Мораль как отражение иерархии ценностей

Содержание
Введение           3
1. Аксиология как отрасль ценностей      4
2. Различие иерархии ценностей в различных субкультурах  10
3. Этический анализ преступной субкультуры     13
Заключение          18
Список литературы         19

Введение

Мудрецы древности знали, что мир, в котором мы живем, не плох и не хорош - он таков, каким мы его воспринимаем. Для кого-то он невыносим, а кто-то в нем счастлив. Другими словами, человек, воспринимающий мир, делает это не «объективно». Он его воспринимает через некую «координатную сетку», в которой запрограммированы определенные аксиологические основания, диктующие человеку оценки фактов окружающей действительности. Не удивительно поэтому, что нечто, для одного являющееся благом, для другого становится бедой. Более того, категория объективности весьма дискуссионна не только применительно к фактам повседневной жизни, но даже и в научном познании мира. Недаром ученые утверждают, что объективность - это усредненная субъективность. А если человек не может воспринимать действительность объективно, то это означает, что он всегда жил в выдуманном мире.
Некогда Л. Витгенштейн в «Логико-философском трактате» сказал, что реальность счастливого и реальность несчастного - это совершенно разные реальности. Когда человек заболевает или у него умирает кто-нибудь близкий, реальность резко изменяется. И наоборот, в эйфорическом состоянии реальность кажется человеку яркой и праздничной. Про него тогда говорят, что он видит мир «через розовые очки». Это и есть виртуальная реальность - розовые очки оптимиста, серые очки подавленного человека, черные очки слепого, который вообще воспринимает реальность как-то совершенно по-другому. Для теоретического осмысления проблемы виртуальной реальности весьма актуальной оказалась идея У. Джеймса, утверждавшего, что мир обычного, повседневного сознания - лишь один из многих существующих «миров сознания». Так что человек - это его картина мира. Поэтому если ее стереть и заменить другой - данный человек исчезнет и перед нами будет совсем другой человек.

1. Аксиология как отрасль ценностей

Аксиология как теория ценностей вышла в философии на первый план во второй половиие XIX века, а точнее в 1858-1864 гг., когда появились три части книги "Микрокосм. Мысли о естественной и общественной истории человечества. Опыт антропологии" немецкого философа лейбницевской школы Р.Г.Лотце. В ней он впервые отделил "мир ценностей" от "мира явлений" и ввел в качестве самостоятельных категорий понятия "значимого" (Geltung) и "должного" (Sollen). Этим он положил начало разработке ценностной проблематики, ибо "значимое" наряду с "должным" является одним из важнейших свойств и признаков всех ценностных явлений и категорий.
В 1902 г. французский философ П.Лапи вводит термин "аксиология" (от греч. axios - ценный), обозначив им новый и ставший самостоятельным раздел философии, посвященный всей ценностной проблематике, наряду с онтологией и гносеологией, в рамках которых она до сих пор рассматривалась.
Появление аксиологии в структуре философского знания стало его реакцией на разраставшийся глобальный социокультурный кризис рубежа XIX-XX вв., приведший к мировым и гражданским войнам и революциям первой половины ХХ в. Ибо если любая наука и форма знания отвечает на вопросы: "что это?", "как устроено?" и "почему так?", то философия свои "что", "как" и "почему" рассматривает сквозь призму изначально присущего ей "сократовского", то есть собственно аксиологического вопроса: "зачем?". Какое значение и смысл имеет это познаваемое явление для человека, его жизни и культуры? Задача аксиологической функции и состоит в том, чтобы раскрывать вечные вопросы бытия в болевых точках своего времени. Это такие вопросы, на которые в принципе нет и не может быть однозначного ответа: о Боге, о смерти и бессмертии, о смысле жизни вообще и человеческой в частности, о добре и зле, о любви и ненависти и т.д. На эти вопросы каждый человек и каждое поколение отвечает вновь и вновь самой своей жизнью и судьбой. Философия же, благодаря им, призвана заниматься прежде всего неуловимым духом времени и быть формой самосознания и квинтэссенцией культуры своего народа и всего человечества. Поэтому, самоопределившись в самостоятельный раздел философии на рубеже XIX-XX вв., аксиология испытала настоящий бум в первой трети ХХ в. и активно заработала практически во всех областях социогуманитарного знания: социологии, политологии, правоведении, антропологии, культурологии, логике, этике, эстетике и, конечно, в экономике, из которой и позаимствован философией сам термин ценность (Value, Wert).
Эффективность применения аксиологического подхода в той или иной отрасли научного знания непосредственно зависит от адекватного решения проблемы ценности, ее специфики, содержания и структуры. Американский социолог Г.Лассуэл как-то заметил, что ценность напоминает атмосферное давление, которое невозможно увидеть, но все его чувствуют. Эта неуловимость ценностей, вызывающая основные затруднения аксиологов, объясняется сложным, многоуровневым характером их бытия. Ценности существуют и функционируют объективно в практике реальных социокультурных отношений и субъективно осознаются и переживаются в качестве ценностных категорий, норм, целей и идеалов. Они, в свою очередь, через сознание и духовно-эмоциональное состояние людей и социальных общностей оказывают обратное воздействие на всю индивидуальную и общественную жизнь. Поэтому и за рубежом, и в России за основу определения ценности нередко берется то или иное отдельное ее свойство и выдается за специфику ценности в целом (11, с. 75).
Первым и по сей день наиболее распространенным вариантом является понимание ценности как значимости явлений для человека в рамках субъектно-объектных отношений. Ценность здесь фактически сводится к средству удовлетворения потребностей, то есть по сути дела, к полезности как положительной значимости. Естественно, что не замедлила появиться и противоположная точка зрения, сводящая ценности к высшим общественным идеалам, которые являются уже не средством, а целью, не сущим, а должным, не случайно эта концепция оказалась популярной в этике. С человеческими потребностями ценности-идеалы связаны лишь генетически, но как и в первой концепции, имеют субъектно-объектную основу. Третий подход просто объединяет два первых и определяет ценность как значимость и идеал одновременно, но также не выходит за рамки субъектно-объектных отношений как их основания: "так называемые духовные ценности - это выраженное в идеальной форме заинтересованное отношение субъекта к объекту" (1, с. 33). Однако ценности-идеалы в этих рамках вряд ли объяснимы, поскольку они сами являются их критерием. При этом сведение ценности к значимости приводит к неразличению ценности и ее материального носителя, а сведение ее к идеалу ведет, напротив, к отрыву ценности от ее материального основания. А поскольку и оценка во всех трех концепциях тоже представляется как субъектно-объектное отношение, то это приводит фактически к неразличению ценности и оценки как исходных аксиологических категорий. Подобные затруднения неизбежны до тех пор, пока специфика ценности ограничена рамками субъектно-объектных отношений, характерных кстати и для познания.
Определения ценности, связанные с ее изначальными характеристиками "значимого" и "должного" свойственны самым различным школам и направлениям в аксиологии. Если для неокантианства, например, оторванная от своего объекта и от реальности значимость, сама как таковая есть ценность, то для "онтологической аксиологии" Н.О.Лосского она является посредником между бытием и идеалом. А в марксистской литературе ценностью объявлена значимость объекта для удовлетворения потребности субъекта. Ценность же как должное, норма, цель и идеал в разных концепциях предстает в виде и Бога, и мирового духа, и социального идеала, например, коммунизма. Поэтому важно установить, в каком качестве каждый из этих элементов входит в содержание и целостную структуру ценности и, главное, что именно определяет это их место в ней? А это зависит, в свою очередь, от источника ценности и, как следствие, от способа их бытия и функционирования. "Ценности, - писал Н.О.Лосский, - возможны лишь в том случае, если основы бытия идеальны и притом духовны". Но какой бы идеальный и потусторонний источник ценности ни имели, судить о них и тем более изучать и сознательно использовать их мы можем, естественно, только по их проявлению в земной человеческой жизни, которая всегда социальна. Ибо человек может быть человеком лишь среди других людей (12, с. 62).
Поэтому какую бы ценность мы не взяли, от стоимости как основы цены товара до любви и веры в Бога, любая из них проявляется как выражение, реализация и регулятор межчеловеческих и, более того, межсубъектных отношений в самом широком смысле слова. Так, наиболее употребляемые ценностные понятия "любовь", "добро", "мир", "свобода", "справедливость" имеют явно межсубъектную природу и выражают определенные виды отношений между людьми и социальными общностями. Отношение же субъекта к объекту с точки зрения его значимости определяет специфику оценки, а не ценности. Это позволяет четко различать понятия оценки как субъектно-объектного отношения и ценности, фиксирующей наиболее общие типы отношений между самоценными субъектами любого уровня: Бог, Природа, Общество, Человек. Эти межсубъектные отношения исполняют нормативно-регулирующую роль в человеческой жизни и культуре.
Говоря о предельном основании и источнике ценностей, нужно иметь в виду, что сущность человека не сводится к его биосоциальной природе, а включает и духовное начало. В человеке, кратко говоря, соединены три высшие, можно сказать, сокровенные тайны бытия: Жизнь - Сознание (сверхжизнь) - Дух (сверхсознание), имея в виду духовный потенциал бесконечной вселенской жизни, проявляющийся в человеческом бытии в виде ценностей, определяя тем самым суть и смысл этого бытия. Иначе говоря, ценности человеческой жизни и культуры есть не что иное, как виды и формы проявления этого потенциала, кратко называемого Дух. В этом смысле ценность - это истина духа и содержательная основа мировоззрения, а не просто гносеологическое отношение субъекта к объекту. Ценности и являются посредником-проводником духовных начал в сферу сознания и бытия человека. То есть не сама по себе духовность, а именно ценности как ее специфический носитель и проводник, отделяют человеческую жизнь от биологического существования, а сознание своего отличия от окружающего мира реализуется в виде целей и идеалов этой жизни. Поэтому не само сознание, как мы привыкли думать, а именно ценности определяют, в конечном счете, собственно человеческий смысл жизни, становясь ядром и внутренней основой жизни и культуры человека и общества (11, с. 65).
Таким образом, с точки зрения межсубъектной концепции ценности, развиваемой автором этих строк с начала 1970-х годов, субъектом ценностного отношения может быть Природа в самом широком смысле, Бог для верующего, Общество в целом и любая социальная общность, а также индивид в отношении к другим людям и самому себе как уникальной и самоценной личности. Эти межсубъектные отношения складываются, как правило, по поводу какого-либо явления, факта, события, становящегося, тем самым, объектом-носителем соответствующей ценности. Для того, чтобы стать носителем "значимого взаимодействия" (П.А.Сорокин), данный объект должен приобрести в процессе оценки его субъектом положительную или отрицательную значимость. Но значимость, будучи сама по себе целью оценки, становится средством для применения нормы (должного) как ее критерия. Норма, в свою очередь, выступает средством для идеала как цели, включающей наряду с должным еще и желаемое. Иными словами, объект-посредник между субъектами становится носителем ценности, лишь получив социокультурную значимость на основе исторически сложившихся и функционирующих в данном обществе норм и идеалов, которые наряду с ним также опосредуют эти отношения. Все остальные предметы, явления и факты, с которыми постоянно сталкиваются люди, в том числе и в отношениях между собой, ценностным статусом не обладают. Суть объектов-носителей ценностей можно образно выразить словами героя романа И.А.Гончарова "Обыкновенная история" о том, что они представляют собой "вещественные знаки невещественных отношений", включая, соответственно, и знаки- символы (цветы, флаги, воинские знаки различия, ордена и медали, обручальные кольца, денежные знаки), собственная утилитарная полезность которых несоизмерима с их социокультурной значимостью. Однако, значимость объекта-носителя далеко еще не вся и ие сама ценность, а лишь ее основание. А поскольку значимость может быть как положительной, так и отрицательной, то из двоякой природы такого основания и следует неизбежная полярность ценностных противоположностей (польза-вред, добро-зло, любовь-ненависть, прекрасное-безобразное). Отрицательная значимость входит, таким образом, в структуру ценности, но лишь на ее исходном субъект-объектном, оценочном уровне. Ценностью же становится положительная значимость, преодолевающая свою противоположность в норме и идеале, исторически воплощаемом в социокультурной практике (15, с. 112).
Значимость объекта-носителя определяется в оценке. В ее структуру входит, во-первых, оценочное отношение как эмоционально-переживаемое соотнесение объективных свойств явлений окружающего мира с основанием материальных или духовных потребностей субъекта (индивида или общности). Во-вторых, оценочное суждение как результат осознания оценочного отношения. Оценка как аксиологическая категория и представляет собой единство оценочного отношения (оценка-процесс) и оценочного суждения (оценка-результат), например, "полезный продукт", "прекрасный пейзаж", "добрый человек", "хороший поступок". Оценка является основным средством выбора и предпочтения, связывая человека не только с окружающей средой, но и непосредственно с другими людьми, вводя его в мир общечеловеческих ценностей и в этом ее главная социокультурная функция.
Ценность, таким образом, несводима ни к значимости как своему основанию, ни к норме либо идеалу, а является единством значимого и должного, средства и цели, сущего и идеала. Она представляет собой не просто необходимую и должную, но и желаемую цель, становящуюся идеалом и участвующую тем самым в нормативно-регулирующем воздействии на межсубъектные отношения, а через них и на всю социокультурную практику.

2. Различие иерархии ценностей в различных субкультурах

Общество разделяется на отдельные субкультуры, каждая из которых образует особый мир со своей иерархией ценностей, стилем и образом жизни, предпочтениями и симпатиями, правилами и запретами.
Фрагментация общества влечёт за собой распад единой структуры ценностей. Центральное ядро ценностей, существовавшее в прошлом, исчезает с невероятной быстротой. За эти годы выросло поколение, которому не знакомы многие идеологические лозунги, ритуалы, организации.
Люди с разной картиной мира могут рассматривать один и тот же объект, но видеть совершенно разные вещи. Это происходит потому, что в реальной жизни люди воспринимают не некие «действительные факты», а лишь свои субъективные представления о них. Столь же субъективны соответственно и представления о ценностях. Исследованиями установлено, например, что представления о счастье и иерархия жизненных ценностей могут заметно расходиться не только у разных народов, но и у представителей разных поколений или разных субкультур внутри одной культуры, одного народа. Главная причина этого - наличие у народов, этносов и субкультур, да и, пожалуй, у каждого человека своей индивидуальной картины мира, в полном соответствии с особенностями которой каждый человек и любая совокупность людей ведут себя так или иначе (15, с. 112).
Субкультура - свод накопленных определенным мировоззрением ценностей и порядков группы людей, объединённых специфическими интересами, определяющими их мировоззрение. Субкультура - суверенное целостное образование, часть общественной культуры. С точки зрения культурологии же субкультура - это такие объединения людей, которые не противоречат ценностям традиционной культуры, а дополняют её.
Субкультура может отличаться от доминирующей культуры языком, манерой поведения, одеждой и т. д. Основой субкультуры могут быть стиль музыки, образ жизни, определённые политические взгляды. Некоторые субкультуры носят экстремальный характер и демонстрируют протест против общества или определённых общественных явлений. Некоторые субкультуры носят замкнутый характер и стремятся к изоляции своих представителей от общества. Иногда субкультуры развиваются и входят как элементы в единую культуру общества. Развитые субкультуры имеют свои периодические издания, клубы, общественные организации.
В СССР молодёжные субкультуры протестного и экстремального характера в целом были малоразвиты и имели крайне узкий круг адептов; широкое распространение имели субкультуры активно-созидательного, романтического и альтруистического направления. Причиной этого была низкая степень изоляции групп молодёжи друг от друга и от общества в целом, широкий охват общей массы молодёжи множеством клубов по интересам, доступность учреждений культуры, массовое внедрение в школах официальной идеологии позитивной направленности («человек человеку друг, товарищ и брат»), официальная цензура и отсев протестного и негативного материала. В то же время косность официальной власти и идеологии приводила к возникновению протестных настроений также и в субкультурах позитивной направленности (15, с. 123).
Картины мира всех человеческих сообществ различаются тем, что имеют собственные иерархии ценностей. Например, одна культура с трудом понимает ценность денег, другая же строит на них фундамент всех человеческих отношений. Вот почему во второй культуре сочли бы ненормальным талантливого художника, зарабатывающего гроши и находящего полное удовлетворение в творчестве. Но если бы тот же самый художник жил в деревне на юге Италии или, например, в Мексике, он считался бы вполне нормальным.
Картина мира нужна человеку для осмысленной жизнедеятельности. Потому что так называемый реальный мир, с которым он ежедневно сталкивается, сам по себе не существует. Чтобы воспринять некие внешние объекты, человек должен их как-то категоризировать, назвать и объяснить, поместив в особое «смысловое поле». Психологи отмечают, что человек пребывает в предметном мире, выступающем перед ним в четырех измерениях, - он имеет высоту, ширину, глубину и временную координату. Однако человеческое сознание не может открыть для себя объективный внешний мир вне пятого измерения, которое есть не что иное, как «смысловое поле», то есть система значений. Ориентация в мире невозможна, если человек, его воспринимающий, не имеет запаса значений, унаследованных от социума и приобретенных в личном опыте. Таким образом, именно это пятое измерение, это смысловое поле по существу и является картиной мира. Только создав себе мир в виде целостной его «картины», человек может в нем функционировать.
Можно сказать также, что картина мира - это субъективная карта пространства и времени, схема отношений между объектами, набор формул порядка, система правил, управляющих тем миром, в котором данный человек живет. Без таких ориентиров жизнь человека была бы хаосом. Ведь даже сомнения и вопросы возможны только внутри определенной (упорядоченной, скоординированной) картины мира. Карти на мира объединяет все известные человеку образы и понятия в единый общий глобальный образ. Но, обостряя познавательные возможности человека, она в то же время и ограничивает их, замыкая его сознание в круг знакомых явлений и понятий, оберегая его от «ненужных встреч» с реальностью.
Картина мира людей - продукт освоения ими окружающего мира. Так, картина мира первобытного человека не выделяла его «Я» из природной среды, а природа мыслилась им в человекоподобных формах (анимизм, тотемизм и т.д.). Первобытная картина мира представляла все природные явления результатом чьих-то действий. Каждый человек мог быть причиной страшной катастрофы по неведению или злому умыслу. Природа в его картине состояла не из причин и следствий как в картине мира современного человека, а из персонажей, с которыми люди находились в тесных отношениях. Картина мира эволюционировала и меняла свое содержание. В Древней Греции она стала космоцентричной, в ней человек зависел уже от космических сил. В христианской Европе картина мира сменилась на антропоцентричную. В ней человек, освободился от власти космоса и общества.

3. Этический анализ преступной субкультуры

Д.А. Леонтьев считает, что в изменившейся социальной ситуации человек стремится выработать в себе и принять такие ценности, жизненные ориентиры, которые позволили бы ему найти свое место в различных системах взаимодействия и самоопределиться. Формируясь в индивидуальном опыте субъекта, личностные ценности отражают не столько динамические аспекты самого индивидуального опыта, сколько инвариантные аспекты социального и общечеловеческого опыта, присваиваемого индивидом.
С точки зрения В.Б. Ольшанского, ценность порождена не индивидом, а обществом. Так же, как ценности интегрировали социальную систему, они интегрируют данную личность отдельного человека.
Субкультуру возможно определить как специфическую форму культуры, основанную на иерархии локальных ценностей определенной общности, находящихся по отношению к господствующим духовным ценностям и моделям поведения в состоянии становления. Подобное понимание субкультур различных социальных групп предлагают такие авторы как М. Брейк, С. Гурьев, Д. Петров, Дж. Г. Пирсон, Н. Смелзер, Л. Хаузер. В отношении моделей поведения и ценностей, принятых в криминальном мире, понятие «субкультура» коррелирует с понятием «контркультура», чьи нормативные образцы не носят характер становления, а стремятся заменить и вытеснить легализованные и общепризнанные нормы. Исследование общности осужденных сквозь призму этих двух понятий помогает избавиться от одномерного и линеарного понимания взаимоотношений между населением тюрем, людьми, проживающими в свободном обществе и администрацией исправительных учреждений. Общепринятый взгляд на тюремный мир предполагает, что он представляет собой особое, изолированное от остального мира сообщество, в котором действуют диаметрально проти- воположные легализованным нормам правила и ценности. Такое противопоставление мира «за колючей проволокой» и «свободного» мира можно часто встретить в социологических и психологических исследованиях. Анализ субкультур исправительных учреждений в рамках культурологического исследования демонстрирует многоуровневость и неоднозначность связей между маргинальными субкультурами и магистральными нормами поведения и мышления (16).
Криминальная субкультура, как и любая другая культура по сути своей носит агрессивный характер. Она вторгается в культуру официальную, взламывая её, девальвируя её ценности и нормы, насаждая в ней свои правила, атрибутику. Известно, что носителем культуры является язык. Взять наш «великий и могучий русский язык». На сегодняшний день он оказался весь пронизан терминологией уголовного жаргона, на котором охотно говорят как подростки, так и представители власти, депутаты государственной думы. А ведь утрата чистоты национального языка – серьезнейший симптом нарастания процесса глубокой криминализации общества. Особо важно подчеркнуть, что эта криминализация в первую очередь затрагивает подрастающее поколение, как наиболее активную в криминальном отношении часть общества и наиболее чуткую по своим возрастным особенностям к языковым инновациям.
Носителями криминальной субкультуры являются криминальные группы, а персонально – рецидивисты. Они аккумулируют, пройдя через тюрьмы и колонии, устойчивый преступный опыт, «воровские законы», а затем передают его другим. Здесь можно говорить о трех психологических механизмах воспроизводства преступности. Первый – персонализированный, когда преступник рецидивист из числа взрослых и опытных берет «шефство» или «наставничество» над конкретным индивидуумом. Второй механизм через криминализацию всего населения, приобщая его к уголовному языку, приучая мыслить криминальными категориями. Третий психологический механизм - через криминальную группу, которую укрепляют криминальная субкультура своими нормами и ценностями, способствует длительному её существованию. Поскольку криминальные группы по всей стране и с зарубежьем связаны многочисленными каналами («дорогами», «трассами»), постольку это и способствует универсализации, типизации норм и ценностей криминальной субкультуры, быстроте её распространения. Можно еще выделить четвертый путь распространения криминальной субкультуры, когда лидеры преступных группировок специально отбирают талантливых людей и на различных базах готовят из них боевиков, террористов, будущих лидеров преступного мира.
Итак, под криминальной субкультурой понимается совокупность духовных и материальных ценностей, регламентирующих и упорядочивающих деятельность криминальных сообществ, что способствует их живучести, сплоченности, криминальной активности и мобильности, преемственности поколений правонарушителей. Основу криминальной субкультуры составляют чуждые гражданскому обществу ценности, нормы, традиции, различные ритуалы объединившихся в группы преступников. В них в искаженном и извращенном виде отражены возрастные и другие социально-групповые особенности населения. Её социальный вред заключается в том, что она уродливо социализирует личность, стимулирует перерастание возрастной, экономической, национальной оппозиции в криминальную, именно потому и является мощнейшим механизмом воспроизводства преступности (14).
Криминальная субкультура отличается от обычной культуры криминальным содержанием норм, регулирующих взаимоотношения и поведение членов группы между собой и с посторонними для группы лицами. Они прямо, непосредственно и жестко регулируют криминальную деятельность, преступный образ жизни внося в них определенный порядок. В ней отчетливо прослеживается:
- Резко выраженная враждебность по отношению к общепринятым нормам и  криминальное содержание субкультуры;
- внутренняя связь с уголовными традициями;
- скрытность от непосвященных;
- наличие целого набора строго регламентированных в групповом сознании атрибутов;
- попрание прав личности, выражающееся в агрессивном, жестком и циничном отношении к «чужим» слабы и беззащитным;
- отсутствие чувства сострадания к людям, в том числе и к «своим»;
- нечестность и двуличное отношение к «чужим»;
- паразитизм, эксплуатация «низов», глумление над ними;
- обесценивание результатов человеческого труда, выражающееся в вандализме;
- неуважение прав собственников, выражающееся в кражах и хищениях;
- поощрение циничного отношения к женщине и половой распущенности;
- поощрение низменных инстинктов и любых форм асоциального поведения.
Привлекательность криминальной субкультуры состоит в том, что её ценности формируются с учетом факторов перечисленных ниже:
- наличие широкого поля деятельности и возможностей для самоутверждения и компенсации неудач, постигших в человека в обществе;
- сам процесс криминальной деятельности, включающий в себя риск, экстремальные ситуации и окрашенный налетом ложной романтики, таинственности и необычности;
- снятие всех моральных ограничений;
- отсутствие запретов на любую информацию и, прежде всего, на интимную.

Заключение

Аксиология изучает вопросы, связанные с природой ценностей, их месте в реальности и о структуре ценностного мира, т.е о связи различных ценностей между собой, с социальными и культурными факторами и структурой личности.
Субкультура - свод накопленных определенным мировоззрением ценностей и порядков группы людей, объединённых специфическими интересами, определяющими их мировоззрение.
Общество разделяется на отдельные субкультуры, каждая из которых образует особый мир со своей иерархией ценностей, стилем и образом жизни, предпочтениями и симпатиями, правилами и запретами.
Особенность криминальной субкультуры заключается в том, что ее ценности и нормы транслируются в качестве подчиненных и второстепенных только с позиции законодательства, а сами носители криминальной субкультуры признают абсолютное первенство за шкалой ценностей своего сообщества. Характер субкультур, формирующихся в местах лишения свободы, обусловлен принятыми криминальными стандартами каждого конкретного региона, но имеет тенденцию к так называемым контр культурам, демонстрирующим ярко выраженный оппозиционный характер к официальному порядку и административному режиму колоний. Главным отличием субкультур исправительных учреждений является то, что сообщества осужденных проявляют свое неприятие режимных правил латентно, их протест завуалирован в сложную систему символических действий и симуляции наказания.

Список литературы

1. Гусейнов А. А., Апресян Р.Г. Этика. – М., 1998.
2. Дробницкий О. Г. Мораль. – М.: Просвещение, 1974.
3. Зеленкова И.Л., Беляева Е.В. Этика. – Минск: Тера-системс, 1998.
4. Золоухина-Аболина Е.В. Курс лекций по этике. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1999.
5. Краснов В.Н. Этика. – М.: Проспект, 2001.
6. Кропоткин П. А. Этика. – М.: Наука, 1966.
7. Кругляницо Т.Ф. Этика и этикет. – М.,1995.
8. Попов Л. А. Этика. – М., 1998.
9. Профессиональная этика сотрудников правоохранительных органов: Учеб. пособие / Под ред. А. В. Опалева, Г. В. Дубова. - М.: Щит-М, 1997.
10. Профессиональная этика сотрудников правоохранительных органов: Учеб.пособие / Под ред. Г.В.Дубова, А.В.Опалева. - 2-е изд.; испр.и доп. - М., 1998.
11. Рассел В.М. Мораль и нравственность. – М.: Наука, 1989.
12. Росенко М.Н. Основы этических знаний. – СПб.: Лань, 1998.
13. Судызбаев К. Психология ответственности. – Л., 1983.
14. Халилова Л. Юридическая этика. – М.: Аспект-пресс, 2004.
15. Якобсон В.М. Этика. – М.: Прогресс, 1983.

(19.9 KiB, 36 downloads)

© Размещение материала на других электронных ресурсах только в сопровождении активной ссылки

Вы можете заказать оригинальную авторскую работу на эту и любую другую тему.

Контрольные работы в Магнитогорске, контрольную работу купить, курсовые работы по праву, купить курсовую работу по праву, курсовые работы в РАНХиГС, курсовые работы по праву в РАНХиГС, дипломные работы по праву в Магнитогорске, дипломы по праву в МИЭП, дипломы и курсовые работы в ВГУ, контрольные работы в СГА, магистреские диссертации по праву в Челгу.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!