Философская герменевтика

25 Июл 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Герменевтика возникает как учение об истолковании текстов. Согласно легенде, первым, кто занимался этой деятельностью, был Гермес, которому Зевсом было поручено разъяснять людям послания богов. В средневековье стало актуальным истолкование религиозных текстов, что способствовало развитию теологической герменевтики. В философии первым обратил на эту проблему внимание Ф. Шлейермахер (1768–1834). Он считал, что многие философские и научные проблемы коренятся в акте восприятия человеком текста, написанного другим человеком. Адекватное понимание текста, по мнению Шлейермахера, возможно лишь при наличии эмпатии – сопереживания состояния автора в момент написании текста, умении чувствовать то же, что и автор. Для этого необходимы знания не только предмета исследования, но и максимально полные знания об авторе – биографические сведения, сознательные и бессознательные стороны его творчества и т. п. При этом интерпретатор может обладать даже преимуществом перед автором: он имеет возможность толкования текста в более широком контексте, так как. обладает большей информацией, чем автор. Это и есть идеальное понимание, к которому должен стремиться интерпретатор, считает Шлейермахер. Наиболее значительный вклад в герменевтику внес ученик Мартина Хайдеггера Ганс-Георг Гадамер(1900–2002).

М. Хайдеггер (1889–1976) считал главной ошибкой европейской философии начавшееся с Р. Декарта противопоставление мира и человека, объекта и субъекта. В отличие от античности и средневековья, новоевропейская культура начинает навязывать человечеству новый способ рассмотрения мира – в виде его картины, где мир рассматривается как совокупность предметов, объектов. Поэтому наука есть последовательное и наступательное опредмечивание человеческой реальности. Что бы оно не изучало – природу, общество, человека, язык, текст – все превращается в предмет и представляется как часть картины мира. В античности этого не было, там человек был охвачен, поглощен бытием, а не противопоставлен ему: «Быть под взглядом сущего захваченным и поглощенным его открытостью и тем зависеть от него, быть в вихре его противоречий и носить печать его раскола – вот существо человека в великое греческое время», – пишет он [1].

Такая втянутость в бытие есть изначальное и естественное состояние человека, которое нарушается в Новое время с появлением науки. Между тем, всякое бытие есть «со-существование» объективного и субъективного, человека и мира. Для объяснения этого факта Хайдеггер применяет термин «dasein», что в переводе с немецкого означает «тут-бытие». Бытие для человека всегда есть нечто пронизанное его «заботой», т. е. dasein. Противоположностью dasein является man – неопределенное личное местоимение, которое применяется в немецком языке для обозначения действий, которые не привязаны к определенной, конкретной ситуации и являются анонимными (например: читать лекцию, заниматься спортом, писать стихи и т. п.). Но реальность такова, что всякая лекция читается конкретным человеком, находящимся в определенной ситуации, пронизанной какой-то заботой (например, он читает лекцию с зубной болью). Мир, построенный при помощи man, – это мир неподлинности, анонимности, усредненности. Только dasein подлинен. Man не учитывает многие важнейшие модусы человеческого существования, занимаясь выявлением общего. Мир науки и есть мир man. Наука не отражает подлинное бытие, которое всегда проявляет себя как «со-бытие», совместное бытие мира и человека. Поэтому она подменяет реальное бытие предметностью, довольствуется усредненными абстракциями и проходит мимо уникального, единичного, величественного. Поэтому Хайдеггер призывал внести существенные коррективы в научное мышление, связанные с учетом в нем экзистенциальных модусов человеческого существования. Одним из таких экзистенциалов человеческого бытия является понимание.

В отличие от Хайдеггера Гадамер считает, что философия начинается не с вопроса о бытии (человеческом бытии), а с проблемы понимания, которая предшествует бытию, так как всякому учению о бытии предшествует определенный жизненный опыт человека. По мнению Гадамера, научные методы не могут дать адекватного истолкования реальности в силу их отягощенности рациональностью. Более полное понимание мира возможно лишь при дополнении рациональных методов методами искусства, ибо только искусство способно преодолевать установленные наукой границы жизненного опыта.

После выхода в свет основного сочинения Гадамера «Истина и метод» его философия была подвергнута рядом авторов критике за отрицательное отношение к науке, ее недооценке. Действительно, увлечение автора психологическими аспектами восприятия реальности, казалось бы, дает основание для такой критики. Однако считать Гадамера врагом науки нельзя. Он отмечает, что его работа не направлена против науки, она является попыткой примирения философии и науки при помощи герменевтического метода. Как бы в подтверждение своей лояльности к науке он в 1978 году издает сборник «Герменевтика и наука» с участием М. Полани, П. Рикёра, А. Уайтхеда, в котором раскрывается главная идея герменевтической философии науки: восприятие фактов и научных текстов есть продукт человеческой коммуникации и поэтому может быть адекватным лишь при учете законов этой коммуникации. Любой факт существует лишь в контексте человеческого жизненного опыта. Поэтому наука, как и философия, искусство, религия, всегда герменевтична, вопрос заключается лишь в степени этой герменевтичности. «Понимание есть везде, где присутствует хотя бы один человек. Если бы физика как наука обходилась без людей, то она была бы негерменевтичной. Но поскольку физика создана людьми, то она есть форма, разновидность понимания и, следовательно, герменевтична. Деление наук на экспериментальные и герменевтические несостоятельно, ибо и экспериментальные науки являются герменевтическими», – поясняет позицию Гадамера В. А. Канке[2].

Смещение акцента на единичность, уникальность факта в «жизненном мире» человека дает основание для критики некоторыми представителями герменевтики научных законов, теорий и методов. Их аргументация примерно такова: поскольку любой факт реальности единичен и существует в определенном контексте восприятия «здесь и сейчас», а абстрактные объекты теории и научные законы представляют собой обобщения, результаты абстрагирующей деятельности разума, то они не способны создать адекватное представление об изучаемой реальности. Но работы Гадамера не дают основание для критики научных теорий с такой позиции. В них утверждается, что наука лишь часть герменевтического опыта, поэтому она, как и любая другая часть этого опыта, не может дать полного понимания реальности. Наука не может объяснить все и не должна претендовать на это. Более того, она в принципе не может дать окончательные ответы на человеческие вопросы, так как вопросы эти зависят от вопрошаемого, его самопонимания, которое также меняется, как и сам мир.

[1] Хайдеггер М. Время и бытие: Статьи и выступления. М., 1993. С. 50.

[2] Канке В. А. Основные философские направления и концепции науки. М., 2000. С. 181.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!