Правовое регулирование обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы в российском законодательстве

15 Июл 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Вступление в силу Закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» – это очередной и важный этап в развитии отечественного законодательства. Данный закон затрагивает вопросы безопасности не только участников уголовного процесса, но и осужденных. В юридической литературе вопросы безопасности последних находятся на периферии внимания, хотя они не менее актуальны. Их решение предполагает изучение спектра нормативно-правовых актов, которые в той или иной степени касаются обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных. В научных кругах вопрос в таком ракурсе не ставился.

Ранее уже упоминалось о том, что к проблеме обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства в России обратились значительно недавно, хотя она существовала на протяжении многих лет. Современные национальные правовые доктрины рассматривают личность как высшую социальную ценность, а правовое обеспечение ее основных прав и свобод во всех сферах деятельности общества – в качестве одной из важнейших государственных задач. Ниже мы покажем, что нормы российского законодательства, касающиеся защиты участников уголовного процесса, долгое время (до принятия Закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства») носили преимущественно декларативный характер, так как процессуальный механизм их реализации практически не был разработан. Нельзя сказать, что его не было вообще, но тот, который был, явно не соответствовал предъявляемым к нему требованиям.

Так, в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ указывается на то, что российское законодательство не должно противоречить нормам международных договоров. Проведенный по теме исследования в рамках предыдущего параграфа анализ международных принципов и стандартов показал, что они в своем большинстве (не считая конвенций и договоров) изначально принимались как концептуальные документы, подытоживающие многолетнее сотрудничество государств в сфере борьбы с преступностью и обобщающие выработанные за это время идеи относительно обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства. На протяжении многих лет государства поэтапно приводят национальное законодательство в соответствие с международными стандартами, и Россия не является исключением. До настоящего времени национальное законодательство модернизируется в соответствии с международными нормативными правовыми актами.

В юридической литературе рассмотрение правовых основ защиты участников уголовного судопроизводства обычно построено на выявлении тех статей, которые в той или иной мере затрагивают вопросы безопасности. Выше отмечалось, что институт обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных предполагает урегулирование таких вопросов, как: а) субъект обеспечения безопасности; б) объект обеспечения безопасности; в) объект опасности; г) меры безопасности; д) основания и условия применения мер безопасности; е) процедуры применения мер безопасности; ж) ответственность. Следовательно, представляется оправданным обращать внимание на эти аспекты при анализе правовых основ защиты потерпевших и свидетелей из числа осужденных.

Нормы, составляющие правовую основу обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы, рассредоточены в различных законах и подзаконных нормативных актах. Анализ предмета данного параграфа был бы более системным, как нам представляется, если использовать классификацию нормативно-правовых актов, имеющихся в общей теории права. Так, ученые-теоретики классифицируют нормативные правовые акты по следующим основаниям:

1) по юридической силе[1];

2) в зависимости от пределов территориального действия[2];

2)          по степени значимости[3];

3)          в зависимости от времени (срока) действия[4];

4)          по сфере действия[5].

Приведенные виды систематизации актов позволяют выделить классификационные критерии и в нашем исследовании. Градацию правовых основ обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы мы предлагаем провести, принимая во внимание отраслевой признак законодательства и их юридическую силу.

1. Общие федеральные законы

1. Конституционные основы безопасности

В юридической литературе указывается, что если иметь в виду безопасность участников уголовного судопроизводства, то в Конституции РФ можно обнаружить не одну соответствующую норму. Такими нормами, по мнению исследователей, являются ст. 2, ч. 1 и ч. 2 ст. 15, ст. ст. 17, 18, 20, 21, 22, 23, 25, 35, 45, 46, 48, 52, 64[6]. Вместе с тем заметим, что нормы, составляющие этот перечень, характерны для статуса человека и гражданина в целом и не затрагивают специфику правового регулирования обеспечения безопасности свидетелей и потерпевших из числа осужденных к лишению свободы. Но поскольку Конституция является Основным, базовым законом России, в ней содержатся отправные нормы, которые развиваются в федеральных законах и иных нормативных документах.

В частности, Конституция РФ устанавливает лишь субъекта и объекта защиты. Согласно ст. 2 субъектом выступает государство в лице уполномоченных органов, а объектом защиты – человек, в нашем случае – осужденный. Ни перечень опасностей, ни меры безопасности Конституция РФ не содержит, следовательно, данные аспекты должны быть урегулированы на уровне федеральных законов.

Необходимо заметить, что главным достоинством Конституции Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. является то, что она в целом соответствует международным стандартам, которые основываются на принципах свободы, демократизации, признании прав человека и верховенства закона. Вместе с тем в Основном законе термин «право человека на безопасность» не встречается, оно лишь подразумевается, что следует из содержания других статей. Характерно, что при отсутствии декларирования права на безопасность законодатель закрепляет положение об ответственности должностных лиц в случае сокрытия ими фактов и обстоятельств, создающих угрозу для жизни и здоровья людей (ч. 3 ст. 41).

Отправной точкой разработки и принятия комплекса мер, направленных на обеспечение государственной защиты участников уголовного процесса, является положение ст. 2 Конституции РФ: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства». В гл. 1 и 2 Основного закона усматриваются положения, которые играют важную роль в деятельности ИУ. Так, ст. 15 Конституции РФ провозглашает, что должностные лица обязаны соблюдать требования Конституции РФ и законов РФ. В случае их коллизии Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории РФ. Однако при противоречии положений международных договоров нормам законов России применению подлежат правила международного договора.

Особый интерес представляет гл. 2 Конституции РФ, которая полностью посвящена правам и свободам человека и гражданина. Положения ст. ст. 45, 46 гарантируют государственную и судебную защиту прав и свобод человека и гражданина. При всем разнообразии интересов лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве, Основной закон редполагает равную для всех защиту прав, признаваемых и поддерживаемых уголовно-процессуальным правом[7]. Анализируя указанное положение Конституции РФ, А. М. Ларин справедливо заметил, что «право на защиту должно быть обеспечено обвиняемому, но не только оспаривающему обвинение, но и сотрудничающему с обвинителем, а также потерпевшему, свидетелям, которые должны быть надежно ограждены от угроз и насилия с целью повлиять на их показания или позицию, от мести и т. п.»[8].

Таким образом, государство принимает на себя обязанность защищать любого субъекта уголовно-процессуальных отношений, добросовестно выполняющего свой долг. Изложенное позволяет сделать вывод: потерпевшие и свидетели из числа осужденных к лишению свободы наравне со свободными гражданами подлежат защите со стороны государства и «вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом» (ч. 2 ст. 45 Конституции РФ), то есть данную категорию лиц необходимо рассматривать как единое звено правового положения личности в общественной системе.

Важным для правового статуса потерпевших является положение ст. 52 Конституции РФ, где указывается, что права потерпевших от преступлений охраняются законом, государство обязано обеспечить компенсацию причиненного вреда. В связи с этим уместно привести высказывание О. А. Зайцева о том, что в Основном законе РФ в отличие от в настоящее время утратившего силу Закона РСФСР «О собственности в РСФСР» от 24 декабря 1990 г. не предусматривается возможность быстрейшей компенсации жертвам преступлений имущественного вреда в случае неустановления виновного или его неплатежеспособности[9]. Мы согласны с мнением ученых о необходимости дальнейшего развития указанных положений Конституции РФ в отраслевом законодательстве, прежде всего в Уголовно-процессуальном кодексе РФ, где должны быть значительно расширены права потерпевшего[10].

  1. Уголовно-правовые основы безопасности

Уголовно-правовые нормы регулируют отношения, возникающие при совершении общественно опасных деяний. Уже само существование отрасли уголовного права играет важную роль в обеспечении безопасности общества и личности. Однако не все нормы уголовного права с одинаковой интенсивностью способствуют обеспечению безопасности граждан. Кроме общих норм (предусматривающих уголовную ответственность за преступления, совершаемые в отношении всех без исключения граждан), в уголовном законодательстве имеются группы специальных норм, ориентированных на регулирование вопросов безопасности рассматриваемой категории лиц. Необходимо заметить, что они (специальные нормы) являются новеллой Уголовного кодекса РФ от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ [11] и свидетельствуют о повышении уровня защищенности лиц, содействующих уголовному судопроизводству. При этом особо следует выделить одно из обстоятельств, отягчающих наказание, – совершение преступления в отношении лица или его близких в связи с выполнением данным лицом общественного долга (п. «ж» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Это обстоятельство включено в УК РФ как дополнительный квалифицирующий признак следующих составов преступлений:

– убийство (п. «б» ч. 1 ст. 105);

– умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (п. «а» ч. 2 ст. 111);

– умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (п. «б» ч. 2 ст. 112);

– истязание (п. «б» ч. 2 ст. 117).

Гарантиями защиты участников уголовного судопроизводства также выступают следующие нормы УК РФ:

– уголовная ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу (ч. 2, 3 ст. 303);

– освобождение от уголовной ответственности свидетеля, потерпевшего и иных участников уголовного судопроизводства, если они добровольно в ходе дознания, предварительного следствия или судебного разбирательства до вынесения приговора суда заявили о ложности данных ими показаний (примеч. к ст. 307);

– наказуемость подкупа и принуждение свидетеля, потерпевшего или иных участников уголовного судопроизводства к даче показаний или уклонения от них путем шантажа, угрозы убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением и повреждением имущества с применением насилия (ст. 309);

– уголовная ответственность за разглашение данных предварительного расследования (ст. 310);

– уголовная ответственность за разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении участников уголовного процесса (ст. 311).

Поскольку в нашем исследовании речь идет о потерпевших и свидетелях из числа осужденных, то следует заметить, что действующее законодательство оговаривает возможность обеспечения безопасности как по средствам обращения к администрации ИУ, так и непосредственно самим осужденным.

Уголовный кодекс РФ среди норм обеспечения осужденными личной безопасности предусматривает право на необходимую оборону (ст. 37) и на действия в состоянии крайней необходимости (ст. 39).

Таким образом, Уголовный кодекс РФ содержит значимые правовые нормы в области защиты лиц, выполняющих общественный долг, поэтому нельзя не согласиться с авторами, считающими, что в нем получили определенное соразмерное нашим реалиям воплощение международные и европейские стандарты по правам человека[12].

3. Уголовно-процессуальные основы безопасности

Рассматривая Уголовно-процессуальный кодекс РФот 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ[13], необходимо отметить, что он содержит: во-первых, право потерпевших на ходатайство о применении мер безопасности и, во-вторых, нормы, предусматривающие меры обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства. Если подходить к данному вопросу формально, то следует согласиться с позицией авторов[14], выделяющих пять уголовно-процессуальных мер безопасности, закрепленных в ч. 3 ст. 11 УПК РФ. По сути, вряд ли стоит ограничиваться положением указанной статьи, потому что она посвящена не именно мерам безопасности, а охране прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве, из чего следует, что они могут находиться и в других статьях УПК РФ (доказательства приведем ниже). Кроме того, меры безопасности участников уголовного судопроизводства содержатся и в других нормативных правовых актах (например, ст. 6 Федерального закона «О государственной защите …» посвящена мерам безопасности, применяемым в отношении защищаемого лица). На основании этого, на наш взгляд, целесообразно дополнить перечень мер безопасности, указанных в ч. 3 ст. 11 УПК РФ, и редакция указанной статьи станет следующей: «При наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные статьями 97 пунктом 3 части первой, 161, 166 частью девятой, 186 частью второй, 193 частью восьмой, 241 пунктом 4 части второй, 278 частью пятой, 280 частью шестой и 289 настоящего Кодекса, а также иными федеральными законами».

Анализ норм Уголовно-процессуального кодекса РФ показал, что меры безопасности можно поделить на досудебные и судебные. Следовательно, досудебные меры применяются на досудебных стадиях, то есть на предварительном следствии. К числу субъектов, полномочных применять эти меры, относятся следователь, дознаватель, прокурор и суд. Среди указанных мер безопасности УПК РФ выделяет:

– неуказание в протоколах следственных действий данных об их личности: фамилии, имени, отчества, даты рождения, места жительства, места работы и других в целях обеспечения безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства (ч. 9 ст. 166);

– при избрании меры пресечения в отношении обвиняемого дознаватель, следователь, прокурор, а также суд учитывают фактические данные, удостоверяющие то, что обвиняемый может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным образом воспрепятствовать производству по делу (п. 3 ч. 1 ст. 97);

– предупреждение участников уголовного процесса об ответственности в соответствии со ст. 310 УК РФ за разглашение данных предварительного расследования (ст. 161);

– контроль и запись телефонных и иных переговоров потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства при наличии угрозы совершения насилия, вымогательства и других преступных действий к перечисленным лицам (ч. 2 ст. 186);

– проведение опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым (ч. 8 ст. 193).

Судебные меры возможны только в стадии судебного разбирательства. Выбор применения той или иной меры безопасности осуществляет судья, в производстве которого находится уголовное дело. К судебным мерам безопасности УПК РФ относит:

– допрос свидетеля без оглашения его подлинных данных о личности в условиях, исключающих визуальное наблюдение его другими участниками судебного разбирательства (ч. 5 ст. 278);

– допрос несовершеннолетнего свидетеля в отсутствие подсудимого (ч. 6 ст. 280);

– проведение опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым (ст. 289);

– проведение закрытого судебного заседания, если этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства (п. 4 ч. 1 ст. 241).

Нормы УПК РФ в полном объеме применимы к потерпевшим и свидетелям из числа осужденных к лишению свободы, с учетом особенностей их места нахождения.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. не содержал конкретных норм относительно защиты участников уголовного процесса. В данном нормативном акте категория «безопасность» употреблялась применительно к стране и выражала название службы (например, ст. ст. 34, 117, 125 и др.), а дефиниция «защита» – к подозреваемым, обвиняемым и подсудимым (например, ст. ст. 19, 46). Но вместе с тем в нем присутствовали нормы, косвенно касающиеся вопроса защиты лишь одной возрастной категории участников уголовного судопроизводства – несовершеннолетних. Примером могут служить ст. 280, которая допускает допрос подсудимого в отсутствие других подсудимых; ст. 285, предусматривающая возможность проведения допроса несовершеннолетних свидетелей в отсутствие подсудимого.

Бесспорно, что Уголовно-процессуальный кодекс РФ, в отличие от Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, содержит больший спектр мер безопасности защищаемых лиц, но вместе с тем положения некоторых статей нам видятся неточными и недостаточно полными. Так, ст. 161 УПК РФ предусматривает условия и порядок предупреждения об уголовной ответственности участников уголовного судопроизводства о недопустимости разглашения данных предварительного следствия без соответствующего разрешения на то органов предварительного следствия и дознания. Но следует заметить, что участники уголовного судопроизводства – не единственные субъекты, которым в ходе предварительного следствия становится известна важная информация. Реализация такой меры безопасности, как замена документов, требует участия в этом сложном процессе сотрудников Федеральной миграционной службы, а также оперативно-технических подразделений ОВД, в свою очередь, изменение внешности – специалистов пластической хирургии. В связи с этим, как нам представляется, целесообразно было бы предусмотреть в Уголовно-процессуальном кодексе РФ порядок предупреждения об уголовной ответственности должностных лиц, которым были доверены или стали известны в ходе выполнения служебной деятельности недопустимые разглашению сведения. Таким образом, считаем необходимым ст. 161 дополнить частью 4 следующего содержания: «Органы предварительного следствия предупреждают должностное лицо, которому были доверены или стали известны в ходе выполнения служебной деятельности сведения о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия, судебного пристава, судебного исполнителя, потерпевшего, свидетеля, других участников уголовного процесса, а равно в отношении их близких о недопустимости разглашения этих сведений, о чем берется подписка о предупреждении об уголовной ответственности в соответствии со статьей 311 УК РФ».

Ранее мы упоминали, что исследователи неоднократно высказывали мнение о том, что необходим специальный правовой акт, нормы которого предусматривают защиту потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству. И только 20 августа 2004 г. был принят Федеральный закон № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», который устанавливает систему государственной защиты определенных в нем лиц, включающую меры их безопасности и социальной защиты, а также определяет основание и порядок их применения. Меры безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы содержатся в ст. ст. 6 и 14 указанного нормативного правого акта.

4. Уголовно-исполнительные основы безопасности

Основополагающим документом в этом блоке является Уголовно-исполнительный кодекс РФ от 8 января 1997 г. № 01-ФЗ, который оказывает непосредственное влияние на все процессы, протекающие при исполнении уголовных наказаний, в том числе в виде лишения свободы. Он ориентирован на приоритет общечеловеческих ценностей, обеспечение системы гарантий, исключающих унижение человеческого достоинства осужденных, а также на максимальное приближение условий и порядка отбывания наказания и обращения с осужденными к существующим международным стандартам. Что касается международных норм рекомендательного характера, то они находили отражение в кодексе лишь в тех случаях, если соответствовали социальному и социально-экономическому положению России[15].

Уголовно-исполнительный кодекс РФ содержит широкий перечень статей по проблеме обеспечения безопасности осужденных к лишению свободы. Так, ст. 13 УИК РФ в качестве одного из прав осужденных провозглашает их право на личную безопасность, гарантировать соблюдение которого призваны должностные лица учреждения, исполняющего наказание.

Основание применения мер безопасности, предусмотренное рассматриваемым законом, аналогично основаниям, предусмотренным Федеральными законами «Об оперативно-розыскной деятельности», «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», но имеет более общую формулировку: «угроза личной безопасности». Меры, устраняющие подобные угрозы, рассредоточены по всему УИК РФ. К ним относятся: применение физической силы, специальных средств, оружия (ст. 86); цензура корреспонденции (ч. 2 ст. 91); досмотр посылок, бандеролей и передач (ч. 4 ст. 90); контроль телефонных переговоров (ч. 5 ст. 92); перевод осужденного в безопасное место (ч. 3 ст. 13); направление осужденных для отбывания наказания в целях обеспечения их личной безопасности в соответствующее ИУ, расположенное на территории другого субъекта РФ (ч. 1 ст. 73); перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одной колонии в другую того же вида в целях обеспечения его личной безопасности (ч. 2 ст. 81); обеспечение личной безопасности осужденных – одна из задач оперативно-розыскной деятельности в ИУ (ч. 1 ст. 84). Список мер по обеспечению безопасности осужденных в местах лишения свободы не ограничивается Уголовно-исполнительным кодексом РФ, поскольку в ч. 3 ст. 13 УИК РФ законодатель указывает на возможность применения к данным осужденным «иных мер, устраняющих угрозу личной безопасности осужденного».

В рамках монографии наше внимание привлекла гл. 11 УИК РФ, посвященная общим положениям исполнения наказаний в виде лишения свободы, а именно: ч. 1 ст. 73. В статье предусмотрены исключительные случаи направления осужденных для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта РФ, но среди них законодатель не приводит такой, как «обеспечение безопасности других лиц». Неучтение данного обстоятельства, на наш взгляд, искажает реальный смысл процесса содержания осужденных в местах лишения свободы. На практике иногда возникает необходимость направления лиц, представляющих угрозу личной безопасности других осужденных, в ИУ, расположенное в другом субъекте РФ. Например, в Ульяновской области в 2003 г. в ИУ, расположенное за пределами региона, было направлено 2 осужденных, в 2004 г. – 4 осужденных (приложение 9, диаграмма 13). Еще одним поводом к изменению положения ч. 1 ст. 73 в УИК РФ служит п. 1 ч. 2 ст. 14 Федерального закона «О государственной защите…», указывающий на то, что в целях обеспечения безопасности лица может производиться «направление защищаемого лица и лица, от которого исходит угроза насилия, при … назначении уголовных наказаний в разные места содержания под стражей и отбывания наказаний, в том числе находящиеся в других субъектах Российской Федерации». С учетом этого считаем целесообразным ч. 1 ст. 73 УИК РФ изложить в следующей редакции: «Осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо безопасности других осужденных, а также с их согласия они могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации».

Проведенный анализ норм Уголовно-исполнительного кодекса РФ показал, что все приведенные меры носят общий характер, поскольку призваны регулировать отношения всех без исключения осужденных, в них не оговариваются особенности правового положения отдельных категорий осужденных, а именно потерпевших и свидетелей из их числа.

Кроме того, необходимо обратить внимание на тот факт, что состояние безопасности осужденных, их защищенность от физического и психического насилия со стороны других осужденных зависят от состояния режима в исправительном учреждении. Ухудшение режима влечет ухудшение дисциплины, которое выражается в употреблении спиртных напитков и наркотических средств, вследствие чего учащаются случаи физической расправы в среде осужденных. Поэтому правовые нормы, направленные на укрепление режима в ИУ и дисциплины лиц, отбывающих наказание, в конечном итоге способствует обеспечению их безопасности[16].

Последнее на сегодняшний день изменение, внесенное в УИК РФ, – дополнение ст. 13 частью 4, где отмечается, что меры безопасности в отношении осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства, осуществляются начальником учреждения или органа, исполняющего наказание, на основании мотивированного постановления (определения) суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя. Появление данного положения закономерно в свете последних новелл в сфере защиты участников уголовного судопроизводства. Это первая уголовно-исполнительная норма, регулирующая действия начальника учреждения и органа, исполняющего наказание, по применению мер безопасности в отношении осужденных, являющихся участниками уголовного судопроизводства, а также взаимодействие органов следствия (суда) с органами исполнения наказания. Она предоставляет начальнику учреждения или органа, исполняющего наказание, право выбора вида мер безопасности из перечисленных в ст. ст. 6 и 14 Федерального закона «О государственной защите…». В то же время это должностное лицо имеет право на самостоятельное принятие решения о применении уголовно-исполнительных мер безопасности к осужденным при угрозе их безопасности (ч. 3 УИК РФ). Разница «соседствующих» норм УИК РФ состоит лишь в том, что спектр мер безопасности, предусмотренный Федеральным законом «О государственной защите…» шире, чем уголовно-исполнительных мер. Так, постановление компетентного органа санкционирует право начальника учреждения или органа, исполняющего наказания, применять такие меры, как обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице, замена документов, изменение  внешности, перевод лица, от которого исходит угроза насилия, из одного места отбывания наказания в другое. При отсутствии такого постановления сотрудники ИУ действуют в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством, поскольку обеспечение безопасности осужденных, а также предупреждение и пресечение преступлений являются их непосредственными обязанностями.

Далее, важным в рассматриваемом блоке документов является Закон РФ от 21 июля 1993 г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих наказания в виде лишения свободы», который определяет основы деятельности учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы.

 В обязанности учреждений, исполняющих наказания, входит создание условий для обеспечения безопасности содержащихся в них осужденных – это положение вытекает из ч. 2 ст. 13 указанного нормативного акта. Сотрудники ИУ наделены правом производства обыска осужденных, досмотра их вещей (ст. 13), применения и использования физической силы, специальных средств и оружия (ст. 29). Данное право можно расценить как проведение необходимых мероприятий по обеспечению безопасности. Однако применение и использование физической силы, специальных средств и оружия возможно лишь в строго предусмотренных законом случаях. В нашей работе мы приведем лишь те случаи, которые представляют интерес для исследования. Так, в целях задержания осужденных, пресечения совершения ими преступлений сотрудники ИУ могут применять физическую силу (ст. 29); использовать специальные средства и огнестрельное оружие для отражения нападения на осужденных (ст. ст. 30, 31), огнестрельное оружие также применяется в случае угрозы жизни и здоровью осужденного (ст. 31).

Анализ этого документа показал, что он регламентирует общие вопросы жизнедеятельности ИУ, не затрагивая особенностей протекающих в нем процессов.

Кроме приведенных нормативных актов, необходимо обратиться к Федеральному закону от 21 июня 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»[17], поскольку он по своему содержанию ближе к рассматриваемой нами категории лиц и учитывает специфику места их пребывания, к тому же в СИЗО содержатся осужденные, оставленные для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию (ст. 77 УИК РФ), а также осужденные к лишению свободы с отбыванием наказания в ИК, оставленные в следственных изоляторах или переведенные в СИЗО из исправительных учреждений для участия в следственных действиях в качестве свидетелей, потерпевших, подозреваемых (обвиняемых) (ст. 771 УИК РФ).

К правам лиц, содержащихся в следственных изоляторах, данный закон относит право на безопасность (п. 2 ст. 17). В свою очередь, гарантом данного права выступают сотрудники этого учреждения, которые обязаны при возникновении угрозы жизни и здоровью подозреваемого или обвиняемого либо угрозы совершения преступления против личности со стороны других подозреваемых или обвиняемых незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности подозреваемого или обвиняемого (ст. 19). Далее в этом нормативно-правовом акте закреплены конкретные меры, направленные на противодействие посягательствам. Так, Закон предусматривает общие и частные меры (правила). К общим мерам, применяемым во всех учреждениях УИС, относятся: 1) цензура корреспонденции (ст. 20); 2) досмотр посылок и передач (ст. 25); 3) применение физической силы, специальных средств, газового и огнестрельного оружия (ст. ст. 43–47). Среди частных правил, применяемых в целях обеспечения безопасности конкретного лица, Закон предусматривает: 1) возможность размещения защищаемого лица в одиночной камере (ст. 32); 2) водворение правонарушителя в одиночную камеру или карцер за притеснение и оскорбление других содержащихся с ним лиц (ст. 40). Все приведенные меры сходны с мерами, предусмотренными в УИК РФ, поскольку они, помимо своей непосредственной цели – наказания нарушителя, в течение определенного времени обеспечивают и защиту лиц от посткриминального воздействия со стороны нарушителя[18].

2. Федеральные законы специального назначения

Правовой основой деятельности учреждений УИС в направлении обеспечения безопасности осужденных являются следующие законы.

1. Федеральный закон от 5 марта 1992 г. № 2446-1 «О безопасности». Впервые именно в нем на законодательном уровне было дано определение категории «безопасность», закреплены правовые основы личности, установлена система безопасности и ее функции, определен порядок организации органов обеспечения безопасности, а также контроль за законностью их деятельности[19].

Под безопасностью закон понимает состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз. По мнению профессора А. А. Тер-Акопова, и на сегодняшний день понятие безопасности, данное в Законе «О безопасности», «в основе своей добротное и может быть использовано для теоретической и практической работы»[20]. Важное значение для нашего исследования представляет понятие «жизненно важные интересы», под которыми в данном случае подразумевается «совокупность физических, материальных, духовных и иных потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможность прогрессивного развития личности» (ст. 2). Закон «О государственной защите…» не применяет категории «жизненно важные интересы», однако использует для определения основания применения мер безопасности дефиницию «данные о наличии реальной угрозы убийства защищаемого лица, насилия над ним, уничтожения или повреждения его имущества…», которая, на наш взгляд, является тождественной первой.

Следует согласиться с высказыванием С. Л. Марченко о том, что Закон «О безопасности» является одной из законодательных основ для урегулирования правоотношений в области государственной защиты участников уголовного процесса[21], независимо от того, где они находятся, на свободе или в местах изоляции.

  1. Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»[22] (далее – Федеральный закон «Об ОРД»)был первым в своем роде документом, нормативно закрепляющим обязанность органов, осуществляющих оперативно-разыскную деятельность, защищать наряду со своими сотрудниками лиц, оказывающих содействие органам, осуществляющим ОРД, участников уголовного судопроизводства и других лиц.

Наряду с приведенными положениями Федеральный закон «Об ОРД» в качестве условия проведения оперативно-розыскной деятельности впервые указывает на возникновение угрозы жизни, здоровью, собственности (ст. 8). На наш взгляд, именно эта статья была положена в основу формулировки ст. 16 Закона «О государственной защите…», где в качестве оснований применения мер безопасности называются данные о наличии реальной угрозы убийства защищаемого лица, насилия над ним, уничтожения или повреждения его имущества.

В целях обеспечения безопасности лиц, сотрудничающих с органами, осуществляющими ОРД, и членов их семей допускается проведение специальных мероприятий по их защите в порядке, определенном законодательными и иными нормативно-правовыми актами РФ (ст. 18 Закона «Об ОРД»). Заметим, что многие годы отсылочная норма ст. 18 Федерального закона «Об ОРД» носила декларативный характер, поскольку лишь в 2001 г. в УПК РФ законодателем были внесены изменения, касающиеся защиты участников уголовного судопроизводства, а в 2004 г. принят Федеральный закон «О государственной защите…», содержащий комплекс мер по обеспечению безопасности участников уголовного судопроизводства. Их реализация в условиях лишения свободы, по нашему мнению, происходит по упрощенному варианту, поскольку режим исправительных учреждений накладывает на содержащихся в них лиц ряд правомерных ограничений (цензура корреспонденции, досмотр посылок и передач, осмотр жилых помещений и др.).

Мы согласны с авторами, которые высказывают мнение о том, что Федеральный закон «Об ОРД» насыщен нормами, гарантирующими безопасность лицам, содействующим государству в данном направлении борьбы с преступностью[23].

3. Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ «О судебных приставах»[24]. В указанном нормативном акте интерес представляет ст. 11, поскольку в ней закреплена обязанность судебных приставов обеспечивать в судах безопасность участников судебного процесса и свидетелей. Мерами безопасности выступают: применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия (ст. 16–18), используемых в целях обеспечения установленного порядка деятельности судов для отражения нападения на участников уголовного процесса и свидетелей, когда их жизнь и здоровье подвергаются опасности.

4. Федеральный закон от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции»[25], провозглашающий обязанность милиции принимать меры по охране лиц, участвующих в уголовном деле, а также членов их семей и близких, если их здоровье, жизнь или имущество находятся в опасности (п. 24 ст. 10). Как видно из редакции приведенной выше статьи, «применение мер по охране лиц» является декларативной категорией, поскольку нигде не указывается, как и на основании чего необходимо действовать. Данный пробел был устранен законодателем лишь в 1999 г. В указанной статье Федерального закона от 31 марта 1999 г. № 68-ФЗ «О милиции» предписывается: «…применять предусмотренные федеральным законом меры по охране потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству, их близких, жизнь, здоровье или имущество которых находятся в опасности». Ссылка на «предусмотренные федеральным законом меры» законодателем сделана заблаговременно, поскольку только 10 лет спустя, в 2001 г., впервые на законодательном уровне были предусмотрены меры защиты в УПК РФ, а затем в Федеральном законе «О государственной защите…».

3. Ведомственные нормативные акты уголовно-исполнительной системы

Нормативную основу в этой сфере составляют следующие нормативные документы и их положения:

1. Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее– ПВР ИУ), утвержденные приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г. № 205[26]. Правила регламентируют и конкретизируют отдельные вопросы деятельности ИК и других учреждений уголовно-исполнительной системы. Так же, как и УИК РФ, ПВР ИУ среди прав осужденных называют их право на личную безопасность. В главе XXV закреплены поводы, основания и порядок помещения лица в безопасное место (для этого используются штрафные изоляторы, помещения камерного типа, ЕПКТ и другие помещения), а также сроки его нахождения там (не более 90 суток). Там же делается ссылка на то, что ограничения, предусмотренные для лиц, поступивших в указанные помещения в общем порядке, на защищаемых лиц не распространяются. ПВР ИУ предусматривают возможность принятия начальником ИУ решения о переводе лиц, представляющих угрозу насилия потерпевшим и свидетелям из числа осужденных, в другое ИУ в установленном порядке.

2. Правила внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовно-исполнительной системы Минюста России (далее – ПВР ВК), утвержденные приказом Минюста России от 6 октября 2006 г. № 311[27]. Положения ПВР ВК, касающиеся вопросов обеспечения безопасности, очень схожи с положениями предыдущего документа. Различие состоит лишь в том, что несовершеннолетние осужденные в целях обеспечения безопасности переводятся в ДИЗО по постановлению начальника воспитательной колонии на срок не свыше 30 суток. В экстренных случаях перевод осуществляется по решению оперативного дежурного, но не более чем на 24 часа. В выходные и праздничные дни оперативный дежурный может продлить срок содержания в безопасном месте еще на 24 часа (раздел XIV). Ограничения, предусмотренные для лиц, помещаемых в ДИЗО за правонарушения, на эту категорию лиц не распространяются. В случае безуспешности указанной меры начальник ВК принимает решение о переводе несовершеннолетнего осужденного в другую ВК в установленном порядке.

В свете последних изменений, внесенных в УИК РФ (ч. 4 ст. 13), на наш взгляд, необходимо предусмотреть в п. 1721 ПВР ИУ и п. 1121 ПВР ВК уголовно-исполнительной системы особенности перевода в безопасное место осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства. Для этого в указанных нормативных актах целесообразно было бы закрепить особенность перевода осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства, в безопасное место, где указать на то, что мотивированное постановление (определение) суда, прокурора, следователя, органа дознания или дознавателя служит основанием данного действия.

Таким образом, данное положение целесообразно изложить в следующей редакции: «Основанием перевода осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства, служит мотивированное постановление (определение) суда, прокурора, следователя, органа дознания или дознавателя. Перевод указанного лица осуществляется начальником учреждения или органа, исполняющего наказание».

3. Положение об отряде осужденных исправительного учреждения Федеральной службы исполнения наказаний, утвержденное приказом Минюста Россииот 30 декабря 2005 г. № 259 [28]. Создание отрядов осужденных в ИК и других учреждениях УИС преследует цель обеспечения управления исправительным процессом и создания оптимальных условий отбывания наказания осужденными (1.1). В отрядах создаются условия, отвечающие требованиям безопасности.

4. § 8.5 Инструкции о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевод из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения от 1 декабря 2005 г. № 235[29]. Среди исключительных случаев направления осужденных для отбывания наказания в ИУ, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации, Инструкция предусматривает обеспечение безопасности осужденного (п.  5). В п. 10 дается ссылка на ст. 81 УИК РФ, в которой закреплена возможность перевода осужденных для дальнейшего исполнения наказания из одного исправительного учреждения в другое в целях обеспечения его личной безопасности.

Вопрос о переводе осужденного рассматривается при наличии письменного согласия осужденного. Для обеспечения личной безопасности осужденный может быть переведен в ИУ, расположенное в пределах одного субъекта Российской Федерации или в другом субъекте Российской Федерации.

Положения рассмотренных ведомственных нормативных актов отвечают требованиям Уголовно-исполнительного кодекса РФ и в узких вопросах конкретизируют и предусматривают порядок их реализации.

4. Нормативные правовые акты регионального уровня

В отсутствие Федерального закона «О государственной защите…» некоторые субъекты Федерации сочли целесообразным не бездействовать в ожидании того момента, когда законодательные органы государства, наконец, закрепят правовые механизмы обеспечения безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного процесса, которые не по собственной воле вовлечены в сферу уголовного судопроизводства. Можно привести некоторые примеры.

1. Еще до принятия Конституции Российской Федерации 1993 г., Уголовно-процессуального кодекса РФ 2001 г., закрепляющих правовые гарантии защиты участников уголовного судопроизводства, Верховным Судом и Министерством внутренних дел Республики Татарстан были разосланы рекомендации, предлагающие не указывать при необходимости в протоколах следственных действий адрес, место работы или учебы защищаемого, вручать подсудимому обвинительное заключение без списка лиц, подлежащих вызову в суд, в ходе судебного разбирательства не оглашать адреса и сведения о местах работы и учебы потерпевших и свидетелей[30].

2. В январе 1990 г. в Свердловской области было принято межведомственное указание суда, прокуратуры, Главного управления внутренних дел и Комитета государственной безопасности области об обеспечении защиты потерпевших и свидетелей. Данное указание предусматривало принятие ряда мер в случае осуществления угроз противоправного воздействия на участников процесса, к числу которых относились:

а) прослушивание телефонных переговоров;

б) исключение из материалов уголовного дела анкетных данных потерпевших и свидетелей.

3. Указанием заместителя прокурора Кировской области от 9 ноября 1993 г. «О мерах по обеспечению безопасности потерпевших и свидетелей по уголовным делам», дознавателям и следователям было рекомендовано:

а) в протоколах допроса и других следственных действиях отражать только фамилии и инициалы участников процесса;

б) составлять список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, только в одном экземпляре и хранить его в опечатанном конверте, подшитом к уголовному делу.

4. В соответствии с решением Самарской губернской Думы и постановлением губернатора Самарской области от 29 апреля 1997 г. № 344 разработана система мер социальной защиты и материального стимулирования граждан, способствующих раскрытию тяжких преступлений, совершенных организованными преступными формированиями.

5. Распоряжение Правительства г. Москвы № 791 от 1996 г. «Об утверждении Положения о мерах социальной защиты и материального стимулирования граждан, способствующих раскрытию преступлений, совершенных организованными преступными группами»[31] стало важным документом в рассматриваемой области, поскольку в нем в нем впервые была закреплена реальная защита участников процесса, содействующих уголовному судопроизводству[32]. К лицам, подлежащим защите, Распоряжение предусматривало принятие следующих мер безопасности:

а) личная охрана, охрана жилища и имущества;

б) временное (от месяца до года) помещение их в безопасное место;

в) обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемых лицах в информационных системах;

г) предоставление другого места жительства;

д) выдача в установленном законодательством порядке оружия[33], специальных средств индивидуальной защиты;

е) замена в установленном порядке документов, изменение внешности.

6. Закон «О государственной защите потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству»[34], принятый Верховным Советом Республики Башкортостан постановлением от 14 октября 1994 г. № ВС–25/51, предусматривает меры безопасности в досудебной и судебной стадиях, например: проведение закрытого судебного разбирательства, ведение допросов свидетеля, потерпевшего в отсутствие подсудимого или вне зала судебного заседания с использованием технических средств связи, освобождение от явки в судебное заседание защищаемого лица и оглашение его показаний, данных при производстве предварительного расследования, либо воспроизведение видеозаписи этих показаний.

Безопасность лица, находящегося в местах лишения свободы, может обеспечиваться за счет следующих мер:

– перевода из одного места содержания под стражей или лишения свободы в другое;

– раздельного или одиночного содержания;

– изменения меры пресечения в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством (ст. 16).

Вместе с тем следует констатировать, что последний рассмотренный нами нормативный акт нарушает требования п. «о» ст. 71 Конституции РФ, устанавливая уголовно-процессуальные и судебные меры защиты, поскольку судопроизводство и уголовно-процессуальное законодательство находятся в ведении Российской Федерации. Несмотря на это, польза приведенных документов, принятых в субъектах Федерации, очевидна, так как они отражают крайнюю обеспокоенность местных органов власти состоянием защищенности участников уголовного судопроизводства, выполняющих свой гражданский и конституционный долг, подвергающихся при этом противоправному воздействию со стороны преступников, и предусматривают ряд конкретных мер обеспечения их  безопасности. Однако большинство региональных документов ориентированы на защиту лиц, находящихся на свободе, в них не говорится о потерпевших и свидетелях из числа осужденных к лишению свободы, что, на наш взгляд, объяснимо, поскольку в соответствии с Конституцией РФ субъекты Федерации не полномочны заниматься регулированием уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства (п. «о» ст. 71).

Таким образом, с принятием Конституции РФ и дальнейшей модернизацией национального законодательства (приведения его норм в соответствие с требованиями Конституции РФ и международными правовыми стандартами), по нашему мнению, в России образовался блок нормативных правовых норм, которые рассредоточены по уголовному, уголовно-процессуальному, уголовно-исполнительному законодательству, а также в иных нормативных правовых актах, регулирующих обеспечение безопасности участников уголовного судопроизводства. Их наличие указывает на то, что данная проблема актуальна для России, в том числе в сфере как уголовного судопроизводства, так и обеспечения его процесса.

Настораживающим остается отношение сотрудников УИС и осужденных к достаточности правового регулирования обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы. Так, при проведении нами социологического исследования (приложение 5, диаграммы 1–3) выяснилось, что примерно половина экспертов и сотрудников считают правовое регулирование рассматриваемой проблемы достаточным, в то время как аналогичного мнения придерживается всего 18,1 % осужденных. Большая часть осужденных (75,9 %), половина экспертов и 31,1 % сотрудников недовольны существующей нормативной базой, связанной с этой проблемой. Такую неудовлетворенность эксперты и сотрудники объясняют отсутствием механизма реализации закрепленных в законе норм. В свою очередь, осужденные вообще не верят, что закон может обеспечить им безопасность, тем более в условиях лишения свободы.

Несмотря на то, что механизм реализации законодательных норм в области обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства требует доработки, следует отметить, что законодатель уделяет значительное внимание развитию и совершенствованию данного аспекта. Подтверждением служит обширный перечень рассмотренных норм, составляющих правовую основу обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы.

Завершая параграф, подведем некоторые итоги.

1. Принимая во внимание имеющиеся в литературе точки зрения, классификацию нормативных правовых актов, предлагаем провести в соответствии с отраслевым признаком законодательства и их юридической силой по следующим направлениям:

– общие федеральные законы, включающие уголовно-правовые, уголовно-процессуальные и уголовно-исполнительные основы безопасности;

– федеральные законы специального назначения;

– ведомственные нормативные правовые акты уголовно-исполнительной системы;

– нормативные правовые акты регионального уровня.

2. Юридическими гарантиями безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных в условиях лишения свободы выступают:

          1) ст. ст. 2, 45, 46 Конституции РФ, в соответствии с которыми обязанностью государства является признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина;

2) ст. 13 УИК РФ, ч. 2 ст. 17 Федерального закона «О содержании под стражей …», предусматривающие право осужденных на безопасность, и нормы, обеспечивающие порядок осуществления безопасности защищаемых лиц, – чч. 2, 3 ст. 303, прим. к ст. 307, ст. 311 УК РФ, п. 4 ч. 1 ст. 241 УПК РФ;

3) ч. 3 ст. 41 Конституции РФ, ч. 1 ст. 10, ст. 13 УИК РФ, ч. 2 ст. 2, ч. 2 ст. 13 Закона РФ «Об учреждениях и органах…», ст. 19 Федерального закона «О содержании под стражей…» и ст. 3 Федерального закона «О государственной защите…», обязывающие должностных лиц обеспечивать безопасность рассматриваемой категории лиц;

4) система мер безопасности, реализуемых сотрудниками уголовно-исполнительных учреждений или при их непосредственном участии (ст. 6 и 14 Федерального закона «О государственной защите…»; п. «б» ч. 1 ст. 105, п. «а» ч. 2 ст. 111, п. «б» ч. 2 ст. 112, п. «б» ч. 2 ст. 117 УК РФ; ч. 9 ст. 166, п. 3 ч. 1 ст. 97, ст. 161, ч. 2 ст. 186, ч. 8 ст. 193, ч. 5 ст. 278, ч. 6 ст. 280, ст. 289, п. 4 ст. 241 УПК РФ; ч. 3 ст. 13, ч. 1 ст. 73, ч. 2 ст. 81, ст. 86, ч. 4 ст. 90, ч. 2 ст. 91, ч. 5 ст. 92 УИК РФ; ст. 13, 29, 30, 31 Закона РФ «Об учреждениях и органах…»; ст. 20, 25, 32, 40, 43–47 Федерального закона «О содержании под стражей…»);

5)    порядок реализации мер безопасности, конкретизирующийся ведомственными нормативными правовыми актами (главой XXV ПВР ИУ, разделом XIV ПВР ВК УИС России, Положением об отряде осужденных исправительного учреждения Федеральной службы исполнения наказаний, утвержденным приказом Минюста Россииот 6 октября 2006 г. № 259 и др.).

3. Предлагается внести изменения в ч. 3 ст. 11, ч. 1 ст. 73 УИК РФ; дополнить ч. 4 ст. 161 УПК РФ, п. 1721 главу XXV Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, п. 1121 раздел XIV Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовно-исполнительной системы Минюста России.

[1] См.: Матузов Н. И., Малько А. В. Теория государства и права: Учебник. – М.: Юристъ, 2002. – С. 290–291.

[2] См.: Макуев Р. Х. Теория государства и права: Учебник. – Москва; Орел: Изд-во ОРАГС, 2005. – С. 311–312; Матузов Н. И., Малько А.В. Указ. соч. – С. 292.

[3] См.: Сырых В. М. Теория государства и права: Учебник. 2-е изд., стереотип. – М., 2002. – С. 196–203.

[4] См.: Лазарев В. В., Липень С. В. Теория государства и права: Учебник для вузов. 2-е изд., испр. и доп. – М.: Спарк, 2000. – С. 271; Матузов Н. И., Малько А. В. Указ. соч. – С. 292.

[5] См.: Лазарев В. В., Липень С. В. Указ. соч. – С. 275.

[6] См., например: Зайцев О. А. Государственная защита... – С. 224–226.

[7] См.: Корнуков В. М. Правовой статус личности в уголовном судопроизводстве // Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе. М., 1981. – С. 41; Куцова Э. Ф. Вопросы применения закона и перспектив развития уголовно-процессуального законодательства России // Вестн. Моск. ун-та. Сер. Право. – 1994. – № 5. – С. 46.

[8] См.: Конституция Российской Федерации и совершенствование юридических механизмов защиты прав человека // Гос-во и право. – 1994. – № 10. – С. 16.

[9] См.: Зайцев О. А. Защита участников уголовного судопроизводства // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2002. – № 1. – С. 226–227.

[10] См.: Ларин А. М. Защита прав человека и гражданина в уголовном судопроизводстве // Конституция Российской Федерации и совершенствование механизмов защиты прав человека. – М., 1994. – С. 67. Быков В. Принципы уголовного процесса по Конституции РФ 1993 г. // Рос. юстиция. – 1994. – № 8. – С. 9.

[11] См.: Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (в ред. Федерального законаот 25 ноября 2806 г. № 218-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 25. – Ст. 2954.

[12] См.: Бирюков П. Н., Погудина М. И. Международное право и российское уголовное законодательство: проблемы взаимодействия // Правоведение. 1992. № 6. С. 82; Лядях И. Новый уголовный закон РФ и международные стандарты по правам человека // Рос. юстиция. – 1997. – № 1. – С. 4.

[13] См.: Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (в ред. Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 321-ФЗ) // Рос. газ. – 2001. – 22 дек.

[14] См., например: Епихин А. Ю. Указ. соч. – С. 250–251.

[15] См.: Селиверстов В., Шмаров И. Уголовно-исполнительный кодекс: концепция и основные положения // Законность. – 1997. – № 5. – С. 2–10.

[16] См.: Чорный В. Н. Указ. соч. – С. 150.

[17] См.: О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений: Федеральный закон от 15 июля 1995 г. – № 103-ФЗ (в ред. Федерального закона от 5 февраля 2007 г. № 9-ФЗ) // Рос. газ. – 1995. – 20 июля.

[18] См.: Брусницын Л. В. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию... – С. 100–101.

[19] См.: Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. – 1992. – № 30. С. 1792.

[20] Цит. по: Правовое обеспечение безопасности человека: Материалы науч. конф. // Гос-во и право. – 1999. – № 7. – С. 108.

[21] См.: Марченко С. Л. Правовые гарантии обеспечения безопасности участников уголовного процесса // Совершенствование законодательства: поиск и решения. – Тюмень, 1993. – С. 48–50.

[22] См.: Об оперативно-розыскной деятельности: Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ (в ред. Федерального закона от 2 декабря 2005 г. № 150-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 33. – Ст. 3349.

[23] См., например: Брусницын Л. В. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию... – С. 94 .

[24] См.: О судебных приставах: Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ (в ред. Федерального закона от 22 июля 2008 г. № 132-ФЗ // Рос. газ. – 1997. – 5 авг.

[25] См.: О милиции: Закон РФ от 18 апреля 1991 г. № 1026-I (в ред. Федерального закона от 23 июля 2008 г. № 160-ФЗ) // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. – 1991. – № 16. – Ст. 503.

[26] См.: Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений:Приказ Минюста России от 14 октября 2005 г. № 189 (в ред Приказа Минюста РФ от 3 марта 2008 г. № 48) // Бюл. Министерства юстиции РФ. – 2005. – № 12.

[27] См.: Об утверждении Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации: Приказ Минюста России от 6 октября 2006 г. № 311 // Рос. газ. – 2006. – 18 окт.

[28]См.:Об утверждении Положения об отряде осужденных исправительного учреждения Федеральной службы исполнения наказаний: Приказ Минюста Россииот 30 декабря 2005 г. № 259 (в ред. Приказа Минюста РФ от 6 июня 2006 г. №206) // Бюл. норм. актов федеральных органов исполнительной власти. – 2006. – № 10.

[29] Об утверждении Инструкции о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевод из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения: Приказ Минюста России от 1 декабря 2005 г. № 235 (в ред. Приказа Минюста РФ от 25 сентября 2007 г. № 193) // Бюл. норм. актов федеральных органов исполнительной власти. – 2005. – № 51.

[30] См.: Блинников В. А. Уголовно-правовые и криминологические аспекты лжесвидетельства: Дис. ... канд. юрид. наук. – Ставрополь, 1998. – С. 127.

[31] См.: Вестник мэрии Москвы. – 1996. – № 21. – С.37.

[32] См.: Зайцев О. А. Государственная защита…– С. 512.

[33] См.: Об оружии: Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ (в ред. Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 58-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 51. – Ст. 5681.

[34] См.: Законы Республики Башкортостан. – Уфа, 1995. – Вып. IX.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!