Литература и история Поздней империи в Риме

20 мая 2017 | Автор: | Комментариев нет »

Из других писателей III—V вв., христиан и языч­ников, среди которых большинство составляли про­винциалы, — греки, галлы, испанцы, германцы, афри­канцы и т. д., — заслуживают быть отмеченными: Ав- зоний 2, галльский поэт, автор идиллического стихо­творения «Mosella», описывающего берега Мозеля, Клавдиан} и Макробий, автор «Сатурналий», застоль­ных бесед литературно-исторического содержания.

Для литературно-художественной направленнос­ти и вкуса читающей публики поздней античности особенно типичны такие произведения, как, напри­мер, роман сирийца Гелиодора «Феаген и Хариклея», составляющий часть более обширного литера­турного произведения того же автора «Эфиопика» в 10 книгах. «Феаген и Хариклея» — сентиментально­эротический роман, повествующий о приключениях дочери эфиопского царя Гидаспа и фессалийца Феа- гена, находящихся в долгой разлуке и, несмотря на все соблазны и опасности, сохраняющих верность друг другу. Роман кончается моралью — торжеством добродетели связанных любовью существ, получаю­щих в награду за перенесенные ими страдания пре­стол эфиопского царя. В таком же стиле сентимен­тально-эротического романа писал и другой рома­нист, современник Гелиодора, Есенофонт из г. Эфе­са. Оба писателя жили в конце III или начале IV в., когда особенно остро ощущались последствия кри­зиса. Сентиментально-эротические романы, подоб­ные романам Гелиодора или Ксенофонта, полные при­ключений и описаний природы, уносили читателя' в далекий мир мечты и интимных переживаний.

Излюбленным героем греческих и римских рома­нов был Дафнис, красивый юный герой сицилийских пастухов и пастушеской (буколической) поэзии. Даф­нис — сын Гермеса и нимфы, брошенный своей ма­терью в лавровой роще (daphnai — роща) среди Ге- рейских гор, в Сицилии, и воспитанный пастухами в простых, пастушеских правах и обычаях. В Дафниса влюбилась Ксения, или Номия, которой он изменил и за то был наказан превращением в скалу. Гермес, отец Дафниса, сжалился над ним, взял его на небо, а то место, где стояла скала, превратил в источник све­жей холодной воды, где ежегодно собирались си­цилийцы, приносили жертвы и устраивали праздне­ства. Пастух Дафнис является героем романа Донга «Дафнис и Хлоя» (конец IV в.), пользовавшегося ши­рокой популярностью среди читающей публики По­зднеримской империи.

Из историков, живших в период кризиса III в., сле­дует отметить Кассия Диона Кощеяна (Cassius Dio Cocceianus). Кассий Дион происходил из знатной и богатой сенаторской семьи, занимал высшие государ­ственные посты (претора, консула) при Северах, мно­го путешествовал, управлял в качестве проконсула Малой Азией, Африкой, Далмацией и Паннонией. В конце жизни Кассий Дион принялся за составление капитального исторического труда — «Римской ис­тории» с древнейших времен до Северов включитель­но. «Римская история» Диона состояла из 80 книг, часть которых дошла до нас в подлиннике, а другая в извлечении византийских историков, монахов Ксифи- лина (XI в.) и Зонары (XII в.). При составлении сво­его труда Кассий Дион использовал огромный мате­риал первоисточников и сочинений своих предшест­венников. Работа заняла около 20 лет.

По характеру расположения и обработки матери­ала Дион принадлежит к историкам прагматистам, усматривающим цель истории в установлении при­чинной связи между событиями. В центре его пове­ствования стоят войны, биографии великих людей и придворная история. Историю Дион ставит в тесную связь с политикой и философией. Политика и фило­софия выдвигают проблемы, которые история разре­шает на основании конкретного материала. Полити­ка, философия и история неотделимы друг от друга, являясь различными сторонами одного и того же объ­екта — общества и государства. «Образовательная сторона истории заключается, по моему мнению, в том, что историк путем размышлений освещает сущ­ность фактов, а вместе с тем проверяет правильность своих размышлений, определяя степень их согласия с фактами»1.

По своим политическим взглядам Дион — монар­хист и консерватор, боявшийся всяких новшеств, осуждающий государственные перевороты и враждеб­но настроенный к демократии.

В манере изложения и объяснении исторических событий Дион имеет много черт, роднящих его с исто­риками и писателями поздней античности. При переда­че событий он часто прибегает к риторике, преувели- чиваниям и шаблонизации, с одной стороны, и обнару­живает склонность к длинным описаниям, заниматель­ным рассказам, вымышленному и чудесному — с дру­гой. Вера в чудеса и в сверхъестественное вмешатель­ство внешних сил красной нитью проходит через все изложение Диона. Исторический процесс в основных моментах остается для Диона иррациональным, необъ­яснимым силами человеческого разума.

Почетное место среди историков Поздней империи занимает Аммиан Марцеллин, составитель «Римской истории» в 31 книге (Rerum gestarum a fine Comelii Taciti XXXI libri), начиная с императора Нервы. Аммиан Марцеллин, родившийся в г. Антиохии, на р. Оронте, в 330 г., современник и почитатель Юлиа­на, пользовался известностью замечательного масте­ра по составлению биографий и характеристик исто­рических деятелей в стиле Тацита, продолжателем ко­торого он считал себя. Историко-философская концепция Аммиана Марцеллина близка к тацитов- ской, но выражена значительно слабее. В центре из­ложения Аммиана Марцеллина, по преимуществу во­енного писателя, стоит военная история, социально- политическая же и культурная история занимает вто­рое место. Помимо войн его более всего интересуют географические и этнологические описания, оживля­ющие монотонное и сухое изложение. В церковных вопросах, волновавших тогда римское общество и го­сударство, Аммиан Марцеллин стоит всецело на сто­роне Юлиана, с презрением и лишь вскользь говорит о церковных соборах и ортодоксальной церкви, иро­нически замечая, что частые переезды епископа с од­ного собора на другой только утомляют почтовых ло­шадей1. Отрицательно относится Аммиан Марцеллин также и к почитанию христианских мучеников (sepulchris haerere)2, хотя к самим мученикам, как силь­ным и убежденным людям, своего рода героям, он от­носится положительно и даже сочувственно3. Черты упадочности в истории Аммиана Марцеллина резче всего выступают в его пристрастии к напыщенности, многословию, нарочитой учености, архаическим обо­ротам, чудесному и фантастическому.

Еще в большей степени элемент чудесного, гиперболического и анекдотического содержится в коллективном сборнике биографий римских импера­торов, от Адриана до Нумериана, предшественника Диоклетиана, известном под именем «Писателей ис­тории Августа» (Scriptoreshistoriae Augustae). За образец взяты «Сравнительные биографии» Светония. Живо и интересно написанные очерки Спартиана, Ка­питолина, Лампридия и других авторов, вошедших в число «Писателей истории Августов», более напоми­нают исторический роман, написанный в стиле своей эпохи, нежели историю в собственном смысле.

Из других историков Поздней империи следует на­звать Евсевия (IV в.), кесарийского епископа, автора «Истории церкви» в 10 книгах на греческом языке. Общей для всех позднеримских историков фило­софией истории является взгляд на исторический про­цесс, как на борьбу иррационального и рациональ­ного начал Судьбы (Fortuna) иДобродетели (Virtus), понимая под последним словом всю совокупность че­ловеческих стремлений и усилий.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!