Брак в римском праве: разновидности, условия заключения

31 Дек 2014 | Автор: | Комментариев нет »

Брак (matrimonium), или супружество (conjugium), в рим­ском праве предполагал постоянное сожительство мужчины и женщины, которое должно было иметь ряд признаков, от­личавших его от прочих форм совместного проживания. По­жалуй, лучшее определение сущности брака дал Модестин: «Nuptiae sunt conjunctio maris et feminae et consortium omnis vitae, divini et humani juris communicatio» (Modestinus). «Союз мужа и жены соответствует законам природы» (Conjunctio mariti et feminae est de jure naturae)1. «Conubium est uxoris jure ducendae facultas» (Paulus). Основным назначением брака для обоих супругов было рождение детей как будущих пол­ноправных наследников; именно в таком плане рассматривалась и будущая жена: uxor liberorum quaerendorum causa. По­стоянная борьба с природой и неприятелем, стоившая боль­ших жертв людям, приучила римский народ дорожить мно­гочисленным потомством и возвела в социальную и полити­ческую добродетель плодородие родителей. Еще юристы императорского периода указывали на рождение детей как на существенное назначение брака. Стремление иметь потом­ство получило религиозную окраску; каждому были нужны сыновья для принесения за него жертв после его смерти и для поддержания священного огня в домашнем жертвеннике. Недостаток в естественном потомстве восполнялся усынов­лением; усыновленный занимал положение сына и был наслед­ником усыновившего.

Для признания de jure et de facto matrimonium justum не­обходимо было наличие нескольких условий.

  1. Наличие у обоих лиц conubium: «Conubium habent cives Romani cum civibus Romanis; cum peregrinis [autem] ita, si concessum sit» (Ulpianus). Lex Canuleja (445 г. до н. э.) упразд­нил запрет на брак между патрициями и плебеями.
  2. Половая зрелость: мужчина должен быть pubes, жен­щина — viripotens. «Minorem annis duodecim nuptam tune legitimam uxorem fore, cum apud virum explesset duodecim annos» (Pomponius). «Puberem Sabinus et Cassius eum esse putant, qui habitu corporis pubertatem ostendit, id est eum, qui generare potest» (Gajus).
  3. Согласие (consensus) партнера по браку или обладате­ля власти (это условие выступало чаще для девочек). «Fulius familias miles matrimonium sine patris voluntate non contrahit» (Papinianus). «Matrimonia debent esse libera» («Браки должны быть.свободными»). «Consensus, поп concubitus, facit matrimo­nium» («Согласие, а не сожительство, образует брак»). «Соп-sentire matrimonio non possunt infra annos nubiles» («Лица, не достигшие брачного возраста, не могут дать согласие на брак»). Дочь, вступившая в связь с рабом без воли обладателя вла­сти, становилась по положению рабыней: «Filia familias si ju-bente patre, invito domino, servi alieni contubernium secuta sit, ancilla efficitur, quia parentes deteriorem filiorum condicionem facere possunt». Celsus: «Если сын семейства, когда отец при­нуждает, приводит жену, которую он не привел бы, если бы был в своей воле, то брак все-таки заключается, который не заключается между нежелающими: представляется, что он не хотел (maluisse hoc videtur)». Воля супругов проявлялась уже во время некоторых традиционных обрядов при заклю­чении брака, но главное — в дальнейшем поведении обоих су­пругов, которое не позволяло усомниться в том, что они рас­сматривали свои отношения как постоянную моногамную семью и как matrimonium justum.
  4. Постоянное осознание обоими супругами, что их союз является браком (affectio maritalis). Павел отмечал, что это осознание важнее половой связи супругов. Ульпиан прямо определял: «Nuptias non concubitus, sed consensus facit» («Брак образуется не сожительством, а взаимным согласием»).
  5. Половая связь (conjunctio; Tibulus: «usus furtivus» — «ин­тимная связь», «половой акт») и постоянное совместное про­живание (consortium omnis vitae). К браку исходя из этих тре­бований не были способны рабы, несовершеннолетние, сума­сшедшие (furiosi), castrati. «Furor contrahi matrimonium non sinit» (Paulus). Совместное проживание (сожительство) рабов и свободных называлось contubernium (con + taberna — «со-палаточники»). «Inter servos et liberos matrimonia contrahi non possunt, contubernium potest» (Paulus). Император Веспасиан «предложил сенату указ, чтобы женщина, состоящая в связи с чужим рабом, сама считалась рабыней» (Suet. Div. Vesp. 11). «Cum servis nullum est conubium» (Ulpianus). Такой союз бра­ком не считался, и дети от него считались partus ancillae или liberi naturales. Этот способ пополнения численности рабов стал необычайно выгоден в связи с сокращением притока плен­ных, особенно после окончания Римом завоевательных войн.

Браку предшествовало обручение (sponsalia), сопровож­давшееся взаимным обещанием вступить в брак (pactum de contrahendo matrimonio); обрученный (жених) назывался sponsus. Во времена поздней Республики сторона-нарушитель данного обещания обязывалась возместить ущерб, отвечая по actio ex sponsu. Юлий Цезарь «расторг помолвку с Кассуцией, девушкой из всаднического, но очень богатого семейства, с которой его обручили еще с подростком, и женился на Кор­нелии, дочери того Цинны, который 4 раза был консулом. Вскоре она родила ему дочь Юлию. Диктатор Сулла никаки­ми средствами не мог добиться, чтобы он развелся с нею» (Suet. Div. Jul. 1.1). Павел отмечает, что не было возрастных огра­ничений в обещании вступить в брак: «Sponsalia tarn inter puberes, quam inter impuberes contrahi possunt». В эпоху клас­сического права обручение ни к чему не обязывало, а позже, под влиянием христианского учения о браке, оно стало более обязывающим, и со временем его последствия стали похожи на послебрачные. Октавиан Август «был еще в юности помолв­лен с дочерью Публия Сервилия Исаврика. Однако после пер­вого примирения с Антонием, когда их воины потребовали, чтобы оба полководца вступили в родственную связь, он взял в жены Клавдию, падчерицу Антония, дочь Фульвии от Пуб­лия Клодия, хотя она едва достигла брачного возраста; но, по­ссорившись со своей тещей Фульвией, он, не тронув жены, отпустил ее девственницей» (Suet. Div. Aug. 62.). Примеча­тельно, что такой сумасброд, как Гай Калигула «обольстил Эннию Невию, жену Макрона, стоявшего во главе преториан­ских когорт; ей он обещал, что женится на ней, когда достигнет власти, и дал в этом клятву и расписку» (Suet. Gajus Cal. 12.2). Обязательность обручения усиливалась за счет arrha sponsa-licia. В постклассическом праве по восточным обычаям этот задаток представлял собой денежную сумму со стороны же­ниха невесте. При расторжении обручения одной из сторон без серьезных оснований жених терял задаток, а невеста обя­зывалась вернуть его в двойном размере. Судебное предписа­ние в пользу женщины, передавшей недвижимость своему жениху, который затем отказался на ней жениться, называ­лось causa matrimonii praelocuti.

Во время брака между одним из супругов и близкой кров­ной родней второго супруга существовало такое свойство (af-finitas), как родственная связь. Расторжением брака оно пре­кращалось, но было препятствием для брака: в классическом праве — только по прямой линии (свекр и сноха), в постклас­сическом — даже по боковой (с сестрой супруги).

Заключению брака могли помешать действовавшие огра­ничения (impedimenta как термин введен был лишь в канони­ческом праве), исходившие из древних обычаев или решений магистратов, сената и принцепсрв. Традиционно запрещались браки между кровными родственниками (исключались по пря­мой линии между нисходящими и восходящими); такие связи назывались incestus («нечистыми», «безнравственными»). Ga­jus: «Inter fratrem et sororem prohibitae sunt nuptiae». «Nuptiae consistere non possunt inter eas personas, quae numero paren-tium liberorumve sunt». Гай полагал, что нет жены и детей у тех, кто вступил в брак неподобающим образом и не с теми лицами: «Si quis nefarias atque incestas nuptias contraxerit, neque uxorem habere videtur neque liberos». Наказуемость за связи между отдаленными родственниками колебалась: в ар­хаическом праве запрещались браки как nuptiae incestae меж­ду родственниками до 6-й степени, в классическом — до 3-й (между дядей и племянницей; исключение post hoc сделало senatusconsultum Claudianum, разрешившее брак Клавдия с его племянницей Агриппиной (о его браках пишет Свето-ний — Div. Claud. 26). При Домициане был принят lex Cocceja de nuptiis («96 г. н. э.), запретивший браки между дядей и пле­мянницей, а окончательно — лишь в 342 г.); при доминате — временно до 4-й степени, в том числе и для consobrini. При Тиберии поступил донос «на богатейшего испанца Секста Мария, обвиненного в кровосмесительной связи с дочерью и сброшенного с Тарпейской скалы» (Тас. Ann. VI. 19).

В древности incestus наказывался смертью (deicere e saxo Tarpejo), позже — более умеренно (deportatio, relegatio - «Имущественными санкциями). В классическом праве под влия­нием восточных традиций стала учитываться ignorantia juris.

(Плутарх, глядя со стороны, в 108-м «римском вопросе» пытает­ся понять, «почему римляне не женятся на близких родственни­цах».)- Препятствием к браку было1! и социальное неравенство: сенатор и вольноотпущенница или актриса (это условие отме­нил Юстин I; его преемник, знаменитый Юстиниан, восполь­зовался этим для женитьбы на развратнейшей из тогдашних женщин — Феодоре, выступавшей в юности в цирках и прида­вавшейся извращенным увеселениям блудницы; «Flagitii prin-cipium est nudare inter cives corpora» («Обнажать свое тело на виду у граждан есть начало развращения»))1. Должностное по­ложение и функции (publice (praeses et incola provinciae) atque privatim (tutor et pupilla)) также делали брак невозможным, что и содержала oratio Marci et Commodi, которая запрещала брак между вольноотпущенником и дочерью сенатора, а также меж­ду опекуном и подопечной. Сюда же относились преступления в сфере данных отношений — adulterium, raptus. Брак солдат | (matrimonium militis) долгое время не признавался вполне за­конным. За детьми от такого «брака» стали признавать насле­дование отцу помимо завещания только с правления Адриана. Известно, что один из 30 тиранов-временщиков Викторин («268 г.) «занимался тем, что разрушал браки воинов и коман­диров ... его самого заколол поведший против него интригу ин­тендант, жену которого он обесчестил». В римском постклас­сическом праве утвердился принцип: «Matrimonium subsequ-ens tollit peccatum praecedens» («Последующий брак погашает предшествующее преступление»). В юстиниановом праве пре­пятствиями (respectus parentelae) были наличие второго бра­ка (binae nuptiae: «Duas uxores eodem tempore habere non licet (non potest)» («Иметь две жены в одно и тоже время нельзя (невозможно»)) и религиозные различия (disparitas cultus: ,"| haereticus atque Judaeus(-a) christianus(-a)). Павел полагал, что у отсутствующего супруга больше права на второй брак, чем Щ у его первой жены: «Vir absens uxorem ducere potest; femina absens nubere non potest».

Считается, что в римском обществе были две разновид­ности брака: cum manu et sine manu. Соглашение, по которому жена переходила под власть (in manum) и в семью мужа, на­зывалось conventio in manum. В результате супруга станови­лась uxor in manu (materf amilias) и по отношению к мужу filiae families loco: «[Mulier] in familiam viri transibat filiaeque locum obtinebat» (Gajus). Данный переход имел три формы: confar-reatio, usus, coemptio. Древнейшей формой брака, доступной только патрициям, была confarreatio (far— «полба» как особый сорт пшеницы). Она проходила в виде религиозного свадебно­го обряда, при котором в жертву Юпитеру приносили хлеб из полбы (panis farreus). В этом обряде, который символизиро­вал и основывал полный религиозный и гражданский союз но­вобрачных (communicatio divini et humani juris), участвовали 10 свидетелей, flamen Dialis, возможно, и pontifex maximus. Этот обряд позже сохранился только в жреческих семействах, и рожденный в таком браке, вступавший в него в свое время мог занимать одну из высших жреческих должностей. Импе­ратор Тиберий, как о том пишет Тацит (Ann. IV. 16), при под­боре кандидата на место умершего фламина Юпитера (некое­го Сервия Малугинского) произнес в сенате речь, «в которой предложил издать новый закон о порядке замещения этой должности. Ведь древний обычай предписывает выдвинуть кандидатами трех патрициев, чьи родители сочетались бра­ком по обряду конфарреации, и на одном из них остановить выбор; теперь, однако, в отличие от старины, нет прежнего обилия соискателей, потому что обряд конфарреации вышел из обихода или удержался среди очень немногих (он привел несколько причин этого, и главнейшая из них — нерадивость мужчин и женщин; сюда присоединяются и сопряженные с са­мой церемонией трудности, которых желают избегнуть) и еще потому, что принявший на себя сан фламина Юпитера, равно как и та, кто, выйдя за него замуж, подчинена его власти, вы­ходит из-под власти отца». По рассмотрении сакральных уста­новлений сенат определил не менять порядка назначения на должность фламина, но издал закон (lex de flaminica Diali anno 24 AD), согласно которому супруга фламина подвластна мужу лишь в том, что имеет касательство к священнодействиям, а в остальном пользуется одинаковыми с прочими женщина­ми правами»1. Большую свободу давал женщине брак per usum. Usus («обычай», «опыт») как форма перехода под власть мужа означал зачет года совместной жизни с женщиной как с супругой; при этом, однако, не было communicatio sacrorum. Usus мог быть прерван с помощью usurpatio juris trinoctii, ког­да женщина три ночи не ночевала в доме своего мужчины. С большой скрупулезностью вычислил Квинт Муций Сцево-ла продолжительность трех ночей (trinoctium), которые жена должна ежегодно проводить в родительском доме, если не же­лает поступить под власть мужа. По его расчету она не могла бы воспользоваться для этой цели тремя последними ночами в году, ибо последние часы третьей ночи пришлись бы уже в следующем году. Брачную жизнь такая женщина вела с со­гласия своего отца, и этот союз мог столь же легко быть пре­кращен, как и создан. Хотя и в этом браке права мужа были почти столь же велики, однако женщина имела возможность прервать власть брачного партнера над собой.

Такая форма организации брачной жизни могла пооче­редно избавлять римлянку от власти когнатских и агнатских родственников, что со временем привело к смягчению законов относительно опеки над женщинами. При Клавдии все свобод­ные римлянки были освобождены от надзора агнатов со сто­роны мужа, и остались только опекуны по назначению прето­ра, мужа или отца женщины.

Мир античной семьи был окончательно подорван, и жен­щина пошла быстрыми шагами к освобождению. Бе стремле­ние к независимости сказалось прежде всего в принятии об­ществом как раз брака по обычаю (usus), который позволял женщине оставлять распоряжение имуществом в своих руках, а также избегать притеснения со стороны мужа, а то и подчинять его своей воле. Этот способ (usus) отпал при вве­дении coemptio. Она была самой поздней, а затем и регулярной формой установления власти мужа над женой, доступной всем гражданам. По мере своего умственного совершенство­вания женщины перестали довольствоваться одной лишь се­мейной деятельностью, и coemptio atque confarreatio посте­пенно выходили из употребления. Для избавления от прежних стеснений римское общество постепенно приняло (две) дру­гие формы брака. Первая из них была только видоизменени­ем coemptio: женщина при этом и после замужества остава­лась под властью отца, который мог в любое время взять ее вместе с имуществом, избавив от непомерной власти мужа и его родни. De forma coemptio была разновидностью man-cipatio, часто сопровождала свадебные обряды, но не вела к communicatio sacrorum. С соблюдением всей манципацион-ной формы муж приобретал супружескую власть над женой, что и называлось coemptio. Было в обычае, что при этом су­пруги взаимно спрашивали друг друга о желании стать pater и mater families. Жена покупалась мужем; во времена юриста Гая и, конечно, намного раньше это имело символическое зна­чение, но в древнейшее время должно было соответствовать действительности. По всей вероятности, продавцом являлся тогда отец невесты или ее опекун, при Гае же, от которого мы знаем о coemptic, покупка жены имела только символическое значение. Купленная женихом у своего отца, женщина по­падала под власть своего мужа. В конце республиканского пе­риода эта форма применяется для той или иной эманципации женщин (coemptio fiduciaria при участии доверенного лица). При этом женщина избавлялась от нежелательной опеки: до­веренное лицо освобождало ее из-под своей власти и само ста­новилось ее формальным опекуном, что позволяло ей сделать завещательное распоряжение (coemptio testamenti faciendi gratia), ликвидировать существующий домашний культ (coemptio interimendorum sacrorum causa), а также избавить­ся от обременительных семейных жертв путем брака со ста­риком (senex coemptionalis).

Вскоре после Цицерона вошло в обычай то, что претор принуждал опекуна дать свое согласие на выход опекаемой замуж, если тот неосновательно противился этому. Вслед за тем происходила coemptio tutelae Witandae causa. Женщина, которая тяготилась своим опекуном-агнатом и желала пере­менить его, поступала с его согласия (часто вынужденного претором) под власть кого-нибудь другого, принимавшего на себя роль фиктивного мужа (coemptionator); потом этот фик­тивный музк передавал ее другому лицу по ее собственному | выбору. Этот последний отпускал ее на свободу в форме vindicta и тогда, в качестве вольноотпущенницы, она имела J его своим опекуном, как патрона. В конце классического пе­риода coemptio отпадает.

Сама брачная церемония включала в себя несколько об- | рядов: после ауспиций (птицегаданий) и жертвоприношения читался брачный договор; 10 свидетелей подписывали его | и ставили свои печати; затем начинался пир, длившийся иног­да до поздней ночи. После пира многочисленная и торжествен­ная процессия сопровождала невесту в дом жениха, в чем и проявлялась патрилокальность римской семьи, а поэтому | женщина могла выйти за отсутствующего, к примеру, по пись­му, перейдя в его дом, но не наоборот (D. XXIII. 2.5)1. Непри­личным считалось получить приглашение на свадьбу и не 😐 прийти2. Наложница свободного, или вторая жена, жившая вместе с мужем и его женой, называлась греческим словом paelex, или, более возвышенно, arnica, concubina. Concubinatus Я (coitus) был внебрачным сожительством (не)женатого мужчи- | ны с незамужней женщиной; у такой связи не было affectio maritalis и honor matrimonii. Данный союз возникал не для со­здания семьи, а для удовлетворения полового влечения (libidinis causa)1 и стал широко распространенным после стро­гих законов Августа о браке2. «Ео tempore, quo quis uxorem habet, concubinam habere non potest» (Paulus). Конкубинат проник и в высшие слои римского общества; он не имел право­вых последствий, поскольку женщина (concubina) не разде­ляла общественного положения сожителя, который мог со­стоять в законном браке, а конкубинат замужней женщины считался супружеской изменой (adulterium). В эпоху прин­ципата конкубинатом стали считать все случаи, когда невоз­можно было нормальное супружество, главным образом из-за социального неравенства. Марциан открыто заявляет, что всякий человек имеет право держать наложницу, поскольку конкубинат не может быть наказан законом; так как он офи­циально признан им (D. XXV. 5.3.1). Павел замечает, что вся разница между женой и наложницей заключается в привя­занности (Sent. П. 20). Если проституция своим примером раз­вращала женщину, то существование конкубината, его уси­ление и признание его самим законом постоянно напоминали женщине о ее бесправии и вызывали протест против status quo3. Христианские императоры оформили конкубинат как правовой институт в качестве брака второго сорта (conjugium inaequale), который был неполноценным в социальном отно­шении. Такой союз был все же моногамным, но заключался по достижении определенного возраста с родственным лицом или одновременно с законным браком. Улучшилось и правовое по­ложение детей, рожденных в конкубинате.

При Юстиниане постоянное сожительство с порядочной женщиной считалось браком, если стороны не подтверждали обратного (testatio). В эпоху империи браки cum manu окон­чательно вышли из употребления, и в юстиниановском праве они уже не встречаются. На Востоке, в Византии, конкубинат был отменен только в правление Л^ва Мудрого (886-912), а на Западе прекратился в XII в. Право Юстиниана направлено было на нерасторжимость брака, особенно под влиянием jus canonicum, в котором с X в. он стал считаться святыней (sacra-mentum magnum).

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

8-902-89-18-220

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!