Борьба язычества и христианства в Риме

19 мая 2017 | Автор: | Комментариев нет »

После смерти Константина в 337 г. снова началась междоусобная борьба. Им­ператор еще при жизни разделил значительную часть Империи меж­ду тремя сыновьями: Константи­ном, Констанцием и Константом. Себе он оставил только Балканский полуостров (Фракию, Македонию и Ахайю). Эту часть Константин за­вещал перед смертью своему пле­мяннику Делмацию. Другому пле­мяннику Аннибалиану были отданы в управление Армения и Понтий- ское побережье.

Император умер в разгар приго­товлений к войне с Персией. Цезарь Констанций уже находился в Месо­потамии. Узнав о смерти отца, он по­спешил в Константинополь и там инспирировал военный мятеж против своих дядей и двоюродных братьев. Два брата Константина и семь его племянников были убиты, в том чис­ле Делмаций и Аннибалиан. Констан­ций захватил их владения. После этого он снова отправился на Восток (338 г.). Война с персами затянулась. Между тем на Западе началась борь­ба между Константом и Константи­ном II, в которой последний погиб (340 г.). Констант захватил его вла­дения и на 10 лет объединил в сво­их руках весь Запад империи.

Констант был сторонником реше­ний Никейского собора. Своим вли­янием он содействовал тому, что арианство, восторжествовавшее в конце царствования Константина, снова должно было уступить право­славию: Афанасий, отправленный перед этим в ссылку, был возвращен и снова посажен епископом в Алек­сандрии. В 350 г. в Галлии Констант пал жертвой военного заговора, во главе которого стоял его военачаль­ник — франк Магн Магненций. Маг­не нций был провозглашен импе­ратором на Западе, однако в Риме его не признали и избрали августом Непоциана, одного из племянников Константина I. Магненций быстро подавил движение в Риме, и Непо- циан погиб. Одновременно с этим войска в Иллирии выдвинули импе­ратором полководца Ветраниона.

Констанций, война которого с персами шла плохо, узнав о собы­тиях на Западе, поспешил туда. Продолжение войны с персами он поручил своим полководцам. С Ве- транионом Констанцию удалось довольно быстро договориться: узурпатор добровольно сложил с себя власть (351 г.). Но борьба с Магненцием потребовала много усилий. В конце концов он был разбит в ожесточенном сражении в Паннонии. Несмотря на это, Маг­ненций еще держался некоторое время и лишь в 353 г., покинутый всеми своими сторонниками, по­кончил жизнь самоубийством. Та­ким образом, Констанций объеди­нил в своих руках всю Империю.

Его правление знаменовало со­бой полное торжество арианства. Смерть Константа лишила ортодок­сальное течение самого влиятель­ного защитника, и Констанций мог без помехи отдаться своим арианским симпатиям. На Миланском церковном соборе Афанасий был осужден и в разгар страшных вол­нений снова изгнан из Александрии (356 г.). Церковь раздиралась сму­тами. всюду кипела ожесточенная борьба, часто переходившая в на­стоящую гражданскую войну. Одна­ко это не мешало императору энер­гично преследовать языческие куль­ты: он приказывал отбирать имуще­ства храмов, запрещал языческие жертвоприношения.

В такой обстановке старая ан­тичная религия попыталась дать христианству последний бой. Она сделала это не в замаскированной форме, не под флагом той или дру­гой ереси, но совершенно открыто. Это было закономерно. Старое мировоззрение, старые религиоз­ные традиции и навыки не могли сразу и бесследно исчезнуть. Они гнездились еще в психологии на­селения. Еще оставались в импе­рии кое-какие прослойки, которые были связаны со старым не только идеологически, но и материально. Это были жрецы опустевших язы­ческих храмов, профессора высших школ в Афинах, Александрии, Анти­охии, Милете, Эфесе, Никомедии.

Это были риторы, грамматики, фи­лософы — цвет старой интеллиген­ции. Наконец, язычество было еще сильно среди части городской зна­ти (особенно на Востоке), во многом ущемленной политикой Константи­на и относившейся к нему недобро­желательно. Не надо забывать так­же, что во многих случаях переход в христианство, начиная с эпохи Константина, был вызван сообра­жениями, далеко не идеальными. Часто он диктовался узкопрактиче­скими расчетами. «Обращение» но­сило внешний характер, и новоиспе­ченный христианин в душе продол­жал оставаться язычником.

Таким образом, в Империи оста­валось еще достаточно много эле­ментов старой культуры, не погло­щенных христианством и поэтому враждебных ему. Задача состояла в том, чтобы эти элементы объединить и противопоставить торжествующей новой религии. Вскоре для этого на­шелся подходящий человек.

У Констанция II не было детей. Единственными уцелевшими родст­венниками императора являлись два его двоюродных брата — Гзлл и Юлиан, сыновья Юлия Констан­ция, одного из братьев Константи­на I. Когда Констанций II оставил персидский фронт и направился против Магненция, он назначил цезарем Галла и послал его вместо себя на Восток. Но уже очень скоро Галл навлек на себя подозрения Констанция II, был отозван и казнен (354 г.). Остался Юлиан. Скрепя сердце Констанций II вынужден был назначить его цезарем и отправить в Галлию (355 г.). Там за годы граж­данской войны снова усилились на­беги саксов, франков и аламанов.

Флавий Клавдий Юлиан (ро­дился в 331 г.) провел тяжелую юность. Вместе с братом он слу­чайно спасся во время страшной резни, устроенной Констанцием II после смерти отца в 337 г. Галлу было тогда 12 лет, Юлиану — 6. Для братьев настали ужасные дни. Же­стокий и подозрительный Констан­ций II, оставив им жизнь, осудил их на заточение в разных городах Ма­лой Азии. Мальчики были окруже­ны христианскими учителями, иг­равшими при них роль шпионов. Во главе их стоял епископ никомедий- ский Евсевий. Это был убежденный арианин, опытный интриган и поле­мист. Таким образом, первые уро­ки христианства Юлиан получил от тех, кого он считал смертельными врагами, а само христианство вос­принял в наиболее отталкивающей форме бесконечной грызни между православными и арианами.

Когда в 342 г. Евсевий умер, братьев отправили в один замок в Каппадокии, где они безвыездно провели более 6 лет. Они жили под постоянным и мелочным надзором придворных евнухов. Толпа ариан- ских учителей по-прежнему окру­жала их. В Юлиана насильно вби­вали христианство, и он из чувст­ва самосохранения вынужден был играть роль убежденного и стро­гого христианина. Он соблюдал по­сты, аккуратно ходил в церковь и даже читал в церквах для народа Священное Писание.

Однако, по-видимому, не все окружение Юлиана было чисто христианским. Среди евнухов был некто Мардоний, который тайком знакомил мальчика с великими греческими поэтами и философа­ми. Легко себе представить, с ка­кой жадностью набрасывался Юлиан на запретный плод и какое влияние оказало это на формиро­вание его мировоззрения.

Когда Галл был назначен цеза­рем, кончилось и заточение Юли­ана. Ему было разрешено жить в Константинополе и посещать выс­шую школу. Однако профессором ему Констанций избрал христиан­ского ритора Экеболия, который в своих лекциях занимался только «поношением богов».

Но подозрительный Констанций II не мог долго терпеть присутствия Юлиана в Константинополе. Под предлогом пополнения образова­ния его отправили в Никомедию. Это было счастьем для Юлиана. В Никомедии преподавал тогда зна­менитый языческий ритор Либа- ний. Правда, Юлиан должен был поклясться Констанцию II, что не бу­дет посещать его лекций. Но он су­мел найти выход. За большие день­ги Юлиан нанял человека, которому поручил записывать лекции Либа- ния, а потом тайком изучал их. Ли- баний впоследствии говорил, что Юлиан усвоил его учение гораздо лучше, чем те, кто его слушал.

Несмотря на все ухищрения и конспирацию, до Констанция II до­шли слухи о том, что Юлиан дружит с язычниками. Юноше снова грози­ла опала, быть может смерть. При­шлось усилить маскировку: Юлиан остригся, сбрил бороду (длинные волосы и борода были признаком приверженности к языческим уче­ниям), стал вести монашеский об­раз жизни и вступил в никомедий- ский клир в качестве чтеца.

В эти годы совершилось окон­чательное обращение Юлиана, — обращение назад, к язычеству, от ненавистного христианства. Юли­ан, как большинство людей его эпохи, был глубоко религиозной на­турой. Но эта религиозность, бла­годаря условиям его жизни, свер­нула с того пути, который в сере­дине IV в. стал уже традиционным. Для Юлиана христианство яв­лялось символом всего того, что он ненавидел с детства. Христиане убили его отца, долгие годы дер­жали его самого в изгнании под непрерывным страхом смерти, вы­нуждали его притворяться и лице­мерить. Христианство стало рисо­

ваться Юлиану как чудовищная ре­лигия насилия, обмана, интриг, бесплодных догматических споров и грубого суеверия. Рядом с ним он видел старый прекрасный мир эллинских богов, бесценные со­кровища древней культуры. Языч­ники не травили и не преследова­ли его: наоборот, они сами были гонимы. От них Юлиан тайком по­лучил самые яркие и прекрасные впечатления своего детства и юно­сти. Для страстного и экзальтиро­ванного юноши выбор был ясен.

Юлиан в величайшей тайне с жаром предался изучению язычес­кой науки и философии. Его осо­бенно манила область религиозной философии и мистики. Для посвя­щения в тайны модных тогда учений он отправился в Эфес к знаменито­му неоплатонику Максиму. У него он познакомился с тайным учением не­оплатонизма, постиг искусство га­даний и способы «вступать» в непо­средственное общение с богами.

Неоплатонизм был религиозно­мистической философией, создан­ной в III в. философом Плотином на основе платонизма и под сильным воздействием гностицизма. Нео­платоники представляли себе мир как истечение (эманацию) божест­венной силы, исходящей из непо­знаваемого абсолюта (бога). Пер­вой ступенью эманации является мир разума, духовный мир идей; второй ступенью — мир душевный, психический; наконец, третьей и последней ступенью — мир матери­альный. Каждая ступень означает собой постепенное убывание боже­ственной силы, поэтому на матери­альном мире лежит только слабый отблеск света, исходящего от бога.

Ступени эманации неоплатони­ки заполняли божествами и демо­нами восточных и греко-римских религий. Получилась, как и в гно­стицизме, сложная и причудливая синкретическая система, завер­шившая развитие античной рели­гии и философии.

Мистика, гадания, посты и мо­литвы, доведение себя до экстаза в целях «слияния» с богом играли и в неоплатонизме огромную роль. Он являлся как бы своеобразным языческим христианством, антипо­дом новой религии. Но для Юлиана неоплатонизм имел то преимущество перед хри­стианством, что, удовлетворяя ре­лигиозную потребность, он цели­ком оставался на почве старой культуры и старого политеизма, хотя и преображенного философ­ской мыслью в духе модного моно­теизма. Юлиан стал горячим адеп­том неоплатоновской философии.

В это время разразилась катаст­рофа с Галлом. Юлиан был назначен цезарем и послан в Галлию. В его жизни наступил резкий поворот. Из затворника, мечтателя и философа он должен был стать полководцем, государственным деятелем, прак­тиком. В первый момент Юлиан при­шел в отчаяние. «Это не мое дело, — воскликнул он, — седло надели на ко­рову!» Однако богатая, необычайно разносторонняя и гибкая натура

Юлиана справилась со всеми труд­ностями его нового положения. Он быстро изучил военное дело, начав с самых азов, и уже в 357 г. наголову разбил аламанов в большой битве около Аргентората (Страсбург). По­сле этого Юлиан три раза переходил Рейн, развивая свой военный успех. Удачно воевал он и с франками, хотя должен был разрешить части их поселиться на римской территории, на левом берегу Рейна.

Тем временем Констанций II бо­ролся на Дунае против квадов и сар­матов. В 359 г. персидский царь Шапур II с большими силами пере­шел Тигр и напал на римские вла­дения. Император был вынужден отправиться на Восток. Он потребо­вал от Юлиана вспомогательных от­рядов. Но это требование вызвало сопротивление галльских войск, так как по договору с варварами, слу­жившими в его армии, Юлиан не имел права отправлять их из Гзллии. Вспыхнул мятеж, окончившийся тем, что зимой 360 г. галльские войска в Париже провозгласили Юлиана ав­густом. Он уже пользовался среди них большой популярностью за свои военные и административные спо­собности.

Сначала Юлиан обратился к Кон­станцию II с требованием признать его августом и очистить Запад от своих войск. Император продолжал войну с персами, не давая никакого ответа. Тогда Юлиан двинулся на Балканский полуостров. Констанций II выступил ему навстречу, но 5 октяб­ря 361 г. умер в Малой Азии. Юлиан был признан во всей Империи.

Здесь вы можете написать комментарий

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.
Навигация
Связаться с нами
Наши контакты

vadimmax1976@mail.ru

8-908-07-32-118

О сайте

Magref.ru - один из немногих образовательных сайтов рунета, поставивший перед собой цель не только продавать, но делиться информацией. Мы готовы к активному сотрудничеству!