Колониализм и Восток

  1. Сущность и типы колонизации. Причины и начало европейской колониальной экспансии в Азии и Африке

 

Период колониализма особый этап истории Востока. Как и предыдущие, древность и средневековье, он не был связан с карди­нальной ломкой существующей структуры, за исключением, пожалуй, Японии. Но все же этот новый этап — в отличие от средневековья, близость которого к восточной древности вполне очевидна и просле­живается по многим параметрам,— принес Востоку нечто сущностно новое, что и побуждает говорить о нем как об отдельном и важном для понимания судеб Востока в целом периоде его истории.

Понятие «колония» (лат. «поселение») возникло в античной древ­ности и использовалось для обозначения поселений, расположенных в стороне от первоначального центра, а то и достаточно далеко от него.

Колонизацией следует считать создание на чужой территории замкнутых административно-автоном­ных анклавов, копировавших метрополию, тесно связанных с ней и опиравшихся на ее действенную и заинтересованную поддержку. Со­вершенно очевидно, что такого рода анклавы могли создаваться и реально создавались лишь там, где частнособственническая предпри­нимательская деятельность официально считалась ведущей и активно поощрялась заинтересованным в ее процветании государством. Вот почему колонии торгово-экономического характера создавались (если говорить о колониях в полном смысле слова и принять во внимание все вышесказанное) почти исключительно европейцами - как в ан­тичной древности, так и в средние века. Именно такого типа колонии и были тем истоком, на основе которого в XV - XVI вв. сложился колониализм как явление уже несколько иного порядка, отличавшееся иными формами и, главное, иными масштабами. Связь этого колони­ализма с нарождавшимся европейским капитализмом вполне очевидна.

Колониализм в широком смысле слова - это хозяйственное освоение пустующих либо слабозаселенных земель, оседание на заморских территориях мигрантов, которые при­носили с собой привычную для них организацию общества, труда и быта и вступали в весьма непростые взаимоотношения с аборигенным населением, находившимся, как правило, на более низкой ступени развития. Каждая конкретная ситуация, складывающаяся из множества порой едва уловимых компонентов, дает свой результат и создает в том или ином случае уникальное стечение условий и обстоятельств, от которого зависит многое, в том числе дальнейшая судьба колонии и ее населения.

Начало колониальной торговой экспансии было положено на рубеже XV—XVI вв. В Индии и особенно Индонезии, а также в Африке колониальная экспансия португальцев, испанцев, затем голландцев, англичан и французов ширилась с каждым веком. Понемногу она захватывала и другие районы Востока. Логически рассуждая, именно XVI век по справедливости можно было бы считать началом этапа колониализма. И в какой-то степени это именно так и было. Дело в том, что, хотя колониализм так и не сумел привести к кардинальной ломке структуры стран традиционного Востока и тем более содействовать становлению там капитализма (о Японии разговор особый), он, однако, как уже было упомянуто, принес Востоку нечто сущностно новое.

На этапе торговой экспансии, сопровождавшейся грубыми втор­жениями, территориальной аннексией выгодных форпостов, подчине­нием и даже определенной деформацией хозяйства в некоторых странах (Индия, Индонезия), атакже массовым порабощением людей (Африка, частично Индонезия), активному воздействию колониализма подвер­глись лишь некоторые страны Востока. Кроме того, к кардинальным изменениям и существенной деформации экономики традиционных восточных обществ этап колониальной торговой экспансии не вел. Целью колонизаторов были вначале лишь восточные редкости, прежде всего пряности, а затем рабы. И хотя платили они за это мало, но все-таки платили. Серебро текло с запада на восток, а не в обратном направлении. То есть перед нами торговля. Пусть неравноправная, подчас неэквивалентная, даже из-под палки, сопровождавшаяся при­нуждением и насилиями, порабощением людей и т. п., но все же именно торговля.

К торговому обмену Восток привык. Более того, не были для него необычными ни несправедливости, ни насилия, ни даже зверства или массовое порабощение людей либо вторжения злобных иностранцев. Достаточно напомнить о монгольском нашествии, о походах Тимура. Правда, торговый колониализм принес с собой и нечто новое, к чему на Востоке еще далеко не везде привыкли: он принуждал людей к каждодневному тяжелому регулярному труду, сопровождая это при­нуждение силой оружия и превращая таким образом труд в каторгу, которую долго могли выдерживать лишь немногие (собственно, именно это и вызывало потребность во все новых и новых отрядах обреченных на быструю гибель рабов). Но этого нового было в те времена, о которых идет речь (XVI—XVIII вв.), еще все же недостаточно для того, чтобы говорить о сущностно новом, хотя принуждение к труду и было его важным элементом.

Иное дело - XIX век, век колониальной экспансии промышлен­ного капитализма. Картина совершенно иная. Поток фабричных това­ров из метрополии стал быстро превращать колонии и зависимые страны Востока в ценные для европейского капитализма рынки сбыта и не менее ценные источники сырья: Рыночные связи теперь устанав­ливались гораздо более прочно, а по их каналам средства (включая и серебро) текли теперь преимущественно в обратном направлении. Этому сопутствовали разорение традиционного восточного ремесла, упадок торговли, а также крушение привычных норм бытия и сопро­вождавшие его политические кризисы, ослабление государственной власти и многое другое, с этим связанное. Здесь и следует видеть то сущностно новое, что вносило немало изменений в привычные нормы и условия жизни стран и народов Востока. Вот почему целесообразно хронологически начинать период колониализма на Востоке именно с XIX в. Где раньше, где позже, но в целом примерно с ХГХ в., может быть, даже с середины его.

Естественно и логично, что конец периода колониализма следует видеть именно там, где он вполне отчетливо прослеживается, т. Е. в середине XX в., после Второй мировой войны. Для Востока в целом, включая и Африку, концом периода колониализма и потому важней­шим для его истории хронологическим рубежом является именно то время, когда он высвободился от колониальной зависимости, когда страны Востока стали независимыми.

При всей уникальности конкретных обстоятельств есть и некоторые общие закономерности, которые позволяют свести феномен колониализма к нескольким основным вариантам.

Один из них - постепенное освоение отдаленных чужих, но пус­тующих либо слабозаселенных земель поселенцами-колонистами, яв­ляющими собой более или менее компактную общность и составляю­щими на освоенной ими новой территории подавляющее большинство населения. Аборигены при этом обычно оттесняются на окраинные и худшие земли, где они постепенно вымирают либо истребляются в стычках с колонистами. Так были освоены и заселены Северная Америка, Австралия, Новая Зеландия. С некоторыми оговорками это можно отнести и к южно-африканским республикам буров. На этих землях со временем возникли, как известно, государственные образо­вания по европейской модели - той самой, что была перенесена в качестве само собой разумеющегося социального генотипа мигранта­ми, составившими, если не иметь в виду Южную Африку, основу населения (10% примеси негров, потомков привезенных в Северную Америку африканских рабов, в данном случае существенного влияния на процесс в целом не оказали).

Другой вариант - миграция новопоселенцев в районы с значитель­ным местным населением, опирающимся к тому же на весомые собственные традиции цивилизации и государственности.

Вариант третий - колонизация районов с неблагоприятными для европейцев условиями обитания. В этих нередких случаях местное население, независимо от его численности, было преобладающим. Европейцы оказывались лишь малочисленным вкраплением в него, как то имело место повсюду в Африке, в Индонезии, Океании и кое-где на Азиатском континенте (хотя о развитом Востоке речь впереди). Слабость, а то и почти полное отсутствие политической администрации и государственности здесь помогали колонизаторам легко и с мини­мальными потерями не только укрепиться на чужих землях в форме системы форпостов, портов, торговых колоний и кварталов, но и взять в свои руки всю местную торговлю, а то и практически все хозяйство прилегающих районов и навязать местным жителям, порой целым странам свою волю, свой принцип свободных рыночных связей, в которых решающую роль играл материальный интерес. Со временем, но не слишком быстро, эта форма колониализма могла перерасти и в иную, обрести вид политического господства.

И, наконец, вариант четвертый, для Востока наиболее типичный. Это те многочисленные случаи, когда колонизаторы попадали в страны с развитой многовековой культурой и богатой традицией государст­венности. Здесь большую роль играли различные обстоятельства: и представления европейцев о богатстве той или иной страны Востока, например Индии, и реальная сила колонизуемой страны, т. е. крепость ее государственной власти, и традиционные формы той или иной восточной цивилизации с их нормами и принципами, и многое другое, в том числе случай, всегда игравший важную роль в истории.

Начало колониальной торговой экспансии было положено на рубеже XV—XVI вв. В Индии и особенно Индонезии, а также в Африке колониальная экспансия португальцев, испанцев, затем голландцев, англичан и французов ширилась с каждым веком. Понемногу она захватывала и другие районы Востока. Логически рассуждая, именно XVI век по справедливости можно было бы считать началом этапа колониализма. И в какой-то степени это именно так и было.

На этапе торговой экспансии, сопровождавшейся грубыми втор­жениями, территориальной аннексией выгодных форпостов, подчине­нием и даже определенной деформацией хозяйства в некоторых странах (Индия, Индонезия), атакже массовым порабощением людей (Африка, частично Индонезия), активному воздействию колониализма подвер­глись лишь некоторые страны Востока. Кроме того, к кардинальным изменениям и существенной деформации экономики традиционных восточных обществ этап колониальной торговой экспансии не вел. Целью колонизаторов были вначале лишь восточные редкости, прежде всего пряности, а затем рабы. И хотя платили они за это мало, но все-таки платили. Серебро текло с запада на восток, а не в обратном направлении. То есть перед нами торговля. Пусть неравноправная, подчас неэквивалентная, даже из-под палки, сопровождавшаяся при­нуждением и насилиями, порабощением людей и т. п., но все же именно торговля.

Иное дело - XIX век, век колониальной экспансии промышлен­ного капитализма. Картина совершенно иная. Поток фабричных това­ров из метрополии стал быстро превращать колонии и зависимые страны Востока в ценные для европейского капитализма рынки сбыта и не менее ценные источники сырья: Рыночные связи теперь устанав­ливались гораздо более прочно, а по их каналам средства (включая и серебро) текли теперь преимущественно в обратном направлении. Этому сопутствовали разорение традиционного восточного ремесла, упадок торговли, а также крушение привычных норм бытия и сопро­вождавшие его политические кризисы, ослабление государственной власти и многое другое, с этим связанное. Здесь и следует видеть то сущностно новое, что вносило немало изменений в привычные нормы и условия жизни стран и народов Востока. Вот почему целесообразно хронологически начинать период колониализма на Востоке именно с XIX в. Где раньше, где позже, но в целом примерно с ХГХ в., может быть, даже с середины его.

Естественно и логично, что конец периода колониализма следует видеть именно там, где он вполне отчетливо прослеживается, т. Е. в середине XX в., после Второй мировой войны.

 

  1. Периоды колониализма и их характеристика

 

Начиная с первых шагов складывания колониаль­ной системы и большую часть XX столетия развитие человечества в значительной степени шло под зна­ком господства группы стран, объединяемых под об­щим названием «Запад» (Великобритания, Фран­ция, Германия, Россия (СССР), Италия, Испания, США, Канада и др.), т.е. мир был евроцентристским или, в широком смысле, евро-американо-центристским. Остальные народы, регионы и страны брались в расчет постольку, поскольку они были связаны с историей Запада.

Эпоха освоения и подчинения Азии, Африки и Америки европейс­кими народами началась с Великих географических открытий XV - XVI вв. Заключительным актом этой эпопеи стало создание к концу XIX в. великих колониальных империй, охвативших громадные про­странства и многочисленные народы и страны во всех частях земно­го шара. Следует отметить, что колониализм и империализм не были исключительной монополией Европы или западного мира нового и новейшего времени. История завоеваний так же стара как и история цивилизаций. Империя как форма политической организации стран и народов существовала чуть ли не с самого начала истории челове­чества. Достаточно вспомнить, например, империю Александра Ма­кедонского, Римскую и Византийскую империи, Священную Рим­скую империю, империи Цин Шихуанди и Чингисхана и т.д.

В современном понимании термин «империя» (а также производ­ный от него термин «империализм») связан с латинским словом «им­ператор» и обычно ассоциируется с идеями диктаторской власти и при­нудительными методами управления. В новое время он впервые вошел в обиход во Франции в 30-х г. XIX в. и применялся в отношении сторонников Наполеоновской империи. В последующие десятилетия с усилением колониальной экспансии Британии и других стран этот термин получил популярность в качестве эквивалента термина «ко­лониализм». На рубеже XIX и XX вв. империализм стал рассмат­риваться как особая стадия развития капитализма, характеризующаяся ужесточением эксплуатации низших классов внутри страны и усиле­нием борьбы за передел мира на международной арене.

Империализм характеризуется и особыми отношениями господ­ства и зависимости. Различные нации по своему происхождению, влиянию, ресурсам, возможностям не равны. Одни из них крупные, другие мелкие, одни обладают развитой промышленностью, а дру­гие значительно отстали в процессе модернизации. Международное неравенство во все времена составляло реальность, что обусловли­вало подавление и подчинение слабых народов и стран сильными и могущественными империями и мировыми державами.

Как показывает исторический опыт, любая сильная цивилизация неизменно обнаруживала тенденцию к пространственному расши­рению. Поэтому она неизбежно приобретала имперский характер. В последние пять столетий инициатива в экспансии принадлежала европейцам, а затем Западу в целом. Хронологически начало форми­рования евроцентристской капиталистической цивилизации совпа­ло с началом Великих географических открытий. Складывавшаяся молодая динамичная цивилизация как бы сразу заявляла свои пре­тензии на весь земной шар. В течение последующих за открытиями X. Колумба и Васка да Гамы четырех столетий был либо освоен и заселен, либо покорен весь остальной мир.

Промышленная революция XIX в. дала новый толчок заморской экспансии европейских держав. Территориальные захваты стали рас­сматриваться как средство увеличения богатств, престижа, военной мощи и получения дополнительных козырей в дипломатической игре. Между ведущими промышленными державами развернулась острая конкурентная борьба за сферы и регионы наиболее выгодного помеще­ния капитала, а также рынки сбыта товаров. Конец XIX в. был ознаме­нован обострением борьбы ведущих европейских стран за завоевание еще незанятых территорий и стран в Африке, Азии и Океании.

К началу XX в. завершилась волна создания огромных колони­альных империй, самой крупной из которых стала Британская им­перия, раскинувшаяся на громадных пространствах от Гонконга на Востоке и до Канады на Западе. Весь мир оказался поделенным, на планете почти не осталось «ничейных» территорий. Великая эпоха европейской экспансии закончилась. В ходе множества войн за раз­дел и передел территорий европейские народы распространили свое господство почти над всем земным шаром.

До конца XIX - начала XX в. неевропейские народы осваивали европейские научно-технические, экономические, интеллектуальные и другие достижения пассивно; теперь начался этап их активного ос­воения как бы изнутри. Приоритет в данном плане несомненно при­надлежит Японии, которая в результате реформ Мейдзи в 1868 г. встала на путь капиталистического развития. Реформы положили начало заметному экономическому росту страны, что, в свою очередь, дало ей возможность перейти на путь внешней экспансии. Атака япон­ской авиацией 7 декабря 1941 г. американской военно-морской базы Пёрл-Харбор воочию продемонстрировала реальное начало конца евроцентристского мира и стала точкой отсчета новой эпохи в миро­вой истории. Но до второй половины XX в. мир оставался евроцент-ристским: западные страны продолжали диктовать свою волю и определять правила политической игры на международной арене. По­давляющему большинству остальных стран и народов была отведена лишь пассивная роль объектов политики великих держав.

Завершение территориального раздела мира к началу XX в. означало вместе с тем окончательное превращение колониальной системы монополистического капитализма в колониальную систему империализма.

Главной и решающей особенностью колониальной системы им­периализма являлось то, что она охватила весь мир, все территории земного шара, стала неотъемлемой частью мирового капиталисти­ческого хозяйства. Колониальная система включала в себя как коло­нии в собственном смысле слова, т.е. страны и территории, лишен­ные какой бы то ни было формы самоуправления, так и полуколо­нии, в том или ином виде сохранившие свои традиционные системы управления. Следует отметить, что по численности меньшая группа стран-полуколоний сохраняла суверенитет лишь формально. Опутан­ные сетью неравноправных договоров, кабальных займов и военных союзов, они оказывались в зависимости от промышленно развитых стран. По своей социально-экономической структуре полуколонии не отличались от колоний. В условиях империализма ярко прояви­лись тенденции к полному закабалению зависимых стран, к превра­щению полуколоний в колонии.

 

  1. Формы и способы эксплуатации колоний

 

Превратив большинство стран мира в колонии и полуколонии, монополии стали выжимать огромные сверхприбыли путем жестокой эксплуатации труда сотен миллионов населения зависимых стран. Эти страны продолжали служить рынками сбыта, источниками сырья, поставляли почти даровую рабочую силу, но новой и со временем главной формой колониального порабощения стал вывоз капитала, он же превратился в одну из важнейших закономерностей существования монополистического капитализма.

Вывоз капитала в колонии и зависимые страны осуществлялся в различных формах. Широкое распространение получили кабальные займы, предоставляемые банками империалистических держав пра­вительствам зависимых стран. В колониях, например в Индии, со­глашения о займах заключали колониальные власти, а оплачивались они за счет налогов, выбиваемых из населения. Займы не только приносили высокие прибыли банкам метрополий, но и приводили к установлению финансового контроля над странами должниками. Создавалось такое положение, когда банки контролировали целые страны. Именно в их напряжении сосредоточивались главные нити экономической, а следовательно, и политической жизни страны. Банки непосредственно владели многими предприятиями, конт­ролирующими вывоз сырья, добычу полезных ископаемых, и, как, например, в Индонезии, осуществляли опиумную и водочную монополию. В Корее японский банк выполнял роль государствен­ного банка, он выпускал банкноты и облигации, совершал валют­ные и казначейские операции. Такую же роль играл в Египте так называемый «Национальный банк», активы которого находились в Лондоне. В закабалении Турции и Ирана огромную лепту вне­сли англо-французский «Османский банк» и английский «Шахин­шахский банк» и т.п. В 1904 г. только Англия имела 50 колониаль­ных банков, к 1910 г. их число увеличилось до 72, а число отделений в различных городах превысило пять тысяч. Банки управляли не только экономикой зависимых стран, они определяли и политику их правительств.

Вывоз капитала никоим образом не ослаблял вывоза товаров. Обычно при заключении займов кредиторы оговаривали для себя наиболее выгодные условия торговли. В начале XX в. значительно выросла роль колоний как рынков сбыта изделий фабричной про­мышленности метрополий и этот же период отмечен заключением новых неравноправных договоров, подчинением таможенной поли­тики интересам метрополий. В то же время сохраняли силу и ста­рые капитуляции.

Монополии империалистических стран в больших масштабах скупали за бесценок или захватывали земли в колониях и полуко­лониях, создавая плантации необходимых им сырьевых и продоволь­ственных культур. Так, в руках английского капитала очутилась большая часть чайных плантаций Индии, голландские монополии владели обширными плантациями в Индонезии. Экспроприация зе­мель приобрела особо широкие размеры в Африке. В частности, французы огнем и мечом провели колонизацию Алжира, различны­ми махинациями им удалось захватить обширные земельные масси­вы в Марокко и Тунисе.

Дальнейший процесс превращения стран Азии и Африки в источники сырья для капиталистической промышленности подры­вал основы натурального хозяйства и при этом связывал эти страны с мировым рынком, насильственно втягивал в мировое капиталис­тическое хозяйство (МХК). Метрополии диктовали своим колониям характер и способ ведения сельского хозяйства, переводя его на производство выгодных им культур. Многие зависимые страны стали специализироваться на выращивании одной культуры в ущерб всем остальным. Так, например, Ассам, Цейлон, Ява стали районами выращивания чая. Бенгалию англичане специализирова­ли на производстве джута, Ирак — поставлял им ячмень, Северная Африка — оливки, Вьетнам — рис, Уганда — хлопок, Египет также превратился в хлопковое поле для английской текстильной промышленности. В то же время многие из этих стран лишались собственной продовольственной базы.

Важным объектом приложения капиталов в колониях и зависимых странах оставалось строительство железных дорог, портов, телеграфных линий, имевших огромное военно-стратегическое значе­ние. Поэтому такое строительство, осуществлявшееся с применением почти дарового труда местного населения, служило орудием колониаль­ной экспансии. Такую роль, например, сыграло строительство немецкими монополиями Багдадской железной дороги; только в Южно-Африканс­ком Союзе, в бельгийских и французских колониях было проложено свыше 7 тыс. миль железных дорог. Интересам колонизаторов служил прорытый на территории Египта Суэцкий канал.

В колониях и зависимых странах создавались также иностран­ные промышленные предприятия, в первую очередь в добывающей промышленности. Колонизаторы интенсивно захватывали все ис­точники сырья, уже открытые и еще неоткрытые.

С этой целью широкое распространение получили различные концессии, предоставляемые монополиям. Нередко территория концессии, недра которой можно было эксплуатировать бесконт­рольно, становилась своеобразным государством в государстве. Такой была, в частности, концессия Англо-персидской (будущей Англо-иранской) нефтяной компании в Иране. На территориях иностранных концессий в Китае державы имели свои органы власти, суды и полицию. Нефть, уголь, руды, редкие металлы, фосфаты — все переходило в руки иностранных монополий. Создавались многочисленные компании по эксплуатации недр, по разведке   полезных   ископаемых.   Нефтяные   компании захватывали основные нефтеносные районы в арабских странах, Иране, Индонезии. Иностранцы присваивали монопольное право на добычу и продажу соли в Египте, Индии, Вьетнаме, Турции. Богатейшие алмазные и золотые россыпи в Индии, африканских странах перешли в руки английских, французских и бельгийских компаний.

Иностранные компании захватывали не только внутренний ры­нок, но и внешнюю торговлю стран Востока. Само по себе превра­щение зависимой страны в страну монокультуры и в источник сы­рья не было столь эффективным для финансового капитала без господства в сфере экспортных и импортных операций. И каждая империалистическая держава, ввозящая капиталы, огромную их часть вкладывала в данную сферу. Анализ структуры ввоза и выво­за товаров колониальных и зависимых стран показывает громадное преобладание в экспорте сырья и в импорте фабричных товаров. Так, в Индии в начале XX в. половину ввоза составляли английские хлопчатобумажные ткани, а три четверти вывоза — колониальное сырье и продовольствие. Египет ввозил в больших размерах хлоп­чатобумажные ткани и продовольствие, вывозил главным образом хлопок. На Филиппинах 90% всего вывоза составляли сахар, пень­ка, кокосовые орехи и табак. Этот список можно продолжать долго. Очевидным является следующее: во внешнеторговых отношениях между метрополиями и зависимыми странами господствовала сис­тема неэквивалентного обмена. Низкие цены на готовые товары при­носили иностранным монополиям максимальные прибыли. Населе­ние колоний и полуколоний подвергалось двойному ограблению.

Вся таможенная политика подчинялась метрополиям. Американ­цы на Филиппинах, французы во Вьетнаме, англичане в Индии и Египте устанавливали таможенные и железнодорожные тарифы, дававшие им наибольшую выгоду.

Империализм консервировал в колониях и зависимых странах фе­одальные пережитки. Хотя в начале XX в. в большинстве стран Азии и некоторых странах Африки натуральное хозяйство было подорвано и в деревню проникали товарно-денежные отношения, эксплуатация лишенного земли крестьянства по-прежнему носила феодальный или полуфеодальный характер. Не только свои помещики, ни и монополии империалистических государств эксплуатировали крестьянство Азии и Африки полуфеодальными методами. На плантациях, принадлежа­щих иностранному капиталу, рабочие, по сути дела, находились на по­ложении полурабов-полукрепостных (о чем подробнее будет сказано позже). Стремясь сохранить колонии и зависимые страны в качестве своих аграрно-сырьевых придатков, империалистические державы поддерживали господство землевладельцев и другие пережитки сред­невековья. Внедрение иностранного капитала сопровождалось усилени­ем феодальной эксплуатации крестьянства. Империалистический гнет был неразрывно связан и тесно переплетался с феодальным гнетом.

Этот далеко не полный перечень новых методов и форм эксплуа­тации зависимых стран привел к серьезным изменениям в социаль­но-экономической структуре восточных обществ, в условиях их вы­нужденного колониально-капиталистического синтеза.

 

  1. Реакция Востока на вторжение Запада. Последствия колониализма для восточного общества

 

Одной из важнейших проблем развития стран Востока с начала XX в. является проблема взаимодействия их традиционных укладов с западным колониальным капиталом в условиях его перехода на новую стадию. Ведь за весь предшествующий период (XVI — XIX вв.) складывания колониальных структур практически ни в одной восточной стране не зародились активные элементы колониального синтеза ни в ба­зисных, ни в надстроечных структурах. Однако уже ранняя торго­вая экспансия будущих метрополий (выкачка сырья, монопольные откупа, системы принудительных культур, налоговый гнет и т.д.) подрывала, а иногда разрушала саму экономическую структуру тра­диционного производства в тех районах, которые оказывались их владениями. Некоторые страны Востока, чтобы избежать открытой западной агрессии, сознательно отказывались от контактов с иност­ранцами и от активной внешнеторговой деятельности, закрывая свои порты и страны от европейцев и американцев. Так было в Китае, Японии, Сиаме. И это, безусловно, вызывало замедление темпов трансформации старого способа производства в этих странах.

Последующие фазы колониализма были связаны с промышлен­ным переворотом в Западной Европе и Северной Америке, но осо­бенно с переходом капитализма к империалистической стадии, что полностью скажется на восточных обществах в XX в. К концу XIX в. нуждам и целям промышленных стран были подчинены целые континенты с их многомиллионным населением. Финансо­во-промышленные монополии изменили традиционное производ­ство и аграрную структуру, вызывая в то же время кардинальные изменения в социальных структурах восточных стран.

Колониальная экспансия европейцев не расчищала автома­тически или почти автоматически для восточных стран путь к капита­лизму европейского типа, во всяком случае ожидаемыми темпами. Напротив, она породила столь яростное сопротивление традиционных структур Востока, столь мощную ответную волну, что даже в наши дни трудно дать обоснованный прогноз, как и когда достигнет еврокапиталистических стандартов развивающийся Восток — если это вообще достижимо.

Мощная ответная волна сопротивления колониальному вторжению и ломке привычных норм жизни стран и народов Востока появилась не сразу. В XVI - XVIII вв., в начальные периоды колониализма, пока Восток еще не ощутил как следует тяжелую руку европейского капи­тала, ее, казалось бы, ничто не предвещало. Все началось позже, в XIX в., и с особой силой проявилось в XX в.

Оценка роли колониализма, глубины и степени его воздействия на исторические судьбы Востока - предмет острых дискуссий историков и политиков Запада и Востока. В исторической литературе в основном утвердилось положение о двойственной функции колониализма - разрушительной и созидательной, и о двух его этапах - относительно прогрессивном и однозначно регрессивном.

Политико-экономические структуры и духовно-культурная сфера всех стран Востока подверглись в той или иной степени прямому или косвенному воздействию колониализма. Капиталистические отношения, насильственным образом насаждаемые извне на традиционное докапиталистическое общество деформировали и разрушали традиционные структуры и институты, складывавшиеся столетиями. Естественный ход общественного развития афро-азиатских народов был нарушен.

Колонизаторы, невольные орудия истории, сначала творили, хотя и жестокими методами, исторически прогрессивное дело приобщения афро-азиатских народов к капиталистической цивилизации. Однако, после появления в колониях национальной буржуазии, колониализм играет исключительно регрессивную роль, т. к. препятствует самостоятельному капиталистическому развитию колоний и способствует становлению на Востоке периферийного капитализма, обслуживающего нужды западных метрополий.

Негативные последствия колониализма (разрушение традиционных структур) вызывали массовые антиколониальные движения, а его позитивные последствия (появление национальной буржуазии, пролетариата, интеллигенции) способствовали превращению этих стихийных движений в организованное национально-освободительное движение (НОД), ставшее могильщиком колониализма.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!