Система руководства культурой в России в 20-е годы XX века

14 Сен 2014 | Автор: | Комментариев нет »

С окончанием гражданской войны внимание большевистской партии к делам культуры усилилось. Это связано с тем, что куль­тура рассматривалась как сфера идеологической борьбы, значе­ние которой в годы нэпа возросло. Расширилась и усложнилась деятельность Агитпропа. Помимо него, при ЦК работали посто­янные комиссии практически по всем отраслям культуры: анти­религиозная, по самообразованию, библиотечная, клубная, школьная, художественная, радиокомиссия и кинокомиссия.

Партийная политика в области культуры была предметом ост­рых разногласий среди деятелей "культурного фронта". Обозна­чились две линии - "неистовые ревнители" и умеренные. Первые выступали за последовательное проведение классового размеже­вания в литературе и искусстве и исключали временные компро­миссы с нейтральной интеллигенцией. Они группировались вок­руг журнала "На посту". Вторые, к которым принадлежало руко­водство Наркомпроса, были сторонниками так называемой ле­нинской линии, провозглашавшей политику привлечения на сто­рону советской власти колеблющейся интеллигенции и невмеша­тельства в художественную жизнь.

Методы руководства культурой стали более демократичными, чем в годы войны. Часто проводились диспуты, дискуссии, сове­щания, обсуждения в печати. Так , в 1924-1925 гг. прошли пуб­личные диспуты с участием руководителей партии о судьбах со­временной интеллигенции. На совещании в 1924 г. в ЦК, где при­сутствовали писатели, журналисты, критики, обсуждались воп­росы литературной политики партии. В 1927 г. в ЦК прошло совещание по театральной политике, в 1928 г. - по вопросам ки­но. Но широко применялись и репрессивные меры - от админист­ративного закрытия журналов до внесудебной высылки большой группы интеллигенции за границу в 1922 г.

С образованием СССР в 1922 г. встала проблема координации руководства культурой во всесоюзном масштабе. Эта функция была возложена на совещания наркомов просвещения республик. Вопрос о создании общесоюзного наркомата просвещения об­суждался, но его решение упиралось в необходимость изменения конституций республик. Поэтому централизация руководства культурой пошла по иному пути. С середины 20-х годов от Нар­компроса РСФСР начали отпочковываться органы управления отдельными отраслями культуры, которые получали статус об­щесоюзных. Сфера компетенции Наркомпроса постепенно сужа­лась до руководства школами.

С приходом большевиков к власти коренным образом измени­лось отношение государства к религии и религиозным организа­циям. 2 ноября 1917 г. "Декларация прав народов России" провоз­гласила исключение церкви из сфер гражданской и государствен­ной жизни и отмену всех религиозных привилегий и ограниче­ний. По сравнению с законом "О свободе совести", принятым Временным правительством 14 июля того же года, декларация провозглашала право граждан вести не только религиозную, но и антирелигиозную пропаганду. При демократическом строе эти меры могли бы обеспечить действительную свободу совести и равноправие различных конфессий, но при однопартийном ре­жиме партийная политика по отношению к религии стала госу­дарственной. Главной задачей большевистской программы в ре­лигиозном вопросе было содействовать "освобождению масс от религиозных предрассудков". Религиозность считалась несовмес­тимой с пребыванием в рядах большевистской партии.

Помимо духовного влияния на людей, другим камнем пре­ткновения в отношении государства к религии был вопрос о цер­ковной собственности. 23 января 1918 г. был издан декрет СНК "Об отделении церкви от государства и школы от церкви", по ко­торому церковь и любые религиозные организации лишались права выступать в качестве юридического лица и владеть соб­ственностью. В годы гражданской войны началось изъятие цер­ковных ценностей, принявшее массовый характер в 1921-1923 гг., во время кампании помощи голодающим. Для борьбы с "религиозными предрассудками" изымались не только матери­альные ценности, но и святые мощи, хранимые и чтимые церко­вью. Эта акция проходила на основании специального постанов­ления СНК 1920 г. "О ликвидации мощей во Всероссийском мас­штабе". Впоследствии, в 40-е, а затем в 80-е годы, государство вернуло церкви мощи, тем самым признав незаконность их изъя­тия.

С окончанием гражданской войны стало ясно, что построить

новое общество штурмом невозможно. Церковь по-прежнему сохраняла большое влияние на людей, и отношения с ней надо было строить на долговременной основе. Но послабления в от­ношении церкви продолжались недолго. В конце 20-х годов нача­лась новая война с религией.

В соответствии с марксистской доктриной интеллигенция рас­сматривалась лидерами большевистской партии как социальная группа работников умственного труда, занимавшая промежуточ­ное положение между пролетариатом и буржуазией, не имевшая собственной идеологии. Поэтому считалось, что часть интелли­генции, наиболее близкой пролетариату по материальному по­ложению, могла переходить на позиции этого класса и стано­виться его союзницей. Однако большая часть интеллигенции, по мнению марксистских теоретиков, выражала интересы господ­ствующего класса и оказывалась в стане врагов советской власти. Таким образом, политика по отношению к интеллигенции строилась на принципе дифференцированного подхода к этой социальной группе: подавлять контрреволюционные выступле­ния и поддерживать лояльных.

После прихода к власти большевистская партия испытывала большую нужду в образованных кадрах для создания государ­ственного аппарата, налаживания управления экономикой, фор­мирования новой армии. Была провозглашена политика привле­чения интеллигенции к сотрудничеству с советской властью с последующим перевоспитанием ее в духе пролетарской идеоло­гии или же заменой на новые кадры специалистов, выходцев из рабочей среды.

Но на практике, особенно в годы гражданской войны, караю­щий меч революции часто не разбирал правых и виноватых. Ши­роко проводились аресты интеллигенции, в профилактических целях, как потенциальных идейных противников. "Аресты про­водятся крайне обильно и столь же нелепо", - возмущался М.Горький в письме тогдашнему председателю Петросовета Г.Зиновьеву. Вопрос об арестах ученых приобрел летом 1919 г. такую остроту, что его вынесли на обсуждение политбюро ЦК большевистской партии, списки арестованных были пересмотре­ны и некоторых освободили. Но волна арестов не схлынула. Реп­рессии по отношению к интеллигенции стали одной из причин ее эмиграции.

Окончание войны создало новые условия для налаживания взаимоотношений власти с интеллигенцией. С одной стороны, переход к нэпу был воспринят частью интеллигенции как начало эволюции советской власти в направлении к демократии. Идей­ное течение, которое оформило и обосновало поворот интелли­генции к сотрудничеству с советской властью, получило название "сменовеховства"2. С другой стороны, власть, нуждавшаяся в ин­теллектуальных силах и стремившаяся расширить свою соци­альную опору в непролетарских массах, была готова пойти на определенные компромиссы. Было разрешено издание ряда жур­налов несоветского направления, в том числе сменовеховских. Проводились диспуты на религиозные темы, дискуссии по про­блемам интеллигенции. Партийные решения от 18 июня 1925 г. о политике партии в области художественной литературы и от 18 сентября того же года о работе специалистов способствовали налаживанию взаимоотношений с интеллигенцией. Первая резо­люция провозгласила свободное соревнование различных группировок в литературе и искусстве. Второе постановление уста­навливало меры по улучшению условий работы и быта специали­стов (налоговые льготы, льготы по приему детей специалистов в учебные заведения) и осуждало спецеедство.

Однако классовый политизированный подход продолжал оста­ваться главным принципом партийной политики по отношению к интеллигенции. Н.И.Бухарин на одной из дискуссий выразил его достаточно красноречиво: "Нам необходимо, чтобы кадры интел­лигенции были натренированы идеологически на определенный манер. Да, Мы будем штамповать интеллигентов, будем выраба­тывать их, как на фабрике"3. По сути советская власть не нужда­лась в интеллигенции как выразительнице общественных настро­ений, мозге нации, ей нужны были "красные спецы", послушные профессионалы.

В целом политика по отношению к интеллигенции в 20-е годы была противоречивой. Наряду с Попытками установить диалог с интеллигенцией власть продолжала репрессии. В 1922 г. большая группа ученых, писателей, публицистов была внесудебным ре­шением выслана из Советской России. Среди них были такие вы­дающиеся мыслители,    как Н.А-Бердяев, П.А-Сорокин, С.Л.Франк, Н.О.Лосский, С.Н.Булгаков. Эта акция вошла в исто­рию под названием "философский пароход". Власть избавлялась от интеллектуальных оппонентов, не останавливаясь перед неза­конными действиями. Если учесть последующее развитие собы­тий, то для вынужденных эмигрантов разлука с родиной дала возможность выжить и продолжить профессиональную работу. В 1924 г. постановлением ВЦИК ОГПУ получило особые права заключать в лагеря и ссылать лиц, представлявших опасность для политического режима.

 

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!