейные, родственные связи.
Основной хозяйственной единицей в общине была большая патриархальная семья, которая имела свой дом, имущество, иногда рабов, приусадебный участок. От общины она получала надел земли и пользовалась урожаем с него, но такие наделы считались собственностью всей общины.
Все члены общины были связаны круговой порукой: это означало и взаимопомощь, и ответственность за совершенные кем-либо из ее членов преступления. Община, например, должна была компенсировать убытки от воровства, платить штрафы за провинившихся, если они сами не могли этого сделать.
Несмотря на достаточно тяжелые повинности, принадлежность к общине была привилегией: свободные общинники обладали гораздо большими правами, чем те, кто лишился земли. Образ жизни общины имел свои особенности: она была замкнута экономически, т. е. жила натуральным хозяйством, сама производила все необходимое для своего существования. Государство вмешивалось в ее жизнь в основном когда нужно было собирать налоги или вести войну. Такая обособленность общины подкреплялась правом самоуправления. Спорные вопросы решались на собраниях общинников. Даже в отношении религии община была вполне самостоятельна: почти в каждой местности были свои особые божества и культы. Человек в общине чувствовал себя прежде всего частью коллектива, а не отдельной личностью, которая может сама, независимо от других, строить свою жизнь. И поэтому изгнание из общины рассматривалось как суровое наказание.
Существование общины было построено на традиционности, неукоснительном соблюдении древних, тысячелетиями не менявшихся обычаев. Во многом это объяснялось тем, что малейшее отступление от опыта, выработанного предшествующими поколениями, грозило большими потерями для хозяйства и даже гибелью. В результате жизнь общины, и хозяйственная, и духовная, была очень консервативной.
Однако не все крестьянство принадлежало к общинам; многие лишались своих наделов, так как в общине шел, хотя и очень медленно, процесс имущественного расслоения. Оказавшиеся вне общины крестьяне, как правило, работали на землях, находившихся во владении храмов, знати или самого паря. Они тоже получали надел, но уже на других основаниях, как бы в аренду; при этом они не только должны были платить оброк, но и не имели права уйти со своих участков.
В древних восточных цивилизациях существовало рабство (3, С. 68). Рабы, как правило, входили в состав большой патриархальной семьи, поэтому такой вид рабства принято называть домашним. Труд рабов использовался также на землях и в мастерских, принадлежавших знати, в дворцовых и храмовых хозяйствах, на рудниках и строительстве.
Однако классическими странами рабства стали не страны древнего Востока, средиземноморские государства – Греция и Рим. Тем не менее, структура античных обществ была несколько иной, имела свою специфику. Рассмотрим кратко социальную структуру греческого общества.
Особенностью греческой общины являлось то, что это была община-полис, включающая в себя не только сельское население (как на Востоке), но и городское. Членом общины можно было стать при двух условиях: если человек являлся греком по национальности, если он был свободным и владел частной собственностью. Все члены общины — свободные собственники — обладали политическими правами (хотя и не всегда равными), которые позволяли им принимать участие в государственной деятельности. Поэтому греческий полис называют гражданской общиной. Государство в Греции существовало не над общиной (как это было на Востоке), оно вырастало из общины; точнее, сама община превращалась в маленькое государство, со своими законами, органами власти и системой управления. Члены общины, горожане и земледельцы, не знавшие проблемы отчуждения от государства, сплачивались в единый, достаточно замкнутый коллектив, составлявший экономическое, политическое и идейное целое (3, С. 79).
Полис (т. е. коллектив граждан) имел право верховной собственности на землю. Кроме частных участков земли он распоряжался также неподеленной, свободной землей, и это укрепляло позиции полиса как политического образования.
Воспринимая себя как самостоятельное государство, полис жил в соответствии с идеей автаркии. В полисе создавалась особая система идеалов: свободные граждане верили, что благополучие каждого из них зависит прежде всего от их родного полиса, вне которого существовать невозможно. С другой стороны, процветание полиса во многом зависело от его граждан, от того, сколько среди них будет ярких, талантливых и благородных людей.
Сила и самостоятельность общин-полисов во многом объяснялась тем, что в Греции не было условий для появления больших царских и храмовых хозяйств, хотя монархическая форма правления внутри полисов какое-то время существовала. В глубокой древности во главе полисов стоял царь — басилевс и родовая знать, ущемлявшие права демоса (народа), к которому относились все незнатные свободные крестьяне и ремесленники.
Борьбу с аристократией вело мелкое крестьянство, перед которым часто вставала угроза лишиться своей земли и превратиться в арендаторов на собственных участках. У аристократии был и другой противник — довольно большой слой незнатных горожан, разбогатевших благодаря торговле и ремеслу и желавших получить привилегии знати.
Таким образом, демократия, эта уникальная черта древнегреческой цивилизации, родилась далеко не сразу и не без борьбы, не во всех полисах она достигла расцвета. Но важно, что сама структура полиса-общины создавала возможности (иногда остававшиеся нереализованными) для утверждения демократических принципов.
Среди населения полисов привилегированное положение занимали его граждане. Другие свободные люди, не являвшиеся гражданами полиса, считались неполноправными. К ним относились, прежде всего, зависимые крестьяне, потерявшие право собственности на свои участки земли, и иноземцы (метеки). Число иноземцев росло по мере того, как Греция завоевывала все новые колонии. Многие метеки были богатыми, но, тем не менее, им, как правило, запрещалось покупать землю, а это, естественно, закрывало доступ к управлению полисом.
На низшей ступени социальной лестницы стояли рабы. В Греции, как и в Риме, рабство отличалось от домашнего рабства на Востоке особой жесткостью и определенностью. (Исключение составляла Спарта, где рабы-илоты сохраняли некоторую самостоятельность.) Долговое рабство соплеменников было изжито довольно быстро; рабами становились только военнопленные, и, возможно, поэтому, как предполагают историки, граница, отделяющая раба от свободного, была такой отчетливой.

2. Сословия, классы, касты.

Прочность общины в древних цивилизациях, обусловленная духом коллективности, явившимся результатом хозяйственной необходимости, привела к тому, что на принципах коллективизма было построено все общество: личностное начало было развито слабо. Это способствовало жесткому сословному делению древневосточных обществ, что крайне затрудняло формирование классовой структуры.
Богатые и бедные члены общины чувствовали себя принадлежащими к одной общности, одному сословию. Лишенные собственности работники царских и храмовых хозяйств также причисляли себя к одной категории людей, хотя их имущественное положение могло различаться еще сильнее (2, С. 252).
Марксистский тезис о том, что государство возникло на основе разделения общества на классы, современной наукой отвергнут. Этот тезис может быть принят во внимание только применительно к античной Европе, да и то с оговорками. Как известно, античный город-государство (полис) возник в результате того, что общество раскололось на полноправных граждан и всех остальных, включая полностью бесправных рабов, причем именно для удержания в повиновении этих остальных (хотя далеко не только для этого) возник гражданский полис, то есть ранняя форма государства. Однако следует напомнить, что это отнюдь не было первое государство в античном мире; ему предшествовали иные типы протогосударств, хорошо известные, в частности, из гомеровского эпоса, не говоря уже о мифологии. Цари типа Одиссея, Эдипа или основных героев троянской войны не имели никакого отношения к более поздним полисам, но были уже правителями государств — тех самых, где не было никаких антагонистических классов (7, С. 573). Значит, первые государства возникли не на основе разделения общества на антагонистические классы. Они складывались иначе. Наиболее ранние типы социальных связей в первичных протогосударствах сводились к двум системам: этногенной социальной и этнически гетерогенной правовой. В основе этих связей лежал привычный для первобытной общины реципрокный взаимообмен, расширенный теперь до уровня обмена общественно полезной деятельностью: производители, администраторы, воины, жрецы, даже рабы-слуги — все вносили свой вклад в обеспечение нормального и стабильного существования усложнившегося общества с разделением труда и социальных функций. Взимание ренты-налога, реализация трудовых повинностей и редистрибуция избыточного продукта среди тех слоев населения, которые не были заняты в сфере производства пищи,— вот те основные социально-экономические функции, которые выпадали в этой структуре на долю государства, представленного аппаратом власти в самом широком смысле этого слова (администраторы, жрецы, воины, а также ремесленники и рабы-слуги, обслуживавшие, в первую очередь, потребности именно аппарата власти).
Применительно к ранним обществам и протогосударствам, построенным на подобной основе, можно говорить, о взаимовыгодном обмене деятельностью, жизненно необходимом для выживания и стабильного существования усложнившейся по сравнению с первобытностью структуры. Но в то же время здесь есть и социальное неравенство, и имущественные привилегии высших (правда, их пока можно считать эквивалентом неравенства труда, формой компенсации за более высокое качество труда), и политическо-правовое неравенство статусов. Иными словами, заложены существенные основы для трансформации структуры. Заметная трансформация начинается с процессом приватизации и ростом престижного потребления верхов. Индивидуальное обогащение власть имущих и стремление ко все большему обогащению, в новых условиях сравнительно легко реализуемое с помощью рынка, товарно-денежных связей и прочих аксессуаров частнособственнической формы ведения хозяйства, резко меняет привычную картину. Усиливается имущественный разрыв между производящими низами и управляющими верхами, а присвоение последними все большей доли увеличивающегося объема избыточного продукта теперь уже очевидно превышает справедливые нормы компенсации за качество труда в системе взаимовыгодного обмена деятельностью. Возникает хорошо известный специалистам феномен неэквивалентного обмена (2, С. 253). Проще говоря, производители вносят в казну много больше, чем получают от государства (в виде защиты от внешних вторжений, организации управления, создания системы духовного комфорта и т. п.), причем эта разница как раз и является свидетельством эксплуатации правящими верхами, организованными в государство, производителей, обязанных налогами и повинностями, прежде всего общинных крестьян. Рента-налог, значительная ее часть, становится материальным проявлением этой эксплуатации, а в ряде случаев (должностные наделы чиновников, жрецов, воинов, аристократов) трансформация отношений становится и весьма наглядной: хозяин пожалованных ему земель живет за счет налогов и повинностей населения. Стоит специально обратить внимание на то, что все описанное — не частнособственническая эксплуатация, ибо все связи здесь по-прежнему опосредуются отношениями централизованной редистрибуции. Однако отсутствие частнособственнических отношений в описываемой сфере никак не меняет того, что в ней уже налицо использование труда одних для привилегированного и даже роскошного существования других, т. е. для эксплуатации одних другими.

Страниц: 1 2
Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!