Криминальная субкультура: формы ее проявления и преодоления

23 Дек 2014 | Автор: | Комментариев нет »

В самом широком плане криминальная субкультура - это образ жизнедеятельности людей, признающие ценности криминального мира и вовлеченные в криминальные группы. В них действуют чуждые обществу и общечеловеческим ценностям и требованиям правила поведения, традиции и ценности. В криминальной субкультуре внутригрупповая иерархия более авторитарна, чем возрастная, а внутригрупповые отношения особенно жестоки, антигуманны.

Криминальная субкультура не только порождена культурой официальной, но и находится в антагонистических отношениях с ней, в результате чего в криминальных и асоциальных группах существует резко отрицательное отношение к официальным правилам, нормам и порядкам. Нередко криминальная субкультура паразитирует на общечеловеческих нормах, а также на ценностях нашего общества. Так, чувство гражданского долга подменяется понятием долга воровского, товарищество – круговой порукой, дружба – преданностью лидеру или преступной группе («воровской семье») и т.п.

Криминальная субкультура – это совокупность норм, ценностей, образцов поведения, регламентирующая жизнедеятельность преступного сообщества, его отдельных членов, способствующая его существованию и противостоянию правоохранительным органам, а также воспроизводству профессиональных преступников.

Для организации и функционировании криминальной субкультуры характерны весьма примитивные формы жизнедеятельности, подобные для первобытного строя. Для первобытного общества характерны обряды инициаций - посвящения подростков в ранг взрослых, обряды, состоящие из жестоких испытаний. У уголовников это «прописка». В первобытном обществе действуют «табу». Абсолютное соответствие этому находим в лагерных нормах, определяющих, что «западло». Главное сходство – структурное. На стадии разложения многие  первобытные общества имели трехкастовую структуру – как наше лагерное («воры» – элита, средний слой – «мужики» и аутсайдеры – «опущенные»), а над ними выделялись вожди с боевыми дружинами, собиравшие дань. «Исключенные» сообщества демонстрируют закономерности самоорганизации в наиболее чистом виде. Здесь минимум внешних влияний, от которых исключённое сообщество отгорожено коммуникативным барьером.

Изучением криминальной субкультуры, ее структуры, элементов, истоков, механизмов функционирования, влияния на личность, методов изучения и способов профилактики занимались видные ученые, писатели, практики. Однако целостной ее картины мы сегодня не имеем. Описание структурных элементов данной субкультуры можно найти у М.Геринга, М.Н.Гернета, А.С.Макаренко, Б.Валигура, П.И.Карпова, В.И.Монахова, А. Подгурецкого, М.Лош, Э.Андерсена, Г.Медынского, Я.Корчака, Н.Стручкова, В.Челидзе и др. Глубокому пониманию криминальной субкультуры особенно способствовали произведения художественной литературы А.Солженицына, А.Шведова, В.Шаламова, Л.Габышева, А.Леви, Н.Думбадзе, А.Безуглова, А.Дриппе, других авторов, раскрывающих жизнь "архипелага "ГУЛАГ".

Существует несколько подходов к понятию криминальной субкультуры. Так, некоторые авторы под криминальной субкультурой понимают совокупность духовных и материальных ценностей, регламентирующих и упорядочивающих жизнь и преступную деятельность криминальных сообществ, что способствует их живучести, сплоченности, криминальной активности и мобильности, преемственности поколений правонарушителей. Другие исследователи полагают, что криминальная субкультура – это специфические, основанные на жестокости, отношения преступного сообщества, порожденные и регулируемые всей системой искаженных ценностей «привычных преступников», в центре системы находятся «воровские» традиции и обычаи. Представляет интерес точка зрения польского ученого М. Платека, исследователя тюремной субкультуры, который полагает, что она (в данном случае речь идет о тюремной субкультуре) «включает нормы, традиции, ритуалы, жаргон и жесты, принципиально отличные от тех, которые предполагает уголовно-исполнительное законодательство и внутренний распорядок тюрьмы».

Криминальная субкультура, согласно Г.Ф. Хохрякову, по своим принципам очень близка к субкультуре заключенных. По его мнению, разница между заключенными и профессиональны­ми преступниками в том, что первые при помощи нормативной системы пытаются компенсировать утраченные возможности, а вторые - расширить их, паразитируя на обществе. Разница носит чисто номинальный характер т.к. и первые, и вторые доби­ваются результата за счет других.

Важнейшими характеристиками криминальной субкультуры предстают следующие факторы:

1). Закрытость. Жизнедеятельность лиц, входящих в асоциальные и криминальные группы в значительной степени скрыта от глаз педагогов и взрослых. Нормы, ценности и требования этой субкультуры демонстрируются только тогда, когда нет им противодействия.

2). Наличие специфических форм коммуникации. Тусовка, как правило, представляет собой общение с друзьями, обмен информацией, совместные выпивки, антиобщественное поведение. «Тусовочная» субкультура является копилкой криминального опыта, своеобразным регулятором криминальной деятельности несовершеннолетних и молодежи, санкционируя один и пресекая другой тип поведения.

3). Обязательность исполнения норм, ценностей, условности и правил. В этом отношении криминальная субкультура автократична, тоталитарна по своему характеру. Отступники беспощадно караются. Это и понятно, поскольку современная криминальная субкультура впитала в себя пороки административно-командной, тоталитарной системы в обществе и возникла на ее почве. Она не признает свободы выражения личности, ее прав, полагая, что права имеются только у тех, кто находится на верху иерархической лестницы, а у остальных есть лишь обязанности.

Криминальная субкультура включает в себя субъективные человеческие силы и способности, реализуемые в групповой криминальной деятельности и предметные результаты деятельности преступных сообществ. Особую роль играет «философия» преступного мира, оправдывающая совершение преступлений, отрицая вину и ответственность за содеянное, подменяя низменные побуждения бла­городными и возвышенными мотивами. Так, например, в насильственных преступлениях – чувство товарищеской взаимопомощи, коллективизма, возложением вины на жертву преступления и т.д.; в корыстных преступлениях – идеей перераспределения имеющейся у людей собственности и ее присвоения с самой разнообразной «позитивной» мотивацией.

Ряд факторов повлияли на трансформацию криминальной субкультуры. Прежде всего, в годы культа личности в тюрьмах и колониях оказалась значительная часть передовых людей (старые интеллигенты, революционеры, служащие, военные, работники культуры и искусства, ученые). Своими гуманистическими идеалами, бескорыстием, милосердием, верностью слову они оказывали позитивное влияние на воровской мир, облагораживали его. Боясь такого влияния, представители правоохранительных органов, и, прежде всего, внутренних дел, стали натравливать уголовников на "политических", пытаясь "выбить" у них признание, пойти на самооговор и т.п. Со временем это привело к падению морали в профессиональных и спонтанных группах преступников.

Следует учесть и то обстоятельство, что многие воровские законы существовали еще до революции. Они перешли в советское общество из царской России и еще много лет регулировали жизнь преступных сообществ, разделяя сферы влияния между ними. До революции мораль преступников-профессионалов поддерживала и царская полиция, ведь ей это было выгодно. Иметь дело с преступниками, придерживающимися определенных принципов, было легче, чем бороться с так называемыми спонтанными преступниками. Полиция держала профессионалов на учете и знала, от кого из них, что можно ожидать. Полицейские знали, что воры "гопники", "форточники", мошенники не пойдут, например, на "мокрое дело" не только из-за боязни слишком сурового наказания, но и из-за "идейных соображений". Каждый профессионал имел свой преступный подчерк ("модус операнди"), по которому полиция легко "вычисляла" его.

Всеобщая криминализация советского общества, пропущенного через ГУЛАГ, привела к стиранию граней между профессиональной и непрофессиональной преступностью, а, следовательно, к размыванию границ четко очерченной "воровской" (тюремной) субкультуры.

Резкое падение нравов в нашем обществе в период застоя (дегуманизация межличностных отношений, жестокость в общении, утрата общечеловеческих качеств - чувства чести, собственного достоинства, верности своему слову, милосердия, сострадания) привело к падению нравов и в преступном мире. Воровские "законы" утратили свой священный и неприкосновенный характер. Человек объявлял себя "вором в законе", если ему это было выгодно, если невыгодно - говорил, что "выходит" из "закона".

Переход России к рыночным отношениям стимулировал в преступной среде идею быстрого обогащения, пренебрежения экономическими интересами других людей, что дало необычайную по масштабам вспышку корыстной преступности. Править обществом на всех уровнях стала номенклатура с ее принципом вседозволенности. Правым был тот, у кого больше прав. Это привело к появлению преступников, психологически готовых к совершению любого преступления, поскольку у них нет внутренних тормозов, для них не существует никаких принципов преступной профессиональной морали.

В условиях взаимопроникновения криминальная субкультура, имея агрессивный характер, становиться связующим звеном первичной и рецидивной преступности. Сходные признаки криминальной субкультуры отмечаются в воинских подразделениях, пораженных этим недугом: деление солдат на враждующие группировки по национальному признаку, жесткая групповая иерархия, дезертирство из-за побоев и издевательств со стороны «дедов», неограниченные привилегии последним, групповые нарушения воинской дисциплины и т.п. Криминальная субкультура господствует в дисциплинарных батальонах и строительных частях.

Немаловажной причиной агрессии криминальной субкультуры стали мощные миграционные процессы, связанные с «великим переселением» молодежи на «стройки коммунизма», куда направлялись различные  социальные группы, в том числе и криминальные элементы. Распространению и закреплению криминальной субкультуры способствует обвальный рост количества криминальной литературы, кинофильмов и иных видов средств массовой информации, в которых красочно смакуются отдельные элементы преступной деятельности, их роль и функции в жизни членов преступных сообществ.

Криминальная субкультура, представляя собой целостную культуру преступного мира, в настоящее время все более расслаивается на ряд подсистем, противостоящих официальной культуре. Криминальная субкультура несовершеннолетних – одна из самостоятельных подсистем, тесно связанных с другими подсистемами уголовной среды.

Одним из основных факторов криминализации несовершеннолетних является криминальная субкультура. Для ее обозначения используются и другие термины: «асоциальная культура», «социально-негативные групповые явления». По мнению Ю.М. Антоняна, «агрессивное проникновение криминально характеризующихся правил в социальную жизнь в процессе производства, распределения и потребления материальных благ определяет уровень криминализации общества, степень влияния на людей «другой» жизни, часто именуется субкультурой преступников».

Итак, криминальная субкультура – это составная, полноценная часть общероссийской культуры. Общество может относиться к феномену криминальной субкультуры с иронией, может не замечать и не признавать ее и в тот же момент невольно «втягиваться» в тиски ее «понятий». Интервенция криминальной субкультуры, ее вливание в культуру носят настолько интенсивный характер, что не заметить этого не может только тот, кто не хочет этого замечать или тот, кто в этом заинтересован. Поэтому сейчас особо актуальным является не только противодействие, но и борьба со всеми формами проявления криминальной субкультуры.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!