Экономический подъем средиземноморья в 1 – 2 вв. н. э.

23 Апр 2017 | Автор: | Комментариев нет »

К концу II в. в состав римской державы кроме Италии входили следующие страны: 1) северные провинции с кельтским населе­нием: Галлия (Belgica, Lugudunensis, Aquitania, Narbonensis), Ис­пания (Tarraconensis, Baetica, Lusitania), Британия (Britannia), Альпийские провинции (Alpes Poeninae, Alpes Cottae, Alpes Maritimae, Rhaetia, Noricum); 2) южные провинции: Сардиния (Sardinia), Африка (Africa), Нумидия (Nunndia), Мавретания (Mauretania), части бывшей Карфагенской республики; 3) приду- найские местности с фракийским населением: Паннония (Pannonia), Мёзия (Moesia), Дакия (Dacia), Фракия (Thracia), и 4) ряд азиатских провинций: Азия (Asia), Ликия (Lycia), Памфи- лия (Pamphylia), Писидия (Pisidia), Киликия (Cilicia), Вифиния (Bithynia), Понт (Pontus), Галатия (Galatia), Пафлагония (Paphlagonia), Каппадокия (Cappadocia), Сирия (Syria), Палестина (Palaestina), Аравия (Arabia), Месопотамия (Mesopotamia), наконец, Египет (Aegyptus).

Часть перечисленных провинций имела свою мно­говековую историю и достигла высокого культурно­го уровня; таковыми прежде всего были эллинисти­ческие провинции, в культурном отношении занимав­шие первое место в Римской империи.

Римская империя в середине II столетия, в «сча­стливый период» Антонинов, занимала около 100 тыс. кв. миль. Это была в полном смысле мировая держава (Oicoumene), простиравшаяся от Шотландии на севере до Африканского Атласа и Нильского ка­таракта на юге, от Атлантического океана до Кавка­за, Евфрата, берегов Аравийского и Персидского за­ливов. Какое впечатление производило это на совре­менников, сторонников правящей династии, говорят находящиеся в нашем распоряжении панегирик Тра- яну, произнесенный римским сенатором Плинием Младшим, и речь знаменитого софиста Элия Арис­тида, обращенная к Марку Аврелию.

В своих рассуждениях оба автора исходят из од­ного положения, что римские завоевания прекрати­лись, наступила эпоха «римского мира» (рах Romana). Империя достигла своих естественных гра­ниц и из государства италийских граждан превра­тилась в Средиземноморскую империю, объединив­шую все народы под главенством города Рима. «Те­перь, — восклицает Аристид, обращаясь к римско­му народу и императору,— пределы вашей державы широко раздвинулись, и нельзя измерить то, что они обнимают. Все подчинено вам: всё города, народы, гавани, местности, кроме разве тех из них, которые вы признали негодными, чем вы пренебрегали как бесполезным. И Красное море, и водопады Нила, и Меотидское озеро, о которых прежде говорили как о пределах земли, теперь для вашего города как бы забор для двора. Столь велика и пространна ваша держава...»1.

«Демон зависти утратил силу вредить целым стра­нам и народам, вредные элементы изгнаны за далекие окраины, целительные же сошлись в мировое госу­дарство с границ земли и моря».

Под влиянием социально-экономических и куль­турных факторов прежнее деление на граждан и про­винциалов утрачивало свой смысл и стиралось. Ита­лики и провинциалы сливались в единую массу римских граждан, подчиненных единой власти, поль­зующихся одинаковыми правами и имеющих одина­ковые культурные идеалы и учреждения.

Писатели II в. с особой настойчивостью подчер­кивают именно вселенский характер Римской импе­рии. Плутарх называет Рим «якорем спасения», ко­торый приютил в тихой гавани мир, обуреваемый страстями и блуждающий без кормчего. Рим ор­ганизовал общечеловеческое общество среди ожес­точенной борьбы людей, стран и племен. Водворив среди покоренных народов мир, Рим приобщил их к гражданскому порядку и благам цивилизации, предо­ставив им широкий простор самостоятельного раз­вития.

«При вас все для всех открыто, — писал в пане­гирике городу Риму Элий Аристид. — Всякий, кто достоин магистратуры или общественного доверия, перестает считаться иностранцем. Имя римлянина перестало быть принадлежностью города, но стало достоянием всего культурного человечества. Вы ус­тановили управление миром наподобие строя одной семьи».

«В единый город превращен весь мир (urbem fecisti quod prius orbis erat), — заявляет другой писатель-ripo- винциал того же времени. — Римская власть из зла по­коренных народов превратилась в их благо. Рим со­здал многим народам единое отечество».

При всей специфичности подобного рода докумен­тов и изрядной дозы раболепия, проявляемой пане­гиристами в отношении правящих династов, все же известная доля истины в их речах несомненно име­ется. Историко-культурное значение Римской импе­рии отрицать, конечно, не приходится.

Превращение города-государства Рима в Средизем­номорскую империю способствовало оживлению тор­говых связей между средиземноморскими странами, расширению меновых связей и перемещению торгово­ремесленных центров на периферию. Обмен и товар­но-денежное хозяйство в странах Средиземноморского бассейна в первые три столетия Римской империи до­стигли самого высокого уровня в античном мире.

Римская ойкумена, занимавшая огромное прост­ранство, населенная различными народностями и бо­гатая разнообразными естественными продуктами, связывалась морскими путями и сухопутными доро­гами со всеми странами тогдашнего мира. Дорожная сеть увеличилась и разветвилась. Исходной точкой всех римских дорог был город Рим. От позолоченно­го милевого камня на римском Форуме начинались дорожные магистрали, шедшие во всех направлени­ях и разветвлявшиеся на множество мелких дорог и дорожек. Самая древняя магистраль — Аппиева до­рога — шла на юг — от Рима до Капуи и Регия. Вто­рой путь шел в восточном направлении на Брунди- зий, продолжаясь на греческом побережье Адриа­тического моря до Византии с ответвлениями на се­вер и юг; на азиатском берегу начиналась сеть азиат­ских дорог.

Выходившая из Рима Аврелиева дорога шла по бе­регу моря через Аквы Секстиевы, Арелате и Нарбон, загибая в юго-западном направлении в Испанию, до Гадеса. На севере широко разветвленная густая сеть дорог, соединяясь с Фламиневой и Эмилиевой доро­гами, шла в самых различных направлениях — в Герма­нию, Галлию и Британию, на Дунай, в Паннонию, Мёзию, Дакию и в юго-восточном направлении — на Ви­зантию. Коротко — весь римский мир был связан гус­той сетью шоссейных и проселочных дорог и каналов, в первую очередь предназначенных для военно-адми- нистративных и уже потом для коммерческих целей.

Значительно расширилась внешняя торговля Рима с восточными странами: Индией, Китаем и Арави­ей. Доказательством существования оживленных свя­зей Рима с Индией служат римские монеты, находи­мые в Пенджабе и других частях Индостана. В ин­дусских поэмах упоминаются предметы, привозимые с Дальнего запада: вино, лампы, бронзовые и стек­лянные изделия.

Восточная торговля велась морем или сухопуть­ем по караванным путям. Главными гаванями по об­мену с Востоком служили Миос-Гормос (Myos- Hormos) и Береника (Berenice) на Красном море, и затем города сирийско-палестинского побережья, ко­нечные пункты караванных путей. Посредническую роль в торговле между Востоком и Римом, центром которой была Пальмира (Palmyra), играли арабские шейхи и купцы. Торговля с восточными странами но­сила пассивный характер, невыгодный для римского торгового баланса. Восточные страны — Аравия, Ин­дия и Китай — поставляли в Рим слоновую кость, шелк, ткани всевозможные ароматы, утонченные про­изведения восточной кулинарии, пряности и пр. До­рогие восточные товары по большей части оплачи­вались драгоценными металлами, таким путем уте­кавшими за границу Империи. По словам Плиния, ежегодно из Рима на Восток уходило более 100 мил­лионов сестерций. Эта сумма настолько значитель­на, что некоторое время кризис Рима, а за ним и кри­зис всей античной культуры объясняли отливом зо­лота в восточные страны, особенно в Индию.

В посреднической торговле Средиземноморья с Востоком особое место занимала египетская Алексан­дрия, один из самых больших (до 1 '/2 миллиона жите-

лей), богатых и культурных городов древнего мира. Через Алек­сандрию проходили товары со всего мира, в Александрии прожи­вали купцы и торговые посредники, говорившие на самых разнооб­разных языках,— евреи, греки, италики, финикийцы, арабы, персы и много других. Александрия не только ввозила, но также и выво­зила товары собственного производства — ткани, стеклянные и ме­таллические изделия, папирус и пр.

В отношении торговли и ремесл египетская Александрия занима­ла одно из первых мест в Римской империи, будучи известна как бога­тый торгово-промышленный город, в котором никто не сидит без дела. Одни занимаются ткачеством, другие прядут нити, третьи выдувают стекло, четвертые приготовляют папирус и т. д. Даже подагрики и па­раличные находят дело. Единственная страсть египтян — нажива1.

Внутренняя торговля велась между провинциями и внутри са­мих провинций. Чтобы в этом убедиться, достаточно хотя бы пере­листать «Географию» Страбона, из которой видно, что торговые связи существовали не только в восточных частях Римской импе­рии, имевших за собой тысячелетнюю историю, но также и в севе­ро-западных провинциях, только еще выступавших на историческую арену2. Из италийских областей наибольшее торговое оживление

замечалось в северной части Италии (Ломбардии) с примыкавшими к ней галльскими областями. Соглас­но Страбону, все северо-италийские города вели оживленную торговлю. Для лигуров торговым цент­ром служит Генуя, в стране венетов отдельные торго­вые города и местности связываются сетью судоходных рек и озер в одно целое, объединяемое «достойной удивления» рекой Падом (По). Из других торговых го­родов в Северной Италии Страбон упоминает Пата- вий (Patavium), сплавляющий в Рим для продажи боль­шие партии всевозможных товаров, преимуществен­но всякого рода платья, и Аквилею (Aquilea), торго­вый центр венетов и иллирийских народностей. В Ак­вилею привозят товары с моря и континента: вино в деревянных бочках, невольников, скот, кожи и т. п.

Центром средиземноморской торговли был Рим, в котором сходились нити не только торговой, но также и финансовой спекулятивной деятельности'. В

Риме заключались сделки на подряды и строительные работы, делались займы, находились банкирские кон­торы (трапезы), продавались и покупались акции (partes) откупных товариществ. В Рим по рекам Тиб­ру, Арно и др. в «достойных удивления размерах» сплавлялся камень, лес и вообще весь материал для построек. В торговлю с Италией все более начинали втягиваться даже такие отдаленные провинции, как Испания. «Торговые пути до Геркулесовых столпов (columnae Herculis — Гибралтар) удобны для плава­ния и находятся в благоприятной полосе ветров, что особенно важно для тяжелых грузовых кораблей. Из Турдетании (Южной Испании) ввозится хлеб, много вина и большое количество превосходнейшего мас­ла. Затем идет медь, воск, смола, много всякого рода красящих веществ, особенно киновари. Кроме того, Турдетания изобилует лесом для постройки судов и имеет большие минеральные запасы, жители ее зани­маются солением рыбы и выделывают прекрасные шерстяные ткани»1. Торговля совершалась по морям, рекам и сухопутным дорогам. В эпоху Империи, на­ряду с расширением сети шоссейных и проселочных дорог2 было построено много каналов, соединявших

важнейшие реки в один обширный водный бассейн. Немалое значение имели также государственная почта (cursus publicus), страхование грузов и об­щеимперская монета — «золотой» (aureus), весив­ший 8,5 грамма, серебряный денарий, весом в 3,9 грамма, и медный асе, разменная монета весом в 1 ун­цию (27,3 грамма).

Торгово-спекулятивная деятельность римских куп­цов и аргентариев распространилась по всему «кругу земель»1. По всему Средиземноморью — берегам, ост­ровам и внутренним частям orbis terrarum, находят сле­ды существования многочисленных «Союзов римских граждан» (Conventus civium Romanorum). Исследова­

ния в этой области (Корнеманна, Франка, Гвидо и др.) показали, что проживавшие в провинции римские граж­дане, входившие в конвенты, как правило, занимались торговлей и ремеслами или же состояли на государст­венной и частной службе. «Римские граждане, занима­ющиеся торговлей, денежными операциями, предпри­нимательством и пр.» (cives Romanis qui consistunt, qui negotiantur и т. д.)— обычное выражение надписей. На­ряду с римскими и местными купцами и торговцами средней руки источники упоминают купцов-оптовиков. Таков, например, Оппрам Зевксид, объехавший всю римскую ойкумену. Другой купец — предприниматель Фирм из Александрии, на доходы, получаемые с одно­го только папирусного производства, с «бумаг и клея» мог снарядить целую армию, с помощью которой он ос­паривал власть у римского императора Аврелиана. Фирм жил с царской роскошью, находился в дружбе с пальмирской царицей Зиновией, поддерживал связи с полуразбойничьими ливийскими и арабскими племена­ми — блемиями и сараценами — и снаряжал целые тор­говые флотилии в Индию.

Одним из показателей высоты и сложности рим­ской экономики служит римское право с его отчет­ливо выраженным частновладельческим, индивидуа­листическим характером. В окончательном виде рим­ское право сложилось в эпоху классических юристов II в. н. э. К этому времени в вещном праве устано­вилось более точное различие понятий собственнос­ти (proprietas) и владения (possessio), в право собст­венности введены понятия погашающей и приобре­тающей давности (possessio longi temporis), расши­рены способы установления и передач сервитутов (пользования чужими вещами), фидейкомиссов (сво­бодное назначение наследников), в области семейно­

го права введено ограничение власти отца и призна­ны права за женщинами. Столь же показательны пе­ремены и в обязательственном праве. Сюда отно­сятся безыменные формулярные контракты (per formulas), ускорявшие сделки, обмен и передачу ве­щей по формулам: «даю, чтобы ты дал» (do ut des), «даю, чтобы ты сделал» (do ut facias) и т. д.

В юридических памятниках вопросам торговли, кредита, денежного обращения и вы­текавших из этого судебных конфлик­тов посвящено очень много внима­ния. Торговый контракт (emptio venditio), по учению римских юрис­тов, есть такой договор, посредством которого один контрагент обязуется к выдаче купленной вещи, другой—к уплате ее цены (pretium). Торговое соглашение входит в силу тотчас же, когда договаривающиеся стороны со­глашаются относительно вещи и цены (emptio venditio contrahitur), при этом не требуется никаких фор­мальностей, ни письменных обяза­тельств, ни наличной уплаты денег.

Расплата же в конечном счете долж­на быть произведена чеканной моне­той (pretium in numerata pecunia consistere debet)1.

Интересы покупателя и продавца защищались рядом специальных исков (actio empti, actio venditi). Чаще всего сделки произво­дились при посредстве аргентариев, имевших в своих конторах счета доверителей (argentariae rationes)2.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!