Государственный строй России в период сословно-представительной монархии

21 Дек 2014 | Автор: | Комментариев нет »

После введения опричнины в 1565 г., (Иван IV разделил земли государства на земские – обычные и опричные специальные) в стране временно образовались две системы власти и управления. Боярская дума продолжала осуществлять свои функции в земщине, хотя и была поставлена под контроль царя, который существенно ограничил ее права. В опричнине неограниченная власть принадлежала царю. Но он не смог ввести подобный режим на территории всей страны. Хотя в рамках опричнины уже функционировала система параллельных органов власти: опричная дума, специальные опричные приказы, опричное войско, опричная казна. Неудачи в Ливонской войне, разорительные набеги крымских татар, нарастающие трудности в экономике вызвали недовольство опричниной в обществе. Серьезный удар по опричнине нанесло выступление против нее церкви и духовенства в лице Митрополита Филиппа, который прямо потребовал отмены опричнины, за что был смещен в поста и направлен в пожизненное заключение в монастырь. В этих условиях попытка террором преодолеть развивающийся кризис провалилась, особо доверенным лицом царя в этот период стал руководитель опричного сыска Малюта Скуратов (жертвами этого террора на последнем этапе стали многие видные опричники, в том числе и ее идеологи Басманов). Иван IV так и не стал неограниченным самодержавным монархом. Он был вынужден 1572 г., отменить опричнину, и не смог полностью подавить оппозиционную боярскую аристократию. Общество восприняло изменения на столько, на сколько оно было готово.

Значение опричнины неоднозначно. С одной стороны, проведенные в ее начале земельные конфискации укрепили царскую власть и ослабили бояр, дворянство подняло свой политический статус, с другой стороны Боярская дума, как высший орган государственной власти, сохранила свое значение. Опричный террор дестабилизировал отношения в обществе и способствовал экономическому упадку в стране. Более того, опричники оказались не в состоянии самостоятельно без земских воинских формирований государства от внешних врагов, знать по-прежнему сохраняла свои привилегии, связанные с реализацией принципа местничества. Процесс укрепления царской власти не был завешен.

После смерти Ивана IV в годы правления его сына Федора и Бориса Годунова (1584-1605 гг.), роль Боярской думы на время возросла. Особенно ее влияние в государстве усилилось после смерти Бориса Годунова и последовавшей потом гражданской войны, в результате которой в 1605 г., на престол вступил Лжедмитрий I. Началось «Смутное время» 1605-1612 гг. Уже в 1606 г., Лжедмитрий I убит и на престол был избран «боярский царь» Василий Шуйский. Когда в результате борьбы различных боярских группировок в 1610 г., и он был свергнут с престола, то вся власть перешла к Боярской думе. Фактически в это время страной управляла группировка из нескольких влиятельных бояр – «семибоярщина». Именно им принадлежит основная «заслуга» в приглашении польских интервентов в Москву (освобожденную 2 земским ополчением в 1612 г.). Справедливости надо отметить, что на территории страны в это время действовало еще несколько правительств Лжедмитрия II, 1 и 2 земских ополчений и т.п. В государстве было утрачено централизованное управление. Только с 1613 г., с избранием Земским собором на царство Михаила Романова, закончилось Смутное время, и начался процесс восстановления государства и укрепления царской власти, который в основном завершился к середине XVII в.

Земские соборы – принципиально новый высший орган государства. Одни ученые склонны видеть начало земских соборов в вечах, другие – в княжеских съездах, в совещаниях князя с думой, с духовными властями и «градскими людьми», в церковных соборах или в городских мирах. Действительно, возникновение земских соборов было связано с перечисленными явлениями русской жизни, но только по идее, и говорить об органической связи с одним из этих явлений едва ли возможно. К непосредственному появлению земских соборов могло послужить какое-нибудь явление русской истории, может быть, съезды служилых в Москву. Во всяком случае, земские соборы выработались самой жизнью, а не явились неожиданно, по воле одного лица, потому что в таком случай современные им памятники не замедлили бы отметить это нововведение, чего, в самом деле, мы не видим. На образование земских соборов наибольшее влияние, очевидно, оказали церковные соборы, издавна сложившиеся и действовавшие в России.

Взгляды современников не могли также не оказать сильного влияния на образование и историю земских соборов. «Беседа преп. Серия и Германа, валаамских чудотворцев», относящаяся ко времени после половины XVI в., настаивает на том, что царь должен управлять государством «с князи и с бояры и с прочими миряны», и «подабает с миром во всем ведати царю самому, со властьми своими, а не с иноки". Курбский, переписываясь с Грозным, утверждал, что царю необходимо иметь при себе «совет всенародных человек». Эти идеи есть не что иное, как видоизменения тех взглядов дружинников древней Руси, по которым князь был обязан совещаться со своими воинами. Объединение Москвы, увеличение войск и изменение в их организации и в управлении государством – все это естественно повело к развитию этих взглядов древней Руси в те формы, с которыми мы встречаемся с половины XVI в.

Итак, как фактическое содержание русской жизни, так и идейные взгляды наших предков послужили вполне благоприятной почвой тому учреждению, которое совершенно ясно вырисовывается пред нашими взорами после половины XVI столетия. Едва ли будет ошибкой, если мы будем считать одним из прецедентов земских соборов собрание 1471 г., когда Иван III послал «по вся епископы земли своея и по князи и по бояря свои и по воеводы, и по вся воя свои», а когда они собрались, то все они, «мысливше... не мало» о походе на Новгород, решили отправиться на него войной. Подобного рода совещания из бояр (боярской думы), духовенства («освященного собора»), и воевод, или, иначе говоря, служилых, мы видим и в XVI в. В 1550 г. состоялся «собор примирения», как его назвал академик Жданов; вероятнее всего, это не был собор в настоящем смысле, а только собрание духовенства, служилых, челобитчиков, приехавших в то время в столицу, и жителей г. Москвы. В 1551 году был созван церковный Стоглавый собор, на котором присутствовали рядом с духовенством «князи и бояре и воины», так что этот собор академик Жданов справедливо считал «церковно-земским», тем более что собор касался не только церковных вопросов, но и чисто земских. В 1566 г. по вопросу о перемирии с Польшей и Литвой собрался собор, главным образом состоявший из светских чинов. Это есть первый земский собор, о котором дошли до нас точные сведения о его составе и соборный акт. В 1598 г. состоялся земский собор для избрания Годунова.

Смута начала XVII в. всколыхнула мысль, «и великое российское царство яко море восколебася». Смутное время способствовало выработке самостоятельности в русских людях и сообщило выборному началу большое значение. Наиболее важными соборами XVII в. были: собор 1613г., избравший Михаила, 1642 г., собравшийся по вопросу об Азове, и в 1649 г., созванный для составления Уложения. Собор 1653 г., обсуждавший вопрос о принятии Малороссии, был последним полным земским собором. После него можно отметить собор 1682 г., избравший Петра, а потом и Иоанна, а также собор 1698 г., судивший Софью, и о котором только сообщает один иностранец – Корб.

Точно установить число соборов нельзя, потому что памятники не всегда позволяют вполне установить, имеем ли мы дело в данном случае с земским собором или же просто с совещанием или случайным собранием некоторых групп лиц. Проф. Сергеевич считал, что всех соборов с половины XVI в. по 1653 г. было 16, и распределял их между отдельными царствованиями следующим образом: при Иване Грозном – 2, при Василии Шуйском – 1, при Михаиле Федоровиче –9, при Алексее Михайловиче – 4; при Федоре Алексеевиче было созвано 2, но не всенародных; кроме того, было еще 3 избирательных собора и 1, низложивший Шуйского. Другие ученые дают иной перечень соборов; например, Латкин считает, что относительно полных соборов за весь XVI и XVII в.в. было 20, а всех соборов (относительно полных, неполных и фиктивных) – 32. Одно лишь то несомненно, что наибольшее количество соборов падает на царствование Михаила. Таким образом, время первого Романова было золотым веком земских соборов.

Существенным вопросом в истории земских соборов является вопрос о их составе. «Совет всея земли», т. е. земский собор, слагался из трех элементов: боярской думы, т. е. из постоянного совета государя, «освященного собора», т. е. из высших духовных лиц во главе с митрополитом, а позднее патриархом, и, наконец, из земских людей, в число которых входили военно-служилые или другие служилые люди и выборные от тяглых. От подобных соборов следует отличать соборы, образовавшиеся случайно, где участвовал в решении вопроса московский народ, например, собор 1606 г., когда бояре избрали Шуйского и предложили его народу; такие соборы напоминают веча древней Руси; с другой стороны следует также отличать те соборы, которые состояли только из одного сословия, например, собор 1682 г., на котором присутствовали служилые люди и решали вопрос об уничтожении местничества.

В составе соборов XVI в. едва ли можно видеть выборный элемент в том смысле, в каком он теперь понимается. Эти соборы составлялись из служилых людей, которых правительство созывало для решения тех или других вопросов; иначе говоря, эти соборы составлялись из правительственных агентов. Официальное положение боярской думы и «освященного собора», которые входили в состав земских соборов, понятно само собой; дворяне же, бывшие на соборах XVI в., несли какую-нибудь военную или административную службу, т. е. были также официальными лицами; участие торговых людей в соборах тоже носило официальный характер, потому что гости служили по финансовой части, а старосты и сотские торговых сотен по свойству своей деятельности входили в состав государственной администрации. Таким образом, соборы XVI века состояли из официальных, или должностных лиц. Если в XVI в. не было выборного элемента, или же его там трудно заметить, то в XVII в. он является несомненной принадлежностью соборов. Выработки и развитие выборного начала главным образом способствовало Смутное время, когда общины проявили усиленную деятельность, когда города взаимно пересылались грамотами и своими представителями. На этой основе и возник выборный «совет всея земли», ярко выразившийся на собор 1613 г., где наряду с лицами, явившимися в силу своего служебного положения (бояре, дьяки и пр.), видим депутатов, избранных самим населением. Однако, в XVII в. выборное начало не торжествует над должностным, или официальным, а существует рядом с ним, причем, в то время как на одних соборах выборное начало сильно выражено (собор 1649 г.), на других мы видим рядом с выборным должностной элемент.

По количеству своих членов важнейшие соборы отличались многолюдством. На соборе 1566 г. было 374 человека (духовенства –8,5%; бояр и других высших чинов – 7,7%; дворян, детей боярских с торопецкими и луцкими помещиками – 55%; приказных – 8,8%; торгово-промышленных людей – 20%); на соборе 1598 г. – 512 участников (духовенства – 21,2%; бояр и высших чиновников – 10,3%; военно-служилых – 52%; приказных и от дворцовой администрации – 9,5%; торгово-промышленных людей – 7%); на собор 1613 г., наверное, было более 700 человек, по мнению проф. Платонова, хотя всех подписей на соборном акте всего – 277 (духовенства – 57 подписей; бояр и служилых – 136 подписей и «городских выборных светских чинов» – 84 подписи); на этом соборе было представлено не менее 50 городов; на соборе об Уложении 1648 – 1649 г.г. число представленных городов доходило до 120, если не больше; членов на этом соборе было до 340, но подписалось под Уложением лишь 315 (на этом собор было: духовенства – 14 человек, бояр и других высших чинов и дьяков – 34, дворян, детей боярских и стрельцов – 174, торгово-промышленных людей – 94, а остальные неизвестного чина). Из вышеприведенных цифр видно, какие чины присутствовали на соборах; крестьян мы не видим; некоторые ученые готовы признать их присутствие на соборе 1613 г.; но другие опровергают это мнение, хотя несомненно, что крестьянство, если само не бывало на соборах, то могло вместо себя посылать духовных или торговых лиц, как наиболее подходящих к соборной деятельности.

Поводом к созыву собора служили разные причины. Вопросы о войне или мире, финансовые затруднения, желание узнать мнение известной группы лиц по данному вопросу, необходимость «устроить государство», выбрать нового царя или санкционировать его избрание – все это служило непосредственным поводом к созыву собора.

Соборы созывались государем, а в междуцарствие патриархом, как это было при избрании Михаила. Если правительство хотело спешно созвать собор и только из официальных лиц, то оно просто приказывало бывшим в Москве должностным лицам явиться на собор, и таким образом через несколько дней составлялся собор (например, в 1642 г.). Но если правительство имело в виду очень важное дело, например, избрание государя или составление Уложения, и притом не требующее особенной спешности, то оно заранее приготовлялось к созыву собора и рассылало призывные грамоты в провинции к воеводе или другому высшему административному лицу данной местности. Освободив Москву от поляков, временное правительство в 1612 году сзывает грамотами «изо всяких чинов», «изо всех городов», «по десяти человек от городов» «для государственных и земских дел» и избрания царя, результатом чего явился собор 1613 г. Царская призывные грамоты указывают, по какому делу созываются в Москву выборные, и сколько нужно выбрать депутатов от данного избирательного округа; избирательным округом обыкновенно признавался город с уездом, а в нем различались курии или по сословиям: духовенство, дворяне, дети боярские, посадские люди, или же по отдельным статьям, чинам, или просто по экономическим и поместным группам: городовые и дворовые дворяне, белоозерцы, можайские помещики, галицкие помещики, иноземцы и пр. Правительство указывало в грамотах, как нужно производить выборную кампанию, к какому сроку выслать выборных и какими мирами побуждать население к ускорению выборов. Когда государственная власть желала иметь на соборе должностных лиц, то уже одно их служебное положение было для них цензом, но когда правительство предлагало населению выбрать из своей среды членов на собор, то тогда оно предъявляло к ним известный ценз. Призывные грамоты требуют, чтобы выбранные лица были «добрые и разумные и постоятельные люди», «смышленые», «с которыми можно было бы поговорить», «опытные», «которые бы умели рассказать обиды, и насильства, и разорения, и чем московскому государству полнится и ратных людей пожаловать и устроить бы московское государство, чтобы пришло все в достоинство», «чтобы нам всякие их нужды, и тесноты, и разорения, и всякие недостатки были ведомы».

Если во время Смуты население смотрело на соборы, как на единственный путь к устранению государственного нестроения, и охотно посылало выборных на соборы, то потом это идейное представление о соборах ослабело, и население стало смотреть на выборы в собор, как на одну из обязанностей, которую ему приходилось нести, а потому старалось избегать «государева и земского дела», т. е. быть избранным на собор. Иногда дворяне совсем не съезжались в города для избрания депутата или же приезжали в таком малом количестве, что никого нельзя было выбрать; иногда же они просто подавали воеводе список тех, которые должны были в этом году ехать «по выбору» в Москву, но в большинстве случаев они совершали выбор, причем случалось, что уже выбранные депутаты укрывались от явки в город, и воеводе приходилось посылать в Москву только тех, которых он мог заполучить в город. Бывало, что самому воеводе приходилось выбирать дворян и посадских и посылать их депутатами на собор. Очевидно, такие же уклонения были и среди торгово-промышленных людей, особенно дороживших временем и непрерывным ведением своих торговых дел. Однако, подобное отношение к выборам не всегда видим, и такой собор, как 1649 г., вызвал в населении большое оживление, и хотя с одной стороны некоторые города и на этот собор не прислали своих выборных, но зато из других городов было послано больше депутатов, чем требовало правительство. У нас есть яркие примеры того, как население серьезно относилось к выбору депутатов и настойчиво защищало свои права. Так, при выборах на собор 1648 – 1649 г.г. сельчане жаловались царю, что воевода лично выбрал двух детей боярских и насильно заставил уездных попов подписать этот выбор, «а не по нашему велению», и что эти кандидаты воеводы – «ушники», и «нас продают за одно с воеводы и небылые слова на нас, холопей твоих, воеводам наговаривают». При выборах на собор 1651 года в Крапивне воевода самовольно заменил двух посадских своими ставленниками, между прочим боярским сыном Федосом Богдановым; но избиратели энергично взялись защищать свое правое дело и подали царю челобитную, что «вместо посадских людей – приехал к тебе, государю, к Москве тот Федоска по отписке (воеводы,) к твоему государеву великому царственному, и земскому, и литовскому делу, будто в выборных, а мы, холопы твои, дворяне и дети боярские и городские всяких чинов люди такова воришка, и составщика, и пономаренка к твоему государеву великому делу не выбирали и выбору не давали и такому воришке Федоску... у такова твоего государева царственного дела быть нельзя». Вследствие этой жалобы государь «велел его (Федоску Богданова) отставить», т. е. исключить из числа соборных членов; воевода же был потом смещен.

Население потому дорожило в подобных случаях своим выборным правом, что оно посредством своих выборных могло добиться осуществления своих желаний. При созыве собора 1612 г. избиратели должны были с выборными «совет свой.... отписати за своими руками», что нужно делать. Также на соборе 1613 г. депутаты должны были приезжать, «договоряся в городе накрепко и взяв у всяких людей о государском избрании полные договоры». Курские служилые люди вручили своему выборному на собор 1648 – 1649 гг. Малышеву челобитье (иначе говоря – наказ) с изложением своих желаний, но Малышев не провел их на соборе, и поэтому куряне «шумели» на Малышева за то, что «у государева у соборного Уложенья по челобитью земских людей не против всех статей государев указ учинен», что «он на Москве разных их прихотей в Уложенье не исполнил» или, по выражению самих курян, за то, что «против северских и польских украиных городов челобитья не о всех наших нуждах твой государев указ учинен». Ожидая за это возмездия от своих избирателей, злополучный выборный просил у государя «выдачи ему береженой грамоты». Конечно, нельзя категорически утверждать, что избиратели давали своим выборным наказы именно в современном нам смысле, но несомненно, что они посредством них посылали царю свои челобитья, потому что это был самый удобный и верный путь к достижению цели, а с другой стороны – они словесно указывали выборным, чего следует им добиваться на соборе.

Все члены собора, как выборные, так и должностные лица, собирались то в Грановитой Палате, то в Стоглавой Избе, то в Ответной Палате, в Успенском соборе или в чрезвычайных случаях даже на Красной площади или вообще под открытым небом. Заседание обыкновенно открывалось речью, которую или сам царь произносил или же ее читал дьяк. В этой речи излагался повод созыва собора, и предлагалось членам собора разрешить указанные вопросы. Иногда соборным членам раздавались «для подлинного ведома», «порознь», «письмо», т. е. письменное сообщение о задачах собора, как это было на соборе 1642 г. Участники собора давали ответ или по сословиям, или по статьям, или по образовавшимся на соборе группам, или же каждый член давал отдельный ответ. Ответы излагались самими членами в виде сказок или же записывались дьяками. Участники собора слушали вступительную речь вместе, а потом совещались уже отдельно по чинам и сословиям. Но на некоторых соборах (1649 г. и 1682 г.) видим две палаты, которые выслушивают речь порознь: верхнюю – с высшими чинами, и нижнюю – с низшими чинами. Обыкновенно собор приходил к единогласном решению, но иногда получались уклончивые ответы от разных групп собора или же даже отдельные мнения, несогласные с мнением большинства. Все, происходящее на соборе, заносилось дьяками в соборный акт, т. е. протокол, который скреплялся печатями царя, патриарха и высших чинов, а низшие чины скрепляли его крестным целованием; кроме того, соборный акт подписывался участвовавшими в соборе, причем, вследствие большого числа безграмотных, подписывались другие или же одно лицо расписывалось за целую группу. Соборный приговор, или акт, утвержденный государем, приводился исполнительной властью в действие, для чего писались в провинции грамоты с приказанием исполнить на основании «соборного уложения» те или другие мероприятия, которые были постановлены собором. После собора царь иногда приглашал к своему столу «дворян и детей боярских выборных всех городов» и выборных посадских людей (соборы 1648 – 1649, 1651, 1653 гг.). Таким парадным обедом заканчивалась деятельность земского собора.

Предметы, подлежащее ведению соборов, определялись властью, сзывавшей их. Соборы, созванные в междуцарствие, избирали царя (1598, 1613 г.г.); другие соборы ведали иностранные дела, вопросы о войне и мире (1566, 1642, 1653 гг.), внутреннее законодательство (1584, 1648 – 1649, 1682 гг.), разрешали экономические вопросы, например, о привилегиях англичанам (1618, 1648 – 1649 гг.), о денежном сборе для пополнения истощенной казны для военных и государственных надобностей. По призывным грамотам 1619 г. созывались выборные «устроить Московское государство», еще не оправившееся после Смуты; собор 1648—1649 г. был созван «государевы и земские дела утвердить и на мере поставить, чтобы Московского государства всяких чинов людям, от большого и до меньшего чину, суд и расправа была во всяких делах всем равна»; собор 1653 г. обсуждал вопрос о принятии Малороссии, а собор 1682 г. – о лучшем устроении ратного дела и уничтожены местничества. Но на соборах члены его иногда посредством подачи челобитных сами подавали инициативу к решению тех или других вопросов. Так, на соборе 1621 г., созванном по поводу войны с Польшей, служилые просили царя произвести проверку служилых людей («разобрать службу»), чтобы тяжесть служб была правильнее распределена между ними; в 1642 г. члены собора жаловались на злоупотребления администрации, а в 1648 – 1649 гг. подавали челобитные для разрешения разных вопросов, например, об отдельном существовании Монастырского приказа, что и было исполнено.

Вследствие этого соборы в разное время имели разнообразные функции, являясь то учредительным, то законодательным, то совещательным учреждением.

Значение земских соборов различно, судя по времени их созыва, состава, по вопросам, ими обсуждаемым, и по условиям, среди которых им приходилось действовать, но общее значение деятельности земских соборов, несомненно, велико и, действительно, можно сказать, что они сыграли большую роль в устроении русского государства. Особенно была велика по значению деятельность их в Смуту и после нее, когда приходилось «устроять государство». Деятельность собора 1613 г. освободила Россию от дальнейших потрясений, а последующие соборы дали возможность стране найти пути и средства укрепиться. Собор 1648 –1649 г.г. с необыкновенной яркостью вырисовывается по своему значению среди других соборов. Это был, можно сказать, величайший собор по важности своих результатов, он дал государству свод законов, который на долгое время служил руководством в управлении страной. Члены этого собора приняли горячее участие в выработке законов, и до 60 статей вошли в Уложенье только по челобитью выборных. Соборы служили правительству прекрасным средством узнать настроение страны, получить сведения, в каком состоянии находится государство, может ли оно нести новые налоги, вести войну, какие существуют злоупотребления, и как их искоренить. Но соборы наиболее важны были для правительства тем, что оно пользовалось их авторитетом для проведения таких мер, которые при иных обстоятельствах вызвали бы неудовольствие, а то и даже сопротивление. Без нравственной поддержки соборов нельзя было бы собирать в течение многих лет те многочисленные новые налоги, которыми обкладывалось при Михаиле население для покрытия неотложных государственных расходов. Если собор, или вся земля, постановила, то тогда уже нечего делать: волей неволей приходится сверх меры раскошеливаться, а то и даже отдавать последнее сбережение.

Постановление соборов действовавших при царях, считалось обязательным для страны, но оно не было обязательным для правительства. Конечно, правительство, созывая собор по своей воле, или же под влиянием неблагоприятно сложившихся обстоятельств, созывало его с целью послушаться его совета, заручиться его авторитетом, и поэтому постановления собора почти всегда исполнялись правительством. Но, например, собор 1642 г. в общем решил не отдавать туркам Азова, хотя члены собора и сознавали тяжелое экономическое положение населения, а правительство отказалось от войны с Турцией, приказав казакам очистить Азов. Этот собор показывает, как высоко несли свое знамя соборы, и как они серьезно относились к государственным вопросам, ставя задачи государства на первом плане. Не даром же правительство требовало, чтобы на соборы выбирались лица, опытные в земских и государственных делах. Большинство членов этого собора чистосердечно рассказало, как оно обременено налогами и службами, но все-таки признало для государственной пользы необходимым защищать Азов, и все изъявили согласие помочь каждый по своим силам. Таким образом, стремление Петра к Азову было сознано «всей землей» еще задолго до него, но правительство 1642 г. благоразумно удержалось от занятия этого города, взвесив тяжелое положение страны. Так же высоко понял собор свои задачи в 1566 г., когда решался вопрос, воевать ли с Польшей из-за расширения земель по направлению к Балтийскому морю; собор заявил, что, если не воевать, то государству будет «теснота» от Польши, и Грозный царь повел войну, но она была неудачна. Таким образом, и собор 1566 г. был проникнут той же мыслью, которой руководился Петр Великий, отбивая у шведов Балтийские берега. Конечно, нельзя говорить, что все соборы стояли на высоте своего призвания, и такие соборы, как избирательные 1605, 1610,1682 г.г. случайного и неполного состава, на которых люди руководились не государственной мыслью, а минутным настроением, чувством и личными выгодами, не могут быть сравниваемы с соборами 1566, 1613, 1642, 1648 – 1649 г.г. и др.

Соборы исчезли не сразу, а постепенно, подобно тому, как зародились. Если собор 1566 г. является первым вполне достоверным и действительным земским собором, то собор 1653 г. нужно считать последним полным собором, потому что после этого года правительство, когда было необходимо обратиться к мнению сведущих людей, созывало уже не «всех чинов выборных людей», а представителей только того сословия, которое наиболее было заинтересовано данным вопросом. Так, в 1660 г., 1662 – 1663 г.г. бояре совещались с гостями и тяглыми людьми г. Москвы о денежном кризисе, в 1672 и 1676 гг. московское купечество обсуждало вопрос об армянской кампании; в 1681 – 1682 г.г. служилые люди совещались по ратным делам, а отдельно от них тяглые люди – по податным, и только потом служилые люди, но не тяглые, соединились с «освященным собором» и боярской думой для торжественной отмены местничества. Однако, население понимало значение земских соборов и указывало па необходимость их созыва. Так, в 1662 г. во время тяжелого денежного кризиса призванные гости и другие торгово-промышленные люди ответили на вопрос, как прекратить экономический кризис, что «то дело всего государства, всех городов и всех чинов и о том у великого государя просим, чтобы пожаловал великий государь, указал для того дела взять изо всех чинов на Москве и из городов лучших людей по 5 человек, а без них нам одним того великого дела на мере поставить невозможно».

Одни ученые видят причину падения соборов в усилении высшего класса, близкого ко дворцу и к управлению государством, а другие в возрастании царской власти, абсолютизма; третье связывают с одной стороны возникновение соборов с введением при Грозном земского самоуправления, а с другой стороны видят упадок соборов в усилении в XVII в. воеводской власти. Но несомненно, что не одна причина повела к упадку соборов, а целая совокупность явлений способствовала их падению. Среди этих явлений нужно отметить такие, как изменение и развитие экономического и сословного строя государства, личные наклонности правителей, и вообще новые условия и события, которые сильно отличались от предыдущего времени. Государство к ХVШ в. экономически окрепло, нарос и укрепился правительственный класс, которому было неприятна деятельность земских соборов, члены которых все резче и настойчивее указывали на злоупотребления администрации; власть царя стала более самостоятельной (обстоятельство, отмеченное Котошихиным), и менее нуждалась в соборном авторитете для проведения своих мероприятий; появились лица, враждебно настроенные против соборов, например, Никон, временщик своей эпохи; также московский бунт 1648 г., новгородский, псковский и другие внесли начало опасений в правительственную среду, которая, по словам одного иностранца (Родеса), постоянно боялась новых проявлений народного гнева, и это могло заставить правительство избегать призыва в Москву большого количества служилых и выборных, которых к тому же ему приходилось содержать, а также вознаграждать за соборную деятельность, что ложилось сильным бременем на небогатую казну московского государства. Конечно, Великий царь при своей реформаторской деятельности не мог надеяться на поддержку соборов, которые при нем окончательно заглохли.

Так в XVI веке зародились земские соборы, к середине XVII века совершился их расцвет, а к концу этого столетия они уже безвозвратно отцвели.

С середины XVI в. происходит дальнейшее развитие системы приказов как центральных органов государственного управления. Их становилось все больше по мере усложнения государственных функций. Наиболее широкий размах приказная система получила в XVII в. К этому времени сложи­лась разветвленная система приказов и государственный механизм становится весьма сложным.

В период становления приказной системы основная роль принадлежала военно-административным приказам. В это время была осуществлена реорганизация армии. Иван IV создал стрелецкое войско, вооруженное как холодным, так и огнестрельным оружием. Вербовались стрельцы на добровольных началах из посадских и вольных людей, они получали от казны жалование, но оно было небольшое и выплачивалось нерегулярно. Основным источником дохода стрельцов была торговля, ремесло и огородничество. Стрелецкое войско не было регулярной армией, казарменная дисциплина там не вводилась. Стрельцы жили в своих домах с семьями (стрелецкие слободы). Аналогично обстояло дело и у пушкарей. Для руководства стрельцами был создан Стрелецкий приказ.

Личным составом боярской и дворянской конницы ведал Разрядный приказ, который подразделялся на пять территориальных столов (Московский, Владимирский и др.), а также на специальные столы (Денежный и др.). Приказ фиксировал все случаи назначения службу, перемещения в должностях. Существовал также Казачий приказ, который ведал казачьими войсками.

Поместными земельными владениями служилых дворян ведал Поместный приказ, который следил за тем, чтобы дворяне обеспечивались поместными землями за военную службу в соответствии с установленными нормами. Поместный приказ вел активную борьбу с бегством крепостных крестьян из поместий. В приказе имелся большой штат сыщиков, дьяков и подъячих.

В конце XVII в. создается система судебных приказов (Московский, Владимирский, Дмитровский, Казанский и др.), которые выполняли функции высших судебных органов. Они рассматривали непосредственно наиболее важные и сложные дела, а также апелляции на решения и приговоры местных судов. В дальнейшем все судебные приказы слились в единый Судный приказ.

В 1549 г. официально создается Посольский приказ, который ведал многообразными внешнеполитическими вопросами. До возникновения этого приказа вопросами внешней политики Российского государства занимались другие органы (комиссия Боярской думы, казначеи, дворецкие дворцовых приказов). Отсутствие единого центра посольского дела осложняло выработку и проведение эффективной внешней политики.

Посольский приказ возглавил подъячий Висковатый, хотя в соответствии с принципом местничества такой важнейший орган должен был возглавлять титулованный боярин. Однако Иван IV поставил во главе приказа лицо, явно худородное, но отлично знавшее свое дело. В этом случае наиболее наглядно проявляется основная линия политики Ивана Грозного, которая состояла в том, чтобы оттеснять родовитых бояр по мере возможности от государственного управления. В то время на Посольский приказ возлагалась особая дополнительная функция – контролировать неофициальные отношения русских бояр и духовенства с иностранными государствами.

Во второй половине XVI в. образуется центральное учреждение, ведающее делами о холопах – Холопий приказ. В конце XV. в. эти дела находились в ведении наместников, которые на местах могли выдавать различные грамоты по холопьим делам, в том числе отпускные. Однако подобные грамоты не могли быть признаны действительными без утверждения их боярами в Москве (эти дела рассматривались тогда в Казенном приказе). Главная обязанность Холопьего приказа заключалась в регистрации кабальных записей в особых кабальных книгах. Кроме регистрации приказ рассматривал иски по холопьим делам. Действовало правило, согласно которому иск о беглых холопах мог рассматриваться только после установления факта регистрации в кабальной книге кабальной грамоты на лицо, которое истец считал своим беглым холопом.

В середине XVI в. была проведена реформа местного управления, удовлетворившая требования дворянства и верхушки посада. Система кормления была заменена системой губного и земского самоуправления. Дворяне и дети боярские выбирали главу губного органа – губного старосту, которого утверждал в должности Разбойный приказ. Этот же приказ определял старосте его полномочия. Аппарат губного старосты состоял из целовальников, избиравшихся посадскими и верхушкой чернотяглого крестьянства. Каждый губной орган имел специальную канцелярию – губную избу, делопроизводство в ней вел губной дьяк. Вначале губные старосты избирались бессрочно, затем выборы стали проходить ежегодно. Губные органы расследовали и рассматривали дела об убийствах, разбое, краже, наблюдали за тюрьмами.

Одновременно с созданием губных органов проводилась земская реформа. Посадские люди, а также крестьяне черных волостей и дворцовых земель получили право выбирать из своей среды земских старост и лучших людей. За право иметь свои органы самоуправления крестьяне черных волостей и посадские люди выплачивали деньги в казну. Кроме земских старост и целовальников выбирались также земские дьяки, которые вели делопроизводство в земских избах.

К ведению земских органов относились, прежде всего, сбор податей и разбор гражданских и мелких уголовных дел. Более крупные дела рассматривали губные органы. Губные и земские органы выполняли одновременно административные и судебные функции. Суд еще не был отделен от администрации. За деятельностью органов местного самоуправления наблюдал Разбойный приказ, а также приказы, ведавшие соответствующими местностями.

События Смутного времени, иностранная интервенция показали власти, что на губные и земские органы на местах нельзя полностью полагаться. Хотя эти органы и продолжали функционировать, но дополнительно была введена должность воевод, которые назначались Разрядным приказом из числа бояр и дворян и утверждались царем и Боярской думой. Подчинялся воевода тому приказу, в ведении которого находился город или уезд, где он должен был служить. Они получали от казны жалованье.

Одна из основных задач воевод состояла в обеспечении финансового контроля. Они осуществляли надзор сбором государственных налогов. Важнейшей государственной функцией воевод был набор на военную службу служилых людей из дворян и детей боярских. Воевода составлял на них списки, вел учет, проводил военные смотры, проверял го­товность к службе. По требованиям Разрядного приказа воевода направлял военнослужащих на места службы. Он ведал также стрельцами и пушкарями, наблюдал за состоянием крепостей.

При воеводе имелась специальная приказная изба, которую возглавлял дьяк. В ней велись все дела по управлению городом и уездом. При избе было много мелких чиновников – приставы, неделыцики, сторожа. В ходе деятельности воевод им все в большей степени подчинялись губные и земские органы, особенно по военным и полицейским вопросам.

Выводы по вопросу. Переход к сословно-представительной монархии знаменовался существенными изменениями в государственном аппарате. Важнейшим из них было возникновение представительных органов. Меняется статус монарха. Иван IV провозгласил себя царем. Это было не простой формальностью, но отражением возросшей силы монарха. Большую роль в укреплении его власти сыграла опричнина - особая, террористическая внутренняя политика правительства Ивана Грозного в 1565-1572 гг.

По мере того как происходило усиление царской власти, снижалось значение Боярской думы. Тем не менее опричнина не уничтожила Боярскую думу как высший орган государственной власти, не поколебала местничества, закреплявшего привилегии знати. Появляется орган сословного представительства Земские соборы - принципиально новый высший орган государства. Через них царь привлек к управлению государством определенные круги дворянства и посадского населения. Земские соборы были необходимы монарху для поддержания крупных мероприятий - войн, взыскания новых доходов и пр.

Переход к приказной системе управления (от дворцово-вотчинной системы) завершился в середине XVI в. В период ее становления ведущая роль принадлежала военно-административным приказам. Шла реорганизация армии, основу которой отныне составляла дворянская конница и стрельцы. Во время перехода к сословно-представительной монархии прежняя система кормления была заменена новой, основанной на принципе самоуправления. В середине XVI в. вместо наместников-кормленщиков были учреждены губные органы, которые выбирались определенными слоями населения.

Столетие с середины XVI до середины XVII вв. характеризуется заметными сдвигами в общественном устройстве. Развертывающаяся борьба между феодальной аристократией и основной массой класса феодалов приводит ко все большему укреплению позиций дворянства. Для развития класса эксплуатируемых характерно окончательное закрепощение крестьян, а также все большее сближение статуса крестьян и холопов.

Вступлению феодализма в стадию зрелости соответствует и изменение формы государства, которое становится сословно-представительной монархией. Большие сдвиги происходят в развитии права. Создаются крупнейшие законодательные акты, активно развивается текущее законодательство. Институт землевладения характеризуется сближением правового режима вотчин и поместий. Существенно расширяется система преступлений и система наказаний.

 

Литература:

  1. История государства и права России: Учебник /Под ред. Ю.П. Титова.-М.: Изд-во: Проспект, 2011.
  2. История государства и права России: Учебник /Под ред. И.А. Исаева.- М.: Проспект, 2011.
  3. История отечественного государства и права: Учебник. В 2 ч./Под ред. О.И. Чистякова. М.: Юрайт, 2011.
  4. Шамба Т.М., Стешенко Л.А. История государства и права России: Учебник в 2 ч. М.: Норма, 2010.
  5. Российское законодательство X-XX вв. Т.1-9/ Под общ. Ред. О.И. Чистякова.- М.: Юрид. лит, 1984-1994.
  6. Курицын В.М. История государства и права России IX-XIX вв. Учеб.пос.- М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2009.
Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!