Петражицкий Л.В. и П.А.Сорокин сравнительный анализ

19 Июл 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Содержание

Введение           3
1. Биография и основные положения теории Л.И.Петражицкого  4
2. Биография и основные положения теории П.А.Сорокина   7
3. Сравнительный анализ концепций      10
Заключение          20
Список литературы         21

Введение

Лев Иосифович Петражицкий играл ведущую роль в русском неокантианстве, а именно психологически-эмоциональном варианте неокантианства. С 1893 г. по 1918 г. он был профессором Петербургского университета, а после эмиграции руководил кафедрой социологии в Варшавском университете.
Новгородцев отметил два главных отличия позиции Петражицкого: это последовательный упор на психологизацию норм и всего социального целого, и его близость к позитивизму.
Психологическая теория права Петражицкого, несмотря на ее явные просчеты, дала серьезнейший толчок развитию правовой мысли не только в России, но и далеко за ее пределами. Особенно сильно было его влияние в Польше и в США.
Идеи Петражицкого удачно развивал его ученик, профессор юридического факультета Петроградского университета П.А. Сорокин (1889-1968). Сорокин пошел дальше своего учителя и многое из его наследия творчески переработал, развил, некоторые идеи отверг. Ему удалось связать правовую теорию с социологией и после вынужденной эмиграции из России в Америку стать одним из выдающихся социологов современности. Начиная как позитивист, Сорокин во второй половине своего творчества уделяет большое внимание религиозным ценностям и создает интегрированную теорию социальных систем.
В данной контрольной работе мы осуществим сравнительный анализ концепций Л.И.Петражицкого и П.А.Сорокина.

1. Биография и основные положения теории Л.И.Петражицкого

Лев Иосифович Петражицкий (1867 – 1931), русский правовед, социолог, философ. Родился 13 (25) апреля 1867 в Коллонтаево Витебской губернии.
Лев Иосифович Петражицкий родился 13 апреля 1867 г. в родовом поместье Колонтаево Витебской губернии, в семье выходцев из Польши. После окончания Киевского университета он продолжил образование в Германии, где опубликовал свои первые научные труды, посвященные проблемам цивилистики, в том числе двухтомное капитальное исследование "Die Lehre  vom Einkommen" («Учение о доходе», 1895). Уже в своих ранних работах, имевших большой резонанс как в Германии, так и в России, Петражицкий выдвигает идеи общетеоретического значения. Так, он выступает за создание особой отрасли правоведения - политики права - как прикладной дисциплины, призванной сменить традиционную философию права. Построенная на научной основе политика призвана воздействовать на ход развития права, направляя его в сторону правового идеала. Таким правовым и социальным идеалом Петражицкий полагал идеал любви. Причем он считал это положение не подлежащей оспариванию аксиомой, постулируемой "природой человека и понятием прогресса и культуры" (2).
Вернувшись в Россию, Петражицкий в 1897 г. защитил докторскую диссертацию ("Право добросовестного владельца на плоды") и с 1898 по 1918 гг. возглавлял кафедру энциклопедии и философии права юридического факультета Санкт-Петербургского университета. В начале ХХ века были опубликованы основные теоретические труды профессора Петражицкого, принесшие ему славу создателя самобытной психологической теории права: "Очерки философии права" (1900), "Введение в изучение права и нравственности. Основы эмоциональной психологии" (1905), "Теория права и государства в связи с теорией нравственности" (тт. 1-2, 1907). Ученый активно отстаивал свою концепцию правопонимания в полемике с многочисленными критиками, много печатался в периодических изданиях ("Юридический вестник", "Вестник права" и др.), в том числе в петербургской газете "Право", соредактором которой являлся долгие годы.
Вокруг Петражицкого объединяется группа учеников и последователей, среди которых выделялись Г. Гинс, Г. Гурвич, Г. Иванов, А. Круглевский, М. Лазерсон, П. Люблинский, П. Михайлов, К. Соколов, П. Сорокин, Н. Тимашев. После революции некоторые из них, опираясь на идеи своего учителя, уже будучи в эмиграции, внесли большой вклад в развитие социологии и теории права (2).
После Октябрьской революции эмигрировал в Польшу, до конца жизни возглавлял кафедру социологии Варшавского университета. Умер Л.И.Петражицкий в Варшаве 15 мая 1931 года.
Идеи Петражицкого оказали в 1920–1930-е годы определенное влияние на юридическую и социологическую мысль Европы и США. Это относится, в частности, к его теории «эмоциональной психологии», согласно которой общественная жизнь и юридические отношения определяются, в конечном счете, разнообразными типами эмоций. Последние имеют как физиологическую природу, так и собственно социальную (особенности индивидуальной и массовой психологии). К социальной области относятся, по Петражицкому, «этические эмоции», которые в свою очередь подразделяются им на моральные и правовые. Психологическое истолкование получает и само право: речь в буквальном смысле идет о правосознании, т.к. существование правовых норм и отношений зависит от особого «правового» состояния психики индивида. Человек и общество либо принимают («переживают») правовые требования, либо нет. Соответственно, если нет живого, психического носителя правовых идей, то нет и права. Ситуация в правовом отношении признается «нормальной», если «официальное право» (позитивное) функционирует в обществе в динамическом взаимодействии с правом неофициальным – «интуитивным» (автономным). Однако в историческом плане такого рода «нормальность» всегда имеет относительный характер: фактически любое «официальное право» рано или поздно перестает восприниматься на личностном (автономном) уровне, что неизбежно перерастает в конфликт между личностью и традицией. Конфликт может привести к разрушению не только правовой системы, но и государства в целом. Подобной развязки можно избежать, если действующий правовой комплекс окажется способным реагировать на изменения в правовой психологии, определенным образом адаптироваться к ним. Сам исторический процесс, по Петражицкому, представляет собой прогрессивное развитие психологического состояния общества (3, с. 265).
Итак, подводя итог данной главе, отметим, что Лев Иосифович Петражицкий, развивая теорию психологизма, связывал психологию с юриспруденцией. В своих чувства работах, посвященных развитию нравственных и правовых чувств, он доказывал, что право есть психический фактор общественной жизни и потому оно действует изнутри, через психику, а не извне, через давление общества. Таким образом, право (как и наука, и искусство) существует только в переживаниях отдельных людей и является кристаллизованной формой индивидуально-психической деятельности. Действие права состоит, доказывал ученый, во-первых, в возбуждении или подавлении мотивов к разным действиям и воздержанию от них и, во-вторых, в укреплении и развитии одних склонностей и черт человеческого характера и искоренении других, т. е. в воспитании народной психики. Первое Петражицкий называл мотивационным, или импульсивным, действием права, а второе - педагогическим действием. Таким образом, Петражицкий пересмотрел современные ему взгляды на предмет права, исследуя прежде всего способы формирования правовой и нравственной мотивации.
Исследования Петражицкого показывали, что колебания правового сознания у народа не являются какой-то врожденной особенностью национального духа, а отражают влияние культуры и социального окружения. Такой подход дал ему возможность прийти к важному положению своей теории - обоснованию роли мотивов и эмоций в процессе социализации человека, в процессе усвоения им нравственных и правовых норм.

2. Биография и основные положения теории П.А.Сорокина

Питирим Александрович Сорокин (1889 - 1968) - виднейший представитель неопозитивизма. Он оказал серьезное влияние на развитие философии и социологии XX века. Его социологические взгляды были подвержены эволюционному изменению, что во многом было связано с теми политическими условиями, в которых он жил.
Сорокин родился в деревне Турье Вологодской губернии. Отец был русским, ремесленником по металлу и маляром, а мать - коми, крестьянка. В 1909 г. он поступил в Психоневрологический институт, где была единственная в стране кафедра социологии. Обучение по изобретенной им системе «укороченного образования», личный контакт с профессорами, консультации, активное участие на общих семинарах стали хорошим трамплином для его научной карьеры. С 1910 г. он начинает печататься в научных журналах. В 1910 г. Сорокину было сделано предложение стать по совместительству лектором по социологии в Психоневрологическом; институте и Институте Лесгафта. Это был беспрецедентный  случай в истории высшей школы, когда студент был лектором. В 1910 г. он переводится на юридический факультет Петербургского университета. За время учебы с 1910 по 1914 гг. он опубликовал более 50 работ. Самой фундаментальной работой из них была «Преступление и кара: подвиг и награда» (1).
В 1914 г. он закончил университет и был оставлен для подготовки к профессорскому званию. После сдачи экзаменов в конце 1916 г., с начала 1917 г. он становится «приват-доцентом». Защита магистерской диссертации была назначена на март 1917 г. В ее основу Сорокин положил свою работу «Преступление и кара...» опубликованную в 1913 г. Но защиту диссертации пришлось отложить. События Февральской революции вовлекли ученого в водоворот политической деятельности, а после Октябрьской революции как защиты, так и ученые степени были отменены. Нелепость отмены процедуры защиты и получения научных степеней и званий, как и самих званий и степеней была осознана позднее. В 1922 г. в практику высшей школы вместо защит были введены публичные диспуты по научным  работам. Во время диспута автор отстаивал главные идеи своей работы от назначенных официальных и неофициальных оппонентов. После этого специальная комиссия определяла, заслуживает соискатель ту или иную степень или нет. «Защиты» в том понимании, как они проходят в настоящее время, появились вновь позднее (2, с. 290).
Сорокин не принимает социалистическую революцию в России, открыто выступает против нее. А после Февральской революции Сорокин был секретарем главы Временного правительства Керенского, почетным членом Учредительного собрания, редактором эсеровской газеты «Воля народа». По совету Сорокина Керенский вводит преподавание социологии в русских университетах в качестве обязательного курса. Правда, уже через год Сорокин признает банкротство эсеровской программы, выходит из партии.
Только в конце 1920 г. на специальном заседании факультета общественных наук Сорокина возвели в звание профессора без магистерской защиты. В этом же году он получает возможность преподавать в Петроградском университете и становится деканом организованного им факультета общественных наук. Одновременно администрация университета предлагает ему предоставить «Систему социологии» (опубликованную в 1920 г.) на публичный диспут в качестве докторской диссертации. Предстоящий диспут было решено рассматривать как защиту. К моменту защиты Сорокиным было уже опубликовано 126 научных работ. 22 апреля 1922 г. был проведен диспут, на котором тайным голосованием ученый совет признал Сорокина заслуживающим степени доктора социологии. Он был первым и истории русской науки доктором социологии (4).
Неоднократно он арестовывался и сидел в тюрьме. Последний раз он был арестован 2 января 1918 г., и существовала опасность смертного приговора. Только в декабре 1918 г. был освобожден благодаря статье Ленина. В связи с тем, что в 1922 г. Сорокин был выслан из России, его творческую деятельность делят на два периода - русский и американский. При этом американцы считают его одним из основателей американской социологии, а в России имя Сорокина долгое время запрещалось даже произносить вслух. Среди крупных социологических работ Сорокина следует выделить «Преступление и кара: подвиг и награда» (1913), «Система социологии» (1920, 2 т.), «Общедоступный учебник социологии» (1920), «Социология революции» (1925), «Социальная мобильность» (1927), «Современные социологические теории» (1928), «Социальная и культурная динамика» (1937—1941, 4 т.), «Кризис нашего века» (1941), «Человек и общество в эпоху бедствий» (1942), «Социокультурная причинность, пространство, время» (1943), «Россия и Соединенные Штаты» (1944), «Общество, культура и личность» (1947), «Восстановление гуманности» (1948), «SOS. Смысл нашего кризиса» (1951), «Социальная философия в век кризиса» (1950), «Виды любви и ее сила» (1954), «Причуды и недостатки современной социологии и смежных наук» (1956), «Американская сексуальная революция» (1956), «Власть и нравственность» (1959), «Взаимная конвергенция США и СССР в направлении смешанного социокультурного типа» (1961), автобиография «Дальняя дорога» (1963), «Основные тенденции нашего времени» (1964) и «Социологические теории сегодня» (1966).
Итак, подводя итог данной главе, отметим, что Сорокин относится к тому редкому типу ученых, чье имя становится символом избранной им науки. На Западе он давно уже признан как один из классиков социологии XX столетия, стоящий в одном ряду с О. Контом, Г. Спенсером, М. Вебером.
Действительно, этот русско-американский социолог сделал огромный вклад в развитие общественной мысли и в развитие социологии как науки об обществе, несмотря на свою неоднозначность.

3. Сравнительный анализ концепций

Основным методом изучения и познания предметов и явлений является наблюдение, то есть восприятие с помощью внешних чувств (зрение, слух, обоняние, вкус,  осязание). Это используется в области изучения явлений физического, материального мира. А в области изучения явлений духовного мира, психических явлений, как указывал Петражицкий, оно состоит во внутреннем восприятии происходящего в собственной психике и будет называться уже «внутренним наблюдением, самонаблюдением, или интроспекциею, интроспективным психологическим методом» (6, с. 21).
Петражицкий выступил за проведение методологической критики существующего образования общих гуманитарных понятий и перестройку существующей психологии.
При выяснении вопроса, что следует считать «центральным научным термином социологии», он отвергал как традиционно принятое понятие «общество», так и выдвинутое новое понятие «ценность», объясняя это тем, что они не были методологически основательными и не выясняли «мотивационной силы» нормативных переживаний, их «давления на поведение» индивида. Центральным понятием он считал, является «социальное поведение» и его «мотивы» (импульсы). При этом «мотив» как социологическое понятие имеет научно-психологический синоним — «эмоции». Эмоции выступают прототипом всей психической жизни вообще. Так как эмоции выступают в роли самого содержательного компонента социального поведения, то предметом социологии становится понимание социального действия. Социальные отношения он пытался свести к явлениям психического взаимодействия. Исходя из этого, основным методом в области социальных явлений выступает интроспекция. Петражицкий указывал, что новая «эмоциональная» психология, то есть теория мотивов поведения, будет теоретической союзницей данной социологии (6).
Ученый не только признает эмоции, но и детализирует их, как того требует современная логика научного исследования, аналогично химику, который изучает воду, разлагая ее на кислород и водород. Петражицкий поступал таким же образом, сделав классификацию эмоций, выделяет эмоции «голода-аппетита», эмоции «жажды», «охотничью эмоцию», «сонную эмоцию», «благожелательные эмоции», «злостные эмоции», «одиозные эмоции» и т.п.
Сорокин же, в отличие от Петражицкого, говорит об интегративной теории познания и творчества, «в соответствии с которой мы имеем не один, а, по крайней мере, три различных канала познания» (7, с. 35). Эти каналы, по логике рассуждения Сорокина, несводимы друг к другу или к какому-то четвертому «общему знаменателю»; принцип их взаимоотношения – принцип дополнительности. Все они равноправны в своей незаменимости и в своей ограниченности: «все три системы – чувственная, рациональная и интуитивная – источники достоверного познания, и... каждая из них, используемая по назначению, дает нам знание того или иного важного аспекта объективной реальности, и ни одну из них нельзя считать целиком ложной... Эмпирико-чувственная реальность питается чувствами, рациональная – разумом, а сверхрациональная – верой» (8, с. 478). Отсюда вытекает важнейшая для Сорокина идея принципиального «гносеологического равноправия» и «культурной равноценности» научного, философского и религиозно-мистического знания, которые все выступают, выражаясь языком поэта, «золотыми спелыми плодами» от древа Духа.
Однако Сорокин не ограничивается этим утверждением; он идет дальше, обосновывая диалектический тезис взаимной необходимости чувственного, рационального и интуитивного способов познания. Так, он делает специальный акцент на том, что и в науке, и в религии, и в философии, а также в других культурных формах на самом деле при доминировании одного из этих способов познания с необходимостью присутствуют все три. «Каждая из этих систем, взятая изолированно от других, становится менее достоверной и более ошибочной даже в рамках собственной компетентности» (8, с. 478). По Сорокину, объективность, адекватность системы знания действительности, какой бы характер – научный, религиозный, умозрительно-философский – она ни носила, обеспечивается некоторым оптимальным соотношением рационального, чувственного и сверхчувственного. Эти моменты как бы корректируют друг друга, обеспечивая стереоскопический, «объемный» взгляд, единственно позволяющий адекватно отобразить момент реальности. Редукция любой культурной формы к какому-либо одному основному способу получения информации приводит не к более адекватному приспособлению к реальности, а, наоборот, к потере контакта с ней. Как мне кажется, причина здесь в том, что ни один из выделяемых Сорокиным принципов познания не отражает реальность как таковую, но фактически каждый из них имеет дело с определенной разновидностью абстракции от этой реальности. Более или менее надежный коррелят с ней обеспечивается только гармоничным сочетанием интуитивного, рационального и сенсорного начал. Таким образом, если Петражицкий говорит о примате наблюдения в познании, то Сорокин и для науки, и для религии, и для философской мысли необходимым условием существования признает в качестве метода познания гармоничное сочетание всех трех элементов познания, дающее «трехмерное» видение реальности и тем самым позволяющее схватить тот или иной ее аспект. Например, для науки основным является эмпирический способ познания, а вспомогательными будут сверхчувственно-интуитивный и отчасти рационально-умозрительный момент, но если два последних (или хотя бы один из них) будут сведены на нет, научное познание станет невозможным.
Право, по Петражицкому, это не государственные нормы (как полагали защитники правового этатизма), не фактические правовые отношения (позиция социологической школы), не нравственная идея (в естественно-правовом смысле), а явление индивидуальной психики - особые эмоции, обладающие специфическими признаками. Их отличие от других эмоций Петражицкий видел в двустороннем характере: с одной стороны, они авторитетно (императивно) возлагают обязанности, с другой стороны, они также авторитетно отдают другому, предписывают ему как право то, чего они требуют от нас. Такие эмоции Петражицкий называл императивно-атрибутивными, в отличие от императивных моральных эмоций, которые, предписывая определенное поведение как обязанность, не предоставляют никому права требовать ее безусловного исполнения. Наличие атрибутивной, управомочивающей составляющей и является сутью права, отличающее его как специфическое явление от всех других явлений (6, с. 24).

Страниц: 1 2
Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!