Основания и порядок применения мер обеспечения безопасности в отношении участников уголовного судопроизводства в исправительных учреждениях

15 Июл 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Из классификации мер безопасности видно, что их спектр очень широк, многие из них сходны (например, изменение внешности, замена документов, обеспечение конфиденциальности сведений и др.) с мерами, осуществляемыми в отношении участников уголовного судопроизводства, находящихся на свободе. Вместе с тем применение мер безопасности в отношении потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы имеет свою специфику, обусловленную: 1) условиями лишения свободы, в которых реализуются меры безопасности; 2) контингентом находящихся там лиц (опасных и особо опасных преступников); 3) возможностью их обеспечения при взаимодействии правоохранительных, судебных органов, органов прокуратуры с администрацией мест содержания под стражей и отбывания уголовных наказаний; 4) согласованностью действий указанных органов; 5) организационной сложностью при применении отдельных мер безопасности.

Анализ юридической литературы показал, что некоторые авторы понятие «применение мер безопасности» дают через понимание его этапов. Так, Л. В. Брусницын под применением мер безопасности понимает деятельность, включающую три основных элемента (этапа): первый – принятие решения об осуществлении мер безопасности; второй – реализация этих мер[1], третий – принятие решения об их отмене[2]. В ряде случаев эти этапы будут осуществляться одним субъектом, например следователем при производстве опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым, но чаще меры безопасности к рассматриваемой категории лиц будут применяться с участием нескольких субъектов. Примером может служить получение информации об угрозе безопасности в отношении потерпевшего (свидетеля) из числа осужденных к лишению свободы, лицом, производящим расследование или судебное разбирательство со стороны подозреваемого (обвиняемого) из той же среды, и последующее вынесение им постановления об осуществлении мер безопасности в отношении первого участника уголовного судопроизводства. Выбор и осуществление мер безопасности возлагаются на начальника учреждения или органа, исполняющего наказание.

На наш взгляд, приведенная выше концепция применения мер безопасности является универсальной и вполне применима в условиях лишения свободы.

В контексте рассматриваемой проблемы первый этап применения мер безопасности можно разделить на три стадии: 1) получение информации о факте угрозы; 2) проверка полученной информации; 3) решение должностного лица о применении (неприменении) мер безопасности.

Рассмотрение первой стадии (получения информации о факте угроз) начнем с обозначения типовых ситуаций, возникающих в исправительных учреждениях и служащих поводами для принятия решения о применении в отношении указанной категории лиц мер безопасности. К ним относятся:

– непосредственное присутствие сотрудника ИУ или лица, производящего следствие (дознание), либо судьи при высказывании угрозы, подкрепленной демонстрацией опасных предметов или выраженной в завуалированной форме (например, во фразах «подумай о детях», «будет хуже» и т. п.) в отношении защищаемого лица в связи с его участием в уголовном судопроизводстве в качестве потерпевшего или свидетеля во время проведения следственных действий или при других обстоятельствах;

– пресечение насилия, выраженного в физических действиях в отношении лица, оказывающего содействие правосудию;

– заявление (ходатайство) потерпевшего (свидетеля) из числа осужденных, а также его родственников или других лиц, содержащее просьбу обеспечить безопасность первого;

– получение органом, обеспечивающим безопасность, оперативной и иной информации, указывающей на наличие угрозы безопасности указанного лица.

Наличие угрозы является основанием применения мер безопасности[3], однако в законодательстве России отсутствует единое ее понимание. Так, УИК РФ не раскрывает содержания угроз, в то время как УПК РФ и Федеральный закон «О государственной защите…» причисляет к ним «угрозы убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением имущества»[4]. Помимо этого, ч. 3 ст. 11 УПК РФ к ним добавляет «иные опасные противоправные деяния». В свою очередь, ст. 18 Федерального закона «О государственной защите…», устанавливающая порядок применения мер безопасности, кроме указанных в ст. 16 оснований, рассматривает угрозу «иного опасного противоправного деяния». Данное разночтение, на наш взгляд, может снизить эффективность и своевременность осуществления мер безопасности. В связи с этим считаем, что ч. 1 ст. 16 Федерального закона «О государственной защите…» следует дополнить: после слов «уничтожением или повреждением его имущества» фразой «либо иного опасного противоправного деяния». Хотя данная категория будет носить всего лишь оценочный характер, мы разделяем позицию тех авторов, которые высказывают мнение о том, что «меры безопасности должны использоваться во всех случаях воздействия – как запрещенного уголовным законом, так и иного»[5], поскольку определяющим здесь является не столько форма и степень воздействия, сколько цель, с которой оно осуществляется.

Таким образом, ч. 1 ст. 16 Федерального закона «О государственной защите…» целесообразно изложить в следующей редакции: «Основаниями применения мер безопасности являются данные о наличии реальной угрозы убийством защищаемого лица, насилием над ним, уничтожением или повреждением его имущества либо иного опасного противоправного деяния в связи с участием в уголовном судопроизводстве, установленные органом, принимающим решение об осуществлении государственной защиты».

Следующее разночтение заключается в форме выражения заявления лица о применении в его отношении мер безопасности. Так, согласно Закону «О государственной защите…» меры безопасности применяются только на основании письменного заявления защищаемых лиц либо с их согласия, выраженного в письменной форме (ч. 2 ст. 16), одновременно в УИК РФ указывается, что меры безопасности также могут быть применены и по личной инициативе начальника учреждения без учета мнения защищаемого лица (ч. 3 ст. 13).

Вместе с тем дискуссионным представляется положение ч. 2 ст. 13 УИК РФ, где обязанность должностного лица по обеспечению безопасности осужденного поставлена в зависимость от наличия заявления последнего, содержащего просьбу об обеспечении личной безопасности. Получается, что, если должностному лицу стало известно об опасности, грозящей осужденному, но заявление от него не поступило, меры для устранения опасности приняты не будут. Обязанность действовать по собственной инициативе указана только для начальника ИУ (ч. 3 ст. 13)[6]. Следовательно, представляется целесообразным устранить приведенную неточность. В связи с этим мы предлагаем дополнить ст. 13 УИК РФ частью 21 следующего содержания: «Должностное лицо, получившее информацию об угрозе личной безопасности осужденного, с согласия начальника учреждения обязано принять решение о переводе лица в безопасное место, в экстренных случаях с уведомлением оперативного дежурного до прихода начальника учреждения, а также принять иные меры по обеспечению личной безопасности осужденного».

Дополнение ст. 13 УИК РФ частью 21 влечет необходимость привести в соответствие и ведомственные нормативные акты, а именно главу XXV Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и раздел XIV Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ. Поэтому п. 172 главы XXV ПВР ИУ представляется необходимым изложить в следующей редакции: «Начальник ИУ, а также иное должностное лицо (с согласия начальника учреждения, в экстренных случаях с уведомлением оперативного дежурного до прихода начальника учреждения) по такому заявлению либо по собственной инициативе принимает решение о переводе осужденного в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу его личной безопасности».В свою очередь, п. 112 раздела XIV ПВР ВК будет следующего содержания: «Начальник ВК, а также иное должностное лицо (с согласия начальника учреждения, в экстренных случаях с уведомлением оперативного дежурного до прихода начальника учреждения) по такому заявлению либо по собственной инициативе принимает решение о переводе осужденного в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу его личной безопасности».

Вторая стадия принятия решения об обеспечении безопасности осужденного заключается в проверке полученной информации должностным лицом, уполномоченным принимать решение о применении мер безопасности, состоящих в исследовании полученных данных об угрозе насилия в отношении защищаемого лица с позиции объективности и достоверности. Как и все этапы, он ограничен временными рамками. Так, в ч. 2 ст. 13 УИК РФ указано на обязанность должностного лица незамедлительно принять меры по обеспечению безопасности обратившегося осужденного. В то же время ч. 2 ст. 18 Федерального закона «О государственной защите…» предусматривает трехдневный срок для проверки полученного заявления (сообщения), и только в случаях, не терпящих отлагательства, решение должно быть принято немедленно. Но в течение времени, отведенного органу, проводящему расследование, на принятие необходимого решения, сотрудники ИУ по общему правилу (в соответствии с ч. 2 и 3 ст. 13 УИК РФ) обязаны незамедлительно принять первоначальные меры к изоляции лица из опасной для него среды.

Получение согласия на применение мер безопасности или отказа является заключительной стадией первого этапа реализации мер безопасности. Они могут быть облечены в форму мотивированного постановления (определения) или содержаться в протоколе следственного действия. Постановление (определение) может либо удовлетворять требование о применении мер безопасности, либо содержать отказ в их применении.

Наше исследование, проведенное до внесенных 10 марта 2006 г. изменений в ст. 13 УИК РФ, показало, что основная часть сотрудников исправительных учреждений (75,3 %) желает самостоятельно принимать решение о применении мер безопасности к рассматриваемой категории осужденных, так как «хождение по инстанциям затягивает время и тем самым ухудшает положение защищаемого лица в ИУ». Однако 24,7 % респондентов считают, что согласие на реализацию мер безопасности должно выражаться в мотивированном постановлении (определении) суда, прокуратуры, следователя (органа дознания) или начальника исправительного учреждения, поскольку «они более детально изучат обстоятельства конфликта, примут наиболее верное решение». Но, как показали последние изменения, законодатель счел должным закрепить в ч. 4 ст. 13 УИК РФ положение о том, что меры безопасности в отношении осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства, осуществляются начальником учреждения или органа, исполняющего наказания, на основании мотивированного постановления (определения) суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя (далее – компетентным органом). На наш взгляд, в данном положении статьи следует уточнить, какие именно меры безопасности будут применяться в предусмотренном порядке. Таким образом, предлагаем ч. 4 ст. 13 изложить в следующей редакции: «Меры безопасности, предусмотренные Федеральным законом «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» в отношении осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства, осуществляются начальником учреждения или органа, исполняющего наказание, на основании мотивированного постановления (определения) суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя».

Принятие обоснованного и своевременного решения об осуществлении мер безопасности в значительной степени будет зависеть от правильно спланированной деятельности лиц, занимающихся расследованием преступления, так как именно они заинтересованы в установлении истины по уголовному делу, возможном лишь в случае получения правдивых показаний потерпевших и свидетелей, не боящихся насилия в отношении себя и своих близких. В связи с этим следует заметить, что установление доверительных отношений между сотрудниками правоохранительных органов и прокуратуры, с одной стороны, и осужденных – с другой, является трудновыполнимой задачей, поскольку нормы криминальной субкультуры запрещают ее носителям сотрудничать в какой бы то ни было форме с органами власти и суда[7]. Кроме того, санкции преступного мира за «ослушание» несоизмеримо страшнее, чем возможные государственные санкции за отказ выполнять уголовно-процессуальные обязанности потерпевшего и свидетеля[8].

Итак, в исправительном учреждении для рассматриваемой категории лиц угрозу представляют не только обличаемые лица, но и другие осужденные – приверженцы криминальной субкультуры – «организованные преступные группы, организации (сообщества), функционирующие в местах лишения свободы, «воры в законе» и иные лидеры преступного мира»[9]. Поэтому основная задача правоохранительных органов состоит в тактически верном подборе приемов для построения конструктивных отношений с потерпевшими и свидетелями в предоставлении реальных гарантий их безопасности.

Таким образом, первый этап применения мер безопасности состоит из трех последовательно сменяемых стадий, результатом которых является принятие решения о применении мер безопасности или отказе от их реализации. Решение о применении мер безопасности, предусмотренных УПК РФ и Федеральным законом «О государственной защите…», принимает судья, прокурор, следователь, орган дознания, дознаватель, а решение о реализации мер безопасности, указанных в УИК РФ, – начальник или сотрудники ИУ.

В том случае, если было вынесено постановление (определение) о применении мер безопасности, наступает второй и самый продолжительный этап применения мер безопасности – их реализация.

При анализе этого этапа мы будем руководствоваться представленной нами в предыдущем параграфе классификацией организационно-правовых мер безопасности в зависимости от источника регулирования правоотношений. В соответствии с ней меры безопасности можно разделить на уголовно-процессуальные, уголовно-правовые, специальные и уголовно-исполнительные. При выборе тех или иных мер сотрудники руководствуются ценностью имеющейся у лица информации, реальностью высказываемых угроз и объективностью их реализации. Справедливым является то, что в соответствии с Федеральным законом «О государственной защите…» применение таких мер безопасности, как замена документов и изменение внешности человека, оказывающих существенное влияние на уклад жизни личности, а следовательно, являющихся для него довольно болезненными, возможно только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях.

Что же касается порядка применения уголовно-процессуальных мер безопасности органом дознания, следствия, прокуратуры и суда в отношении рассматриваемой категории лиц, то они не будут отличаться от общего порядка применения мер безопасности. В связи с этим мы не видим необходимости в какой-то дополнительной их характеристике в настоящей работе, поскольку порядок их применения подробно рассмотрен в юридической литературе[10]. Тем не менее при их реализации возникают организационные вопросы, решение которых требует согласования или содействия администрации ИУ. Так, проведение в исправительном учреждении следственного действия – опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым (ч. 8 ст. 193 УПК РФ), будет осуществляться при содействии администрации, поскольку необходимо не только предоставить помещение, отвечающее соответствующим требованиям[11], и охрану осужденного, но и задействовать статистов и понятых.

Итак, координирование действий по осуществлению безопасности носит двухсторонний характер, ибо применение администрацией исправительного учреждения некоторых мер, предусмотренных УИК РФ или Федеральным законом «О государственной защите…» (например, перевод защищаемого лица или лица, от которого исходит угроза насилия, в другое ИУ), требует обязательного согласования с органом, производящим дознание или следствие.

Следующую группу представляют меры уголовно-правового характера. К их числу относится также ряд других норм, посвященных закреплению уголовной ответственности в случае совершения противоправных действий в отношении участников уголовного судопроизводства (например, отягчающие обстоятельства – совершение преступления в отношении лица или его близких в связи с выполнением данным лицом общественного долга). Они выступают гарантией защиты субъектов уголовно-процессуальных правоотношений. Положения статей российского уголовного закона можно назвать мерами безопасности профилактического характера. Но в случае совершения деяния, содержащего все признаки преступления, для лица, его совершившего, наступают уголовно-правовые последствия.

Поскольку наличие угрозы является основанием применения мер безопасности, считаем, что было бы справедливо дополнить ст. 119 УК РФ частью 2, предусматривающей уголовную ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью в отношении потерпевшего, свидетеля или иного участника уголовного удопроизводства в связи с выполнением данным лицом общественного долга, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Таким образом, предлагаем ст. 119 УК РФ «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью» изложить в следующей редакции: «2. То же деяние, совершенное в отношении потерпевшего, свидетеля или иного участника уголовного судопроизводства в связи с выполнением данным лицом общественного долга, наказывается…».

Одно из важных мест в системе мер безопасности занимают специальные меры безопасности.

Так, ч. 1 ст. 14 Федерального закона «О государственной защите…» отмечает юридическую возможность применения мер безопасности из числа закрепленных в ч. 1 ст. 6 Федерального закона  «О государственной защите…» защитных мер к потерпевшим и свидетелям, находящимся в местах лишения свободы. Санкцию на применение указанной группы мер выносит судья, прокурор, следователь или дознаватель, а непосредственным выбором и их реализацией занимаются сотрудники учреждения и органы уголовно-исполнительной системы, которые информируют суд (судью) прокурора, начальника органа дознания или следователя об избранных мерах безопасности, их изменении и дополнении, а также результатах применения указанных мер (ч. 5 ст. 18 Федерального закона «О государственной защите…»).

Порядок применения такой меры безопасности, как обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице[12], будет состоять в следующем:

1. В случае принятия решения о применении мер безопасности в виде обеспечения конфиденциальности сведений о защищаемых лицах выписка из постановления немедленно направляется для исполнения в адресно-справочное бюро МВД, ГУВД, УВД, а также внутренних дел по месту регистрации защищаемого лица, в горрайорганы по месту получения паспорта защищаемым лицом, подразделения Государственной автомобильной инспекции, справочную службу автоматической телефонной связи и другие информационно-справочные фонды.

В случае отдаленности органов, которым поручается осуществление мер безопасности в виде обеспечения конфиденциальности сведений о защищаемых лицах, исключающей немедленное вручение решения о выполнении этих мер, поручение может быть направлено телеграммой, по факсу, с последующим подтверждением по почте.

2. При получении постановления органа, осуществляющего безопасность, о мерах в виде обеспечения конфиденциальности сведений по указанию начальника адресно-справочного бюро МВД, ГУВД, УВД адресные листки прибытия на защищаемых лиц изымаются. В общей адресно-справочной картотеке на этих лиц помещаются листки прибытия – заместители с указанием только фамилии, имени, отчества, даты и места рождения и отметкой о том, что основные адресные листки хранятся у начальника адресно-справочного бюро в установленном порядке.

3. Справки с информацией об адресах защищаемых лиц не выдаются. При поступлении запросов от физических и юридических лиц (устных или письменных) об адресах защищаемых лиц работники адресно-справочного бюро МВД, ГУВД, УВД докладывают о них руководителю, который незамедлительно ставит об этом в известность работников органа, обеспечивающего безопасность, и действует по его указанию.

4. По истечении срока осуществления мер безопасности или их отмены на основании постановления, вынесенного органом, обеспечивающим безопасность, адресные листки раскладываются в общую адресно-справочную картотеку, а листки прибытия – заместители уничтожаются.

5. Руководители Федеральной миграционной службы горрайорганов внутренних дел или должностные лица, их замещающие, при получении от органа, обеспечивающего безопасность, постановления о принятии мер в виде обеспечения конфиденциальности сведений о защищаемых лицах производят изъятие, хранение адресных листков, выдачу справок на охраняемых лиц, а также помещение этих листков в общую адресно-справочную картотеку горрайорганов внутренних дел по истечении сроков или после отмены мер безопасности.

При этом из общей картотеки изымается заявление по форме № 1 на получение паспорта охраняемым лицом и хранится у руководителя Федеральной миграционной службы горрайоргана или должностного лица, его замещающего. Вместо него в общую картотеку направляется бланк заявления по форме № 1 с указанием только фамилии, имени, отчества, даты рождения со ссылкой на то, что само заявление хранится у руководителей Федеральной миграционной службы горрайорганов внутренних дел.

Выдача информации по заявлениям формы № 1, а также помещение последних в общую картотеку после истечения срока или отмены мер безопасности осуществляется в порядке, определенном выше.

Процесс замены документов[13] происходит следующим образом:

1. Сотрудник органа, обеспечивающего безопасность, направляет начальнику горрайоргана внутренних дел или его заместителю по месту регистрации защищаемого лица постановление о выдаче защищаемому лицу документа, удостоверяющего личность (паспорт), утвержденное министром внутренних дел республики в составе Российской Федерации, начальником ГУВД, УВД субъектов Российской Федерации. Вместе с указанным постановлением передаются заполненное заявление по форме № 1 на выдачу паспорта с измененными анкетными данными и подписью защищаемого лица, две фотокарточки размером 50х60 мм, имеющийся у него паспорт.

2. Начальник горрайоргана внутренних дел или его заместитель на основании представленных документов дает письменное указание руководителю Федеральной миграционной службы горрайоргана о выдаче защищаемому лицу паспорта и других документов с измененными анкетными данными.

3. Руководитель Федеральной миграционной службы горрайоргана внутренних дел или должностное лицо, его заменяющее, в присутствии уполномоченного сотрудника органа, обеспечивающего безопасность, проверяет переданные ему документы, проставляет в графе «Паспорт выдать на основании заявления по форме № 1» данные об имеющемся на руках у защищаемого лица паспорте и условную запись «Статья 6 Федерального закона "О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства"». В графе «Прошу выдать (обменять) в связи с... (при этом проставляется отметка)... обнаружением неточности в записях».

4. Оформление паспорта и его вручение защищаемому лицу осуществляются через уполномоченного сотрудника органа, обеспечивающего безопасность. При этом старый паспорт остается на хранении у руководителя Федеральной миграционной службы горрайорганов внутренних дел.

5. Постановление органа, обеспечивающего безопасность, которое послужило основанием к выдаче паспорта с измененными анкетными данными, подшивается в отдельной папке и хранится в течение срока, определяемого для заявлений по форме № 1 на выдачу паспорта.

6. Заявление по форме № 1 на выданный защищаемому лицу паспорт с измененными анкетными данными помещается в общую картотеку.

7. При поступлении запросов на выданный защищаемому лицу паспорт с измененными анкетными данными, в том числе по факту его утраты, ответ на них высылается по согласованию с органом, обеспечивающим безопасность.

8. Оформление материала по факту утраты защищаемым лицом паспорта с измененными анкетными данными производится на общих основаниях, но с уведомлением об этом органа, обеспечивающего безопасность.

9. В случае, если в соответствии со ст. 20 Федерального закона «О государственной защите…» будет признана необходимость отмены указанной меры безопасности, выдача защищаемому лицу паспорта с его прежними анкетными данными производится в установленном порядке на основании постановления органа, обеспечивающего безопасность. При этом в графе формы № 1 «Документы, на основании которых выдан паспорт» проставляется запись «Статья 20 Федерального закона "О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства"».

10. Замена иных документов осуществляется оперативно-техническими подразделениями органов внутренних дел в соответствии с нормативными актами МВД России, регламентирующими порядок проведения конкретных оперативно-технических мероприятий, а также порядок изготовления, учета и использования документов, зашифровывающих личность граждан, при поступлении соответствующего постановления органа, обеспечивающего безопасность.

Поскольку такие меры безопасности, как замена документов и изменение внешности, требуют больших финансовых затрат, а также времени и средств, то следует отметить, что на практике в УИС они будут применяться крайне редко, в исключительных случаях, если безопасность защищаемого лица невозможно будет обеспечить другими мерами. Эти меры будут осуществляться по заявлению и с согласия защищаемого лица. Но вероятнее всего, что в ближайшее время эти нормы будут носить исключительно декларативный характер, поскольку в ходе бесед с сотрудниками оперативных отделов и отделов безопасности было установлено отсутствие острой необходимости в них. По их мнению, эти меры «из области фантастики» и в исправительных учреждениях их применять нерентабельно и нецелесообразно.

Изменение защищаемому лицу меры пресечения или меры наказания в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством РФ. Мы считаем, что применять к осужденному к лишению свободы изменение меры пресечения (регулируемое ст. 110 УПК РФ) нет необходимости, поскольку он уже изолирован. Законодатель это положение относит к защищаемым лицам, содержащимся под стражей. А вот изменить меру наказания рассматриваемой категории осужденных, на наш взгляд, вполне возможно. Данное положение закреплено в п. 4 и 5 ст. 397 УПК РФ,  где рассматривается условно-досрочное освобождение от наказания в соответствии со ст. 79 УК РФ (п. 4 ст. 397) и замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания в соответствии со ст. 80 УК РФ (п. 5 ст. 397). Следует заметить, что, по всей видимости, на потерпевших и свидетелей из числа осужденных не будут распространяться условия применения данной меры, так как в УК РФ указывается: «Неотбытая часть наказания может быть заменена более мягким видом наказания после фактического отбытия осужденным к лишению свободы за совершение: преступления небольшой или средней тяжести – не менее одной трети срока наказания; тяжкого преступления – не менее половины срока наказания; особо тяжкого преступления – не менее двух третей срока наказания» (ч. 2 ст. 80). Решение об изменении меры наказания принимает суд.

Учитывая, что такие меры безопасности, как временное помещение в безопасное место, перевод защищаемого лица или лица, от которого исходит угроза насилия, из одного места отбывания наказания в другое, а также раздельное содержание защищаемого лица и лица, от которого исходит угроза насилия, по содержанию и способам применения совпадают с мерами уголовно-исполнительного характера, считаем необходимым рассмотреть порядок их применения в отношении интересующей нас категории лиц в рамках уголовно-исполнительных мер безопасности.

Таким образом, переходим к рассмотрению мер безопасности уголовно-исполнительного характера. В зависимости от субъекта применения их можно поделить на две группы.

  1. Меры, применяемые в отношении защищаемого лица:

а) связанные с переводом лица в безопасное место, расположенное в пределах одного ИУ;

б) связанные с переводом лица в безопасное место, расположенное за пределами ИУ.

  1. Меры, применяемые к лицам, представляющим угрозу:

а) связанные с переводом лица в другое исправительное учреждение;

б) меры пресечения.

В соответствии со ст. 13 УИК РФ и п. 8 ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О государственной защите…» мерой обеспечения безопасности осужденных выступает помещение лица в безопасное место. В анализируемых статьях законодатель не приводит какие-либо критерии отнесения тех или иных мест к безопасным, а лишь косвенно указывает на то, что безопасное место может быть как в пределах одного ИУ, так и за его пределами, что связано с переводом лица в другое ИУ.

В пределах одного исправительного учреждения как безопасные рассматриваются следующие места:

1)    другой отряд. Данная мера заключается в переводе лица, нуждающегося в обеспечении личной безопасности, для проживания в помещение другого отряда. Положительный результат эта мера безопасности, как правило, может дать лишь при условии эффективной внутренней локализации в ИУ, позволяющей пресечь самовольные передвижения осужденных по территории исправительных учреждений и посещение отрядов, в которых они не проживают. В основном переводы такого рода применяются при незначительной угрозе безопасности потерпевшего или свидетеля из числа осужденных, когда есть основания полагать, что его безопасность будет восстановлена в результате смены среды общения;

2)     медицинское учреждение, расположенное на территории ИУ. Эффективность указанной меры основана на нормах среды осужденных, категорически запрещающих расправы над лицами, находящимися на лечении в медицинском учреждении[14], однако она применяется в исключительных случаях, поскольку не имеет правовой регламентации;

3)     изолированные помещения. В ИК не оборудованы какие-либо изолированные помещения особого типа, предназначенные для содержания осужденных, обратившихся с просьбой об обеспечении их безопасности. Практика показывает, что в качестве изолированных помещений в ИК используются обычные камеры ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, куда водворяются осужденные по постановлению начальника ИУ на срок не свыше 90 суток (глава XXV ПВР ИУ). Перевод в безопасное место осуществляется по постановлению начальника ИУ, а в экстренных случаях – оперативным дежурным до прихода начальника, но не более чем на 24 часа. В отличие от исправительной колонии в воспитательной колонии для обеспечения личной безопасности несовершеннолетнего осужденного используются камеры ДИЗО, куда направляются подростки по постановлению начальника ВК на срок не свыше 30 суток, в экстренных случаях – по решению оперативного дежурного, но не более чем на 24 часа (раздел XIV ПВР ВК). При переводе в указанные места защищаемого лица необходимо учитывать, что потерпевшие и свидетели из числа осужденных должны содержаться в отдельных камерах от общей категории осужденных и не должны подвергаться каким-либо дополнительным правоограничениям, за исключением тех, которые определяются условиями содержания в указанных помещениях (одиночное содержание, ограничение в передвижении, общении, пользовании телевизором и пр.).

На наш взгляд, следует поддержать предложение, высказанное В. Е. Южаниным о необходимости сведения подобных ограничений до минимума (поскольку мера безопасности не является мерой взыскания, и осужденные, к которым она применяется, не должны подвергаться дополнительным ограничениям), оборудовав специальное изолированное помещение, а не отдельную камеру, мало чем отличающуюся от обычных жилых помещений, в которых проживает основная масса осужденных[15].

Наряду с приведенными мерами безопасности в практической деятельности сотрудников ИУ весьма распространено осуществление постоянного надзора за осужденными, нуждающимися в обеспечении безопасности, а также переводы защищаемого лица на должность дневального комнаты проведения свиданий, медицинской части, ночных сторожей на производственных объектах[16].

Рассмотренная группа мер содержит разнообразные меры безопасности, но большинство из них непродолжительны по времени применения. Вследствие этого от органа, обеспечивающего безопасность, за короткое время требуется разработать комплекс последующих мер (корректировка результата). Именно поэтому сотрудники обращаются к мерам безопасности, входящим во вторую группу.

Итак, вторая группа переводов в безопасное место связана с направлением осужденных для дальнейшего отбывания наказания в другое ИУ и в исключительных случаях – с переводом в лечебные учреждения уголовно-исполнительной системы за пределами исправительного учреждения. Следует заметить, что такой перевод не направлен на изменение правового статуса осужденного, а является исключением из исторически сложившегося правила отбывания всего срока наказания, назначенного судом, в одном исправительном учреждении как непременного и обязательного атрибута достижения целей наказания в связи с необходимостью обеспечения безопасности[17].

Перевод потерпевших и свидетелей из числа осужденных для дальнейшего отбывания наказания из одной колонии в другую регулируется ч. 2 ст. 81 УИК РФ, п. 2 ч. 2 ст. 14 Федерального закона «О государственной защите…» и ведомственными нормативными правовыми актами[18]. Подчеркнем, что эффективность данной меры во многом обусловливается умелыми и тактически грамотными действиями сотрудников оперативных отделов, оформляющих материалы о переводе осужденного (например, в материалах о переводе указать такие основания, как отсутствие специальной школы, а этому осужденному 30 лет; отсутствие у него специальности, а ПУ есть в другом исправительном учреждении и др.). Именно от них зависит, станет ли известно осужденным о будущем месте отбывания наказания лицом, безопасность которого обеспечивается, поэтому их действия должны носить строго конфиденциальный характер. Более подробно останавливаться на их деятельности мы не видим необходимости и возможности, поскольку она не соответствует теме исследования и имеет секретный характер.

Переводы осужденных из одного ИУ в другое (независимо от процессуального статуса) осложняются самой процедурой перевода. Так, перевод в исправительные учреждения, расположенные в пределах одного субъекта Российской Федерации, осуществляется по указаниям руководства ФСИН России (в случае рассмотрения вопроса в центральном аппарате), территориальных органов ФСИН России, в исправительные учреждения, расположенные в других субъектах Российской Федерации, исключительно по решению ФСИН России. Решение о переводе осужденного принимается на основании мотивированного заключения центрального (территориального) органа ФСИН России, утвержденного начальником либо его заместителем по безопасности и оперативной работе[19]. Эта мера безопасности применяется лишь в крайних случаях, когда невозможно решить вопросы безопасности осужденного в том исправительном учреждении, где он содержится.

Также при принятии решения о применении данной меры безопасности необходимо учитывать тот факт, что подлежащий переводу осужденный (как защищаемый, так и представляющий угрозу для защищаемого) является участником уголовного процесса и в целях предотвращения возможных сложностей в судопроизводстве следует согласовать возможности перевода с лицом (органом), в производстве которого находится соответствующее уголовное дело.

Временный перевод осужденного в лечебное учреждение уголовно-исполнительной системы используется в исключительных случаях как промежуточная мера обеспечения его безопасности. После перевода осужденного в больницу мероприятия по обеспечению его безопасности не приостанавливаются. Обеспечение безопасности не является основанием перевода защищаемого лица в больницу. Направление больных в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения осуществляется по медицинским, в том числе противоэпидемическим показаниям[20].

Кроме перечисленных мер, применяемых для обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных, в местах лишения свободы в ряде случаев бывают эффективными меры, применяемые в отношении лица, представляющего угрозу, например, связанные с переводом указанной категории осужденных в другое исправительное учреждение[21]. Применяются такие меры, по данным нашего исследования, в каждом четвертом случае. Так, 25,4 % опрошенных сотрудников оперативных отделов и отделов безопасности ИУ указали, что осуществляли подобные переводы для обеспечения защиты осужденных (приложение 4, диаграмма 1). Порядок их применения закреплен в Инструкции о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения и аналогичен порядку переводов защищаемых лиц. В свою очередь, глава XXV Правил внутреннего распорядка ИУ и раздел XIV Правил внутреннего распорядка ВК УИС России предусматривают возможность принятия начальником ИУ решения о переводе лиц, представляющих угрозу насилия потерпевшим и свидетелям из числа осужденных, в другое ИУ в установленном порядке. Поскольку приведенные нормативные акты являются ведомственными, то они должны лишь конкретизировать законодательные нормы в узких вопросах, однако УИК РФ не предусматривает возможность такого перевода. Подобный пробел, на наш взгляд, целесообразно устранить, дополнив ч. 2 ст. 81 УИК РФ после фразы: «Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одной колонии в другую того же вида или из одной тюрьмы в другую допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности…» словами «безопасности других лиц».

Таким образом, предлагается следующая редакция ч. 2 ст. 81 УИК РФ: «Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одной колонии в другую того же вида или из одной тюрьмы в другую допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, безопасности других лиц при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Порядок перевода осужденного определяется Министерством юстиции Российской Федерации».

Анализируя порядок применения мер безопасности, следует обратить внимание на то, что они существенно отличаются от мер дисциплинарного воздействия. Дисциплинарные меры носят репрессивный характер и применяются за проступки, совершенные в прошлом. Меры безопасности не имеют репрессивного характера и не преследуют этой цели. Они реализуются не в целях наказания осужденного, а пресечения и предупреждения противоправного воздействия. Именно на пресечение противоправного воздействия направлены в первую очередь меры, названные нами мерами пресечения, так как они связаны с силовым воздействием на осужденного.

В данный блок входят такие меры безопасности, как применение физической силы, наручников, оружия и иных специальных средств. В юридической литературе применение указанных средств одни исследователи выделяют в особую группу мер безопасности[22], другие вообще не относят использование оружия к названным мерам безопасности[23]. Очевидно, это связано с тем, что исследователи не обнаруживают единой цели применения наручников, физической силы, иных специальных средств и оружия. Мы придерживаемся первой позиции, поскольку применение оружия и специальных средств в целях устранения опасности является реализацией мер безопасности, но в то же время разделяем мнение Н. А. Стручкова о том, что эти меры применяются, как правило, в экстремальных ситуациях и только в исключительных случаях, если другим путем прекратить противоправное поведение не представляется возможным[24].

Меры пресечения являются разновидностью государственного принуждения. Их применение связано с физическим воздействием на осужденных, но оно не преследует цели причинения страданий и унижения человеческого достоинства. Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными ООН предписано, что средства усмирения никогда не следует использовать в качестве наказания, они являются исключительно мерами предохранительного, предупредительного свойства (п. 33).

Указанные меры безопасности в российском законодательстве рассматриваются в ст. 86 УИК РФ, гл. 5 Закона РФ «Об учреждениях и органах…» и ст. ст. 43–47 Федерального закона «О содержании под стражей…».

Так, Закон РФ «Об учреждениях и органах…» достаточно детально регламентирует данные меры безопасности путем установления круга субъектов, имеющих право на их применение; условий, при наступлении которых оно возможно; порядка их использования, а также перечня специальных средств.

Уголовно-исполнительный кодекс РФ устанавливает единое основание применения физической силы, специальных средств и оружия (ч. 1 ст. 86), а Закон РФ «Об учреждениях и органах…» расширяет и конкретизирует использование каждой отдельно взятой меры. Кроме того, в законе отмечается, что к осужденным женщинам с видимыми признаками беременности, лицам с явными признаками инвалидности и несовершеннолетним, когда их возраст очевиден или известен, запрещается применение указанных мер, кроме случаев, перечисленных в ст. ст. 30, 31 Закона. Использование огнестрельного оружия допускается исключительно для защиты жизни и здоровья граждан, отражения нападения на осужденных и т. п.

Общими требованиями к применению перечисленных мер безопасности сотрудниками УИС являются: 1) предупреждение о намерении их использования, предоставление времени, достаточного для выполнения требований сотрудников (за исключением тех случаев, когда промедление в их применении создает непосредственную опасность для жизни и здоровья осужденных, может повлечь иные тяжкие последствия или когда такое предупреждение в создавшейся обстановке является неуместным либо невозможным); 2) обеспечение наименьшего причинения вреда осужденным и заключенным, предоставление пострадавшим медицинской помощи; 3) доклад непосредственному начальнику о каждом случае применения физической силы, специальных средств и оружия.

К специальным средствам относятся: резиновые палки, наручники, светозвуковые средства отвлекающего воздействия, средства разрушения преград, водометы и бронемашины, служебные собаки. Закон «Об учреждениях и органах…» выделяет отдельным видом мер безопасности применение газового оружия, в то время как в УИК РФ данная мера отсутствует.

Следует обратить внимание на то, что меры пресечения в рассматриваемых нами целях на практике должны применяться только к лицам, от которых, исходя из обстановки, реально можно ожидать насильственных действий. Несоответствием закону будет считаться применение физической силы, специальных средств и оружия при отсутствии со стороны осужденных реальных насильственных действий.

Таким образом, рассмотренные меры безопасности имеют особый порядок применения к интересующей нас категории лиц, а также к осужденным, представляющим угрозу насилия, что прежде всего связано с условиями и целями их применения.

Проведенное нами исследование показало, что меры безопасности чаще всего применяются комплексно, например, одновременно уголовно-процессуальные и уголовно-исполнительные.

Иллюстрацией подобного применения мер безопасности к исследуемой категории лиц служит уголовное дело по факту совершения массовых беспорядков группой осужденных из четырех человек в ФГУ ИК-3 Самарской области, повлекших смерть осужденного С., а также причинение вреда здоровью различной степени тяжести семерым осужденным.

В ходе предварительного следствия по данному уголовному делу в качестве свидетелей было допрошено 53 осужденных. В целях защиты свидетелей, одиннадцати из них были присвоены псевдонимы («Ростов», «Волгоград», «Тольятти» и т. д.), пятеро были помещены в безопасное место. По окончании судебного разбирательства тринадцать свидетелей были переведены в другие исправительные учреждения того же региона для дальнейшего отбывания наказания в виде лишения свободы.

На время предварительного следствия и судебного разбирательства по делу потерпевшие были этапированы в ЛПУ МОСБ, по окончании – трое потерпевших переведены в целях обеспечения их безопасности в другое исправительное учреждение в пределах Самарского региона.

Главный организатор массовых беспорядков осужденный Т. по приговору суда направлен для отбывания наказания в ИУ, расположенное в другом субъекте Российской Федерации.

В приведенном примере можно наблюдать реализацию мер безопасности: уголовно-процессуальных (неуказание в протоколах следственных действий данных защищаемой личности: фамилии, имени, отчества, даты рождения, места жительства, места работы и т. п.) и уголовно-исполнительных (перевод защищаемого лица (свидетеля) в безопасное место, потерпевших и свидетелей в целях обеспечения их безопасности – в другие ИУ внутри региона, а также лица, представляющего угрозу насилия, – в ИУ, расположенное в другом субъекте Российской Федерации).

В связи с тем, что рассматриваемая категория лиц содержится не только в исправительных учреждениях, но и в СИЗО, следует обратиться к анализу применения мер безопасности в местах содержания под стражей.

Следственные изоляторы имеют много общего с ИУ, но осуществляемые в них меры безопасности имеют некоторую специфику применения.

Так, в пределах одного следственного изолятора мерами безопасности  являются:

1) перевод лица, нуждающегося в обеспечении личной безопасности, для содержания в другую камеру иного режимного корпуса. Данная мера будет результативной лишь при условии эффективной внутренней изоляции в учреждении, позволяющей пресечь утечку межкамерной информации;

2) перевод потерпевшего или свидетеля из числа осужденных в изолированную камеру в пределах режимного корпуса СИЗО. Так же, как и в ИУ, в следственном изоляторе не оборудованы какие-либо специальные изолированные камеры, предназначенные для нахождения в них лиц в целях обеспечения их личной безопасности. Поэтому в качестве безопасных мест, как правило, используются одиночные камеры или карцер, куда переводятся защищаемые лица по постановлению начальника учреждения на срок до 15 суток в соответствии со ст. 38 Федерального закона «О содержании под стражей…»[25]. Однако в статье указывается на меру взыскания в виде перевода лица в одиночную камеру и карцер, а о том, что эти места могут быть использованы в качестве безопасных, ничего не сказано. Но на практике в СИЗО по аналогии с исправительными учреждениями наделяют эти места подобной функцией, поэтому на защищаемых лиц не распространяются правоограничения, предусмотренные к лицам, помещаемым туда в качестве меры взыскания.

В ходе проведенного нами исследования мнений сотрудников УИС о частоте применения мер безопасности в отношении потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы было установлено, что только четыре из семи мер безопасности (предложенных в качестве вариантов ответов) применяются на практике (приложение 4, диаграмма 1). Как видно из приведенных в таблице данных, абсолютным лидером по частоте применения мер безопасности к потерпевшим и свидетелям из числа осужденных к лишению свободы является временное помещение их в безопасное место (ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, ДИЗО, одиночную камеру или карцер), примерно в двух случаях из трех сотрудники обращаются к данной мере. Второе место среди мер безопасности занимает перевод в другой отряд потерпевшего (свидетеля) или лица, от которого исходит угроза насилия, при реальном контроле администрации учреждения; третье – обеспечение конфиденциальности сведений; реже всего, как выяснилось, применяется перевод в другое исправительное учреждение защищаемого лица или лица, от которого исходит угроза насилия, что объясняется сложностью процедуры; не реализуются на практике такие меры, как замена документов и изменение внешности. На вопрос: «Почему эти меры не применяются?» – были получены следующие ответы: «В этом нет необходимости», «Если уж действительно осужденному грозит реальная опасность, достаточно перевести в другое ИУ его либо лицо, от которого исходит угроза, этого бывает вполне достаточно».

В целях установления соответствия полученных данных эффективности применения этих мер безопасности к рассматриваемой категории лиц экспертам было предложено расположить меры безопасности по их эффективности (приложение 4, диаграмма 1). Как оказалось, заключения экспертов расходятся с практикой применения мер безопасности.

Итак, сравнивая показатели таблиц, можно сделать ряд выводов: 1) несмотря на то, что наиболее часто применяемой мерой безопасности является временное помещение лица в безопасное место (ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, ДИЗО, одиночную камеру или карцер), она имеет самую низкую эффективность, в то время как перевод защищаемого лица или лица, от которого исходит угроза насилия, в другое исправительное учреждение (СИЗО) назван экспертами мерой безопасности, обладающей наибольшей эффективностью; 2) сохраняется тенденция рассмотрения мер безопасности в виде перевода в другой отряд (камеру) потерпевшего (свидетеля) или лица, представляющего угрозу, при реальном контроле администрации, а также обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице в качестве второстепенных как по частоте применения, так и по их эффективности. В свою очередь, выявленное первое несоответствие между частотой применения мер безопасности и их эффективностью дает веское основание для критики сложившихся традиций практики. Получается, что процесс применения мер безопасности становится ее самоцелью, в то время как эффективность этой работы (направленность на результат, достижение ее истинной цели) рассматривается в качестве второстепенного элемента, что, на наш взгляд, неприемлемо.

Необходимо обратить внимание и на то, что 66,1 % сотрудников УИС отмечают: при проведении следственных действий реальна возможность возникновения угрозы безопасности в отношении защищаемых лиц. В этом случае ими будут предприняты следующие меры: личная охрана осужденных и сотрудников ОВД, меры психологического воздействия, физическая сила, специальные средства и др.

Проведенный опрос сотрудников органов предварительного следствия подтвердил тот факт, что во время следственных действий следователю становилось известно от потерпевшего (свидетеля) об угрозе в отношении последнего – в 67,8 % случаев; 19,4 % опрошенных указали, что угроза потерпевшим (свидетелям) прозвучала в их присутствии; 12,8 % респондентов не имели информации об угрозах безопасности потерпевших (свидетелей) из числа осужденных. Чаще всего угрозы выражались в словесной форме (77,3 %); реже (18,7 %) в завуалированной («смотрю, ты ничего не боишься», «следователь уйдет, а ты ведь останешься» и др.), в иной форме – 10 %. После того как следователям становилось известно об угрозе безопасности потерпевшим (свидетелям), они немедленно сообщали об этом факте администрации ИУ (98,3 %)[26].

Следует обратить внимание на то, что состояние безопасности рассматриваемой категории осужденных во многом зависит и от их поведенческих установок в процессе общения с другими осужденными, сотрудниками, в производстве которых находится уголовное дело, администрацией исправительного учреждения, а также от мер безопасности предупредительного свойства, предпринимающихся на индивидуальном уровне осужденным. Поскольку защищаемые лица являются в первую очередь осужденными, к ним применяются все требования и правила поведения, установленные УИК РФ и ведомственными нормативными правовыми актами. В связи с этим мы не видим необходимости более подробно останавливаться на этом вопросе в рамках нашего исследования.

Уголовно-исполнительный кодекс РФ не предусматривает основания отмены мер безопасности. Мы думаем, что это связано прежде всего с особенностью находящегося там контингента, и поэтому меры безопасности в отношении исследуемой категории лиц, предусмотренные УИК РФ (перевод защищаемого лица или лица, представляющего угрозу, в другой отряд или в другое ИУ), будут действовать до фактического освобождения лица из ИУ или до момента, когда в них отпадет необходимость. Помимо приведенных мер, в УИК РФ содержатся такие меры безопасности, реализация которых ограничена временными рамками. Так, применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия имеет краткосрочное, разовое действие и используется по мере необходимости. Перевод осужденного в безопасное место имеет ограничение в сроке действия и не превышает 90 суток в ИУ, 30 суток в ВК и 15 суток в СИЗО, то есть прекращает свое действие по истечении указанных сроков.

Закон «О государственной защите…» предусматривает два основания отмены мер безопасности, инициатором которых выступают: 1) орган, обеспечивающий безопасность; 2) защищаемое лицо.

К числу оснований, инициатором которых выступает орган, обеспечивающий безопасность, относятся: 1) устранение самих оснований их применения; 2) нарушения защищаемым лицом условий договора, заключенного с органом, осуществляющим меры безопасности. Приведенные основания достаточно логичны, справедливы и, на наш взгляд, не вызывают вопросов в контексте их реализации. В то же время письменное заявление лица, являющееся основанием отмены мер безопасности по инициативе защищаемого лица, по нашему мнению, дискуссионно. Верным представляется то обстоятельство, что законодатель учитывает волю защищаемого лица, тем самым проявляется принцип уважения. Однако возможность защищаемого лица по собственному желанию отказаться от мер безопасности – путь для преступного воздействия на него разными способами заинтересованных лиц. Поэтому мы приходим к закономерному выводу о том, что в условиях лишения свободы меры безопасности подлежат отмене по истечении срока их применения, при нарушении требований договора, а также в случае отпадения их надобности. Решение об отмене специальных мер безопасности принимает (суд) судья, прокурор, следователь, дознаватель (то есть орган, принявший решение об их осуществлении) по ходатайству органа, осуществляющего меры безопасности, и выражается оно в постановлении (определении). При отмене мер уголовно-исполнительного характера решение принимает начальник учреждения, исполняющего наказания.

Если обратиться к опыту обеспечения безопасности заключенных в Англии и Уэльсе, то можно установить, что она рассматривается в рамках тюремного режима и является обязанностью служащих. Мерами обеспечения безопасности при этом являются: 1) пресечение всех случаев запугивания; 2) перевод в другую камеру правонарушителя (а не жертвы); 3) применение физической силы, но только в крайних случаях, которое прекращается в случае отпадения надобности[27].

Подводя итог, было бы целесообразно полученные в ходе исследования данные закрепить в Инструкции Минюста России «О порядке обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы», которая должна включать следующие разделы:

1)    общие положения;

2)    поводы и основания применения мер безопасности;

3)    принятие решения о применении мер безопасности;

4)    порядок применения мер безопасности;

5)    отмена мер безопасности;

6)    права и обязанности защищаемого лица;

7)    права и обязанности должностного лица, обеспечивающего безопасность;

8)    ответственность должностного лица за нарушение требований по обеспечению безопасности;

9)    взаимодействие ИУ ФСИН России с иными правоохранительными органами.

Данный документ на качественно новом уровне позволит сотрудникам исправительных учреждений наглядно представить полную картину действий по обеспечению безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных в условиях лишения свободы, а также очертит круг основных прав и обязанностей сторон (защищаемого лица и сотрудника, осуществляющего безопасность), что будет способствовать своевременной и эффективной реализации мер безопасности в отношении потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы.

Таким образом, изучив основания и порядок применения мер безопасности к потерпевшим и свидетелям из числа осужденных в условиях лишения свободы, считаем необходимым сделать следующие выводы:

1. Применение мер безопасности – деятельность, состоящая из трех последовательно сменяемых этапов: принятия решения об осуществлении мер безопасности, реализации этих мер и принятия решения об их отмене. Первый этап включает в себя три стадии: получение информации о факте угрозы, анализ полученной информации, получение согласия или отказа должностного лица в применении мер безопасности. Второй этап состоит в непосредственной реализации мер безопасности в зависимости от их вида (уголовные, уголовно-процессуальные, специальные и уголовно-исполнительные) и корректировке результата. Третий этап заключается в принятии решения об отмене мер безопасности, инициатором которого выступает орган, обеспечивающий безопасность, а также защищаемое лицо.

2. Координация действий по применению мер безопасности к изучаемой категории осужденных носит двухсторонний характер, поскольку требует обязательного согласования с органом, производящим дознание (следствие), или судом.

3. Реализация уголовно-процессуальных мер безопасности будет происходить по общему правилу при содействии администрации ИУ.

4. Уголовно-правовые меры безопасности носят профилактический характер, и лишь в случае совершения деяния, содержащего все признаки преступления, для лица, его совершившего, наступают уголовно-правовые последствия.

5. Комплексный анализ порядка применения мер безопасности показал, что ряд специальных мер (временное помещение в безопасное место; перевод защищаемого лица или лица, от которого исходит угроза насилия, из одного места отбывания наказания в другое; раздельное содержание защищаемого лица и лица, от которого исходит угроза насилия) по содержанию и способам применения совпадает с мерами уголовно-исполнительного характера.

6. Проведенное нами исследование выявило нецелесообразность и нерентабельность применения в рамках УИС таких мер безопасности, как замена документов и изменение внешности, поскольку это требует больших финансовых затрат и на их реализацию уходит много времени.

7. С целью приведения в систему норм, предусматривающих порядок обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства из числа осужденных, отбывающих наказание в ИУ, а также их конкретизации предлагается проект Инструкции Минюста России «О порядке обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей из числа осужденных к лишению свободы».

8. Предлагается внести изменения в ч. 4 ст. 13, ч. 2 ст. 81 УИК РФ, п. 172 главы XXV Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, п. 112 раздела XIV Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовно-исполнительной системы Минюста России; дополнить ч. 21 ст. 13 УИК РФ, ч. 2 ст. 119 УК РФ.

[1] См.: Брусницын Л. В. О порядке применения мер безопасности к лицам, содействующим уголовному правосудию // Гос-во и право. – 1997. – № 2. – С. 92.

[2] См.: Брусницын Л. В. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию... – С. 281.

[3] См.: Основания применения мер безопасности имеют нормативное закрепление в ст. 13 УИК РФ, ч. 3 ст. 11 УПК РФ и ст. 16 Федерального закона «О государственной защите…».

[4] См.: Часть 3 ст. 11 УПК РФ и ст. 16 Федерального закона «О государственной защите…».

[5] См.: Зайцев О. А. Государственная защита… С. 39; Евстратенко Е. В. Указ. соч. – С. 138–139.

[6] См.: Брусницын Л. В. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию... – С. 258.

[7] См.: Блохин Ю. И. Организационно-правовые меры нейтрализации негативного влияния групп осужденных отрицательной направленности в тюрьмах: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. – Ростов н/Д, 1999. – С. 12.

[8] См.: Мацегорин А. И. Организационно-правовые переводы осужденных в процессе отбывания наказания в ИТУ по исключительным обстоятельствам: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Киев, 1988. – С. 20.

[9] См.: Елеськин М. В. Криминологические проблемы борьбы с организованной преступностью в исправительных учреждениях: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – М., 1998. – С. 4.

[10] См., например: Брусницын Л. В. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию... – С. 23–67; Епихин А. Ю. Указ. соч. – С. 250–322; Зайцев О.А. Государственная защита… – С. 283–319 и др.

[11] Скорее всего, для проведения указанного следственного действия в ИУ будет использоваться комната (камера) со смотровым глазком.

[12] Порядок реализации меры безопасности в виде конфиденциальности сведений будет аналогичен порядку реализации данного вида меры безопасности, предусмотренной в отношении судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов с учетом особенностей нахождения защищаемой категории лиц. См.:О мерах по реализации Федерального закона «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов»: Приказ МВД РФ от 20 декабря 1995 г. № 483 // Рос. вести. – 1996. – № 48.

[13] Порядок реализации меры безопасности в виде замены документов будет аналогичен порядку реализации данного вида меры безопасности, предусмотренной в отношении судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов с учетом особенностей нахождения защищаемой категории лиц //О мерах по реализации Федерального закона «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов»: Приказ МВД РФ от 20 декабря 1995 г. № 483 // Рос. вести. – 1996. – № 48.

[14] См.: Анисимков В. М. Россия в зеркале уголовных традиций тюрьмы. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003. – С. 74.

[15] См.: Южанин В. Е. Меры пресечения нарушений режима в ИТУ: Учеб. пособие. – Рязань: Ряз. высш. шк. МВД СССР, 1997. – С. 30–36; Он же. Специально-предупредительная деятельность ИТУ: Учеб. пособие. – Рязань: Ряз. высш. шк. МВД СССР, 1990. – С. 81–82.

[16] См.: Чорный В. Н. Указ. соч. –С. 175.

[17] См.: Панарин Д. А. Организационно-правовые основы деятельности структурных подразделений уголовно-исполнительной системы по переводу осужденных из одного исправительного учреждения в другое того же вида: Дис. ... канд. юрид. наук. – Рязань, 2005. – С. 19.

[18] См.: Об утверждении Инструкции о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевод из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения: Приказ Минюста России от 1 декабря 2005 г. № 235 // Бюл. норм. актов федеральных органов исполнительной власти. – 2005. – № 51.

[19] См.: Об утверждении Инструкции о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные ИУ: Приказ Минюста России от 1 декабря 2005 г. № 235 // Бюл. норм. актов федеральных органов исполнительной власти. –2005. – № 51.

[20] См.: О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу: Приказ Минздравсоцразвития РФ и Минюста России от 17 октября 2005 г. № 640/190 // Бюл. норм. актов федеральных органов исполнительной власти. – 2005 г. – № 6.

[21] Перевод защищаемого лица или лица, от которого исходит угроза насилия, в другое ИУ, по мнению респондентов, является самой эффективной мерой обеспечения безопасности рассматриваемой категории лиц. На ее эффективность указали 42,1 % экспертов, 31,3 % сотрудников, 20,5 % осужденных (приложение 5).

[22] См.: Миронов Р. Г. Правовые и организационные основы обеспечения безопасности персонала следственных изоляторов и лиц, содержащихся под стражей: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. – М., 2001; Чорный В. Н. Указ. соч. – С. 180; Громов М. А. Указ. соч. – С. 7.

[23] См.: Южанин В. Е. Меры пресечения нарушений режима в ИТУ. – С. 15.

[24] См.: Стручков Н. А. Курс исправительно-трудового права. Проблемы Особенной части. – М.: Юрид. лит., 1985. – С. 146–148.

[25] См.: Миронов Р. Г. Указ. соч. – С. 116.

[26] Опрос следователей был проведен до дополнения ст. 13 УИК РФ частью четвертой.

[27] См.: Михлин А. С., Ноянова О. Е., Яковлева Л.В. Отбывание наказания в тюрьмах Англии и Уэльса // Гос-во и право. – 1996. – № 2. – С. 135.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!