Функции искусства

16 Окт 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Искусство способно быть дублером других форм общественного сознания. Художник мыслит в формах самой жизни, и образы искусства конкретно-чувственны. Благодаря этим особенностям искусства у него множество функций. Однако не все они сущностные, собственно художественные, определяющие природу искусства. Большинство функций искусства – дублерские, не специфичные. Они больше относятся к возможностям искусства, а не к его природе. Эти функции охотно используются обществом или определенными его силами и группами. Собственно специфически художественные функции искусства – эстетическая, гедонистическая и компенсаторная (как особая форма гедонистической) – уникальны, ничем не заменимы, имеют огромную социальную нагрузку и общественную ценность. Эти функции определяют «собственную практику» и природу искусства и его предмет. Воздействие искусства направлено на социализацию целостной личности и утверждение ее самоценного значения. Ведущую роль в решении этой задачи играют специфические функции искусства.

Искусство воздействует на реальность, обновляет ее, творит заново:

1) через идейно-эстетическое воздействие на людей. Тип художественного сознания эпохи, идеалы искусства и тип личности взаимозависимы. Древнегреческое искусство формировало характер грека и его отношение к миру. Ренессансное искусство раскрепощало человека от догм Средневековья. Романы Льва Толстого породили толстовцев. Изображение любви французскими писателями XVII в. повлияло на строй этого чувства во Франции, а в 60-70-х гг. XX в. эротизм кино и романов стал важным фактором сексуальной революции, а киноактриса Брижит Бардо во многом определила тип женщины и ее отношение к мужчине, к обществу, к миру;

2) через включение человека в ценностно ориентированную деятельность. Искусство пробуждает сейсмическую чувствительность к нарушениям общественной гармонии, стимулирует социальную активность личности, ориентирует ее на приведение мира в соответствие с идеалом. Так, порабощенный исландский народ в безгероическую пору своей истории создал саги, в которых жили и действовали вольнолюбивые и мужественные богатыри. В сагах народ духовно осуществлял свои помыслы, создав художественный мир, непохожий на окружающий. Саги сформировали духовный облик народа, и без них ныне невозможно понять национальный характер современного исландца;

3) через преобразование в процессе художественного творчества с помощью воображения впечатлений от действительности: автор перерабатывает жизненный материал, строя новую реальность – художественный мир, который в свою очередь преобразует духовный мир читателя;

4) через обработку строительного материал образа (художник преобразует мрамор, краски, слова, создавая скульптуру, картину, поэму).

Концепция «искусство для искусства» полагает, что к художественному творчеству неприменима «мерка резуль­тативного действия», ибо искусство переносит человека из реальности, требующей действий, в мир эстетического наслаждения. Однако преобразующее воздействие искусства особенно ощутимо в переходные эпохи. Преобразующая функция, спящая внутри искусства, особо привлекательна для пассионарных и революционно настроенных слоев общества, которые ставят ее во главу угла своей эстетики. Марксистская эстетика придавала решающее значение преобразующей роли искусства, и именно за это его ценили партийные деятели, прагматически подходившие к искусству.

Преобразующая функция (искусство как деятельность) в той или иной степени дублирует публицистику и социально активные формы человеческого бытия.

Платон считал необходимым изгнать из идеального государства художников (даже Гомера, правда предварительно увенчав его лавровым венком), так как искусством добытые знания (тень тени) незначительны и несравнимы с добытыми философией. На заре своего развития эстетика выказала недоверие к познавательным возможностям искусства. Для Гегеля искусство также было низшей формой познания истины.

Однако познавательные возможности искусства огромны и незаменимы иными сферами человеческой духовной жизни. Из романов Диккенса можно узнать о жизни английского общества больше, чем из сочинений всех историков, экономистов, статистиков той эпохи, вместе взятых. То же можно сказать о романах Бальзака. Белинский называл пушкинского «Евгения Онегина» энциклопедией русской жизни. Искусство способно осваивать труднодоступные для науки стороны жизни.

В научной формуле Н2О отражен закон существования воды. Но явление богаче законами в формулу воды не вошли ни прелестное журчание ручья, ни лунная дорожка на поверхности моря, ни девятый вал Айвазовского. Многие свойства воды, ее конкретно-чувственное богатство остались за пределами научного обобщения. Искусство осваивает конкретно-чувственное богатство мира, раскрывает его эстетическое многообразие, показывает новое в привычном (так, Лев Толстой открыл «диалектику души»). Искусство возвращает миру его первозданную прелесть, оттачивает наши чувства, учит по-человечески воспринимать жизнь. Оно становится призмой цивилизации между глазом человека и природой. Оскар Уайльд высказал афоризм-парадокс: живопись Тернера создала лондонские туманы. Искусство формирует человеческую чувственность, видение мира. В этом смысле Тернер действительно открыл (=создал) красоту лондонских туманов.

В каждом виде искусства свое соотношение деятельного и познавательного начала. При ведущей роли деятельного начала более развита выразительность (например, в архитектуре), а там, где преобладает познание, возрастает значение изобразительности (например, в живописи). Когда архитектор решает здание изобразительно, он нарушает специфику своего искусства. Например, у здания Центрального театра Российской Армии в Москве – форма пятиконечной звезды. Такое изобразительное решение создало неудобства в функционировании здания (нефункциональные лучи звезды) и нелепости в восприятии (изображение звезды прочитать можно только с вертолета – план сверху).

Литература, кино и театр и изобразительны, и выразительны. Офелия поет:

...Во гробе лежал с непокрытым лицом,

С непокрытым, открытым лицом...

Первая строка создает зрительный образ. Вторая к нему ничего не прибавляет. С точки зрения изобразительности бессмысленно после слов «с непокрытым лицом» гово­рить: «с открытым лицом». Эти слова работают на выразительность, заостряя художественный смысл.

Искусство – средство просвещения (передача опыта, фактов) и образования (передача навыков мышления и системы взглядов). Оно выступает как «учебник жизни», который читают даже те, кто не любит учебников. Информация, содержащаяся в искусстве, огромна. Оно существенно пополняет наши знания о мире. Искусство – средство и познания мира, и самопознания личности.

Познавательно-эвристическая функция (искусство как знание и просвещение) в той или иной степени дублирует науку и процесс образовательного обучения.

Гегель писал: «...религия как всеобщее сознание истины составляет существенную предпосылку искусства...». Искусство – не иллюстрация к философским, религиозным или политическим идеям. Художник перерабатывает собственные впечатления бытия, создавая художественную концепцию, знакомство же с идеями, выработанными другими формами общественного сознания, может способствовать углублению художественной концепции.

Итальянский философ Б. Кроче определяет искусство как интуицию и отрицает его способность к концептуальному знанию, которое якобы может быть выражено толь­ко в логических понятиях. По Кроче, искусство «более простая форма познания», чем познание концептуальное. Однако искусство несет художественную концепцию, оно стремится к решению общемировых проблем, к осознанию состояния мира и его совершенствованию. Художника интересует судьба и его героев, и человечества, он мыслит в масштабах истории, с нею соотносит содержание своего произведения. Художественная реальность концептуально нагружена.

Загадки бытия решали Софокл и Еврипид. Данте в «Божественной комедии» создал модель Вселенной. Единой концепцией охватывал состояние мира Шекспир. Вольтер развивал жанр философской повести. Лессинг, исследуя личность и общество, ставил интеллектуальные эксперименты, в которые вовлекал действующих лиц своих пьес. Он утверждал, что мыслящий художник удваивает ценность своего труда. Гете в «Фаусте» дал глубокую концепцию человека и человечества. Суть своей эпохи выражают философичная музыка Бетховена, Вагнера, Шостаковича, скульптура Микеланджело, живопись Рембрандта и Шагала, кинематограф Тарковского и Феллини.

Тяготение к философичности, размышление о мире и человечестве были программными, что отразилось в посвящении А.Н. Радищевым «Путешествия из Петербурга в Москву» А.М. Кутузову: «Я взглянул окрест меня – душа моя страданиями человечества уязвлена стала... Я почувствовал, что возможно всякому соучастником быть во благоденствии себе подобных». Идея освобождения русского крестьянства от крепостничества выговорена здесь в ее сообразности с общечеловеческими идеалами. Для Радищева «наипротивнейшее человеческому естеству самодержавство», рабство духа – все это общемировые проблемы, частные проявления всеобщего неблагополучия человечества. Чаадаев мыслью сопрягал Россию и мир. В первом «философическом письме» (1829) он сетует на ее состояние вне человечества и считает необходимым войти в него. Гений Пушкина «всемирен и всечеловечен» (Достоевский), и эти качества идеально соответствуют природе и назначению искусства.

Для Льва Толстого принцип морального самосовершенствования личности – путь к совершенствованию мира. Достоевский в своих романах искал ответ на вопрос о природе человека и сути человечества. Сознание писателя было постоянно заполнено коренными проблемами бытия, ориентировано на самые высокие проблемы мироздания. Сама история нашей страны, не раз соединявшая судьбу России с судьбами мира, вырабатывала тип художника-мыслителя с общемировыми заботами, с общечеловеческой проблематикой.

В духовной жизни современного общества сильна и антиинтеллектуальная волна, идущая в философии от интуитивизма Бергсона, в психологии – от Фрейда, в искусстве – от сюрреализма с его «автоматическим письмом», «эпидемией снов» и «отключением разума». И все же в культурной ситуации XX в. доминирует тенденция к философичности (творчество Томаса Манна, М. Фриша, Ф. Дюрренматта). Искусство не исчезает под натиском мысли, как это представлялось Гегелю, оно интеллектуализируется. Для реалистического искусства XX в. характерно возрастание роли мысли в общем балансе художественного образа.

Художественно-концептуальная функция (искусство как анализ состояния мира) в той или иной степени дублирует возможности философии.

Кассандра предсказала гибель Трои в дни расцвета и могущества города. В искусстве всегда живет «кассандровское начало» – способность предвосхищать будущее. Интеллект человека способен совершать прыжок через разрыв информации, обнажать сущность современных и даже грядущих явлений при очевидной неполноте исходных данных. Со времен Юма утвердилось мнение, что мышление человека индуктивно и склонно к логическим выводам на основе обобщения повторяющихся фактов. Однако современные нейрофизиология и психология указывают на скачкообразность мышления, которое приходит к выводам не только индуктивным путем, но и на основе однократного наблюдения, или путем экстраполяции (вероятностного продолжения в будущее существующей линии развития). Ученый (особенно футуролог) способен делать умозаключения о будущем. Интуиция позволяет осознать некоторые истины как самоочевидные и способствует пониманию особенностей будущего.

Художник может образно представить картину будущего, может ясно и достоверно предугадывать грядущее, что проявляется в фантастических, утопических, антиутопических, социально прогнозирующих произведениях искусства.

Литература часто предвосхищала будущее. Задолго до первой подводной лодки «Наутилус» прошел 20 тысяч лье под водой в романе Жюля Верна. Полеты в космос или действие лучей лазера, прежде чем осуществиться в действительности, осуществлялись на страницах романа «Из пушки на Луну» Жюля Верна, «Аэлиты» и «Гиперболоида инженера Гарина» А.Н. Толстого. Литература проектирует будущее, пытается проникнуть в грядущую социальную структуру человечества и предугадать судьбу личности. Существует и фантастика предупреждения (Е. Замятин. «Мы»), которая пробуждает в людях настороженность и активность по отношению к той или иной тенденции общественного развития.

Порой художественные предвосхищения полны леде­нящей душу безнадежности. Для романа Кафки «Процесс» характерно резкое смещение логики, переход от отчетливо выписанных реальных подробностей к ирреальному. Кафку занимает проблема отчужденных от личности, враждебных ей и управляющих ею сил. По мнению писателя, мир обречен потому, что он противочеловечен, а личность не способна противостоять метафизическому злу бытия. Безнадежность, отчаяние, ощущение крушения личности и абсурдности мира – таков общий смысл предвосхищений Кафки. Он подобно Дельфийскому оракулу прорицал, высвечивая неясные, многозначные видения.

Томас Манн предвосхищает будущее, опираясь на систему просветленных мыслью образов. Так, в романе «Доктор Фаустус» он не только анализирует состояние современного мира и его культуры, но и дает прогнозы их грядущего бытия. Трагическая история композитора Адриана Леверкюна отражает судьбу художника, творчество которого изнутри разъедают скепсис и сомнения. Мироощущению героя произведения противостоит авторская позиция, которая прорывается сквозь отстраненно-спокойное повествование, ведущееся от лица друга и биографа композитора – Цейтблома. Леверкюн создавал технически изысканные, усложненные, рационалистически исчисленные музыкальные «артефакты» (искусственные конструкции). И все же его высшее достижение – «Плач доктора Фаустуса» – явилось не только торжеством формализма, но и стоном отчаяния немецкой интеллигенции, раздавленной фашизмом. Вопреки историческому пессимизму Леверкюна Томас Манн утверждает, что личность и народ остаются, как бы ни были тяжелы их исторические испытания. Свобода человека неотвратима, как судьба, и это послужит основой возрождения искусства. Роман Томаса Манна полон предвосхищений. «Не смешно ли, что некоторое время музыка считала себя средством спасения, освобождения, тогда как она, равно как и все искусства, сама нуждается в освобождении от выспреннего отщепенчества... от пребывания с глазу на глаз со «сливками образованного общества», то есть с публикой, которой скоро не будет, которой, собственно, уже нет, так что искусство в ближайшем будущем окажется в полной изоляции, обреченным на одинокое вымирание, если оно не прорвется к «народу», или, выражаясь менее романтично, станет совсем другим. Оно будет более радостным и скромным. Это неизбежно, и это счастье... Грядущие поколения будут смотреть на музыку, да и она на себя, как на служанку общества».

Функция предвосхищения в той или иной степени дублирует возможности футурологии.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!