Научное и вненаучное знание

14 Авг 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Познание не ограничено сферой науки, знание в той или иной своей форме существует и за предела­ми науки. Появление научного знания не отменило, не упразднило и не сделало бесполезными другие формы знания. Весьма убеди­тельно звучат слова Л.Шестова, уверенного, что «существуют и всегда существовали ненаучные приемы отыскания истины, кото­рые и приводили, если не к самому познанию, то к его преддве­рию, но мы так опорочили их современными методологиями, что не смеем и думать о них серьезно».

Каждой форме общественного сознания: науке, философии, искусству, праву, политике, религии и пр., соответствуют специ­фические формы знания. Различают также формы знания, имеющие понятийную, символическую или художественно-образную основу.

Когда разграничивают научное, основанное на рационально­сти, и вненаучное знание, то важно сразу же оговориться, что вненаучное знание не является чистым произволом, выдумкой или фикцией. Оно вырабатывается в определенных интеллектуальных сообществах, в соответствии с другими, отличными от рациона­листических традициями, нормами и эталонами, а также имеет свои источники познания. Очевидно, что многие формы вненаучного знания (например, астрология, алхимия) старше знания, при­знаваемого в качестве научного (астрономия, химия).

Выделяют следующие формы вненаучного знания:

• ненаучное, понимаемое как разрозненное, несистематическое знание, которое не формализуется и не описывается законами, находится в противоречии с существующей научной картиной мира;

• донаучное, выступающее прототипом, предпосылочной базой научного; .

• паранаучное как несовместимое с имеющимся гносеологиче­ским стандартом. Широкий класс паранормального знания включает в себя учения о тайных природных и психических силах и отношениях, скрывающихся за обычными явлениями;

• лженаучное как сознательно эксплуатирующее домыслы и пред­рассудки.

Лженаука представляет собой ошибочное знание. В качестве сим­птомов лженауки выделяют малограмотный пафос, а также прин­ципиальную нетерпимость к опровергающим доводам, претенциоз­ность. Иногда лженаучное знание связывают с патологической дея­тельностью психики творца как такового, последнего в обиходе на­зывают «маньяком», «сумасшедшим».

Следует заметить, что лженаучное знание очень чувствитель­но к злобе дня, сенсации. Особенностью лженаучных знаний явля­ется то, что они не обладают систематичностью, универсально­стью. Считается, что лженаучное обнаруживает себя и развивается через квазинаучное.

• Квазинаучное знание ищет себе сторонников и приверженцев, опираясь на методы насилия и принуждения. Оно, как правило, расцветает в условиях жесткоиерархичной науки, где невозмож­на критика власти предержащих, где жестко проявлен идеологи­ческий режим. В истории нашей страны периоды «триумфа ква­зинауки» хорошо известны: лисенковщина, обличение киберне­тики, фиксизм как квазинаука в советской геологии 50-х годов.

• Антинаучное как утопичное и сознательно искажающее пред­ставления о действительности. Приставка «анти» обращает вни­мание на то, что предмет и способы исследования противопо­ложны науке. Это подход с «противоположным знаком». С ним связывают извечную потребность в обнаружении общего легко доступного «лекарства от всех болезней». Особый интерес и тяга к антинауке возникают в периоды нестабильности общества. И хоть феномен достаточно опасен, принципиального избавле­ния от антинауки произойти не может.

• Псевдонаучное знание представляет собой интеллектуальную ак­тивность, спекулирующую на совокупности популярных тео­рий, например истории о древних астронавтах, о снежном че­ловеке, о чудовище из озера Лох-Несс.

Уже на ранних этапах человеческой истории существовало обы­денно-практическое знание, дающее элементарные сведения о при­роде и окружающей действительности. Его основой был опыт по­вседневной жизни/имеющий, однако, разрозненный, несистема­тический характер и зачастую представляющий собой простой на­бор сведений. Обыденные знания возникают везде в условиях эле­ментарных жизненных отношений и являются исходным пластом всякого познания. Люди, как правило, располагают большим объ­емом обыденного знания. Иногда аксиомы здравомыслия противо­речат научным положениям, препятствуют развитию науки, вжи­ваются в человеческое сознание так крепко, что становятся сдер­живающими прогресс предрассудками. Иногда, напротив, наука длинным и трудным путем доказательств и опровержений прихо­дит к формулировке тех положений, которые давно утвердились в сфере обыденного знания.

Обыденное знание включает в себя и здравый смысл, и приме­ты, и назидания, и рецепты, и личный опыт, и традиции. И хоть в обыденном знании частично фиксируется истина, происходит это не систематично и бездоказательно. Особенностью обыденных зна­ний или знаний, вытекающих из повседневного опыта, является то, что они используются субъектом практически неосознанно и в своем применении не требуют каких бы то ни было предварительных сис­тем доказательств. Иногда обыденное знание даже перескакивает ступень артикуляции и вне каких-либо вербальных (словесных) аргументов «молчаливо» руководит действиями субъекта.

Другой особенностью обыденного знания является его прин­ципиально бесписьменный характер. Те пословицы и поговорки, которыми располагает фольклор каждой этнической общности, лишь фиксируют его факт, обеспечивают предварительное, ори­ентировочное восприятие и понимание мира, но никак не описы­вают теорию обыденного знания. Заметим, что ученый, используя узкоспециализированный арсенал научных понятий и теорий, всегда внедрен и в сферу повседневного опыта. Он не свободен от неспе­циализированного повседневного уровня мировосприятия, ибо, ос­таваясь ученым, не перестает быть просто человеком.

К исторически первым формам человеческого знания относят игровое познание, которое строится на основе условно принимае­мых правил и целей. Игровое познание дает возможность возвы­ситься над повседневным бытием, не заботиться о практической выгоде и вести себя в соответствии со свободно принятыми игровы­ми нормами. В игровом познании возможно сокрытие истины, об­ман партнера. Игровое познание носит обучающе-развивающий ха­рактер, выявляет качества и возможности человека, позволяет-раз­двинуть психологические границы общения.

Особую разновидность знания, являющегося достоянием от­дельной личности, представляет личностное знание. Личностное знание ставится в зависимость от способностей того или иного субъекта и от особенностей его интеллектуальной познавательной деятельности. Коллективное знание - общезначимо или^надлич-ностно, оно предполагает наличие необходимой и общей для всех системы понятий, способов, приемов и правил построения знания. Личностное знание, в котором человек проявляет свою индивиду­альность и творческие способности, признается необходимой и реально существующей компонентой знания. Оно подчеркивает тот очевидный факт, что науку создают люди и что искусству или познавательной деятельности нельзя научиться по учебнику, оно достигается лишь в общении с мастером.

Особую форму представляет собой так называемая «народная наука», которая в настоящее время стала делом отдельных групп или отдельных субъектов: знахарей, целителей, экстрасенсов, а ра­нее - шаманов, жрецов, старейшин рода. При своем'возникнове­нии «народная наука» обнаруживала себя как феномен коллектив­ного сознания. В век классической науки она потеряла статуе интер­субъективности и прочно расположилась на отдаленной периферии от центра официальных экспериментальных и теоретических изы­сканий. Как правило, «народная наука» существует и транслирует­ся в бесписьменной форме от наставника к ученику. Иногда мож­но выделить конденсат «народной науки» в виде заветов, примет, ритуалов и пр. Но хотя в «народной науке» видят ее большую проницательность, достаточно часто ее обвиняют в необоснован­ных претензиях на обладание истиной.

Примечательно, что феномен «народной науки» представляет предмет специального изучения для этнологов. Иногда они называ­ют таковую «этнонаукой» и изучают ее особенности в зависимо­сти рт этнического и национального образа жизни. Конечно, этно-наука связана с интенсивной этнической жизнью, с типичными для нее ритуалами и коллективными обрядами как формами соци­альной памяти. В этом смысле этнонаука может быть рассмотрена как специфическим образом пространственно локализованная, т.е. связанная с конкретным ареалом распространения, а также с кон­кретным историческим периодом.

Очень часто измененные пространственно-временные условия существования этноса приводят к разложению или исчезновению «народных наук», которые^ как правило, не восстанавливаются. Они очень жестко завязаны на конкретно исторически действующего субъекта. Модификация его мировоззрениям способов взаимодей­ствия с миром изменяет, а точнее, блокирует весь рецептурно-рутинный комплекс сведений, наполняющих «народную науку». Отразвитой формы «народной науки» в распоряжении последующих поколений могут остаться лишь какие-либо незначительные следы. В этой связи весьма уместно вспомнить мнение автора концепции личностного знания М.Полани, который отмечал, что искусство, которое не практикуется в течение жизни одного поколения, оста­ется безвозвратно утраченным. Обычно эти потери не восполнимы.

В картине мира, предлагаемой «народной наукой», большое значение имеет круговорот могущественных стихий бытия. Природа выступает как «дом человека», человек, в свою очередь, как орга­ничная его частичка, через которую постоянно проходят силовые линии мирового круговорота. Считается, что «народные науки» об­ращены к самым элементарным, с одной стороны, и самым жиз­ненно важным, с другой, сферам человеческой деятельности, как-то: земледелие, скотоводство, строительство. Символическое и аб­страктное в них выражено минимально.

Таким образом, в истории культуры многообразные формы зна­ния, отличающиеся от классического научного образца, отнесены к сфере вненаучного знания. К вненаучному знанию, которое пре­тендует на статус специализированного, относится прежде всего астрология, алхимия, парапсихология, теософия и пр. Этот класс наук объединяется общим понятием - эзотеризм.

В сфере внерационального, вненаучного знания выделяют по крайней мере три вида познавательных феноменов: паранормаль-ное знание, псевдонауку и девиаятную науку. Причем их соотно­шение с научной деятельностью или «степень научности» возрас­тает по восходящей. То есть фиксируется некая эволюция от пара-нормального знания к разряду более респектабельной псевдонауки и от нее к девиантному знанию. Это косвенным образом свиде­тельствует о развитии вненаучного знания.

Широкий класс паранормального (от греч. рага - около, при, вне) знания включает в себя учения о тайных природных и пси­хических силах и отношениях, скрывающихся за обычными явле­ниями. Самыми известными разделами паранормального знания являются мистика и спиритизм.

Для описания способов получения информации, выходящих за рамки научно допустимых, кроме термина «паранормальность» используются термины «внечувственное восприятие» (ВЧВ), «па-рачувствительность», или пси-феномены. Они предполагают воз­можность получения информации или оказания влияния, не при­бегая к непосредственным физическим способам. Наука пока еще не может объяснить задействованные в данном случае механизмы. Различают экстрасенсорное восприятие (ЭСВ) и психокинез. ЭСВ подразделяется на телепатию и ясновидение. Телепатия предпола­гает обмен информацией между двумя и более особями паранормальными способами. Ясновидение - это способность получать информацию, используя некоторый неодушевленный предмет (ткань, кошелек, фотография и пр.). Психокинез - это способ­ность воздействовать на внешние системы, находящиеся вне сфе­ры нашей моторной деятельности, перемещать предметы нефи­зическим способом.

Заслуживает внимания то обстоятельство, что в наши дни ис­следованием паранормального знания занимается наука. После се­рий различных экспериментов в области паранормальных эффек­тов наука делает соответствующие выводы. К ним относятся весьма любопытные заключения типа: 1) с помощью ЭСВ можно полу­чить значимую информацию; 2) расстояние, разделяющее испы­туемого и воспринимаемый объект, не влияет на точность воспри­ятия; 3) использование электромагнитных экранов не снижает качества и точности получаемой информации. Следовательно, под сомнение может быть поставлена существовавшая ранее гипотеза об электромагнитных каналах ЭСВ. И можно предполагать нали­чие какого-то другого, например психофизического, канала, при­рода которого пока не ясна. Вместе с тем сфера парапсихического знания имеет уже выявленные особенности, которые противоре­чат сугубо научному подходу. Во-первых, результаты парапсихи-ческих исследований и экспериментов не воспроизводимы повторно, во-вторых, их невозможно предсказать и прогнозировать.

Для псевдонаучного знания характерна сенсационность тем, признание тайн и загадок, а также умелая обработка «фактов». Это все априорные условия деятельности в данной сфере, к которым присоединяется свойство исследования через истолкование. При­влекается материал, который содержит намеки или подтвержде­ния высказанным взглядам и может быть истолкован в их пользу. К.Поппер-достаточно высоко ценил псевдонауку, прекрасно по­нимая, что наука может ошибаться, а псевдонаука «может случай­но натолкнуться на истину». Он'делает и другой вывод: «Если некоторая теория оказывается ненаучной - это значит, .что она не важна».

По форме псевдонаука - прежде всего рассказ или история о тех или иных событиях. Этот типичный для псевдонауки способ подачи материала называют «объяснением через сценарий». Другой отличительный признак паранауки - ее безошибочность. Бессмыс­ленно надеяться на корректировку псевдонаучных взглядов, а кри­тические аргументы никак не влияют на суть истолкования рас­сказанной истории.

Термин «девиантное» - означает отклоняющуюся от принятых и устоявшихся стандартов познава­тельную деятельность. Причем сравнение происходит не с ориентацией на эталон и образец, а в сопоставлении с нормами, разделяе­мыми большинством членов научного сообщества. Отличительной особенностью девиантного знания является то, что им занимаются, как правило, люди, имеющие научную подготовку. Однако они по тем или иным причинам могут выбирать весьма расходящиеся с общепринятыми представлениями методы и объекты исследования. Представители девиантного знания работают, как правило, в оди­ночестве или небольшими группами. Результаты их деятельности, равно как и само направление, имеют довольно кратковременный период существования.

Иногда встречается термин «анормальное знание», которые не означает ничего иного, кроме того, что способ получения знания либо оно само не соответствуют тем нормам, которые считаются общепринятыми в науке на данном историческом этапе. Весьма ин­тересно подразделение анормального знания на три типа. Первый тип возникает в результате расхождения регулятивов здравого смыс­ла с установленными наукой нормами. Этот тип достаточно распро­странен и внедрен в реальную жизнедеятельность людей. Он не от­талкивает своей аномальностью, а проявляется лишь в ситуации, когда действующий индивид, имея специальное образование или специальные научные знания, фиксирует проблему расхождения норм обыденного мироотнощения и научного.

Второй тип анормального знания возникает при сопоставлении норм одной парадигмы с нормами другой. Третий тип обнаружива­ется при объединении норм и идеалов из принципиально различ­ных форм человеческой деятельности. Уже давно вненаучное знание не рассматривают только как заблуждение. И раз существуют много­образные формы вненаучного знания, следовательно, они отвечают какой-то изначально имеющейся потребности. Можно сказать, что вывод, который разделяется современно мыслящими учеными, по­нимающими всю ограниченность рационализма, сводится к сле­дующему: нельзя Запрещать развитие вненаучных форм знания, как нельзя и культивировать сугубо и исключительно псевдонау­ку, нецелесообразно также отказывать в кредите доверия вызрев­шим в их недрах интересным идеям, какими бы первоначально сомнительными они ни казались. Даже если неожиданные анало­гии, тайны и истории окажутся всего лишь «инофондом» идей, в нем, очень остро нуждается как интеллектуальная элита, так и многочисленная армия ученых. Интерес представляет позиция со­временных философов науки и, в частности, П.Фейерабенда, ко­торый был уверен, что элементы нерационального имеют право на существование внутри самой науки.

Развитие этой идеи можно связать и с именем Дж.Холтона, который пришел к выводу, что в конце прошлого столетия в Европе возникло и стало шириться движение, провозгласившее бан­кротство науки. Оно включало в себя следующую доблестную ко­горту ниспровергателей научного разума:

1. Течения в современной философии, утверждавшие, что ста­тус науки не выше любого функционального мифа.

2. Малочисленная, но довольно-таки влиятельная в культуре группа отчужденных маргинальных интеллектуалов, например Артер Кестлер.

3. Настроения научного сообщества, связанные стремлением оты­скать соответствия между мышлением Нового века и восточ­ным мистицизмом, найти выход из интеллектуального анар­хизма наших дней к «хрустально-чистой власти».

4. Радикальное крыло научного направления, склонного к выска­зываниям, принижающим значение научного знания, типа «се­годняшняя физика - это всего лишь примитивная модель под­линно физического».

Мнение о том, что именно научные знания обладают большей информационной емкостью, также оспаривается. Наука может «знать меньше» по сравнению с многообразием вненаучного знания, так как все, что она знает, должно выдержать жесткую проверку на достоверность фактов, гипотез и объяснений. Не выдерживающее эту проверку знание отбрасывается, и даже потенциально истинная информация может оказаться за пределами науки.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!