Рост рабовладения. Источники рабства Древнего Рима

23 Авг 2016 | Автор: | Комментариев нет »

Сельское хозяйство и ремесла с конца III в. развивались на базе рабовладельческого способа производства. Рабовладение су­ществовало с самого начала истории Рима, но ведущим рабовла­дельческий способ производства в Италии становится не ранее та- рентинской и пунических войн

Превращение Рима в мировую державу сопровождалось захва­том не только денег, золота, серебра, меди и дорогих вещей, но и огромного количества рабочей силы — рабов. После взятия Та­рента, например, было продано в рабство сразу 30 тыс. человек, в войне с македонским царем Персеем в 157 г. захвачено тоже 30 тыс. человек. Тиберий Семпроний Гракх, отец римских трибу­нов братьев Гракхов, в 177 г. в Сардинии обратил в рабство

более 80 тыс. «Тогда, — замечает Ливий,— так много продавалось рабов и они были так дешевы, что слово «сардинец» сделалось си­нонимом вообще дешевого товара» (sardi venales, alus alio nequior). Еще более жестоким было порабощение 150 тыс. эпир­цев в 167 г. В 177 г. было захвачено 5 тыс. иллирийцев. Охота за рабами была одним из стимулов военных экспедиций и нале­тов римских полководцев. В 171 г. консул Гай Кассий Лонгин (С. Cassius Longinus) даже был обвинен в набеге на альпийские народ­ности с целью захвата рабов.

Особенно много рабов дала третья Пуническая война. По сви­детельству Аппиана, Сципион Эмилиан вывез из Карфагена 60 тыс. рабов, большая часть которых была продана в самом Риме. Косвенным доказательством многочисленности рабов в Римской республике во II в. служат наличие большого числа воль­ноотпущенников и их роль в социально-экономической и полити­ческой жизни Рима. Между прочим, из вольноотпущенников вы­шел народный трибун Габиний (vemae nepos), введший в 139 г. тай­ное голосование, Публий Фурий и др. Во время суда раздражен­ный Сципион заявил: «Как могут меня смущать крики людей, подобных вам, для которых Италия является мачехой, которых я недавно привел сюда как пленных?». В следующие столетия с ростом римского империализма захваты еще более участились и соответственно увеличилось число рабов.

Война была одним из основных источников приобретения ра­бов, но не единственным. Наряду с войной первостепенное место в системе античной экономики занимало пиратство. После раз­грома морских держав, Карфагена и эллинистических государств, своим флотом задерживавших распространение пиратства, оно приняло громадные, дотоле неслыханные размеры. Захватываемые пиратами рабы доставлялись на невольничьи рынки, главный из которых в римское время находился на острове Делосе.

Во II и I вв. Римской республики рабовладение приняло весь­ма широкие размеры, большие, чем в каком-либо другом государ­стве античного мира. Рабский труд применялся в мастерских, в сельском хозяйстве, рудниках, общественных работах и в домах частных лиц — домашние слуги, повара, актеры, музыканты, пе­дагоги и т. д. К сожалению, за отсутствием статистических дан­ных общая цифра рабского населения в Италии в конце Респуб­лики не может быть установлена. Несомненно одно, что больше всего рабов было в Южной Италии и Сицилии, очагах рабских революций. Напротив, в северных частях Италии дольше сохра­нялись свободные землевладельцы и рабское население не было так велико, как на юге.

Основным источником рабства в древности всегда была война. Но в Риме благодаря особенностям его истории война как источник общего вос­производства рабов играла большую роль, чем на Востоке и в Греции.

Вторым источником рабства была за­долженность. Правда, по отношению к римским гражданам долговое рабство было фактически уничтожено законом Пе- телия и Папирия. Но в провинциях дело об­стояло иначе: провинциалы не имели пра­ва гражданства, и римские ростовщики массами продавали их в рабство за долги. Во время подготовки к борьбе с кимврами и тевтонами (около 105 г.) Марий получил от сената право приглашать себе на по­мощь союзников из числа окраинных го­сударств. С такой просьбой Марий обра­тился к царю Вифинии Никомеду. Тот отве­тил, что большинство вифинцев, уведенных римскими откупщиками, томятся в рабстве в провинциях. Вероятно, Никомед несколь­ко сгустил краски, но, как бы там ни было, сенат вынес постановление, чтобы никто из свободнорожденных союзников не нахо­дился в рабстве. На основании этого поста­новления сицилийский претор в течение нескольких дней освободил более 800 че­ловек. Этот факт, сообщаемый Диодором (фрагменты XXXVI книги), ярко иллюстри­рует положение вещей на римской пери­ферии в конце II в.

Третьим источником пополнения мас­сы рабов являлось пиратство, которое в римскую эпоху достигло неслыханных размеров. В три последних века Респуб­лики на малонаселенных побережьях вос­точной половины Средиземного моря — Иллирии, Киликии, на Кипре — пираты со­здали целые государства с крепостями и флотом. Случалось, что из-за пиратов приостанавливалась морская торговля, а в Риме хлеб сильно поднимался в цене вследствие невозможности подвезти его из провинций. Дерзость пиратов доводила до того, что они нападали на побережья Италии и Сицилии.

Римское правительство вело с пирата­ми упорную борьбу. Мы уже говорили о войнах в Иллирии. Помпей в 67 г. получил диктаторскую власть над районом Среди­земного моря и его побережьем для ликви­дации пиратских гнезд. С пиратами боро­лись Цезарь и Октавиан. На некоторое вре­мя военные меры давали результат, но, пока существовала рабовладельческая си­стема, полностью уничтожить пиратство было невозможно. С одной стороны, значи­тельная часть пиратов состояла из беглых рабов. Не случайно после подавления крупных восстаний рабов пиратство усили­валось в огромной степени. С другой сто-

роны, сама рабовладельческая система частью питалась морским разбоем, так как пираты являлись крупными поставщиками живого товара на невольничьих рынках. Морские разбои были весьма выгодным занятием, и немало богатых людей Средиземноморья вкладывало свои день­ги в пиратские предприятия. Таким обра­зом, пиратство являлось органической ча­стью рабовладельческого строя и полно­стью ликвидировать его было невозможно. К этому нужно добавить, что в эпоху граж­данских войн пираты как организованная сила часто использовались воюющими сторонами.

Четвертым источником рабства явля­лось естественное воспроизводство рабов. Сын рабыни становился рабом, и каждому господину было выгодно, чтобы у его ра­бынь рождалось как можно больше детей. Такие рабы, родившиеся и выросшие в до­ме (vernae), ценились рабовладельцами, так как они считались более послушными. Поэтому господа принимали различные меры для поощрения рождаемости у ра­бынь, например освобождение от работ, отпуск на волю и т. п.

Однако решить таким путем проблему общего воспроизводства рабов было не­возможно, так как процент рождаемости у них в целом был невелик из-за сурового режима, отсутствия законной семьи, казар­менного образа жизни, нежелания рабов иметь детей и пр.

Римские рабовладельцы прибегали даже к организации специальных рабских питомников. Диодор (фрагмент XXXIV кни­ги) говорит о существовании таких питом­ников в Сицилии во II в. В них разводили рабов на продажу, и рабовладельцы пар­тиями покупали там нужную им рабочую силу.

Одним из моментов воспроизводства рабов было их обучение, повышение их квалификации. Выше мы говорили, каким образцовым рабовладельцем был Катон. Он занимался и обучением малолетних ра­бов, перепродавая их потом с выгодой. За­нимался обучением рабов и Красс, круп­ный римский богач первой половины I в.

Наряду с этими четырьмя основными источниками рабства было еще несколько второстепенных, не имевших большого значения. Так, свободного человека можно было продать в рабство в виде наказания за некоторые преступления, например за уклонение от военной службы. Отец мог три раза продать в рабство сына, и только после третьей продажи сын выходил из- под власти отца. Впрочем, в последние века Республики право отцов продавать детей фактически, по-видимому, сошло на нет.

Рабов приобретали обычно дву­мя способами: или получали непо­средственно из военной добычи, или покупали на рынке. Первый спо­соб практиковался в армии. Полко­водцы были почти бесконтрольными распорядителями военной добычей и имели полную возможность даром приобрести себе любое количество рабов. Но и рядовые воины могли кое-чем поживиться. Так, Цезарь часто дарил своим солдатам по од­ному рабу на человека.

Однако главным источником част­ного воспроизводства являлась по­купка рабов на рынке. Невольничьи рынки существовали во всех город­ских центрах Римской державы. В са­мом Риме рынок рабов находился возле храма Кастора. Наибольшей известностью пользовался невольни­чий рынок на Делосе, где, по словам Страбона (XIV 5, 2), иногда продава­лось до 10 тыс. рабов в день.

Рабы, которых выводили на ры­нок, выставлялись обнаженными, чтобы покупатель мог наглядно убе­диться в доброкачественности предлагаемого товара. Обычно они имели отличительные знаки: либо выкрашенные белой краской ноги, либо шерстяной колпак на голове. У военнопленных, выведенных на про­дажу, был на голове венок.

Продавец должен был осведом­лять покупателя о всех недостатках раба. Иногда на шее раба висела дощечка, на которой были указаны его племенное происхождение, воз­раст и т. п. Закон предусматривал, что если после продажи у раба об­наружатся скрытые недостатки, то сделка расторгалась.

Цены на рабов в Риме подверга­лись очень большим колебаниям. Неимоверно высокие цены, о кото­рых до римской эпохи и не подозре­вали, обусловливались развитием роскоши и непроизводительных расходов. За красивых танцовщиц выбрасывали огромные суммы. Сотни тысяч сестерций платили за актеров и представителей других высококвалифицированных про­фессий.

«Наивысшая до сего дня цена, — пишет Плиний 1, — за какую был

продан человек, рожденный в раб­стве, была, насколько мне известно, дана за грамматика Дафниса... 700 тыс. сестерций... В наше время эта цена была превзойдена, и при­том в значительной степени, акте­рами, которые покупали себе сво­боду на свои доходы, так как суще­ствует предание, что уже у наших предков актер Росций зарабатывал в год 500 тыс. сестерций» ’.

Резкие падения цен на рабов наблюдаются в периоды крупных завоеваний.

В I в., в период завоевания Пон- тийского царства, рабов продавали по 4 денария за голову, тогда как средняя рыночная цена на раба рав­нялась 300—500 денариям. Посмо­трим теперь, в каких отраслях хо­зяйства применялся рабский труд в Риме. На первом месте в этом отно­шении нужно поставить домашнее хозяйство. Причем необходимо подчеркнуть непроизводительный по преимуществу характер домаш­него рабского труда. Подавляющее большинство «городской фами­лии» 2 являлось полупаразитической группой, состоявшей из прислуги, челяди. В богатых и даже средних римских домах часть «фамилии», обслуживавшая непосредственно господскую семью, была непропор­ционально велика по сравнению с тем количеством рабов, которые работали в домашних мастерских или были отпущены на оброк. Бога­тый римский дом имел сотни рабов, начиная от привратников, скорохо­дов, судомоек, уборщиц и кончая парикмахерами, маникюршами, учителями, врачами, управляющи­ми. агентами для поручений и т. п.

По сравнению с домашними ра­бами рабы-ремесленники, ра­ботавшие на рынок, были сравни­тельно немногочисленны. Это были рабы, отпущенные на оброк своими господами или принадлежавшие собственникам мастерских. Вооб­ще удельный вес рабского труда в промышленности Италии был, по- видимому, невелик.

Широко применялся труд рабов в строительном деле: упомянутый

выше Красс имел больше 500 стро­ительных рабочих-рабов. То же са­мое нужно сказать о горном деле: в серебряных рудниках в Испании, около Нового Карфагена, работало до 40 тыс. рабов.

Рабы были заняты в качестве служащих в торговых домах, бан­кирских конторах, в компаниях от­купщиков (societates publicanorum) и других частных предприятиях.

Наконец, многочисленную кате­горию составляли в Риме го­сударственные рабы.

Одной из важнейших сфер при­менения рабского труда было сель­ское хозяйство Италии. Это вызыва­лось как аграрным характером страны, так и концентрацией зе­мельных владений начиная со II в. Крупное же сельское хозяйство со­здавало благоприятные условия для массового применения труда рабов. По этому вопросу у нас есть хоро­шие источники в виде агрономи­ческих сочинений Катона и Варрона, а также произведения писателя I в. н. э. Колумеллы. По этим источни­кам можно проследить развитие римского сельского хозяйства и эволюцию рабского труда на протя­жении почти трех столетий.

Катон указывает', каков был обычный состав рабов для обслужи­вания оливкового сада в 240 югеров (около 60 га): вилик (надсмотрщик над рабами, обычно сам из рабов), вилика (ключница, часто жена ви-лика), 5 работников, 3 пахаря, 1 погонщик ослов, 1 свинопас, 1 ов­чар — итого 13 человек. Для виноградника в 100 югеров Катон устанавливает такую норму: вилик, вилика, 10 работников, 1 пахарь, 1 погонщик ослов, 1 человек, кото­рый смотрит за ивняком, 1 свино­пас — итого 16 человек. Очевидно, виноградник был более трудоемким хозяйством, чем оливковый сад.

Эти нормы рабочей силы кажут­ся низкими. Но не нужно забывать, что Катон дает только перечни по­стоянных рабочих из рабов. Во вре­мя сбора и выжимки оливок и вино­града дополнительно нанималось некоторое количество свободных рабочих.

Нормы Катона относятся только к поместьям незернового характера Средней Италии. Крупные скотоводческие латифундии юга и зерно­вые хозяйства Сицилии требовали значительно большего количества рабов.

Катон сообщает интересные данные о продовольствии и одежде рабов. Вилик, вилика и овчар полу­чали меньше хлеба, чем рабы, заня­тые на тяжелой работе; зимой ра­бам полагалось меньше хлеба, чем летом. Вино для рабов Катон сове­тует изготовлять из выжимок. Из одежды он рекомендует давать ра­бам через год попеременно тунику и короткий плащ. Старую одежду следует отбирать, чтобы рабы дела­ли из нее лоскутные одеяла.

Катон дает массу советов по уходу за скотом и его лечению. Он указывает даже рецепт жертвы бо­гам за волов, чтобы они были здо­ровы. И рядом с этим расчетливый хозяин ни слова не говорит о том, как лечить больных рабов. В настав­лении вилику просто сказано:

«Рабам не должно быть плохо; пусть они не мерзнут и не голодают. Вилик неизменно должен держать их на работе; так легче удержит он их от воровства и проступков... Если он будет попустительствовать (ра­бам), хозяин не должен оставить это безнаказанным» 2.

Интересно в этом пункте срав­нить Катона с Колумеллой, писав­шем в I в. н. э., в период уже начав­шегося кризиса рабовладельчес­кого хозяйства. Оказывается, Колу- мелла больше заботится о здоровье рабов, чем Катон. Так, например, он дает советы, как устраивать поме­щение для рабов:

«Помещения для рабов, которые ходят на свободе, должны быть об­ращены на юг; для закованных, если их много, следует иметь эргастул 3 в подвальном помещении, как можно лучше устроенный в санитарном от­ношении, с большим количеством узких окон для света, расположен­ных на такой высоте, чтобы до них нельзя было достать рукой. Для ско­та делаются сараи, в которых он не будет страдать ни от холоду, ни от зноя; у рабочих волов должно быть два хлева — зимний и летний.,.»

Несмотря на это характерное со­поставление рабов со скотиной, Колумелла больше ценит здоровье раба, чем Катон, писавший в период рас­цвета рабовладельческой системы.

Юридическое и бытовое поло­жение частных рабов в Риме II—I вв. до н. э. было чрезвычайно тяже­лым К Это объясняется рядом при­чин: большим количеством рабов и их дешевизной, т. е. возможностью легко заменять старого или больно­го раба, концентрацией рабов в крупных поместьях и в домашнем хозяйстве, что вызывало необходи­мость держать их в постоянном страхе, и т. п. Римский раб стоял вне защиты закона по отношению к своему господину (убийство или увечье чужого раба преследовались в порядке гражданского права, как порча чужого имущества). Только совершенно исключительная жесто­кость могла вызвать в редких случа­ях вмешательство цензора или на­родного трибуна.

Раб был вещью, орудием произ­водства. Варрон пишет:

«Теперь я скажу, какими сред­ствами возделываются поля. Неко­торые разделяют эти средства на две группы: на людей и на орудия, без которых они не могут возделы­вать. Другие делят их на три части: орудия говорящие, орудия, издаю­щие нечленораздельные звуки2, и орудия немые. К говорящим отно­сятся рабы, к издающим нечлено­раздельные звуки — волы, к не­мым — телеги».

Раб, отпущенный на волю, ста­новился либертином (вольно­отпущенником). Отпуск на волю (manumissio) не разрывал полно­стью отношений зависимости, так как вольноотпущенник переходил в число клиентов своего бывшего господина (теперь патрона), прини­мая его родовое (а часто и личное) имя. Он обязан был иногда оста­ваться в доме господина, иногда платить ему оброк и т. п. Поэтому часто отпуск раба на волю, осо­бенно раба-ремесленника, заво­дившего свою мастерскую, был вы­годен рабовладельцу, тем более что обычно раб выкупал себя за деньги.

Вольноотпущенничество в Риме было развито очень сильно. Для крупных римских рабовладельцев при их широком образе жизни, не­производительных затратах капита­ла, спекуляциях, при невозможнос­ти сенаторам легально заниматься торговлей (по закону Клавдия) нуж­ны были кадры всякого рода дове­ренных людей, подставных лиц, агентов для поручений и т. п. Для этого лучше всего подходили ли- бертины. Вот почему всякий бога­тый человек в Риме имел десятки, а иногда и сотни клиентов из вольно­отпущенников. Не забудем также, что эти клиенты содействовали по­литическому влиянию своего патро­на. Вольноотпущенники пользова­лись в Риме если и не всеми, то многими политическими правами, хотя и должны были записываться только в 4 городские трибы.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!